Легенды и мифы о воде. Реки, ручьи и источники, океаны и моря. Водяные и русалки, сирены и морские боги

Поклонению воде, святым источникам и колодцам у восточных славян был посвящён культ святой Параскевы Пятницы – покровительницы водной стихии. В этом образе слились языческие и христианские представления.

Одним из самых популярных святых в России стал святой Николай Угодник – покровитель всех, кто так или иначе связан не только с дорогой, путешествием, но и просто с дальним путём, в том числе и по реке, морю, океану или вообще водоёму (даже озеру). Именно к св. Николаю устремляются все помыслы и вера тех, кто волей судьбы оказывается на воде.

Устная молва сохранила множество рассказов о том, как во время бури, шторма или какого-либо бедствия на воде при обращении о помощи и спасении к Николаю Чудотворцу происходило чудо, и человек, казалось бы, находящийся в безвыходной ситуации, неожиданным образом был спасён.

Считалось также, что очистительная сила воды увеличивалась в особые дни, когда воду набирали из источников и колодцев на Новый год, Рождество, Крещение, Сретение, на Пасху (в Страстной четверг), на Ивана Купалу.

Как правило, за такой водой ходили рано утром, до восхода солнца. Набирать надо было первую воду, «непочатую», нетронутую. Предписывалось соблюдать молчание, а воду не разбалтывать и не расплёскивать.

В старинных заговорах нередко упоминался дух воды, почитание которого сохранилось и закрепилось через почтительные обращения: «мать-вода», «водица-царица». С помощью воды и опущенных в неё предметов (угольки, кольца, монеты) гадали о будущем. Отражающая способность воды олицетворялась с возможностью неких сил предсказать будущее.

На Рождество одно из традиционных гаданий предписывало смотреть в воду («высматривать» суженого в кольце). Во время традиционных летних празднеств или дней, связанных с культом воды, устраивались обряды и ритуалы, сопровождавшиеся омовением, купанием, гаданием. После Ильина дня запрещалось гневить духа воды: нельзя было купаться, играть на воде – шуметь и кричать.

Некоторые озера в славянской традиции считались священными – например Ильмень в современной Новгородской области. Воду в таких местах называли целебной, её следовало набирать в чистых праздничных одеждах и в глубоком молчании. В священных озёрах купались, чтобы избавиться от болезней. Помимо реальных водных объектов, в преданиях описывали мистические озера. Одно из них – Студенец: считалось, что оно расположено на острове Руген в лесу. Старики утверждали, что в нем водится много рыбы, но ловить её нельзя: она, как и вода в озере, святая.

Наряду со священными существовали и «нечистые» озера, где водились черти. Верили, что такие водоёмы возникли при содействии бесов, как, например, Поганое озеро в окрестностях Владимира. По легендам, на этом месте находилось большое поселение, которое таинственным образом провалилось сквозь землю. Люди считали, что у озера нет дна, а иногда из него якобы слышится звон колоколов.

В озёрах с глубокой и тёмной водой или омутах могли обитать черти, русалки и водяные. Они упоминаются в заговорах, сказках, былинах и быличках – историях о встречах с нечистью, которые подаются как реальные случаи из жизни.

Водяной – один из самых известных персонажей в мифологии древних славян. Мифический хозяин вод, опасный дух и само воплощение воды как стихии. Как и лешие в лесу, водяные в каждом водоёме свои.

Выглядит водяной так: пучеглазый старик с длинной бородой и зелёными усами, опутанный тиной и ряской. Часто у него рыбий хвост и звериные лапы с перепонками между пальцев.

Водяной любит жить с комфортом: под водой у него выстроен дом с украшениями из ракушек и речных камней.

Этот древний дух очень строго охраняет свой водоём, а нарушителей порядка, которые шумели и играли на воде, может утащить к себе. Тех же, кто уважительно относится к водяному и преподносит ему дары, он вознаграждает – например гонит хороший улов в сети рыбакам.

Водяной любит и пошутить: обычно он прикидывается утопленником, а когда люди бегут его спасать, со смехом уплывает. Другая любимая шутка водяного – заплыть в рыбачьи сети и порвать их.

В легендах он выходит на сушу только по ночам и особо не вредит людям, но может рассердиться на тех, кто нарушает правила: купается без нательного креста, ночью или поздней осенью. Таких купальщиков водяной утаскивал за ноги под воду.

Это существо считалось покровителем русалок, он мог обернуться лошадью, ребёнком или крупной рыбой. Славяне считали, что водяной обладает даром предсказывать будущее.

Особой силой наделялись родниковые водяные. Эти источники, как считалось, возникли от удара молнии Перуна. Дожили эти верования в многочисленных названиях: «гремячих» ключей и родников.

Во времена христианизации водяной приобрёл отрицательные черты. Из воды уже выходил редко; его излюбленным местом обитания становятся речные омуты, особенно подле водяных мельниц. Там он начал требовать к себе внимания и даже жертв. Месть его материальна: может испортить колесо мельницы, разогнать рыбу, посягнуть на жизнь человека. Теперь говорят, что он ездит верхом на соме, которого стали называть «чёртовой лошадью».

Но договориться с водяным всё же можно. Ему могли приносить в жертву козла, петуха чёрного цвета. Раньше в России существовал обычай держать на водяных мельницах чёрных животных, любезных водяным. Сохранилась такая традиция и в Восточной Европе. По поверьям южных славян у водяного – коровы чёрного цвета, прячет он их в чёрных глубоких омутах. В названиях тех мест – десятки урочищ «Чёрна Вода». Само собой – туда лучше не соваться, Водяной не приветит за вторжение и посягательство на своё добро.

Водяница, жена Водяного, появилась подле него в христианский период. Водяница – утопленница из крещёных, чаще всего – из-за несчастной любви или проклятия родни. Иногда водяницы синонимичны русалкам. Но это неправильно, поскольку водяницы не имеют хвоста.

Но обычно к нежити их не причисляли. Водяницы предпочитают лесные, а особенно мельничные омуты и пади, где ночуют вместе с водяными. Крайне вредны: мстят люто своим прижизненным обидчикам, остальным рвут рыболовные сети, раскачивают лодки, могут испортить жернова или разобрать плотину. Под хорошее настроение плещутся вокруг детворы, катаются на вертящихся мельничных колёсах, любят мчаться поверх волн, обгоняя и дразня ветер.

В местах таёжного Урала водяница зовётся девкой (иногда бабой) Водянихой. Незамужняя. С водяным никаких дел не имеет, тот её боится из-за немалой колдовской силы. Её образ: молодая женщина с длинными распущенными волосами, очень боится человека, увидеть её можно только на камнях речных перекатов, когда водяниха поутру расчёсывает волосы. При малейшем неосторожном движении наблюдателя она исчезает в воде. Но переходить в этот день реку, садиться в лодку – крайне не рекомендуется, обязательно какая-нибудь беда приключится. Но не смертельная…

Считалось, что в реках и озёрах обитали русалки. Русалки – это духи, которые охраняют водоёмы и земли рядом. Русалками становились утопленницы, а также умершие некрещёные дети.

В фольклоре они предстают как нагие или одетые в белое женщины с длинными спутанными волосами. В отличие от европейских ундин, хвостов у них не было. По легендам, русалки большую часть времени жили под водой, а на сушу выходили только в русальную неделю – семь дней перед Троицей.

В одних местах (западное Полесье, Украина) говорили, что русалки выглядят как молодые красивые девушки, обнажённые или в белом; что они появляются в том самом виде, в каком их похоронили, т. е. в нарядном убранстве, с распущенными волосами и с венком на голове (именно так по местному обычаю обряжали умерших девушек, как бы устраивая для них символическую свадьбу во время похорон).

В других местах (Пинское Полесье, Центральная Белоруссия) русалок представляли в виде страшных, уродливых, косматых баб с отвислой грудью, которую они закидывали за плечи. О таких русалках рассказывали, что они «кудлатые, как ведьмы», «горбатые и старые», «черные, заросшие шерстью», что у них «груди, как каменья» или «железные цыцки»; они ходят голые или в лохмотьях, в руках держат клюку, кочергу, пральник (для глажения белья после стирки), пест.

Живут русалки не только в воде. С Троицына дня до дня Петрова они выходят и бродят вплоть до осени по полям, перелескам и рощам, выбирают себе развесистую, склонившуюся над водой иву или плакучую берёзу, где и живут. Ночью, при луне, которая для них ярче обычного светит, они качаются на ветвях, аукаются между собой и водят весёлые хороводы с песнями, играми и плясками. Где они бегали и резвились, там трава растёт гуще и зеленее, там и хлеб родится обильнее.

Об этом написано у А. С. Пушкина: Там чудеса: там леший бродит, // Русалка на ветвях сидит («Руслан и Людмила»).

Но от этих русалок много и вреда. Могут, например, запутать сети у рыбаков или испортить, а у мельников портить жернова и плотины. Они могут насылать на поля сокрушительные бури, проливные дожди, разрушительный град; похищают у заснувших без молитвы женщин нитки, холсты и полотна, разостланные на траве для беленья; украденную пряжу, качаясь на древесных ветвях, разматывают. Кое-где рассказывали, что русалки не причиняют никакого вреда, а могут лишь испугать человека или подшутить над ним. Однако подавляющая часть поверий относит русалок к опасным духам, которые преследуют людей, сбивают их с пути, душат или щекочут до смерти, заманивают в воду и топят, превращают в животных или в какие-нибудь предметы, могут забрать себе младенца, оставленного жницей на меже.

Но народ научился делать их безвредными для деревенского домашнего хозяйства. Как и прочая нежить, они не выносят вида креста, не могут переступить через начерченный на земле круг, осенённый крестным знамением; боятся чеснока и любого железа, будь то иголка, булавка или нож.

Когда русалка окликает человека по имени, следует хранить молчание: не зная имени, она не в силах причинить вред. «Против чар и козней русалок, – писал фольклорист С. Максимов, – отыскалось и снадобье, равносильное священной вербе и свечам Страстной недели, – это полынь, трава окаянная, бесколенная. Надо только умеючи пользоваться её силой. Уходя после Троицына дня в лес, надо брать эту траву с собою. Русалка непременно подбежит и спросит: «Что у тебя в руках: полынь или петрушка?» – «Полынь». – «Прячься под тын», – громко выкрикнет она и быстро пробежит мимо. Вот в это-то время и надо успеть бросить эту траву прямо русалке в глаза. Если же сказать «петрушка», то русалка ответит: «Ах ты, моя душка», – и примется щекотать до тех пор, пока не пойдёт у человека изо рта пена и не повалится он, как мёртвый, ничком».

Чтобы в период Русальной недели не смогли навредить русалки, люди соблюдали специальные запреты, во многом совпадающие с поминальными: избегали работ, связанных с прядением, тканьём, шитьём, не выполняли никаких полевых и огородных работ, не подмазывали печь и стены избы, не ездили за дровами в лес и т. п. На ночь специально для русалки оставляли на столе ужин, на ближайших деревьях или ограде возле дома оставляли одежду.

Считалось, что одну из них можно схватить за руку, надеть на неё нательный крест и привести домой. Русалки весьма охотно выполняют всякого рода бабью домашнюю работу, при этом не ворчат и питаются исключительно паром. Правда, живут они в доме всего год, а на следующую русалью неделю получают свободу и скрываются на дне речном.