Школа Ангелов. Приключения Ива
- -
- 100%
- +
Может, прийти и как-нибудь с ней договориться? Например, положением папы пошантажировать? Она не дура – поймёт. Я только сейчас осознал, какой сам дурак, что согласился с деканом. Нужно было гордо отказать ему – ещё бы и героем посчитали. А теперь мучайся сомнением.
Ещё покрутился немного, прикинул, что шансов договориться с Марьяночкой довольно много. Успокоился и заснул. Проснулся поздно. По мобиле пришло сообщение, что свидание будет под райским древом, когда его макушки коснётся солнце.
Неплохо, у меня ещё часа 2 на сборы. Умылся, вычистил ауру и нимб (нужно быть во всеоружии в предстоящей схватке). Поел, отбиваясь от маминого желания перекормить меня. Вычесал волосы, мама порывалась сделать лаковую укладку – с трудом, но увернулся.
Оделся под мамины причитания. Вышел из дома уже порядком взвинченный. Мама, откровенно говоря, за два часа меня достала. По пути к райскому дереву матерился и выговаривал всё то, что маме сказать хотелось, но пришлось держать в себе.
Стал под древом, продолжая переругиваться с воображаемым маминым прототипом.
– Ты это обо мне? – уверенный женский голос с лёгкой хрипотцой прервал меня на самом завёрнутом ругательстве.
– Будешь меня доставать, и тебе повторю то же самое, – я только-только начал выигрывать выдуманную словесную перепалку с мамой, а тут меня прервали!
– Хам, – тот же голос. Вот же дура, чего трогает: я весь на взводе. Я бросил яростный взгляд на…
– А, это ты… – тепла и нежности в моём голосе, как вы понимаете, не было.
– Здравствуй, – Марьяночка выглядела растерянной.
– Привет, – я тоже вспомнил про правила культурного поведения, – пойдём, что ли, прогуляемся.
Я уверенно зашагал по аллее. Марьяночка молча пристроилась за мной хвостиком. Шли так довольно долго. Я успокаивался, а что она думала, я не знаю. Мне нужно было для полного успокоения выпить нектарчику в баре.
– Чего-нибудь выпить хочешь? – спросил у Марьяночки. Та помотала головой, отказываясь. – А перекусить? – в ответ молчаливое пожатие плеч. – Пойдём в одно место, там можно в тишине и покое выпить и закусить.
Пока ждали выполнения заказа, я рассматривал Марьяночку. Нагло так, уверенно. Она чувствовала себя неловко, помалкивала. Оказывается, ничего страшного в ней и нет. Нормальная такая, обычная.
Принесли заказ. Я сразу приложился к нектару. Стало значительно лучше. Марьяночка тоже попросила себе нектару. Грациозно поднесла бокал к губам, сделала несколько маленьких глоточков. Порозовела, улыбнулась. Почувствовала себя комфортнее, расслабилась. Улыбка у неё из робкой постепенно превратилась в злорадно хитрющую. Хммм, зря я ей налил. Теперь неуютно было мне.
– А ты ничего парниша, – ну вот, сглазил, передо мной сидела матёрая стерва и нагло меня рассматривала оценивающим взглядом, – не хлипкий.
– И ты ничего, даже симпатичная… – терять особо нечего, будем отвечать ей её же монетой, а потому нагло добавил, – моментами.
– Странно, но мне о тебе рассказывали как о пустомеле, скандалисте и трусе, – она не собиралась меня жалеть. Что ж, поиграем и в эту игру. Хотя она права – раньше я бы прикусил язычок. А сейчас что-то менялось во мне. Захотелось обломать её, поставить на место. И очень хотелось выглядеть в её глазах лучше, увереннее, сильнее.
– А ты своим глазам уже не доверяешь?
– Бойкий, – она налила новую порцию нектара себе в бокал и уже без должной грации опрокинула в себя.
– Не пей слишком много, а то мне тебя ещё папе под роспись сдавать, – я вытащил из её рук бокал, отставил его в сторону, так чтоб она не дотянулась.
– Хам, – надула губки и отвернулась. Я молча налил себе, поводил вилкой в тарелке, выудил кусок мяса поприятнее, съел. Запил, начал ковырять в зубах, – чего молчишь?
– А о чём говорить? – ну, правда, вы мне скажите, о чём с ней разговаривать? Не качество же нектара обсуждать? Что она в нём понимает – с двух бокалов разморило. Явно пьёт раз в год, и то под строгим надзором родителей.
– Ты меня на свидание пригласил, а сам не знаешь, о чём разговаривать? – кошечка выпустила коготки.
– Хочешь, расскажу, какая ты красивая? – мне и правда сейчас вот такая разъярённая она очень даже нравилась.
Она насупилась, но, судя по блеску в глазах, я попал в точку. Чтоб сказать такого умного и приятного, но при этом не схамить?
– У тебя красивые глаза, – начал я хвалебную оду, – и фигурка хорошая. Не то что у меня на Земле.
– У тебя? – я поставил её в тупик.
– Да, у меня, – и тут на меня нашло красноречие. Я рассказывал о моих похождениях во время практики. Она смеялась, прерывала меня, заставляя пересказать по нескольку раз наиболее запоминающиеся моменты. Каким-то чудом бокал с нектаром опять оказался в её руках. Я, если честно, не помню, сколько раз его наполнял, но к концу моего рассказа Марьяночка была прилично «навеселе». Момент расставания с Валерием Игоревичем она озвучила горючими слезами. И я понял, что нужно выползать из-за стола и переносить её на руки любящего декана.
Шли домой далеко за полночь. Прогулка на свежем воздухе немного отрезвила мою подругу. Возле порога она меня поблагодарила за вечер и предложила при желании повторить. Сказал – договоримся позже.
Домой я шёл, сам не веря в то, что пережил этот день.
Доля геройская
Несмотря на то что время было позднее, мама терпеливо ждала меня у входа в дом. Я махнул ей головой, но не сказал ни слова, боясь, что она по запаху определит количество выпитого.
Мама уточнила, голоден ли я. Помотал головой, плотно сжав губы. Спросила, как я провёл вечер. Я пожал плечами. Ой, как хотелось дышать! Ускорил шаг в надежде, что мама отстанет. Увы. Почти бегом добрался до своей комнаты, сквозь зубы процедил «всё завтра» и закрыл перед мамой дверь. Она расплакалась. Ну, как так можно! Шантаж в самой жестокой форме!
– Мам, – через дверь можно было говорить в полный голос, не боясь завтрашнего нагоняя от отца за пьянку, – я завтра всё расскажу. А сейчас очень устал, хочу спать. Не обижайся, ладно? Я правда сейчас не в состоянии толком что-то рассказать.
Всхлипывания стали тише.
– Я понимаю, что ты волновалась за меня, не спала. Всё прошло нормально. Но я с ног валюсь. И ты устала. Давай спать.
– Ты меня не обманываешь? – хоть плакать перестала, и то хорошо.
– Я говорю правду, – я уже разделся и завалился в кровать.
– Хорошо, завтра поговорим. Спи.
За дверью послышались удаляющиеся шаги. Мама ушла. Ура! А сейчас отдых.
Утром мобила оповестила о возвращении моих друзей – Валика и Норика. Договорились встретиться через час. Обещали рассказать о том, как и что у них прошло. Увы, я прилично опоздал: мама у меня выпытывала детали по встрече с Марьяночкой. Сложно было всё рассказать, не вспоминая о нектаре. Вкратце получилось: был культурным, обходительным, как ты учила; сумел произвести неизгладимое впечатление, договорились встретиться ещё раз. В конце концов, мама сделала умный вывод о том, что я девушке понравился. Похвалила за то, что был послушным мальчиком и последовал её совету. И т.д. и т.п.
– Ты чего так долго? – кореша прилично уже остаканились.
– Ай, с мамой разговаривал. Выпить есть что или всё вылакали без меня?
Мне нужно было опохмелиться. Интересно, а как там Марьяночка? Наверное, несладко. Раздался сигнал в мобиле.
– Привет… Я нормально, а ты как?… Ой, нет, не могу, Марьяночка, извини. Я с друзьями сижу… Только с практики вернулись… Я понимаю, но давай в другой раз… Папе привет… Хорошо, сегодня вечером… Я уже сказал, что согласен… МАРЬЯНОЧКА! СЕЙЧАС НЕ МОГУ! … Я не кричу… Не плачь… Договорились… Приду… Пока, – я на всякий отключил мобилу.
Друзья смотрели на меня не мигая.
– Ты это с кем только что говорил? – Норик даже отошёл от своей привычки коверкать слова.
– С Марьяночкой. Так, выпить есть? – можно подумать, они не знают её.
– С дочкой декана? – опять Норик. Вот непонятливый.
– Можно подумать, у нас ещё какие-то Марьяночки есть.
Голова раскалывается, а он про ерунду какую-то второй раз спрашивает. Плюнул на эти статуи, сам нашёл что глотнуть. Стало легче.
– А чего это она тебе звонила? – Валик включился в допрос.
– Просила заглянуть к ней в гости. Да вы и сами всё слышали. Договорились на вечер.
– А, так это она, наверное, по поручению папочки, – улыбнулись оба, – и что на этот раз учудил, что декан тебя домой к себе вызывает?
– Нет, она сказала, что родители куда-то уматывают, дом свободен. Можно собраться, поговорить. То да сё, – я зевнул. Вроде выспался, странно, – как у вас практика прошла, лучше расскажите.
– Да поскучнее твоей. Ты лучше расскажи, что учудил такого.
Валик и Норик были полны внимания. Они жаждали сенсации. И я им рассказал про наш поход в бар. Немного приукрасил, так чуть-чуть, для красивого словца и сохранения стиля. И понял – с этой минуты я их кумир!
Дальше повествование о нашей посиделке не столь интересно. Я о нём умолчу. Что было в доме декана – обозначу в двух словах. Встретились, снова прилично выпили, потом мне пришлось слушать всхлипывания Марьяночки о том, какие все вокруг сво… Терпел сколько мог, распрощался и ушёл. Наутро выслушал по мобиле оду в честь моей невероятной культурности в исполнении Марьяночки. Как я понял, суть культуры моей заключалась в том, что я к ней не приставал, а ведь мог, пользуясь её подпитием. Хмм, трезвая она ничего, а как выпьет – одно желание – от неё смотаться куда подальше. Я, конечно, этого не сказал, но поохал, что да, действительно, родители хорошо воспитали. В итоге распрощались довольные друг другом.
В последующие дни я пару раз появился во ВША. Не подумайте ничего плохого: не учиться я туда приходил, честно. Просто от нечего делать прошёлся знакомыми коридорами. Меня заметила Марьяночка, повисла на моей руке и дала понять всем окружающим, что это право у неё оспаривать себе дороже. Никто особо не спорил, но на меня так заглядывались, что первое время было неудобно. Друзья попытались завладеть моим вниманием и телом – но отбить у Марьяночки и то и другое оказалось делом сложным. Помогло обещание вечером встретиться. И только вдвоём, никого больше… Ушла…
Я начинал понимать, почему декан мне подсунул это «сокровище» в качестве взятки за ничегонеделание. А я, дурак, согласился. Короче, нагло воспользовались моей малолетней неопытностью. Использовали «вслепую».
Хотя следует отметить, что после столь явного интереса к моей персоне Марьяночки отношение студентов во ВША ко мне очень здорово изменилось. Первое, что бросалось в глаза, – меня слушали, за мной бегали, на меня молились. Второе – появились уважение и желание меня пригласить куда-нибудь на вечеринку. В карманах странным образом начали появляться записки довольно откровенного содержания. Судя по почерку – от девушек. Что ж, если за популярность нужно терпеть периодические прилипания доченьки декана – потерпим. Мы не гордые, мы практичные.
Работа! Снова работа!
День ото дня становилось скучнее и скучнее. Безделье откровенно утомило. Пару раз даже посидел на парах – не помогло. Однажды я маялся в саду нашей школы, спасаясь от дочери декана в тени деревьев и кустов. Надоела она мне.
Всё чаще начинал задумываться над несоответствием впечатления, построенного на внешнем восприятии и внутренней составляющей человека. Тяготил и тот факт, что воспользоваться открывшимися возможностями в плане общения Марьяночка мне не дала. Записки очень быстро исчезли. Девушки от меня отворачивались, шарахались, как от прокажённого. И чего она им устроила? Вот же стерва.
Друзьям я доставался с ТАКИМ боем, что они предпочитали мне скидывать сообщение и обходными путями уводить из дома.
Самое плохое было то, что родители в Марьяночке души не чаяли, и с их стороны помощи ждать не приходилось. Они сдавали меня с потрохами: где я, с кем я. Перестал сообщать маме, где собирались с друзьями. Так она по просьбе «этой душечки» звонила папеньке, а уж у него служба поиска поставлена на ура! И не было мне спасения…
Эти размышления о жизни были прерваны… Кем бы вы думали? Не угадали… Ко мне подошёл Максимыч. С извинениями за опоздание вручил мне отчёт. Хммм, он что не в курсе, что ВША я уже окончил? Похоже, что нет. Но сказал ему спасибо, взял распечатку и уставился в дерево напротив.
– Тебе нехорошо? – искренне заботясь, спросил Максимыч.
– Ай, – я не хотел ни о чём говорить. Мне было тоскливо. Как это объяснишь?
– Я вижу, что что-то не так, – Максимыч приземлился рядом на скамеечку, – расскажи, мне можно.
– Да? – я был искренне поражён его словами. – И почему это?
– Так ведь столько вместе пережили за последние дни. Почти сдружились.
Я слушал внимательно. И знаете, что самое интересное было в его речи? То, что он сам себе верил!
– Может, вы со мной сдружились, а я, простите, с вами – нет.
– Твоё бескультурье меня не огорчает, Ив. Ты всегда такой был, невоспитанный. Но вот твоё состояние и впрямь вызывает беспокойство. Знаешь, у меня сейчас несколько неотложных заданий. Увы, помочь тебе не смогу. Но, как только вернусь, обязательно!
Даже просиял. Эх, Максимыч, твоя жажда помощи окружающим и жертвенность просто удручают…
– А что за задания? – мне было до того тоскливо, что я даже поинтересовался этим.
– Два вполне обычных – молодые решили втайне от родителей связать себя узами Гименеи; одно немного странное, но на месте, может, понятнее будет.
Он поднялся, чтобы уходить. Но последняя фраза меня почему-то заинтересовала.
– А в чём странность?
– Да, на, сам прочти!
Он сунул мне в руки бланк официального запроса на ДД (доброе дело). Я открыл его, прочёл: «В посёлке Р. Иван Петрович Сереньков 1963 г. р. в ближайшее время должен быть спасён от самого себя. Выбор инструментов на ваше усмотрение. Главное – результат!»
– Ничего не понял, – честно признался я.
– Я тоже, – в тон мне произнёс Максимыч.
– Эх, жаль не мне оно, это задание, выпало. Вот хорошо было бы снова на Землю смотаться, делом заняться!
Я размечтался и не заметил, как у Максимыча загорелись в глазах опасные огоньки страстного желания… Ничего плохого только не подумайте – он хотел гораздо худшего… мне ПОМОЧЬ! Ой, мамочки! Ой, а ручонки так и тянутся ко мне! Блин, я ж, дурак, прочёл задание последним – если хлопнет сейчас – каюк мне! Ладошки моего незабываемого куратора соединились, пальчики соприкоснулись. Я зажмурился.
КОПЧИК! Сво… ты, Максимыч, за столько лет не научился нормально ангелов приземлять? Ещё раз сво… А для верности ещё три раза сво… Открыл глаза, осмотрелся. Должно быть, посёлок Р. Здравствуй, посёлочек. Покуралесим и тут, раз уж случай выпал. Чтоб я ещё раз с Максимычем о работе разговаривал? Да ни за что! Вот напомните мне мои слова, если вдруг нарушу обещание.
Вольная воля
На этот раз я был, как того и требуют инструкции, невидим и неосязаем. Проверил это быстро и просто – прошёл сквозь несколько домов, заглянул в десяток комнат, пошумел – попугал домочадцев. И за эти все шалости никто на меня не прикрикнул. А ведь не так уж всё и плохо. Можно поразвлечься, как планировал в прошлый раз.
Для начала осмотрелся. Посёлочек состоял из нескольких десятков одноэтажных домов. Часть из них была из дерева, часть – из кирпича. Парочка развалюх. С десяток сарайчиков. Красивые сады, цветнички, несколько огородиков. Цивильненько. Много собак… Последнее портило впечатление от отдыха. Эти зверушки реагировали на моё приближение или звонким лаем, или ластились к моим ногам. Т. е. обозначали моё присутствие, подрывая основы конспирации. Люди, правда, на это не реагировали, что успокаивало.
Чтоб такое сделать?
Тётенька идёт с авоськами. А мы ей камешек под ножки… Ап! Авоськи в разные стороны, она на коленочки упала, ручки раскинула! Вот умора. Ой, мальчик на велике – и ему камешек. Колёсики восьмёрочкой, локоточки и коленочки расквасил…
Смешно, но я повторился, вам не кажется? Надо быть профессионалом. А значит, в пакостях повторяться не стоит. Заглянем в дом какой-нибудь – там побольше вариантов будет.
Зашёл в ближайший. Пустая комната, снова пустая… О, а вот и экземпляр для творчества! Девушка за компьютером, явно в сети треплется. А мы сейчас проводочек от модемчика потянем. Ап! Связь прервалась, теперь на место поставим, чтоб она ничего не поняла. Расстроена. Ха! Набирает снова. Упрямая. Подождём. Теперь вспомним, что нам преподавали во ВША. Рученьки в системный блок и аккуратненько за схемочку потянули. Опаньки, сбойнул системничек. Теперь восстановление только после установки новых запчастей.
Ха-ха. Вот это практика! Вот это жизнь!
Ой, расплакалась. На кнопочку перезагрузки жмёт. Дурёха! На улицу иди, солнышком подыши, на воздух свежий полюбуйся. Ой, наоборот, но вы поняли. Здесь нам больше делать нечего. Пойдём дальше…
Ближайшие несколько часов я развлекался тем, что придумывал и воплощал в жизнь различные смешные ситуации. Народ начал кучковаться, перезваниваться, сообщая о моих творениях. Постепенно они пришли к выводу, что у них завёлся какой-то дух. Одни называли его «полтергейстом», другие – «барабашкой». Долго спорили, но к единому мнению так и не пришли. Захотелось перекусить.
Выбрал тот дом, в котором я заметил праздничный стол. Материализовал руки. Взял тарелку, пока народ поднимал очередной тост за именинника, наложил всякой вкусности на тарелку. Пристроился в уголке, с аппетитом всё это съел, полез за добавкой. Какой-то нахал чуть у меня из-под носа не увёл последнюю ножку вкуснющей курочки. Дал ему подзатыльник, подцепил вилкой желанный кусок. Добавил салатиков, разносолов. Хорошо я зашёл.
Решил немного выпить. Поискал глазами нектар – не нашёл. Присмотрелся к тому, чем набирались присутствующие. Какая-то прозрачная жидкость. Что ж, если они глотают это с удовольствием, почему бы и мне не попробовать. Взял фужер побольше, наполнил до краёв (чтоб дважды не ходить), вернулся на уже излюбленное место. Хрустнул огурчиком, глотнул жидкости…
К-хе! К-хе! К-хе! Воздуха! Дышать! Воды! Не помню, что из этого орал. Но вдруг стало невыносимо тихо. Огляделся. Народ замер кто в какой получилось позе. Смотрели кто куда. Фу, хоть это хорошо: меня, кажись, опять не заметили. Оставил тарелку и разбитый фужерчик на своих местах, тихонько ушёл с места приключения.
До вечера слонялся по посёлку, ещё чуток повредничал, оставляя о себе память на ближайшие недели-полторы. Присмотрел домик для ночёвки, залез с ногами на кровать, поворочался, покрутился. Решил, что, не поев, не усну. Сходил на кухню, в холодильнике отыскал всякой всячины, перекусил, успокоился. И, наконец, уснул. Ой, зря…
Опаньки
Сон меня поразил открывающимися перспективами на Земле. Начну с того, что сновидения нагло распихал мой отец и заявил: «Слушай внимательно, времени мало, не перебивай, запоминай. Ты влип в очень плохую историю. По Серенькову работает не только наша контора. Чтобы тебя не вычислили, я, как узнал, твою мобилу обрубил. Этот канал секретный, если смогу – ещё пару раз выйду на связь. Твоя задача – найти Митеньку. Наш постоянный резидент. Все вопросы задашь ему. Найдёшь его в том доме, где успел накуролесить. А сейчас уходи из этой комнаты. Не бойся…»
Связь прервалась в самый неожиданный момент. Меня пробил озноб, я проснулся и подскочил на кровати. Впервые в жизни я видел папу ТАКИМ обеспокоенным.
Я должен был идти. Только куда? В этом посёлке не осталось, наверное, ни одного дома, где бы я не отметился. Какая контора меня разыскивает? Что за ерунда?!
– Ну, и кто из вас, придурков, учудил всё это?
Странный шипящий голос за стенкой, в соседней комнате. Я прислушался, замер.
– Да, говорю тебе, не мы это, – тоже шипящий, но чуть больше в альт.
– А кто? – снова первый.
– Не знаю, но мы ж проверенные черти, сам знаешь, такую ерунду вытворять не будем. Это детские шалости какие-то.
– Это район боевых действий, здесь детей нет!
Судя по усиленным гласным, первый считает, что его держат за дурака.
– А я знаю, что никто из моих сегодня днём не выходил из укрытия. Мы конспирацию не нарушали. Тем более после известия о возможной высадке в посёлке агента противника. Наши разведчики сообщили, что послали одного из самых опытных ангелов. Так что, сам понимаешь, дурью, будоражащей людей, мои черти заниматься никак не будут. Им жизнь дорога.
– Так кто ж тогда весь этот кавардак устроил? Ты хоть представляешь, как у нас начальство сейчас всех дрючит? А со мной что будет? Я как им отчитаюсь? Что скажу? Вы хоть агента-то вычислили?
– Нет. Вечером всех отправил на прочёсывание местности, но пока не нашли. Специального чёрта отправил к Митеньковскому дому. Митенька – их постоянный агент на Земле в районе. Думаю, новый ангел там появится. Как только это случится – нам отсигналят.
– Хоть что-то. Но этот бедлам в домах жителей! Пусть несколько чертей изучат все случаи и найдут того придурка, который всё это навытворял. И мне его принесут, разделанного на кусочки…
Тут раздался звук мобилы. Я вздрогнул: уже подумал, что моя. Нет, пронесло.
– Да… Хорошо… Уже расследуем… Лучшие черти… Не волнуйтесь, всё сделаем… Так точно!… Пошли, кретин, на улицу. Сами присмотримся, шеф лютует…
Дальнейший разговор меня не касался. А вот первая часть очень заинтересовала. Думаю, разыскиваемый «придурок», он же «суперагент» – одно и то же лицо, т. е. моё… Судьбы же для этих моих ипостасей заготовили разные. Первого хотят порвать на кусочки, а второго… Хмм, кто-нибудь знает, что делают с пойманными врагами? Если я не выкручусь – узнаю на собственной шкуре. Жив останусь – вам расскажу, поделюсь трогательным жизненным опытом. Обещаю, только вы немного поволнуйтесь за меня. Мне не так страшно будет. Договорились?
Так, Ив, давай без паники. Соберись с мыслями. Ну, черти, ну и что? Ты их на лекциях на картинках рассматривал. Мама ещё ночами пугала, говорила, что ангелов черти живьём съедают… Нет, это бред, полнейший бред. Ив, не верь детским сказкам. Лучше подумай над тем, что у тебя есть в наличии?
Мобила и любая связь с нашими накрылась.
Ждать помощи от Митеньки бесполезно. Он сидит «под колпаком» и не шуршит. Почему папа только об этом не знает? И вообще, кто-нибудь понимает, что здесь происходит? Я – ни капельки.
Продолжаем инвентаризацию. Знаний – ноль. Хотя насколько я понимаю, ключевой фигурой является во всём этом некто Сереньков. С ним что-то в ближайшие дни случится. И я должен его спасти. Я выполняю задание – и могу быть спасён. Даже если боевые действия здесь продолжаются, меня это, по крайней мере, волновать не будет.
Пусть дальше действуют профессионалы. А я домой хочу. Надоела мне эта вольная воля.
Итак, план прост: 1) пытаюсь выжить любой ценой; 2) нахожу Серенькова, спасаю; 3) возвращаюсь домой и носа из-под маминой юбки не высовываю.
Хороший план? Супер. Хотя можно добавить ещё один пунктик относительно Максимыча. Его содержание вы, думаю, уже себе представили. Данный пунктик я выполню с не меньшим рвением, чем первый, уж поверьте.
Снова шум… Подорвался с кровати, поправил покрывало на постели и залез под кровать. Пыльно здесь, но это мелочи. Главное – живой!
В комнату через стену прошли два чёрта. Да, именно такими их и рисовали учебники: тёмные личности, рожки, хвост. Держатся напряжённо, явно переругались, только огрызаются. Голоса эти я уже слышал: они были в соседней комнате, когда я проснулся. Меня не заметили, прошли комнату насквозь. Повезло. Стараясь сильно не шевелиться, чтобы не поднять пыль, я устроился на ночёвку под кроватью. Без удобств, подушек и одеяла. Но это мелочи. Главное – выжить…
Падший ангел
Утро наступило не так скоро, как я того хотел. Вроде даже немного кимарнул перед восходом. Со всеми возможными предосторожностями передислоцировался с места ночёвки в туалет, потом в ванную комнату. Чертей не было. Залез в холодильник, пошуровал чутка, перекусил.
Дальнейшие мои действия в этом посёлке были вполне очевидны: нужно определить, в каком из домов обитает Иван Петрович. Так что в доме засиживаться не имело смысла – вышел на улицу. Заодно подумал, что в искомом доме наверняка находится круглосуточная засада. Там меня сразу вычислят. Нужно информацию собрать окольными путями. Плохо, что я о чертях ничего не знаю. Увы, не входили они в сферу моих скромных интересов. Было бы проще в выборе стратегии, а так приходится полагаться на удачу и метод «тыка наугад».
Моё внимание привлёк характерный шум, раздававшийся из ближайшего окна. Надо же, до сих пор гуляют! Вот же печень крепкая у людей. Решил, что особо ничего не потеряю, если загляну на огонёк. Протиснулся между гостями, дотянулся до стакана (фужеры кончились), налил вчерашней горячительной жидкости. Уж очень сильно хотелось узнать, чем таким новым народ надирается. По опыту зная, как она режет горло, сделал маленький глоток. Прислушался к организму – желудок принял, обрадованно сигнализируя разливающимся теплом по всему телу. Понравилось, глотнул ещё раз, потом ещё…