Просвещение продолжается. В защиту разума, науки, гуманизма и прогресса
- -
- 100%
- +
ENLIGHTENMENT NOW:
THE CASE FOR REASON, SCIENCE, HUMANISM, AND PROGRESS
STEVEN PINKER
Переводчики Галина Бородина, Светлана Кузнецова
Научный редактор Кирилл Мартынов, канд. филос. наук (внесен в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента)
Редактор Петр Фаворов
Издатель П. Подкосов
Руководитель проекта А. Тарасова
Корректоры О. Петрова, Е. Рудницкая, Е. Сметанникова
Арт-директор Ю. Буга
Компьютерная верстка М. Поташкин
© Steven Pinker, 2018
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина нон-фикшн», 2021
Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.
Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.
* * *Гарри Пинкеру (1928–2015), оптимисту Соломону Лопесу (2017–) и XXII веку
Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека «Династия». Дмитрий Борисович Зимин – основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время». Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».
Подробную информацию о «Книжных проектах Дмитрия Зимина» вы найдете на сайте ziminbookprojects.ru
Всякий, следующий добродетели, желает и другим людям того же блага, к которому сам стремится.
Бенедикт СпинозаВсе, что не противоречит законам природы, достижимо при наличии соответствующих знаний.
Дэвид ДойчСписок иллюстраций
Рис. 4–1. Эмоциональный настрой новостей, 1945–2010
Рис. 5–1. Ожидаемая продолжительность жизни, 1771–2015
Рис. 5–2. Детская смертность, 1751–2013
Рис. 5–3. Материнская смертность, 1751–2013
Рис. 5–4. Ожидаемая продолжительность жизни, Великобритания, 1701–2013
Рис. 6–1. Детская смертность от инфекционных заболеваний, 2000–2013
Рис. 7–1. Средняя энергетическая ценность дневного рациона, 1700–2013
Рис. 7–2. Задержка роста среди детей, 1966–2014
Рис. 7–3. Недоедание, 1990–2015
Рис. 7–4. Смертность из-за массового голода, 1860–2016
Рис. 8–1. Валовой мировой продукт, 1–2015
Рис. 8–2. ВВП на душу населения, 1600–2015
Рис. 8–3. Распределение доходов в мире, 1800, 1975 и 2015 годы
Рис. 8–4. Крайняя бедность (доля населения), 1820–2015
Рис. 8–5. Крайняя бедность (абсолютная численность), 1820–2015
Рис. 9–1. Международное неравенство, 1820–2013
Рис. 9–2. Всемирное неравенство, 1820–2011
Рис. 9–3. Неравенство в Великобритании и США, 1688–2013
Рис. 9–4. Социальные расходы бюджетов стран – членов Организации экономического сотрудничества и развития, 1880–2016
Рис. 9–5. Прирост доходов, 1988–2008
Рис. 9–6. Бедность в США, 1980–2016
Рис. 10–1. Население и рост населения Земли, 1750–2015 и прогноз до 2100 года
Рис. 10–2. Устойчивое развитие, 1955–2109
Рис. 10–3. Загрязнение, энергия и рост, США, 1970–2015
Рис. 10–4. Вырубка лесов, 1700–2010
Рис. 10–5. Разливы нефти, 1970–2016
Рис. 10–6. Охраняемые природные территории, 1900–2014
Рис. 10–7. Интенсивность выбросов углекислого газа (количество CO2 на один доллар ВВП), 1820–2014
Рис. 10–8. Выбросы углекислого газа, 1960–2015
Рис. 11–1. Войны великих держав, 1500–2015
Рис. 11–2. Смертность в результате боевых действий, 1946–2016
Рис. 11–3. Смертность в результате геноцида, 1956–2016
Рис. 12–1. Смертность в результате убийств, Западная Европа, США и Мексика, 1300–2015
Рис. 12–2. Смертность в результате убийств, 1967–2015
Рис. 12–3. Смертность в дорожно-транспортных происшествиях, США, 1921–2015
Рис. 12–4. Смертность пешеходов, США, 1927–2015
Рис. 12–5. Смертность в авиакатастрофах, 1970–2015
Рис. 12–6. Смертность в результате падений, пожаров, утоплений и отравлений, 1903–2014
Рис. 12–7. Смертность в результате несчастных случаев на рабочем месте, США, 1913–2015
Рис. 12–8. Смертность в результате стихийных бедствий, 1900–2015
Рис. 12–9. Смертность в результате удара молнии, США, 1900–2015
Рис. 13–1. Смертность в результате террористических актов, 1970–2015
Рис. 14–1. Демократия и авторитаризм, 1800–2015
Рис. 14–2. Права человека, 1949–2014
Рис. 14–3. Отмена смертной казни, 1863–2016
Рис. 14–4. Смертная казнь в США, 1780–2016
Рис. 15–1. Расистские, сексистские и гомофобные воззрения, США, 1987–2012
Рис. 15–2. Расистские, сексистские и гомофобные интернет-запросы, США, 2004–2017
Рис. 15–3. Преступления на почве ненависти, США, 1996–2015
Рис. 15–4. Изнасилования и бытовое насилие, США, 1993–2014
Рис. 15–5. Декриминализация гомосексуальности, 1791–2016
Рис. 15–6. Либеральные ценности во времени и по поколениям, развитые страны, 1980–2005
Рис. 15–7. Либеральные ценности в зависимости от времени (экстраполяция), культурные зоны мира, 1960–2006
Рис. 15–8. Насилие над детьми, США, 1993–2012
Рис. 15–9. Детский труд, 1850–2012
Рис. 16–1. Грамотность, 1475–2010
Рис. 16–2. Начальное образование, 1820–2010
Рис. 16–3. Средняя длительность обучения, 1875–2010
Рис. 16–4. Грамотность среди женщин, 1750–2014
Рис. 16–5. Прирост IQ, 1909–2013
Рис. 16–6. Благополучие в мире, 1820–2007
Рис. 17–1. Продолжительность рабочей недели, Западная Европа и США, 1870–2000
Рис. 17–2. Выход на пенсию, США, 1880–2010
Рис. 17–3. Удобства, бытовая техника и работа по дому, США, 1900–2015
Рис. 17–4. Стоимость освещения, Англия, 1300–2006
Рис. 17–5. Расходы на предметы первой необходимости, США, 1929–2016
Рис. 17–6. Свободное время, США, 1965–2015
Рис. 17–7. Стоимость авиаперелетов, США, 1979–2015
Рис. 17–8. Международный туризм, 1995–2015
Рис. 18–1. Удовлетворенность жизнью и доход, 2006
Рис. 18–2. Одиночество среди американских учащихся, 1978–2011
Рис. 18–3. Самоубийства, Англия, Швейцария и США, 1860–2014
Рис. 18–4. Счастье и увлекательность, США, 1972–2016
Рис. 19–1. Ядерное оружие, 1945–2015
Рис. 20–1. Поддержка популизма по поколениям, 2016
Предисловие
Вторая половина второго десятилетия третьего тысячелетия не кажется подходящим временем для публикации книги об исторической траектории прогресса и о том, что им движет. Когда я пишу эти строки, моей страной руководят люди, лелеющие весьма мрачный образ настоящего: «матери с детьми… не могут вырваться из нищеты; образовательная система… не дает нашим молодым замечательным учащимся необходимых знаний; преступность, банды и наркотики забирают много жизней»[1]. Мы находимся в состоянии «открытой войны», которая «расширяется и дает метастазы». Вина за этот кошмар возлагается на «глобальную систему власти», которая разъедает «духовные и нравственные основы христианства»[2].
По ходу повествования я покажу, что такая безрадостная оценка состояния дел в мире неверна. Не просто слегка неточна – она безнадежно ошибочна, как теория плоской земли, и полностью не соответствует действительности. Но эта книга – не о сорок пятом президенте США и его советниках. Я задумал ее за несколько лет до объявления Дональдом Трампом о своем намерении баллотироваться в президенты, и я надеюсь, что мой труд надолго переживет его администрацию. Идеи, подготовившие почву для избрания Трампа, на самом деле популярны среди интеллектуалов и обычных людей как правых, так и левых политических убеждений. Это и пессимизм относительно того направления, в котором движется мир, и циничное отношение к институтам модерна, и неспособность разглядеть высший смысл ни в чем, кроме религии. Я представлю другой взгляд на мир, взгляд, подкрепленный фактами и вдохновленный идеалами Просвещения: разумом, наукой, гуманизмом и прогрессом. Я надеюсь показать, что идеалы Просвещения не стареют и что сегодня они нужны нам, как никогда.
~Социолог Роберт Мертон считал коллективизм, дух общего дела первостепенной научной добродетелью, наряду с универсализмом, бескорыстием и организованным скептицизмом[3]. Что ж, честь и хвала тем ученым, которые в духе общего дела делились со мною собранными ими данными, быстро и исчерпывающе отвечая на мои запросы. Прежде всего хочу поблагодарить Макса Роузера, основателя невероятно информативного сайта Our World in Data; без его великодушия и проницательности было бы невозможным обсуждение многих тем второй части книги, посвященной прогрессу. Хочу также выразить благодарность Мариану Тупи и сайту Human Progress, а также Оле Рослингу, Хансу Рослингу и сайту Gapminder – двум другим ресурсам, незаменимым для понимания того положения, в котором находится сейчас человечество. Ханс был для меня настоящим источником вдохновения, а его смерть в 2017 году стала трагедией для всех, кто верен разуму, науке, гуманизму и прогрессу.
Я благодарен всем специалистам по обработке и анализу данных, которым без конца надоедал, и организациям, собирающим и обновляющим эти данные. Это Карлин Боумэн, Дэниел Кокс (PRRI), Тамар Эпнер (Social Progress Index), Кристофер Фарисс, Челси Фоллетт (Human Progress), Эндрю Гелман, Яир Гитца, Эйприл Ингрэм (Science Heroes), Джилл Яноча (Bureau of Labor Statistics), Гейл Келч (US Fire Administration/FEMA), Алиана Колош (National Safety Council), Калев Литару (Global Database of Events, Language, and Tone), Монти Маршалл (Polity Project), Брюс Мейер, Бранко Миланович (World Bank), Роберт Мугга (Homicide Monitor), Пиппа Норрис (World Values Survey), Томас Ольшански (US Fire Administration/ FEMA), Эми Пирс (Science Heroes), Марк Перри, Тереза Петтерссон (Uppsala Conflict Data Program), Леандро Прадос да ла Эскосура, Стивен Рэйдлет, Ауке Рейпма (OECD Clio Infra), Ханна Ритчи (Our World in Data), Сет Стивенс-Давидовиц (Google Trends), Джеймс Салливан, Сэм Тауб (Uppsala Conflict Data Program), Кайла Томас, Дженнифер Трумен (Bureau of Justice Statistics), Джин Твендж, Бас Ван Ливен (OECD Clio Infra), Карлос Вилалта, Кристиан Вельцель (World Values Survey), Джастин Вулферс и Билли Вудворд (Science Heroes).
Дэвид Дойч, Ребекка Ньюбергер Голдстейн, Кевин Келли, Джон Мюллер, Розлин Пинкер, Макс Роузер и Брюс Шнайер прочли черновик книги и дали неоценимо полезные советы. Мне очень помогли эксперты, ознакомившиеся с отдельными главами или отрывками: Скотт Ааронсон, Леда Космидес, Джереми Инглэнд, Пол Эвальд, Джошуа Голдстейн, Энтони Грейлинг, Джошуа Грин, Сезар Идальго, Джоди Джексон, Лоуренс Краусс, Бранко Миланович, Роберт Мугга, Джейсон Немиров, Мэттью Нок, Тед Нордхаус, Энтони Пагден, Роберт Пинкер, Сьюзен Пинкер, Стивен Рэйдлет, Питер Скоблик, Мартин Селигман, Майкл Шелленбергер и Кристиан Вельцель.
Спасибо друзьям и коллегам, отвечавшим на мои вопросы или высказавшим важные замечания. В их числе Шарлин Адамс, Розалинд Арден, Эндрю Балмфорд, Николас Бомар, Брайан Боутвелл, Стюарт Бранд, Дэвид Бирн, Ричард Докинз, Дэниел Деннет, Грег Истербрук, Эмили-Роуз Истоп, Нильс Питер Гледич, Дженнифер Жакет, Барри Латцер, Марк Лилла, Карен Лонг, Эндрю Мак, Майкл Маккалоу, Хайнер Риндерманн, Джим Росси, Скотт Саган, Салли Сател и Майкл Шермер. Особая благодарность моим гарвардским коллегам Мазарину Банаджи, Мерсе Кросас, Джеймсу Энджеллу, Дэниелу Гилберту, Ричарду Макнолли, Кэтрин Сиккинк и Лоуренсу Саммерсу.
Я благодарю Рею Говард и Луз Лопес за их героические усилия по сбору, анализу и графическому отображению данных и Кихапа Йонга за выполненный им регрессионный анализ нескольких массивов данных. Я также благодарен Илавенил Суббиа за элегантный дизайн иллюстраций и за ее предложения по форме и содержанию книги.
Я глубоко благодарен моим редакторам, Венди Вульф и Томасу Пенну, и моему литературному агенту Джону Брокману за их рекомендации и поддержку на протяжении всей работы над книгой. Катя Райс осуществляет техническую редактуру уже восьмой моей книги, и я всякий раз учусь у нее секретам ремесла.
Особая благодарность моей семье: Розлин, Сьюзен, Мартину, Еве, Карлу, Эрику, Роберту, Крису, Джеку, Дэвиду, Яэль, Соломону, Даниэль и прежде всего Ребекке – моему наставнику и соратнику в защите идеалов Просвещения.
Часть I
Просвещение
Здравый смысл XVIII века, схвативший очевидные факты людских страданий и очевидные требования человеческой природы, подействовал на мир как душ морального очищения.
АЛЬФРЕД УАЙТХЕДЗа те несколько десятков лет, что я выступаю с лекциями о языке, сознании и человеческой природе, мне задавали самые странные вопросы. Какой язык лучше всех? Мыслят ли устрицы и другие моллюски? Когда мы сможем загружать свое сознание в интернет? Разве ожирение – не форма насилия?
Но самый поразительный вопрос был задан мне после лекции, в которой я рассказывал об общепринятом среди ученых понимании мышления как упорядоченном процессе в тканях мозга. Одна студентка в аудитории подняла руку и спросила меня:
– Зачем мне жить?
По ее простодушному тону было понятно, что она не имеет суицидальных наклонностей и не иронизирует, но искренне хочет знать, как найти смысл и цель, если современная наука опровергла традиционные религиозные представления о бессмертной душе. Я вообще не считаю, что есть такая вещь, как глупые вопросы, и, к удивлению этой студентки, остальных слушателей и своему собственному в первую очередь, мне удалось сформулировать вполне достойный ответ. По моим воспоминаниям, несомненно неточным и приукрашенным задним числом, он был примерно таким.
Задавая этот вопрос, вы ищете рациональные основания для своих убеждений, а значит, пытаетесь найти и оправдать то, что для вас важно, следуя принципу разума. А разумных причин жить очень много!
Будучи разумным существом, вы обладаете способностью к процветанию. Вы можете развивать свое рациональное мышление, обучаясь и участвуя в спорах. Вы можете искать объяснения явлениям природы методами науки и пытаться понять человеческую природу через искусство и гуманитарное знание. Вы можете по максимуму использовать свою способность к удовлетворению и удовольствию, благодаря которой успешно размножались ваши предки и которой вы, таким образом, обязаны своим существованием. Вы можете посвятить себя постижению красоты и богатства мира природы и мира культуры. Вы – итог миллиардов лет, на протяжении которых жизнь воспроизводила саму себя, и теперь вы в свой черед можете заняться ее воспроизведением. Вы наделены способностью сопереживать: вы можете испытывать симпатию, любить, уважать, помогать, проявлять доброту – и наслаждаться взаимной благожелательностью с членами вашей семьи, друзьями и коллегами.
И поскольку разум подсказывает, что ничто из этого не свойственно исключительно вам, вы несете ответственность за то, чтобы обеспечить других тем, чего хотели бы для себя. Вы можете способствовать благополучию других разумных существ, трудясь на пользу жизни, здоровья, знаний, свободы, достатка, безопасности, красоты и мира. История показывает, что, когда мы сопереживаем другим и применяем свои способности для улучшения человеческой доли, мы видим прогресс в этом направлении, и вы можете способствовать этому прогрессу.
Рассуждения о смысле жизни не входят в типичные служебные обязанности профессора когнитивной науки, и я бы не осмелился ответить на вопрос этой студентки, если бы ответ основывался на моих узкоспециальных знаниях или на моем сомнительном жизненном опыте. Но тут я знал, что всего лишь воспроизвожу комплекс убеждений и ценностей, сформированных более чем за два века до меня и ныне актуальных как никогда, а именно идеалы Просвещения.
Принцип Просвещения, согласно которому рациональное мышление и сопереживание – это путь к процветанию человечества, может показаться очевидным, банальным и устаревшим. Я написал эту книгу, потому что понял, что это не так. Сейчас идеалы разума, науки, гуманизма и прогресса нуждаются в решительной защите как никогда прежде. Мы принимаем дары Просвещения как должное: новорожденных, которым предстоит прожить по восемьдесят лет, рынки, изобилующие едой, чистую воду, текущую по мановению руки, и по мановению же руки исчезающие отходы, таблетки против опасных инфекций, сыновей, которых не отправляют воевать, дочерей, которые могут спокойно гулять по улицам, критиков власти, которых не сажают в тюрьму и не расстреливают, знания и культуру всего мира в кармане рубашки. Но все это – достижения человечества, а не ниспосланные нам от рождения привилегии. В личных воспоминаниях многих читателей этой книги – как и в настоящем тех, кому выпало жить в менее благополучных уголках планеты, – война, нужда, болезни, невежество и угроза смерти естественным образом сопутствуют жизни. Нам известно, что страны могут легко скатиться обратно в это первобытное состояние, и потому мы пренебрегаем достижениями Просвещения на свой страх и риск.
За годы, прошедшие с тех пор, как я ответил на вопрос той девушки, жизнь часто напоминала мне о необходимости заново сформулировать идеалы Просвещения (которые еще называют идеалами гуманизма, «открытого общества», а также космополитического или классического либерализма). И дело не только в том, что я регулярно обнаруживал в своей почте схожие вопросы («Уважаемый профессор Пинкер, что бы вы посоветовали человеку, который руководствуется в жизни идеями из ваших книг и научных статей, воспринимая себя как собрание атомов, как механизм с ограниченными способностями к познанию, порожденный эгоистичными генами и существующий в пространственно-временном континууме?»), дело еще и в том, что, если мы забудем о масштабе человеческого прогресса, это грозит нам симптомами похуже, чем экзистенциальная тоска. Это может вызвать у людей циничное недоверие к институтам, вдохновленным Просвещением и служащим залогом прогресса, например к институту либеральной демократии или к организациям международного сотрудничества, и склонить их к атавистическим альтернативам.
Идеалы Просвещения – это продукт человеческого разума, но им всегда приходится бороться с другими компонентами человеческой природы: с преданностью своему племени, почитанием авторитетов, магическим мышлением, склонностью винить во всех бедах злоумышленников. Во втором десятилетии XXI века набрали силу политические движения, пророчащие своим обществам кошмарное антиутопическое будущее, уготованное для нас врагами, противостоять которым может только сильный лидер, способный повернуть свою страну вспять и сделать ее «снова великой». Этим движениям играют на руку идеи, которые разделяют с ними многие их самые ярые противники: идеи, что современные институты не оправдывают себя и что каждый аспект жизни находится во все более глубоком кризисе. Обе стороны сходятся в зловещем убеждении, что мир станет лучше, если избавится от этих институтов. Гораздо реже встречаются люди с позитивным взглядом, которые воспринимают мировые проблемы на фоне исторического прогресса и стремятся развивать его дальше, в свою очередь решая эти проблемы.
Если вы все еще не уверены, что гуманистическим идеалам Просвещения нужна решительная защита, вдумайтесь в слова Шираза Махера, исследователя радикальных исламистских движений: «Запад стесняется своих ценностей – он больше не выступает в защиту классического либерализма. Мы не уверены в этих ценностях. Нам за них неловко». Махер сравнивает такое отношение Запада с позицией ИГИЛ[4], которое «точно знает, за что борется», и эта уверенность «невероятно притягательна» – а уж ему-то виднее: раньше он был региональным руководителем джихадистской группировки «Хизб ут-Тахрир»[5][6].
Размышляя о либеральных идеалах в 1960-х годах вскоре после того, как они выдержали свое величайшее испытание, экономист Фридрих фон Хайек писал:
Чтобы старые истины сохраняли свое влияние на людские умы, их нужно формулировать заново, используя язык и понятия очередного поколения. Некогда яркие выражения постепенно изнашиваются и утрачивают конкретное значение. Стоящие за ними идеи могут оставаться такими же актуальными, как и прежде, но слова – даже если они описывают все еще существующие проблемы – утрачивают былую убедительность[7][8].
Эта книга – моя попытка заново сформулировать идеалы Просвещения, используя язык и понятия XXI века. Для начала я изложу общие принципы понимания человеческой природы в свете достижений современной науки: кто мы, откуда мы взялись, с какими трудностями сталкиваемся и как с ними справляемся. Большая часть книги посвящена защите этих идеалов методом, характерным для XXI века, – при помощи данных. Этот фактологический подход к изучению Просвещения как проекта показывает, что связываемые с ним надежды не были напрасными. Просвещение сработало – и это, возможно, величайшая из тех историй, о которых мы редко вспоминаем. А поскольку этот триумф настолько не воспет, лежащие в его основе идеалы разума, науки и гуманизма также не оценены по достоинству. Эти идеалы – отнюдь не навевающие скуку общие места. Напротив, современные интеллектуалы относятся к ним с равнодушием и скепсисом, а иногда даже с презрением. В этой книге я отстаиваю мнение, что, если их должным образом осмыслить, идеалы Просвещения оказываются волнующими, вдохновляющими и благородными, – что ради них стоит жить.
Глава 1
Имей мужество пользоваться собственным умом!
Что такое просвещение? Этим вопросом озаглавил свое эссе 1784 года Иммануил Кант. Просвещение для Канта – это «выход человека из состояния своего несовершеннолетия, в котором он находится по собственной вине»[9], его уход от «лености и трусости», от подчинения «положениям и формулам» религиозных или политических авторитетов[10]. Девизом просвещения он провозгласил фразу: «Имей мужество пользоваться собственным умом!», а его основополагающим принципом – свободу мысли и слова:
Никакая эпоха не может обязаться и поклясться поставить следующую эпоху в такое положение, когда для нее было бы невозможно расширить свои познания, избавиться от ошибок и вообще двигаться вперед в просвещении. Это было бы преступлением против человеческой природы, первоначальное назначение которой заключается именно в этом движении вперед[11].