- -
- 100%
- +
Может быть, такими и должны быть отношения?
По сути, он ведь не знал тогда, что я не собиралась спать с ним. В этом, наверное, нет его вины. Сейчас он ведет себя по-другому. Он засыпает, прижимая меня к себе. А еще будит ночью и дает заснуть только после того, как кончит в меня. Он целует меня так, что мне сразу же хочется закрыть глаза и улететь куда-нибудь. И только его руки, сжимающие меня до синяков, напоминают, что я здесь. В чужом доме.
Сегодня Рустам приходит с работы хмурый. Не приветствует меня. Даже не смотрит.
– Уйди в комнату, – говорит мрачно.
Слушаюсь и ухожу. Наверное, у него проблемы на работе.
Тихо сижу на кровати в ожидании. Я знаю, что он придет. Чувствую это.
Вдруг слышу шаги.
Рустам заходит. Опять не смотрит на меня. Снимает часы, запонки. Раздевается и идет в душ. И все это молча.
И меня это начинает пугать. Пока он в душе, я забираюсь под одеяло. И дрожу. Даже под ним. Такой Рустам опять наводит на меня страх.
Наконец, он выходит, обтираясь полотенцем. Кидает его на стул и впервые за вечер смотрит на меня. И я не могу прочитать этот его взгляд.
– Вылезай, – командует он. – Я же сказал, ждать меня голой. Ты забыла? Или опять за свое?
Злой тон еще больше заставляет меня дрожать. Я убираю одеяло.
– Раздвинь ноги, – он стоит перед кроватью и я вижу, как увеличивается его член. Он поднимается все выше и выше. Становится все больше и больше.
– Потрогай себя, – хрипит он, обхватывая член рукой и медленно водя по нему вверх-вниз.
Я не знаю, как «трогать себя». Просто веду пальцы вниз живота и касаюсь там. Но не чувствую ничего. Совсем ничего. А еще ужасно стыдно. И я отвожу взгляд.
– Смотри мне в глаза! – рычит Рустам. – Ну!
И я, как кролик перед удавом, покорно поднимаю взгляд.
Его глаза стали еще темнее и они блестят. Но сегодня этот блеск пугает меня.
Он шагает ко мне, наваливается и сразу же резко вводит в меня член. Он опять с трудом протискивается, больно трется о сухие стеночки. И я вскрикиваю.
Рустам молча, тяжело дыша и стиснув зубы, вбивается в меня. Я вижу, как ходят желваки на его сосредоточенном лице.
Я уже не чувствую боль. Только небольшой дискомфорт от трения. Чувствую, как лоно, все-таки, немного увлажняется, но смазки очень мало.
Рустам хрипит, ускоряется. Его толчки становятся жестче. И кончает, упав на меня полностью и придавив к кровати.
Отдышавшись, поднимается и говорит:
– Перевернись.
Я опять слушаюсь его. Потому что понимаю, что сейчас он не в том настроении, чтобы ему перечить.
– На колени.
Он хочет взять меня сзади. Хорошо. Так он уже делал. Ничего страшного. Успокаиваю я сама себя. И лишь когда он пальцем ведет по позвоночнику, ключице и проникает между ягодиц, я начинаю испытывать беспокойство. Он же не будет…
– Боишься? – ухмыляется он, раздвигая ягодицы и кладя палец на сжавшееся от страха колечко.
Пытаюсь перевернуться, но его руки жестко обхватывают меня.
– Стоять. Сегодня будет тренировка. Готова?
Слышу звук открывающегося шкафчика. Потом что-то холодное касается моей попы и я вздрагиваю. Оборачиваюсь. У Рустама в руках какой-то розовый баллончик.
– Что это? – испуганно спрашиваю я.
– Лубрикант, – спокойно отвечает он.
Нажимает на что-то и я чувствую, как мне на попу что-то плюхается. Что-то холодное. Комната наполняется химическим клубничным ароматом.
– Клубничный, – усмехается Рустам. – Все, как вы, девочки, любите. Расслабься.
Но у меня не получается. Тогда он еще выливает на меня смазку. Размазывает ее. Крутит пальцем возле тугого колечка и пытается протиснуть туда палец.
– Не надо, – хнычу я.
– А как ты хотела? – не перестает тыкать пальцем Рустам. – Отработка, девочка. По полной программе. Что ж ты тугая какая. Расслабься, говорю.
Но все уговоры, угрозы не действуют – я так и не впускаю его туда. Обозленный он шлепает меня по попе:
– Иди в душ!
Когда я выхожу из душа, его уже нет. Я ложусь в кровать и укрываюсь. Жду, когда он зайдет в комнату. Но так и засыпаю, не дождавшись.
Утром просыпаюсь рано. Рустама нет. Я спокойно выдыхаю, но тут в комнату заходит он. Уже в костюме, с аккуратно уложенными волосами.
Держит в руках пакет. Подходит к кровати и ставит пакет рядом с ней.
– Вот. Вечером оденешь.
Я заглядываю в пакет и мне не нравится то, что я там вижу.
– Что это? – спрашиваю.
– Костюм медсестры, – спокойно говорит он. – Вечером придет мой друг. Поиграем в «доктора». Знаешь такую игру?
Трясу головой.
– Значит, научим, – ухмыляется. – Все. Чтобы ждала меня, то есть нас, в этом костюме. Ослушаешься – накажу.
Разворачивается и выходит из комнаты.
Придя немного в себя от услышанного, двумя пальцами достаю содержимое пакета. И правда костюм, но с медициной его связывает только красный крест по центру сзади на шортиках. Запихиваю все обратно в пакет.
И, кажется, начинаю понимать, к чему все идет.
Быстро одеваюсь, хватаю свою сумку и карточку, которую Рустам оставил мне в первый день.
Бегу на выход. В двери опять стоит водитель, который привез меня сюда.
– Мне надо выйти, – говорю я ему.
– Куда? Разрешение есть?
Ничего себе.
– Забыла спросить, – вру я. – Мне надо в университет. Только что позвонили с кафедры.
Водитель тыкает в телефон и подносит его к уху:
– Рустам Каримович, она говорит ей надо в университет. Хорошо. На, – передает мне трубку.
И я нагло вру Рустаму, что мне срочно надо в университет. Даю клятву, что не сбегу, и обещаю быть послушной. Он просит вернуть телефон водителю.
– Я понял. Хорошо, – говорит тот и отключает телефон.
– Поехали, – кидает мне.
Возле университета он говорит мне:
– Я жду тебя здесь. И не вздумай сбежать. Будет хуже.
Глава 11
Рустам
Я захожу в спальню, когда девчонка уже уснула, свернувшись на боку. Смотрю на нее сверху вниз. Она вздрагивает во сне. Такая маленькая. Хрупкая.
Трахать ее мне нравится. И это доставляет мне неудобство. Я слишком часто думаю о ней. О том, как приду домой и загоню ей член по самые гланды. Или резко, одним толчком, вырву из нее крик. Она так и не привыкла к моему размеру и, когда я вбиваюсь в ее узкую щелку не медленно, а грубо, то она всегда вскрикивает и цепляется за мои плечи.
Вот, опять я думаю о ней и чувствую, как кровь уже бежит к члену со всех других органов.
Нет. Этого не будет!
Несколько лет назад я уже испытывал нечто подобное. Тогда у меня просто крыша поехала. Лиза. Я любил ее. Наверное, именно такие чувства люди называют любовью. Я не отпускал ее от себя ни на шаг. Мне все время было ее мало. Хотелось, чтобы она всегда была в моих руках. Я даже был готов жениться! Хотя еще в молодости решил, что брак – не для меня. Но Лиза все перечеркнула. Я был помешан на ней. Сейчас, в трезвом уме, я это прекрасно понимаю.
Она тоже была маленькой девочкой. Я ее сделал женщиной. Научил жить красиво. Был готов на многое ради нее. А она… Она переспала с Артуром. Он тогда только пришел в компанию, а Лиза работала в отделе маркетинга. Я ее туда устроил. Чтобы и днем она была рядом.
Однажды компания поехала на корпоратив в Подмосковье. Вечером, после официальной части, все расслабились. Расслабился и я. Выпил лишнего и уснул в номере. В нашем с Лизой номере. Я не скрывал наши отношения. И Артур отлично знал о них.
Записи с камер мне показал Олег. Мой приятель и один из директоров в компании. Долго смотреть это видео я не смог. Меня почему-то чуть не стошнило.
Больше всего из увиденного у меня вызвало чувство омерзения не то, как Лиза извивалась на столе в какой-то подсобке, а довольная ухмылка Артура на камеру. Он знал, что их снимают. Он как будто говорил мне этим своим оскалом: «Смотри. Я взял твои акции. И девку твою я тоже беру».
И тогда я понял. Я не смогу больше притронуться к Лизе. После кого-то другого – никогда.
С тех пор ни одной девке не удавалось разжечь во мне хоть что-то, кроме похоти. Я на всех них смотрел как на дырку, куда можно вогнать возбужденный член.
И сейчас, глядя на спящую блондинку в моей кровати, я тоже хотел думать именно так. Но не получалось. И это меня злило. До скрежета зубов. До сжатия кулаков.
Сначала я думал, что испытаю отвращение к ней, если трахну в задницу. Я никогда не любил анальный секс. Но в минуты раздражения и гнева он лучше всего помогал мне скинуть весь негатив.
Анальный секс всегда был последним сексом с той, кто дал мне в жопу. После этого она умирала для меня как женщина.
Но эта девчонка так и не позволила мне хотя бы пальцем трахнуть ее там. И я сдался. Впервые. И за это возненавидел себя еще сильнее. И ее.
Тогда я решил избавиться от всего этого проверенным способом. Я должен видеть, как она станет чьей-то еще. Я не смогу принять ее и думать о ней иначе, чем как об еще одной дырке, если кто-то другой трахнет ее.
Знаю, что Олег точно не откажется. А я просто выпью и понаблюдаю за их играми.
С этими мыслями я кидаю на нее последний взгляд и выхожу.
На работе сразу предупреждаю секретаря, что меня ни для кого нет. Звоню Олегу и предлагаю развлечься вечером. И он меня не разочаровывает.
А потом я пью. С утра. Понимаю, что такими темпами я не досижу до конца представления, но не могу остановиться. И, если бы не звонок, то, наверное, Олегу пришлось бы везти меня на нашу тайную вечеринку на заднем сиденье авто.
Звонят из службы безопасности. Отвечаю на звонок и почти сразу трезвею.
– Что значит «сбежала»? А вы какого делали?
– Она в университет поехала, – оправдывается водитель, который должен был следить за девчонкой, – я на улице в машине ждал. А она все не выходила. Пошел внутрь. А ее нет нигде. Ее группа уже разошлась часа два назад.
– И как же ты ее упустил, раз там стоял? – ярость отрезвляет меня.
– Она с черного входа, с кухни сбежала…
– Черт! – ударяю телефоном по столу.
И не то, чтобы я очень расстроился, что она решила уйти. Нет. Но она опять ослушалась меня. Опять сбежала. А ведь я старался быть ласковым с ней.
Дура. Я ведь все равно найду тебя. И тогда… Обещание поиграть «в доктора» покажется тебе сказкой.
– Данные ее есть? – спрашиваю, убедившись, что связь от удара не прервалась.
Я ведь за все три дня даже не посмотрел ее паспорт. Не поинтересовался, как ее фамилия. Зачем мне это? Я ее просто трахал.
– Да, – отвечает водитель. – Ее уже пробили и ищут. В общагу поехали сейчас.
– Если эту шалаву, как ее там?
– Устинова Анастасия Михайловна, – спешит показать свою осведомленность водитель.
– Если ее… Постой! Как ты сказал? Повтори! – чувствую, как кровь отхлынула от моего лица. Сижу, не моргая, в ожидании подтверждения страшной догадки.
– Устинова Анастасия Михайловна, – с готовностью повторяет водитель и называет еще и дату рождения.
На этот раз телефон летит в стену.
Глава 12
Настя
Я еще долго не могу поверить в то, что мне удалось сбежать.
Попав в здание университета, я сразу же побежала в столовую. Благо там меня знают хорошо. В самом начале я там подрабатывала по вечерам. Пока не нашла работу в клининговой компании.
Поэтому я без труда нашла выход на задний двор, куда подвозили продукты на машинах. Спрыгнула с лестницы и побежала к метро.
И, только добежав до турникета, остановилась и обернулась. Получилось.
Но что делать дальше я не знала…
То, что надо было уволиться с работы – это точно.
Сменить телефон – тоже да.
Возвращаться в родной город? Но куда? Меня там никто не ждал. Да, и ехать-то было некуда. Даже переночевать.
Сможет ли этот урод найти меня здесь, в Москве? Навряд ли. В большом городе затеряться легче.
Он ведь ничего не знает обо мне.
Да, и вряд ли вообще захочет искать меня. Проще найти новую игрушку.
Поэтому, пожалуй, останусь здесь.
Выйдя из метро, нащупываю в сумке карточку. Я не хочу брать его деньги, но вариантов у меня нет. Он точно не обеднеет, если я сниму со счета пару тысяч. Мне надо вложить свою долю за аренду квартиры и купить что-то поесть. Девчонки меня просто так кормить не будут.
В ближайшем к дому банкомате снимаю небольшую сумму – только то, что нужно для аренды и покупки еды.
Хранить у себя карточку небезопасно. Вдруг потеряю или девчонки увидят. Поэтому с трудом, но ломаю ее пополам и выбрасываю в урну.
Что делать с университетом? Пока появляться там страшно. Надо переждать. Думаю, Рустам быстро выкинет меня из головы.
Возвращаюсь в квартиру.
– О, вернулась, – встречает меня Рита. – Ты где пропадала? Мы уже в полицию хотели идти.
– У одногруппницы была, – вру я.
– Деньги-то принесла? Срок за квартиру платить.
– Да, вот, – отдаю свою долю.
Весь следующий день я не выхожу из дома. Все еще боюсь. Перестраховываюсь.
Вечером Ритка подходит ко мне на кухне и говорит так, что слышу только я:
– У меня сегодня в агентстве про тебя спрашивали.
Мое сердце замирает.
– Просили передать, что есть спецзаказ на тебя. Хорошо заплатят, – Ритка хитро улыбается. – Пойдешь?
– Нет! – громко говорю я. – И не подходи ко мне больше с такими предложениями!
Ритка закатывает глаза и отходит.
Я судорожно сжимаю в руках чашку с чаем. Неужели он? Придется еще дольше сидеть в квартире. По крайней мере, пока я точно из нее никуда не выйду.
На следующее утро девчонки расходятся: кто – работать, кто – на учебу. Я остаюсь в квартире одна.
Беру учебник и решаю повторить хоть что-то из курса. Пропуски в университете мне придется отрабатывать.
От чтения меня отрывает звонок в дверь. Смотрю в дверной глазок. За дверью стоит мужчина в униформе.
– Кто там? – спрашиваю. Я не открываю двери незнакомцам. Тем более, сейчас.
– Открывайте, я из управляющей компании, – требовательно произносит мужчина.
– И что вам надо? – уточняю я.
– У меня важная информация для Вас. Надо, чтобы вы расписались. Вот здесь.
И он тычет в глазок какую-то бумажку. Как будто я смогу ее там рассмотреть.
Задумываюсь на мгновение, но все же не решаюсь открыть дверь.
– Положите, пожалуйста, информацию в почтовый ящик. Мы прочитаем и подпишем. И сами вам занесем.
За дверью молчание.
Вижу в глазок, что мужчина смотрит куда-то в сторону. Потом произносит:
– Хорошо. Так и сделаю. Всего доброго.
– До свидания, – прощаюсь я и возвращаюсь к учебникам.
Спустя пару часов вспоминаю, что надо готовить ужин к приходу девочек. Мы делаем это по очереди. Сегодня как раз моя очередь. Поэтому иду на кухню.
Закинув все в кастрюлю, направляюсь с мусором к двери. Смотрю в глазок. Сама не знаю, почему. Никого нет. Открываю дверь и выхожу. И сразу же ко мне со спины кто-то прижимается, зажимает мне рот ладонью и толкает опять в квартиру. Я не успеваю даже пискнуть, а сердце уходит в пятки. Грабители. Отдам им все сама. Сразу же эта мысль приходит мне в голову.
Меня толкают в комнату и пихают на диван. Запрыгиваю на него и сразу же разворачиваюсь к грабителю лицом. И открываю рот в немом крике. Мне настолько страшно, что изо рта не вырывается ни единого звука.
Рустам.
Он поправляет пиджак и свои дорогие запонки. Смотрит на меня исподлобья своими черными глазами. Но смотрит не зло. И от этого я немного прихожу в себя.
– Что… Что ты тут делаешь? – запинаюсь я.
– Пришел за тобой, – спокойно говорит он, но не подходит.
Вдруг его взгляд скользит по моим голым ногам. Я дома же, поэтому в одной майке и коротких шортиках. Под его взглядом я прижимаю колени к груди и натягиваю на них майку.
Он усмехается и отводит взгляд.
– Собирайся, – говорит.
– Я не поеду, – произношу упрямо.
Он вздергивает бровь и внимательно смотрит на меня.
– Нам надо поговорить. Собирайся, – делает шаг ко мне и я отодвигаюсь. – Да, не бойся, не трону.
Но я не верю. Хватаю с тумбочки ножницы и нацеливаю на него. Он удивленно смотрит, но в его глазах ни капли испуга. Думает, не смогу?
– Уходи, – цежу я.
А он вместо этого делает еще один шаг ко мне. Я хватаю ножницы обеими руками и выставляю перед собой.
– Дикарка, – ухмыляется он. – Что же ты…
Но не договаривает, а подходит еще ближе.
– Не подходи! – кричу я и утыкаюсь ножницами в его руку, которую он протягивает ко мне.
Глава 13
Рустам
Да нет же. Нет. Так не бывает.
Почему из миллионов девок в Москве свою целку решила продать мне именно дочь Михаила?
Пока я не увидел документы, которые переслали из службы безопасности, во мне все еще жила надежда, что это простое совпадение. Ну, бывают же полные тезки?
Бывают. Но не в этом случае.
Сомнений нет.
Сладкая Настя оказалась Устиновой Анастасией Михайловной. Дочерью моего лучшего друга Михаила. Той, за которой я должен следить еще пару лет и которую должен выдать замуж.
А еще я обещал не трогать ее. Но тронул. И не один раз.
Залпом выпиваю виски и расстегиваю ворот рубашки, который сейчас давит так, что я задыхаюсь от нехватки кислорода. Или это не из-за рубашки?
Прости, Миш. Я не знал. Все, что могу сказать в свое оправдание.
Сжимаю виски и каждый удар в них силой отбивается на пальцах. Сердце колотится так, словно я только что пробежал стометровку.
Что теперь делать? Надо исполнять волю Михаила.
Интересно, когда бы я узнал о том, что Настя – дочь Михаила, если бы она не сбежала? Что бы еще успел с ней сделать?
Нет. Об этом лучше не думать.
Это было ошибкой. Но моей вины в этом нет. И уверен, что Михаил понял бы меня.
Но как же тошно вот здесь, в груди. Наверное, душа именно там.
И какого черта она решила продать свою девственность? Нет, я все понимаю. Хочется денег. Но что за девки пошли? Работать не пробовала? Ладно, это мы с ней тоже обсудим. Ее поведение.
Я же теперь за ней следить, как отец, должен. Чтобы никто и пальцем не тронул. Блюсти остатки чести. Так что ли?
Ну, Михаил. Ну, удружил. И откуда только она взялась, дочка эта. Наследница.
При мысли о наследстве Михаила вспомнилась и Маргарита, его бывшая. Еще одна головная боль. Настя и Маргарита. И я между ними. Да, что ж за полоса такая началась.
Ведь все так хорошо было в моей жизни.
Ладно. Надо искать эту чертову дочь. Сладкую Настю. Маленькую беззащитную девочку. Так. Стоп. Мне нельзя так о ней думать. Теперь нельзя. Все.
Она – дочь Михаила. Мой долг – оберегать ее. Научить жизни, раз больше некому. Мда. Остальному я ее уже научил. Раздается хруст. Я-таки ломаю пополам карандаш, которым играюсь все это время.
Через пару часов мне привозят новый телефон. Вставляю туда сим-карту и первое сообщение, которое получаю сразу же, – из банка. Так. Анастасия Михайловна сняла деньги. Больше некому. Карту оставлял ей. Смотрю на сумму. Скромненько. Но это, наверное, только начало.
На следующий день мне докладывают, что адрес пробили. Настя или Анастасия. Как мне ее теперь называть-то? Настя не пойдет. Навевает дурные воспоминания. Придется Анастасией звать.
Мы едем по указанному адресу. Мне уже доложили, что она дома одна. Остальные разошлись. Идеально. Но эта маленькая дрянь не спешит открывать дверь. Боится. Не глупая значит. Это уже радует.
Но не ломать же дверь. Полиция нам здесь не нужна. Поэтому просто стою под дверью. Должна же она хоть куда-то выйти. А если нет? Каждый день так дежурить? Стучу кулаком в стену. Вот добавил Михаил забот!
Наконец, слышу скрежет замка. Неужели! Отхожу в сторону, чтобы не спугнуть раньше времени. Как охотник с добычей. Давно так не развлекался. Сердце опять выбивает нервную дробь.
Как только за дверью появляется знакомая тоненькая фигурка, хватаю ее и запихиваю обратно в квартиру, ногой захлопывая дверь. Сажаю на диван.
Она поворачивается и я сразу же читаю все ее эмоции в глазах. Страх, граничащий с ненавистью. И мне это нравится. Но я гоню прочь все ненужное.
Пытаюсь по-хорошему уговорить ее ехать. Я ведь могу просто связать, заткнуть рот и засунуть в машину. Но с дочерью Михаила хочется решить все цивилизованно.
А она как будто специально провоцирует. Увидев в ее руках ножницы, лишь усмехаюсь. Забавная. Наивная девочка. Нашла чем пугать.
Делаю шаг к ней. Еще. Тяну руку, чтобы забрать ее «оружие». А она как полоснет меня ножницами по ладони. Да, что б тебя! Хватаюсь за руку. На пол падают капли крови. Порезала-таки. Отомстила. Сжимаю ладонь, пытаясь остановить кровь.
– Уходи! – повторяет она и ни капли раскаяния на лице.
– С…, – я осекаюсь, так и не договорив это слово. Нельзя. – Что ты творишь? Я же сказал, поговорить надо!
Делаю еще один шаг. Но в этот момент Настя бросает ножницы, подбегает к окну, распахивает его и забирается на подоконник.
– Если ты не уйдешь, я прыгну! – заявляет вполне серьезно.
Ветер обдувает ее волосы и натягивает майку на груди. И она без лифчика. От холода или от страха соски торчат.
Трясу головой. Все не то. Не то.
– Анастасия, – говорю спокойно, оставаясь на месте, – нам надо поговорить. Правда. Это касается твоего прошлого и будущего. Обещаю. Я не притронусь к тебе. Никогда больше.
– Я не буду сексуальной игрушкой для тебя и твоих приятелей-извращенцев, – кричит она.
– Не надо так о моих друзьях, – строго говорю я. Пора уже начать ее воспитание.
– Все твои друзья такие же, как ты! Извращенцы!
– Один из них, девочка, твой отец, – решаю я сказать главное.
Глава 14
Настя
Я теряюсь от услышанного. Наверное, показалось?
– Спускайся, – говорит Рустам. – Тебе не послышалось. Я знал твоего отца.
А я так и стою на подоконнике, держась за фрамугу. И, пока я, опустив взгляд в пол, думаю об услышанном, чувствую, как сильные руки хватают меня за талию и тянут вниз. Упираюсь руками в грудь.
– Отпусти! – требую, нахмурившись.
– Да, успокойся ты, – недовольно произносит Рустам и ставит меня подальше от окна. – Сказал же: «не трону». Собирайся. Поехали.
– Куда?
– Ко мне.
– Зачем?
– Об отце поговорим. Будущее твое обсудим. Короче. Или ты собираешь свои вещи и мы добровольно едем. Или…
– Что? – перебиваю я.
– Никогда не перебивай меня, – строго говорит он. – А то накажу.
Но тут же замолкает.
– Анастасия, – обращается ко мне теперь только так. Интересно, – поехали. Я все объясню.
Спорить можно сколько угодно, но я прекрасно понимаю, что все равно будет так, как хочет он. К тому же информация об отце задевает меня за живое.
С самого раннего детства я мечтала узнать о нем. Но мама тщательно скрывала от меня эту информацию. И вот теперь, правда близко. Совсем близко.
Еще раз смотрю в глаза Рустама. Сегодня в них нет всего того, что я привыкла в них видеть. И меня это немного успокаивает.
– Хорошо, – соглашаюсь я. – Я поеду с тобой. Но знай, что мои подружки знают о тебе. Знают, кто ты и где ты живешь. И, если со мной что-нибудь случится…
– Ты им все-все рассказала? – усмехается он.
Сжимаю сильнее губы и молча иду к шкафу собирать вещи. Их немного. Так что, уже через несколько минут сумка собрана.
– Ты так поедешь? – спрашивает Рустам, окидывая меня, как мне кажется, презрительным взглядом.