Идеальная улыбка

Глава 4

Джесси не была впечатлена.

Временно прикомандированный к участку для расследования дела по убийству с нанесением ножевых ранений агент ФБР выглядел как старый запасной бейсболист, которого выставили на поле, поскольку все игроки основного состава получили травмы. Когда она подходила к нему, чтобы познакомиться, Джесси заметила, что у парня, которому на вид было где-то около сорока лет, было довольно внушительное брюшко, как для агента ФБР.

Кроме того, его волосы – непривычно длинные и растрёпанные, были уже почти полностью седыми. Его обветренное лицо и солёный запах, исходящий от его тела, указывали на то, что он проводил больше времени, занимаясь сёрфингом, чем участием в практических операциях. Воротник его пиджака был изрядно изношен, а галстук просто свободно болтался на шее. И несмотря на то, что было только утро, он уже успел поставить достаточное количество пятен от еды на своих широких брюках.

– Джек Долан, – представился он, протягивая руку, когда подошла Джесси и больше ничего не сказал в качестве приветствия.

– Джесси Хант, – сказала она, стараясь не содрогнуться от силы его рукопожатия.

– Ах, да. Пресловутый профайлер, она же дочь серийного убийцы, она же заклинательница психопатов, которая прячется от мужчин, которые рыщут в ночи.

– Именно так и написано на моей визитной карточке, – язвительно ответила Джесси, не в восторге от излишней самонадеянности, которую этот парень ей сразу же продемонстрировал.

– Агент Долан, – вмешался в разговор Декер, прерывая этот обмен колкостями, – поскольку дело об убийстве в Студио-Сити имеет ряд возможных совпадений с методами действий Ксандера Турмана и Болтона Крачфилда, мы приняли решение, что мисс Хант должна к Вам присоединиться, чтобы оценить вероятность причастия к нему одного из них.

Долан посмотрел на Декера, затем на Джесси, и, наконец, на Мёрфа.

– Итак, – сказал он, явно смутившись. – Теперь я должен с ней нянчиться? Или назовём это работой в паре?

Джесси открыла рот, не зная точно, что собирается сказать, кроме как выругаться. Но до того, как она успела сказать хотя бы слово, в разговор вступил Декер.

– Считайте её своим напарником на время расследования этого дела. А я полагаю, что прикрывать напарника входит в Ваши обязанности, агент Долан. Так что, нет никакой разницы.

Долан держал язык за зубами. Краем глаза Джесси увидела, как Мёрф сдерживает ухмылку. Она развернулась к Декеру.

– Могу я поговорить с Вами наедине? – спросила она.

Он кивнул, и они приготовились выйти в коридор.

– Подождите, – сказал Мёрф. – Мы с агентом выйдем на улицу. А вы можете поговорить здесь. Чем меньше людей вас увидит, тем лучше.

После того как они ушли, Джесси с яростным блеском в глазах повернулась к Декеру.

– Это какое-то наказание? Поэтому Вы ставите меня в пару к этому парню? Вы не можете просто снять Эрнандеса с дела, над которым он работает, и поставить меня в одну команду с ним?

– Детектив Эрнандес сейчас недоступен, – кратко ответил он. – Мы не «снимаем» детективов с дел о тройном убийстве только для того, чтобы удовлетворить прихоти других сотрудников. Так что, Вам не стоит ждать, что он объявится в ближайшее время. А если это произойдёт, это будет значить, что он не выполняет свою работу. Кроме того, Долан более чем подходящая кандидатура для расследования этого дела. Это именно тот агент, которого нам предоставило Бюро. Так что, постарайтесь найти способ сработаться с ним. В противном случае Вы можете вернуться на конспиративную квартиру. Это Вам решать, Хант.

Дорога до Студио-Сити была особенно некомфортной.

Долан явно был не рад тому факту, что ему приходилось ехать на заднем сидении седана, за рулём которого был федеральный маршал. Мёрф и Туми тоже были не в восторге от того, что им пришлось выполнять роль водителей двух ворчливых детективов. А Джесси вообще всё раздражало.

Несмотря на то, что сказал Декер, она действительно чувствовала себя в этой машине будто среди трёх нянек, и ещё двоих в машине, следующей за ними. Её «напарник», видимо, считал её участие в этом деле чисто символическим. А маршалы, очевидно, были возмущены тем, что им приходилось выступать в роли высококвалифицированных лакеев. К тому времени, когда они добрались до места преступления, все уже были на взводе.

Туми без труда нашёл нужное место. Это был очаровательный одноэтажный дом в испанском стиле, который был опечатан жёлтой лентой и вокруг которого было припарковано полдюжины полицейских машин. Там также было два фургона телевизионщиков. Туми проехал мимо всех них и припарковался на полквартала ниже – в месте, где их никто не увидит.

– Как будем действовать? – спросил он остальных. – Мы не можем допустить, чтобы кто-нибудь увидел, как Хант входит в этот дом. Если это дело рук Турмана или Крачфилда, они будут пристально следить за тем, не появилась ли она здесь. А даже, если они и не имеют к этому никакого отношения, мы бы не хотели, чтобы её лицо всплыло в новостях.

Джесси какое-то время подождала, чтобы посмотреть, предложит ли кто-нибудь из присутствующих очевидное решение. Когда никто этого не сделал, она заговорила:

– Поверните назад, – проинструктировала она. – Там нет подъездной дороги. А это означает, что со стороны переулка можно заехать прямо в гараж. У телевизионщиков нет туда доступа, и они в любом случае не смогут развернуть там свои широкие фургоны. Таким образом, у нас будет возможность войти внутрь, не попадаясь в объектив ни одной из камер.

Похоже, ни у кого не было никаких возражений, поэтому Туми снова завёл машину и сделал так, как сказала Джесси. Он передал информацию по радиосвязи другим маршалам, сообщая их план и порекомендовал им остаться на главной улице.

Вне всяких сомнений, узкий заезд из переулка был заблокирован патрульными машинами с обеих сторон. Они остановили свою машину и вышли. Мёрф и Долан предъявили свои значки ближайшему офицеру, пропустившему их, не проверяя удостоверения ни у Туми, ни у Джесси, которые не хотели никому раскрывать её личность, даже сотруднику полиции.

Они прошли через задние ворота и поднялись по ступенькам крыльца до входа, где уже другой полицейский попросил предъявить удостоверения личности. Он не хотел никого пропускать, не проверив каждое из них. Но Долан наклонился и прошептал ему что-то, чего Джесси не расслышала, затем полицейский кивнул и отступил, пропуская их вперёд.

Когда они зашли в дом, Джесси попыталась заглушить воспоминания об утренних конфликтах и сосредоточиться на своём окружении. Сейчас она расследовала преступление и жертва, кем бы она ни была, заслуживала её полного внимания.

Задняя дверь вела на кухню, которая оказалась достаточно современной, хорошо оснащённой последними приборами и приспособлениями. По правде говоря, тут всё выглядело настолько нетронутым, что она сделала предположение, что в течение последних шести месяцев здесь был сделан ремонт. Что-то здесь напомнило ей новоиспечённые кварталы McMansion, заселённые всеми этими богатенькими парочками из Ориндж-Каунти, где она тоже успела недолго пожить до того, как узнала, что её теперь уже бывший муж, Кайл Восс, был жестоким социопатом.

– Кто здесь живёт, – произнесла она, не адресуя этот вопрос никому конкретно.

Молодо выглядящий светловолосый полицейский в форме, который стоял в углу, услышал её и подошёл.

– Я думал, детективы уже закончили свою работу, – сказал он.

– Им на помощь пришло ФБР, – первым выступил Долан, показывая свой значок и рассматривая бейдж с именем парня. – Что Вы можете сказать нам, офицер Мартин?

– Да, сэр, – ответил Мартин. – Этот дом снимали две женщины. Габриель Канту и Клэр Стэнтон. Жертвой стала Стэнтон. Ей было двадцать три года. Её тело было обнаружено сегодня рано утром Канту и её приятелем.

– Где сейчас Канту? – спросила Джесси.

– На квартире у своего приятеля, – ответил офицер Мартин. – Он живёт прямо за холмом на Малхолланд Драйв. У неё нет никого из родственников в городе, так что он разрешил ей остаться у него, пока она не придёт в себя. Очевидно, ей будет явно некомфортно возвращаться сюда в ближайшее время.

– Где нашли тело Стэнтон? – спросил Долан.

– В ванной, – сказал Мартин. – Я покажу вам.

Пока он проводил их по коридору, Джесси заметила, что маршалы Мёрф и Туми держались на расстоянии. Они, казалось, не были заинтересованы деталями этого дела, а, скорее, наблюдали за остальными здесь присутствующими людьми: полицейскими, экспертами-криминалистами, работающими на месте преступления. Даже в здании, полном представителей правоохранительных органов, каждый человек считался потенциальной угрозой для охраняемого ими человека – в данном случае, для неё.

Она задалась вопросом, чем занимались Габриель и Клэр, что могли позволить себе арендовать такое жильё в свои двадцать с небольшим лет. Она предположила, что они могли работать в одной из респектабельных юридических фирм.

Но весь её предыдущий опыт, полученный на этой работе, говорил ей, что, вероятнее всего, они были моделями или содержанками. Также они могли быть актрисами. И хотя это был стереотип, но тот факт, что они жили в долине Сан-Фернандо, увеличивал вероятность того, что они были связаны с индустрией развлечений для взрослых.

В гостиной стоял телевизор с большим экраном и колонками объемного звучания, также там были кожаные диваны и бар. Когда они направились по коридору к спальням, Джесси заметила, что, ей особо не о чем здесь говорить. Тут было несколько игрушек и предметов технического оснащения, но не было ничего, что бы свидетельствовало о том, что жители этого дома вкладывали в него долгосрочные инвестиции.

Когда они подошли к первой спальне, офицер Мартин остановился.

– Это была комната Клэр Стэнтон, – сказал он. – Ванная совмещена со спальней другой девушки. Именно так та её и обнаружила. Тело Стэнтон лежало прямо в ванной.

– Криминалисты там уже закончили? – спросила Джесси. – Ничего, если мы войдём?

– Да, проходите. Тело уже увезли. Я могу попросить, чтобы Вам прислали фото, если хотите.

– Я была бы Вам очень благодарна, – сказала Джесси, входя в ванную комнату.

Несмотря на то, что тело уже увезли, следы резни были налицо. В то время как остальная часть комнаты выглядела нетронутой, сама ванна, на старый манер отдельно стоящая в центре комнаты, была залита кровью, большая часть которой образовала вязкую тёмную лужу рядом со сливом.

Пока Джесси изучала место преступления, криминалисты прислали фотографии ей на телефон. Она открыла их, пока Долан, получивший такое же сообщение, делал то же самое.

На первом крупном плане было видно тело Клэр Стэнтон, лежащее лицом вверх, с вытянутой рукой, свисающей с края ванной. Её глаза были открыты, а из ран на шее струилась кровь, заливая грудь и большую часть лица.

Даже несмотря на это, Джесси могла сказать, что девушка была красивой, более того, она была гораздо красивее сотни других девушек, толпами приезжающих покорять Голливуд. Она была хрупкой блондинкой со стройными загорелыми ногами, и выглядела как капитан группы поддержки престижного университета.

На следующих фотографиях были изображены крупные планы её шеи и нанесённые ранения. Трудно было с уверенностью утверждать, но при первом взгляде на эти раны можно было сказать, что их края были слишком неровными и грубыми как для ран, нанесённых большинством типов ножей. Если бы Джесси пришлось высказывать свои предположения, она бы сказала, что это похоже на повреждения, полученные отвёрткой или…

– Ключи, – сказал Долан.

– Что? – спросил офицер Мартин, стоящий в углу комнаты.

– Эти раны на её шее – они выглядят так, будто кто-то прокалывал её длинными ключами. У криминалистов были какие-то догадки?

– Меня не было рядом, когда они оценивали место преступления, агент, – признался он.

– Думаю, ты прав, – сказала Джесси. – Следы проколов выглядят так, будто удары были нанесены под разным углом и имеют разную глубину, почти как в случае, если бы нападавший сжимал в руке связку ключей и одновременно вонзал их все в шею девушки.

– Не знал, что тебя учили анализировать место преступления, – сказал Долан, скептически подняв глаза.

– А меня этому и не учили. Но я хорошо натренировалась видеть то, что находится прямо передо мной, – парировала она. – А также, у меня есть некоторый опыт, связанный с нападениями с ножом. А что ещё более важно, так это то, что я хорошо разбираюсь в психологии поведения. И основываясь на предварительных сведениях, я бы сказала, что мы, скорее всего, имеем дело с преступлением на почве ревности, а не с заранее спланированным нападением.

– Почему ты так думаешь? – спросил Долан, не вступая в спор.

– Трудно представить, что если бы кто-то планировал заранее совершить убийство, то он выбрал бы именно ключи в качестве оружия и метода нападения. Это слишком неаккуратно и не совсем оправдано с точки зрения эффективности. Больше похоже на импровизацию.

– Преступление на почве ревности? – насмешливо повторил Долан.

– Это клише, но да – так и есть.

– Это не очень-то подтверждает мысль о причастности к этому делу Крачфилда или Турмана, – заметил он. – Насколько я понимаю, они оба довольно педантичные ребята.

– Я согласна, что этот факт уменьшает такую вероятность.

– Когда поступил звонок? – спросил Долан, переводя внимание на офицера Мартина.

– Чуть позже двух часов ночи. Канту со своим приятелем возвращались после ночного свидания. Она зашла в ванную и обнаружила там свою соседку по комнате. Её парень, по имени Картер Харрингтон, позвонил в службу спасения.

Долан со скучным видом ещё несколько секунд потратил на то, чтобы обойти ванную комнату.

– Думаю, что мы узнали здесь всё, что могли в настоящий момент, – сказал он, оборачиваясь к Джесси. – Что ты скажешь о том, чтобы навестить Габриель Канту и посмотреть, сможет ли она хоть немного помочь нам разобраться в этом деле?

Джесси кивнула. Она чувствовала, как он торопится продвинуться дальше в расследовании этого дела. Если оно не было связано ни с одним из их знаменитых серийных убийц, он явно хотел установить это как можно скорее, чтобы иметь возможность бросить это дело, и её вместе с ним.

Несмотря на то, что подобное поведение не казалось ей нормальной реакцией агента, Джесси навряд ли могла его в этом винить. Он охотился за серийными маньяками, и ему некогда было заниматься жертвами убийства, совершённого в результате нанесения неуклюжих ножевых ранений. И хотя Джесси не хотела этого признавать, она разделяла его мнение.

Глава 5

Чем бы ни зарабатывал себе на жизнь парень Габриель – Картер Харрингтон, его работа хорошо оплачивалась. Отчёт, который Джесси читала по пути, гласил, что он был «рыночным инвестором», а такая формулировка может подразумевать под собой всё, что угодно. Его охраняемый особняк на Брайар Саммит Драйв, совсем недалеко от Манхолланд Драйв представлял собой трёхэтажное здание с видом одновременно на долину Сан-Фернандо и западную часть Лос-Анжелеса. Когда они подъехали, машина с Джесси, Доланом, Мёрфом и Туми медленно проследовала вдоль длинной подъездной дороги к парковочной площадке перед самим домом. Остальные маршалы остались ждать в своём автомобиле за пределами усадьбы.

Картер Харрингтон вышел, чтобы их встретить. На вид ему было за сорок, в волосах уже была проседь, и он имел достаточно подтянутое телосложение, что говорило о том, что у этого мужчины было достаточно времени для тренировок в спортзале, Харрингтон был одет в рубашку-поло, тёмные брюки и сандалии. Он улыбался, но его красные мутные глаза выдавали, что он не спал всю ночь.

– Картер Харрингтон, – представился он, протягивая руку сначала Джесси, а затем и Долану. – Жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах.

– Конечно, – сказала Джесси. – Меня зовут Джесси Хант, я из департамента полиции Лос-Анжелеса, а это Джек Долан из ФБР. Спасибо, что так быстро согласились побеседовать с нами.

– Из ФБР? – переспросил Харрингтон, явно удивившись. – А как насчёт детективов, с которыми я разговаривал в доме?

– О, они по-прежнему являются основной группой по расследованию этого дела, – не раздумывая сказал Долан. – Но мы бы хотели рассмотреть его в нескольких юрисдикциях. Это довольно распространённая практика.

Харрингтона, похоже, устроил такой ответ, хотя, по мнению Джесси, он был абсолютно бессмысленным, и именно поэтому, скорее всего, Долан так и сказал.

– А где мисс Канту? – спросила она.

– А, да, – сказал он, как будто вспомнив, по какой причине они вообще встретились. – Габи в комнате, смотрит телевизор. Она приняла антидепрессанты, чтобы успокоить нервы, но уснуть ей не удалось. Вы пришли как раз вовремя. Она ещё не спит, но уже немного успокоилась.

– Отлично, – сказал Долан. – Может быть, пока мы идём к ней, Вы расскажите нам свою версию развития событий.

– Конечно, – согласился Харрингтон, прежде чем заметил, что за ними последовал только Мёрф, а Туми остался возле машины.

– А что там случилось с Вашим другом? – спросил он.

– О, он здесь для моральной поддержки, – с самым серьёзным видом сказал Долан. – Не обращайте внимания ни на него, ни на второго парня. Расследованием занимаемся мы с Хант.

– Хорошо, – сказал Харрингтон, ведя их в дом и не вникая в подробности, хоть он и был явно озадачен всей этой ситуацией.

– Итак, – сказала Джесси, пытаясь перейти ближе к делу. – Что Вы делали в доме жертвы прошлой ночью?

– А, да. Это, – сказал он, внезапно почувствовав себя некомфортно, пока шёл перед ними по вымощенному деревом коридору. – Той ночью я был с Габи. Это было наше первое свидание, и мы ходили потанцевать в нескольких клубах. После этого она пригласила меня к себе и я, конечно же, согласился. Я… устраивался в её комнате, пока она на минуту вышла в ванную. Вдруг я услышал, как она кричит и вбежал. Я обнаружил там то, что впоследствии обнаружили и Ваши коллеги. В ванной лежало тело её соседки по дому. Я сразу же вызвал службу спасения. Мы вышли в гостиную и оставались там до тех пор, пока не приехала помощь.

– Вы никогда не встречали Клэр раньше? – спросил Долан.

Харрингтон остановился у входа в большую комнату, в котором, по мнению Джесси, должна была находиться Габриель. Она слышала на заднем фоне звук работающего телевизора.

– Нет. Я даже не знал, что у Габи есть соседка по комнате. Как я уже сказал, это было наше первое свидание. До этого мы только переписывались и разговаривали по телефону.

– А как Вы познакомились с Габи? – спросила Джесси, стараясь звучать как можно более непринуждённо.

– На сайте знакомств, – просто ответил он.

«А Ваша жена в курсе?», – подумала девушка про себя.

Джесси очень хотелось задать этот вопрос вслух, но она решила пока приберечь его на потом. След от кольца на безымянном пальце предполагал, что он либо совсем недавно развёлся, либо снял его по такому случаю.