Когда расплата не за горами
- -
- 100%
- +
Не думает ли Джен, что Райли решила обмануть её, подсунув поддельный файл?
Наконец, Райли сказала:
– Это всё, что у меня было. Я ничего не скрываю.
Джен ничего не ответила, как бы Райли ни хотелось понять, поверила ли ей девушка или нет.
Кроме того, она гадала, что было бы, если бы она открыла эту информацию ранее, был бы Хэтчер сейчас уже за решёткой? А может, бы был мёртв?
Когда они дошли до двери в кабинет Мередита, Райли остановилась, как и Джен.
Райли почувствовала тревогу – судя по всему, Джен тоже шла в кабинет Мередита.
Зачем им на встрече новенькая агент? Неужели она сказала Мередиту о том, что Райли скрывала от неё информацию?
Но Джен просто стояла, всё ещё не глядя в её сторону.
Райли постучала в дверь кабинета Мередита, и они с Джен вошли внутрь.
Мередит сидел за своим столом и вид у него был как обычно устрашающим.
Он сказал:
– Садитесь.
Райли и Джен послушно сели в кресла перед его столом.
Мгновение Мередит молчал.
Затем он произнёс:
– Агент Пейдж, агент Ростон, познакомьтесь со своим новым напарником.
Райли чуть не охнула вслух. Она взглянула на Джен Ростон, чьи карие глаза широко раскрылись при этой новости.
– Надеюсь, что для вас это не составит проблемы, – сказал Мередит. – ОПА сейчас переполнен делами. Теперь, когда агент Джеффрис в отпуске, а все остальные на задании, вам придётся работать друг с другом. Вопрос закрыт.
Райли поняла, что Мередит прав: единственным агентом, с кем ей хотелось бы работать, сейчас был Крейг Хуанг, и тот был занят тем, что смотрел за её домом.
– Всё в порядке, сэр, – сказала Райли Мередиту.
Джен сказала:
– Для меня честь работать с агентом Пейдж, сэр.
Эти слова немного удивили Райли. Неужели Джен действительно так считает?
– Рано радоваться, – сказал он. – Это дело вряд ли окажется ценным в вашей карьере. Этим утром на сельскохозяйственной земле неподалёку от Ангьера, небольшого города в Айове, откопали тело девушки-подростка.
– Одиночное убийство? – спросила Джен.
– Почему дело передали ОПА? – спросила Райли.
Мередит постучал пальцами по столу.
– Я предполагаю, что оно не единственное, – сказал он. – Ранее в том же городе пропала другая девушка и её до сих пор не нашли. Это небольшое, тихое селение, где такие вещи никогда не случаются. Говорят, что обе девушки были не из тех, кто мог бы сбежать из дома или связаться с незнакомцем.
Райли с сомнением покачала головой.
– Так почему тогда убийство считают серийным? – спросила она. – Не рановато ли делать такие выводы без второго тела?
Мередит пожал плечами.
– Да, я тоже так считаю. Но шеф полиции Ангьера, Джозеф Синард, запаниковал.
Райли нахмурилась, услышав это имя.
– Синард, – повторила она. – Где я слышала это имя?
Мередит слегка улыбнулся:
– Может быть, вы вспомнили про заместителя директора ФБР, Форреста Синарда? Джо Синард его брат.
Райли едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Теперь всё встало на свои места. Кого-то из начальства ФБР донимает родственник из провинции, поэтому ему пришлось взять дело на расследование в ФБР. Она уже не раз работала на подобных расследованиях с политической подоплёкой.
Мередит сказал:
– Вам придётся поехать туда и выяснить, стоит ли вообще браться за это дело.
– А как же моя работа по делу Хэтчера? – спросила Джен Ростон.
Мередит сказал:
– Сейчас у нас и так много людей работает над ним – техперсонал, бригада по сбору данных и прочие. У них же есть доступ ко всей собранной вами информации?
Джен кивнула.
Мередит сказал:
– Так что у вас есть несколько дней, а больше, скорей всего, не потребуется.
Райли была в смешанных чувствах. Она не только не была уверена, хочет ли она работать с Джен Ростон, но ей к тому же не очень хотелось тратить время на дело, в котором, скорей всего, помощь ОПА даже не требуется.
Она бы охотней помогла Блейну научиться стрелять.
«Или занялась бы с ним чем-нибудь другим», – подумала она, сдержав улыбку.
– Так когда нам надо ехать? – спросила Джен.
– Как можно скорей, – сказал Мередит. – Я сказал шефу Синарду, чтобы он не трогал тело, пока вы не приедете. Вы полетите в Де-Мойн, где вас встретят люди Синарда и отвезут в Ангьер – это всего в часе езды оттуда. Нужно заправить самолёт и подготовить его к вылету, но не отходите далеко, взлёт будет менее чем через два часа.
Райли и Джен вышли из кабинета Мередита. Райли сразу пошла в свой кабинет и села там, мгновение глядя в потолок.
В её голове крутилось название города. Де-Мойн.
Она была там несколько раз, но дело было не в этом: там жила её старшая сестра, Венди. С детства не видевшие друг друга Райли и Венди снова стали общаться прошлой осенью, когда умер их отец. Венди, не Райли, была с папой, когда он умирал.
Мысли о Венди всколыхнули чувство вины за это, а также другие тревожные воспоминания. Папа был суров с сестрой Райли, и Венди сбежала из дому в возрасте пятнадцати лет. Райли тогда было всего пять. После смерти их отца они договорились поддерживать связь, но пока это ограничивалось общением по видеочату.
Райли знала, что должна навестить Венди, если у неё появится возможность. Но, конечно, не сразу – Мередит сказал, что Ангьер всего в часе езды от Де-Мойна и что местная полиция встретит их в аэропорту.
«Может быть, я навещу Венди на обратном пути в Квантико», – подумала она.
А пока ей нужно убить время, которое осталось до вылета самолёта ОПА.
И она хотела кое-кого повидать.
Она беспокоилась за своего старого партнёра, Билла Джеффриса. Он жил рядом с базой, но она не видела его уже несколько дней. Билл страдал от посттравматического синдрома, а Райли по собственному опыту знала, как тяжёл процесс восстановления.
Она достала мобильник и написала ему сообщение.
«Я хотела зайти на минутку. Ты дома?»
Она подождала несколько минут. Сообщение было доставлено, но всё ещё не прочитано.
Райли вздохнула. У неё нет времени ждать, пока Билл проверит сообщения. Если она хочет встретиться с ним до отъезда, надо ехать к нему прямо сейчас и надеяться, что он дома.
*
От здания ОПА до небольшой квартирки Билла в Квантико было всего несколько минут езды. Когда она припарковалась и пошла к зданию, она в который раз обратила внимание, в каком тоскливом месте он живёт.
В самом доме не было ничего необычного – обыкновенное многоквартирное здание из красного кирпича, не коммуналка и не развалина. Но Райли невольно вспомнила симпатичный дом в пригороде, в котором Билл жил до развода. В сравнении с ним в его теперешнем обиталище не было совершенно никакого шарма, кроме того, теперь он жил в полном одиночестве – не очень радостная ситуация для её лучшего друга.
Райли вошла в здание и пошла на второй этаж к квартире Билла. Она постучала в дверь и стала ждать.
Ответа не было. Она снова постучала, но никто снова ничего не ответил.
Она достала мобильник и увидела, что сообщение до сих пор не прочитано.
Её охватила тревога. Неужели с Биллом что-то случилось?
Она взялась за дверную ручку и повернула её.
К её ужасу дверь была не заперта и тут же отворилась.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Квартира Билла выглядела как после погрома. Райли на мгновение застыла в дверях, готовясь выхватить пистолет, если грабитель всё ещё здесь.
Но, приглядевшись, она расслабилась. Разбросанные всюду вещи оказались обертками еды, грязными тарелками и стаканами. Здесь был дикий бардак, но устроен он был жителем квартиры.
Она позвала Билла по имени.
Ответа не было.
Она снова окликнула его.
На этот раз в соседней комнате раздался стон.
С колотящимся в тревоге сердцем она устремилась в спальню Билла. В комнате было темно, окна занавешены. Билл лежал в постели в смятой одежде и смотрел в потолок.
– Билл, почему ты не ответил, когда я тебя звала? – нервно спросила она.
– Я отвечал, – сказал он еле слышным шёпотом. – Ты просто не слышала. Может, перестанешь уже кричать?
Райли увидела почти пустую бутылку виски, которая стояла на прикроватной тумбочке, и сразу всё поняла. Она села рядом с ним на кровать.
– У меня была тяжёлая ночь, – сказал Билл, стараясь выдавить слабую улыбку. – Ты знаешь, каково это.
– Да, мне это знакомо, – признала Райли.
В конце концов, отчаяние частенько приводило её к запоям и последующим похмельям.
Она коснулась рукой его липкого лба, представляя, как ему сейчас плохо.
– Почему ты запил? – спросила она.
Билл застонал.
– Мои мальчики, – сказал он и замолчал.
Райли уже давно не видела сыновей Билла. Кажется, им сейчас должно быть девять и одиннадцать лет.
– А что с ними? – спросила Райли.
– Они пришли ко мне вчера. Но всё прошло плохо. У меня беспорядок, я всё время злился и раздражался. Они не могли дождаться, когда смогут пойти домой. Райли, это было ужасно. Я был ужасен. Ещё одна такая встреча, и Мегги больше не позволит мне встречаться с ними. Она только ищет повод, чтобы забрать их из моей жизни раз и навсегда.
Билл издал звук, больше всего напоминающий рыдание, однако у него просто не было энергии, чтобы заплакать. Райли стала подозреваться, что он и так много плакал в одиночестве.
Билл сказал:
– Райли, если я плохой отец, то какой с меня толк? Агент из меня тоже никакой, сейчас уж точно. Что от меня осталось?
Райли почувствовала комок в горле.
– Билл, не говори так, – сказала она. – Ты отличный отец. И ты лучший агент. Может быть, не сегодня, но в любой другой день в году.
Билл озабоченно покачал головой.
– Вчера я совершенно не чувствовал себя отцом. И я всё время слышу тот выстрел. Я вспоминаю, как вбежал в то здание и увидел Люси, лежащую в крови.
Райли почувствовала дрожь в собственном теле.
Её воспоминания тоже были ещё слишком свежи.
Люси вошла в заброшенное здание, не зная об опасности, и встретила пулю снайпера. Войдя сразу после этого, Билл по ошибке выстрелил в парня, который пытался помочь ей. В тот момент, когда Райли добралась до места, Люси использовала последнюю каплю сил, оставшихся у неё, на то, чтобы застрелить убийцу.
Через несколько минут она умерла.
Это была душераздирающая сцена.
Таких ужасных ситуаций в карьере Райли ещё не было.
Она сказала:
– Я пришла туда ещё позже, чем ты.
– Да, но ты не стреляла в невинного ребёнка.
– Ты не виноват. Было темно. Ты не мог знать. Кроме того, ребёнок уже в полном порядке.
Билл покачал головой. Он поднял руку. Она сильно дрожала.
– Посмотри на меня. Разве я похож на человека, который может когда-нибудь вернуться к работе?
Райли начала злиться. Он действительно выглядел ужасно, и близко не напоминая ни храброго партнёра, которому она могла доверить собственную жизнь, ни привлекательного мужчину, к которому время от времени у неё просыпались чувства. И жалость к себе совсем ему не свойственна.
Но она строго напомнила себе:
«Я была там. Я знаю, каково это».
И когда она была такой, Билл всегда был рядом, помогая ей прийти в себя.
Иногда ему приходилось быть жестоким с ней.
Она поняла, что сейчас и ему нужна эта жестокость.
– Ты ужасно выглядишь, – сказала она. – Но своим состоянием ты обязан себе и только себе, и только ты можешь исправить это.
Билл посмотрел ей в глаза. Она почувствовала, что теперь он прислушивается к ней.
– Выпрямись, – скомандовала она. – Возьми себя в руки.
Билл с кряхтением поднялся и сел на край кровати лицом к Райли.
– Агентство определило тебе психотерапевта? – спросила она.
Билл кивнул.
– Кого? – спросила Райли.
– Это неважно, – сказал Билл.
– Это чертовски важно, – возразила Райли. – Так кто это?
Билл ничего не ответил, но Райли и без того догадалась: Биллу назначили Леонарда Ральстона, который был лучше известен общественности под именем «доктор Лео». Она пришла в ярость, но на этот раз она была зла не на Билла.
– Боже, – воскликнула она. – Они выделили тебе доктора Лео! Интересно, кто это решил? Готова поспорить, что Волдер.
– Я же сказал, это неважно.
Райли захотелось взять и встряхнуть его.
– Он шарлатан, – сказала она. – Ты знаешь это не хуже меня. Он занимается гипнозом, восстановлением памяти и прочей чепухой. Разве не помнишь, как в прошлой году он пытался убедить невинного человека, что он совершил убийство? Волдеру нравится доктор Лео тем, что он пишет книги и выступает по телевидению.
– Я не позволяю ему копаться в своей голове, – сказал Билл. – И он не гипнотизирует меня.
Райли с трудом удавалось говорить спокойно:
– Это не вариант. Тебе нужен человек, который действительно сможет помочь тебе.
– Кто, например? – спросил Билл.
Райли не надо было долго размышлять об этом.
– Я сделаю тебе кофе, – сказала она. – Когда я вернусь, ты уже должен быть на ногах и готов покинуть это место.
Идя к кухне Билла, Райли взглянула на часы. До самолёта осталось всего ничего. Нужно действовать быстро.
Она достала мобильник и набрала личный номер Майка Невинса, психиатра в Вашингтоне, который иногда работал на Бюро. Райли считала его своим близким другом, и он помог ей справиться с собственными кризисами, которые были у неё в прошлом, включая тяжёлый посттравматический синдром.
Когда пошли гудки, она поставила мобильник на громкую связь, положила его на кухонный шкаф и стала готовить кофе. Вскоре она с облегчением услышала голос Майка:
– Райли! Давненько тебя не слышал. Как ты? Как там твоя растущая семья?
Она была рада слышать голос Майка, при звуках которого перед её глазами возникло приятное выражение лица этого элегантного, аккуратного человека. Она жалела, что не может поболтать с ним сейчас и обсудить новости, но времени было в обрез.
– Я в порядке, Майк. Но я тороплюсь. У меня скоро самолёт. Хочу попросить тебя об услуге.
– Говори, – сказал Майк.
– У моего партнёра, Билла Джеффриса, сейчас тяжёлые времена после последнего дела.
В голосе Майка она услышала нотку искренней заботы.
– О, я слышал об этом. Это ужасно, мне очень жаль, что твоя молодая ученица погибла. Это правда, что твой партнёр ушёл в отпуск? Это как-то связано с тем, что он стрелял не в того человека?
– Да, всё верно. Ему нужна твоя помощь. И прямо сейчас. Он пьёт, Майк. Я никогда не видела его в таком состоянии.
Последовало молчание.
– Я не совсем понимаю, – сказал Майк. – Но ведь ему же назначили психотерапевта?
– Да, но он не в состоянии помочь Биллу.
Теперь Майк говорил осторожно.
– Не знаю, Райли. Мне обычно очень неловко брать пациентов, которые находятся под чужой опекой.
Райли встревожилась. У неё нет времени на моральные принципы Майка.
– Майк, ему назначили доктора Лео.
Снова повисло молчание.
«Это решит проблему», – подумала она. Ей было прекрасно известно, что Майк всем сердцем презирает знаменитого доктора.
Наконец, Майк произнёс:
– Когда Билл может заглянуть ко мне?
– А сейчас ты где?
– У себя в офисе. Я буду занят ещё пару часов, но после этого совершенно свободен.
– Отлично. Он подъедет к этому времени. Но, пожалуйста, сообщи мне, если он не явится.
– Непременно.
Когда они повесили трубки, кофе уже был готов. Райли налила в чашку и вернулась в спальню Билла. Там было пусто, но в ванную была закрыта дверь, и Райли слышала гудение электрической бритвы по ту сторону.
Райли постучала.
– Входи, я одет, – сказал Билл.
Райли открыла дверь и увидела, что Билл бреется. Она поставила кофе на край раковины.
– Я назначила тебе встречу у Майка Невинса, – сказала она.
– Какое время?
– Прямо сейчас. Как только приедешь. Я пришлю тебе адрес его офиса по смс. А сейчас мне пора.
Билл выглядел удивлённым. Конечно, ведь Райли не сказала ему ничего о том, что она спешит.
– У меня дело в Айове, – объяснила она. – Самолёт уже ждёт. Не пропусти встречу с Майком Невинсом. Если я об этом узнаю, тебе точно не поздоровится.
Билл проворчал:
– Хорошо, я приду.
Райли повернулась, чтобы уйти, когда ей в голову пришло кое-что, о чём ей, возможно, не следовало бы говорить.
Тем не менее, она произнесла:
– Билл, Шейн Хэтчер всё ещё на свободе. Вокруг моего дома дежурят агенты. Но я получила от него угрожающее сообщение и об этом говорю лишь тебе. Я не думаю, что у него будет возможность напасть на мою семью, но я не могу быть уверена. Ты не мог бы…
Билл кивнул.
– Я буду присматривать за твоей семьёй, – сказал он. – Принесу хоть какую-то пользу.
Райли быстро обняла его и вышла из квартиры.
Идя к машине, она мельком взглянула на часы.
Она успеет вовремя, если не попадёт в пробку.
Теперь надо думать о новом деле, хотя оно не слишком волновало её. Скорей всего, они быстро его раскроют.
В конце концов, разве раскрытие одиночного убийства в маленьком городке может потребовать много времени и сил?
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Пересекая взлётную полосу в сторону самолёта, Райли начала настраиваться на новое дело. Но она должна узнать одну вещь, прежде, чем сможет окончательно погрузиться в расследование.
Она отправила сообщение Майку Невинсу:
«Напиши мне, когда Билл придёт. И если не придёт, напиши».
Она с облегчением выдохнула, когда Майк тут же ей ответил:
«Обязательно».
Райли сказала себе, что сделала для Билла всё, что могла, и теперь он должен постараться извлечь максимум пользы из её помощи. Если кто и мог помочь Биллу справиться с мучающими его переживаниями, то это Майк.
Райли взбежала по ступенькам в салон, где уже сидела и работала на своём ноутбуке Джен Ростон. Джен подняла на Райли глаза и кивнула ей, когда она села напротив неё.
Райли кивнула в ответ.
Потом Райли стала смотреть в иллюминатор на то, как самолёт взлетел и начал набирать высоту. Ей не нравилось холодное молчание между ней и Джен. Может быть, Джен оно тоже не нравилось. Обычно такие полёты были прекрасной возможностью обсудить детали дела, но по этому делу ещё ничего не было известно. В конце концов, тело нашли только утром.
Райли достала из сумки журнал и попыталась читать, но не могла сфокусироваться на смысле слов. Ей не давала покоя Джен, которая сидела напротив и молчала. Тем не менее, Райли продолжала притворяться, что читает.
«Такова вся моя жизнь последнее время», – подумала она.
Притворство и ложь стали для неё слишком привычными.
Наконец, Джен подняла глаза от своего монитора.
– Агент Пейдж, на собрании с Мередитом я сказала, что думала, – сказала она.
– Прошу прощенья? – переспросила Райли, подняв глаза от журнала.
– О том, что для меня честь работать с вами. Я так долго мечтала об этом. Я следила за вашей работой ещё когда училась в академии.
На мгновение Райли не знала, что и сказать. Джен уже говорила ей об этом, но Райли снова не могла определить, искренна она или нет.
– Я слышала о тебе много хорошего, – сказала Райли.
Хотя это прозвучало уклончиво, но это была правда. В иных обстоятельствах Райли порадовалась бы возможности поработать вместе с умной новой девушкой-агентом.
Со слабой улыбкой Райли добавила:
– Но на твоём месте я бы не ожидала от себя слишком многого, по крайней мере, не на этом деле.
– Верно, – сказала Джен. – Возможно, это даже не дело для ФБР и мы полетим домой уже сегодня вечером. Но будут другие дела.
Джен снова уставилась в монитор. Интересно, не работает ли она с файлами по Хэтчеру, думала Райли. Она снова подумала о том, что ей не стоило давать Джен эту флешку.
Но теперь, сидя и думая обо всём снова, она кое-что поняла: если бы Джен просила эту информацию нарочно, чтобы обернуть против неё, разве она не сделала бы этого уже?
Она вспомнила вчерашние слова Джен: «Я уверена, что мы хотим одного – положить конец криминальной карьере Хэтчера».
Если это так, то Джен на самом деле союзник Райли.
Но разве Райли может быть в этом уверена? Она стала размышлять, не стоит ли поднять этот вопрос.
Она не говорила Джен об угрозе, которую получила от Хэтчера.
Так есть ли у неё причины скрывать это?
Может ли Джен как-то помочь ей? Возможно, но Райли не чувствовала себя готовой к такому решительному шагу.
А пока она подумала о том, что странно, что её новая партнёр до сих пор называет её агентом Пейдж, хотя и настояла на том, чтобы Райли звала её по имени.
– Джен, – окликнула она.
Девушка подняла глаза от ноутбука.
– Ты можешь называть меня Райли, – сказала Райли.
Джен слегка улыбнулась и снова повернулась к компьютеру.
Райли отложила в сторону журнал и стала смотреть в иллюминатор на проплывающие снизу облака. Солнце ярко светило, но Райли это не радовало.
Она чувствовала себя одинокой. Ей ужасно не хватало рядом Билла, которому она доверяла как самой себе.
И она до боли скучала по Люси.
*
Когда самолёт приземлился в Международном аэропорту Де-Мойна, Райли снова включила свой мобильник. Она улыбнулась, увидев сообщение от Майка Невинса:
«Билл сейчас у меня».
Одной проблемой меньше.
Полицейская машина уже ждала у самолёта. Внизу у трапа их встретили и представились два копа из Ангьера. Дэррил Лэрд был нескладным молодым парнем лет двадцати, а Ховарт Доти был гораздо более низким мужчиной лет под сорок.
На лицах у обоих читалось ошеломление.
– Мы очень рады, что вы приехали, – сказал Доти Райли и Джен, провожая их к машине.
Лэрд добавил:
– Всё это так…
Он покачал головой, не в силах закончить мысль.
«Бедняги», – подумала Райли.
Они были обычными провинциальными полицейскими. Убийства почти не случаются в маленьких городах Айовы. Может быть, коп постарше имел дело со случаями насильственной смерти раз или два за всю свою карьеру, но для молодого это явно первый раз.
Когда сидящий за рулём Доти тронул с места, Райли попросила копов рассказать им с Джен всё, что они знают о произошедшем.
Доти сказал:
– Девочку звали Кети Филбин, ей было семнадцать лет. Студентка старшей школы Уилсона. У её родителей собственная аптека. Она была милой девочкой и всем нравилась. Старина Джордж Тулли наткнулся на тело, когда собрался начать весеннюю посадку со своими сыновьями. У Тулли ферма неподалёку от Ангьера.
Джен спросила:
– Как по-вашему, сколько она там пролежала?
– Лучше спросите об этом шефа Синарда. Или патологоанатома.
Райли снова вспомнила, как мало смог Мередит им рассказать о ситуации.
– А что насчёт другой девочки? – спросила она. – Которая пропала ранее.
– Это Холли Струтерс, – сказал Лэрд. – Она была студенткой в другой старшей школе, в Линкольне… ох, или до сих пор есть. Она пропала неделю назад. Весь город надеется, что она найдётся рано или поздно. Но теперь… Нет, мы должны всё равно надеяться.
– И молиться, – добавил Доти.
От его слов у Райли по спине пробежал холодок. Как часто она слышала, как люди говорили, что молятся о том, что пропавший человек найдётся живым и здоровым. У неё же никогда не было впечатления, что молитвы хоть чем-то помогают.
«Может, людям от них легче?» – думала она.
Но как и почему?
Когда машина выехала из Де-Мойна и помчалась по шоссе, погода была ясная и день был в самом разгаре. Вскоре Доти съехал на двухполосную дорогу, которая тянулась вдоль деревни.
Райли грызло странное предчувствие. Ей потребовалось время, чтобы понять, что чувство никак не связано с этим делом, по крайней мере, между ними нет прямой связи.
Она часто чувствовала себя так, когда у неё появлялась работа на Среднем Западе. Обычно у неё не было боязни открытых пространств – кажется, она называется агорафобией, – тем не менее, на широких полях и в степях она чувствовала себя не очень комфортно.