Галактическая тюрьма времени – 4: Ораторка для пастора

Благодарности

В первую очередь, хочу выразить свою глубокую благодарность своей маме, Татьяне. Несмотря на то, что она не читает мои книги, её безусловная поддержка в самые трудные моменты моей жизни даёт мне силы двигаться вперёд. Спасибо за то, что ты всегда рядом и веришь в меня, даже когда мне кажется, что путь тернист.

Отдельное спасибо хочу сказать Arti109 – твоё решение купить следующую книгу стало для меня настоящей поддержкой. Ты заряжаешь меня позитивом и вдохновением, и это искренне ценю.

Не могу не поблагодарить и тех профессионалов, кто помогает мне восстанавливаться – докторам, которые реанимируют меня из состояния самадхи и дают возможность вновь почувствовать себя социализированным. Ваша работа поистине invaluable и играет огромную роль в моей жизни.

Ну что ж, хватит соплей – пора погружаться в написание следующей части книги духовного фантастического содержания в жанре Киберпанк! И самое время сменить синюю ручку на черную. Вперёд к новым вершинам!

Предисловие

В этом мире, где реальность и безумие пересекаются так часто, что различить их становится почти невозможно, я оказался посреди головокружительных событий, которые могли бы послужить основой для книги, на которую вы сейчас смотрите. Возможно, это не совсем традиционный подход к повествованию, но кто сказал, что обычные истории интересны?

Я всегда думал, что мои друзья и знакомые чуть-чуть странные. Но, пожалуй, это только я оказался тем, кто не может адаптироваться к их странностям. В своих бесконечных встречах с медицинскими работниками и пациентами я понял, как легко кто-то может оказаться на грани реальности. Меня часто забирали санитарные машины, как если бы мои ночные приключения были нормой. И в этом беспокойном состоянии я всегда пытался найти выход – будь то обмен банальной пайки на сигареты или простое желание увидеть мир за решеткой.

Как истинный Морфеус, я навсегда запечатлел свою сущность на коже, выбрав татуировку, связанную с ником, который когда-то мог показаться мне ироничным. И вот, переместившись с северных просторов в обитель южных земель, я вновь принялся за свою судьбу. Однако жизнь не всегда подстраивается под наши мечты о независимости. Порой она подбрасывает нам не только вызовы, но и темные углы, которыми я надеялся будет не так много.

Затем пришёл день, когда старый друг, еле узнанный в толпе, предложил мне «пороха запала ярости и непредсказуемости». Долгое время я думал, что приключения всегда будут со мной, но эта встреча стала переворотом, открыв для меня неприветливые двери в мир чёрного рынка. Привязанность к старым добрым кристаллам оказалась не той игрой, в которую я хотел бы играть.

Но реальная история начинается тогда, когда в моей голове начинают звучать голоса. Это они, неведомые силы, давали распоряжения, и я, как послушный марионеточник, следовал их воле. Создание алтаря, молитвы к Иисусу и Деве Марии, даже если я себя не считал христианином – все это было шагами в неизвестность, шагами на встречу к неведомому, которое манило меня в тёмные глубины.

Решения, которые я принимал, порой казались безумными. Я избавился от лишнего веса… не скрывал его, а выбросил. Но, как бы ни старался вырваться из ловушки, сих фараонов, обклеенных предостережениями, настигли меня. Я проберусь через всю эту безумную реальность, раскрою свою татуировку и произнесу, что я – Морфеус. И в тот момент, когда вместо страха я всмотрелся в глаза реальности, произнес фразу, которая врезалась в память: «Я поломал матрицу!».

Приглашаю вас в это путешествие, полное эксцессов и откровений, чтобы вместе исследовать глубины сознания, грани между реальным и вымышленным, безумие, что может стать вашим единственным поводырём.

Путешествие в иной мир

Я сидел в аэропорту и выжидал время, словно проклятый в пробке на скучном светофоре. Вокруг меня то и дело проходили люди с невыразительными лицами или, наоборот, с улыбками, полными ожидания и надежд. Словно стая птиц, они пускались в полёт, отправляясь в свои судьбы. Мой родной Дионис отправился к прилавку купить что-то почитать, оставив меня наедине с моими мыслями.

– Эй, кроме газет тут нет ничего дельного, – вскоре вернулся он, уставившись на меня с разочарованием.

– Надеюсь, тебе не жёлтая пресса приглянулась, – шутливо заметил я, поглядывая на его улов.

– Даже если так, то это я читать буду, – с напускной гордостью ответил он.

– Да я вечно от тебя потом истории слышу из этой лживой писанины, – усмехнулся я, но в душе был согласен: правда в том, что иногда даже самые нелепые рассказы способны освежить монотонность жизни.

Резкий голос динамика перебил наш диалог.

– Рейс 777 прибыл, будьте готовы к посадке.

– Нам пора, – произнёс я, поднимаясь с места.

Пока мы шагали к выходу, мысли о полёте на Марс снова пролетели в моей голове. Было время, когда вся страна жила этой идеей, буквально бредила возможностью покорения красной планеты. «Вы хотя бы на Луну высадились, а то в Голливуде сняли фэйк», – слышал я от людей разных возрастов. Поколение «Пепси» верило во все эти вещи, а потом, как быстро всё туманилось, словно дым от легкого тления сигареты.

Мы с Дионисом оказались в зале ожидания, где виртуальные экраны весело сообщали о задержках рейсов или неотложных объявлений. Я залез в свою сумку и достал старую книгу – именно такую, какую стало бы интересно читать в ожидании чего-то важного. Это была притча о том, как Гуру говорил о другом устройстве нашего мира. Он утверждал, что мы под куполом, и транспорты в другие реальности возможны лишь в медитации.

На экране мелькнули кадры заброшенной станции, жители которой словно ждали чего-то неизбежного. В пределах обсуждений Диониса о новинках печатного искусства я вспомнил, что в одном из своих снов испытывал то удивительное чувство полета – как будто мой внутренний мир открыл дверь во влажную скалу другого мира. После меня никто не смеет говорить о границах и лимитах, когда ты сам успех.

– Знаешь, – обратился я, глядя на прилетевшие самолеты, – я во сне убедился, что мы можем путешествовать. Мы полубоги или приятно себя называть человеком? А ну да: «Черти, Люди и Боги» – три основных сословия на Мидгард земле.

Дионис искоса взглянул на меня, его скучающий взгляд наполнился искорками любопытства.

– Ты про что – о снах или о re:альности? – уточнил он, лукаво прищурившись.

– Я не знаю, – вздохнул я, глядя на зал. – Может, и то, и другое. Я просто чувствую, что во сне всё возможно. Вижу, как облака расступаются, и открывается другой мир. Там нет никаких «пепсей» и пустых надежд. Там нет ограничений, только я и моя свобода.

С этими словами я начал погружаться в воспоминания о тех удивительных ночных приключениях, когда я будто совершал эпические путешествия по мирам, полным загадок и тайн. Ветры шептали мне истории, а сезоны меняли свои грани. Я заблудился в красках, которые не имели названия, но я хотел бы уметь описывать их человеческими словами. Может, важно только любить эту свободу, которую нам даровали сны.

– Неплохо, – произнес Дионис с легкой усмешкой, – но не ссылайся на Гуру, он же только сектант из интернет-форумов.

– А представь, что если это действительно так? – спросил я, слегка приподняв бровь. – Если миры делятся на уровни re:альности, применяя только мысли и медитации для этого величайшего путешествия?

Дионис усмехнулся, будто это была детская игра, но я продолжал говорить об этом, о том, что каждый человек может открыть для себя свой внутренний космос, и особенно когда взгляд за горизонтом становится четким.

– И что, – произнес я с серьезным выражением лица, – кто-то же обязан был бы рассказать нам о том, что мы не одни в этой вселенной. Мы ведь с братьями по разуму тоже связаны чем-то большим, чем просто принадлежность к одной земле.

Дионис расплылся в улыбке, его глаза засияли.

– Ты знаешь, – сказал он, – возможно, в этом есть смысл. Я всегда верил, что эта жизнь – лишь подготовка к чему-то большему.

Мы засмеялись и, наконец, подошли к выходу на посадку, где в воздухе витал легкий налёт ожидания новых открытий. Каждая встреча с миром – это шаг к новому приключению, и кажется, что некоторые из них начинаются именно здесь, в нашей бесконечной игре между сном и реальностью.

Проявление первое

В то время, когда детки кузена полетели разведать движ на красной планете в re:альности не всё чередом как хотелось. Путник шёл со своим вороном, его борода то сверкала золотом олицетворяя богатство всех трёх миров. Когда он смотрел в право она одаривала его мудрость такими знаниями с которыми не сравнится ни один смертный будь он хоть даже и не простой и имел много заслуг. В этот момент она переливалась сединой. Резкий крик ворона на плече заставил смело и вальяжно глянуть через левое плечо, где он вновь был молод и не имел ещё даже щетины.

Его магнитить взор начал красный оплот соседнего супермаркета. Подходя Вотан увидел аскета прибывающего в страдании без Эля. Глупец задал мудрецу вопрос, за которым должен был последовать счёт. Гримнир имел только одну монету с номиналом в юбилей. Она хоть и была ценной, он готов был отдать в придачу хоть весь трон и Асгард.

– Не будет мелочи, честно скажу на пи – без надежды вопросил сброд.

– Отдам без раздумий, если отгадаешь простую загадку!

– Про грушу или про хвою?

– Ещё проще…

_ Ну давай – надежда у него поднялась из-за азарта, благодаря которому он всё потерял мечтая коснуться золотого дна, а вместо только погряз в Иле, который даже не блестит.

– Что нужно Богам, чего вдоволь имеют люди?

– Да у Богов есть всё, мой ответ – ничего.

– Умммм..... – рычал Сигфёдр, – опять ты проиграл, монета моя и твоя ставка.

– Да я тебя впервые знаю! – начал нерасторопно ерепениться на Харьяна.

– Говоришь знаешь? В это время отец истязаний физического тела согнул правую ногу, вытянул руки и сложил… Хочешь проверить?

Ворон воскликнул, что и Хникуд молча ждал достойной реакции, но агрессии не было, так павший воин гордо понял – это Всеотец.

Яльк продолжал путь за провизией и понял нужно стукнуть два раза косяк у двери. В этот момент он выкупил всё предприятие куда зашёл в этом блоке. Зашел, взял и красиво вышел. Стукнул два раза об косяк у входа и продал убыточное предприятие. Не зря оно магнитило его взгляд. В этот момент он думал только о братке Локи и то, что он тоже придёт на пир и нужно встречать путника как Бога, ибо с Востока шли все на запад традиции, не то что сейчас. Хотя оба знали как их раздражало – это и не гневались только, тогда когда их называли Асами.

Скафандр времени (ред.)

Морфей гипнотизировался ритмичным гудением двигателей. Он осознал, что действительно находился в какой-то причудливой машине времени, и кроме него об этом никто не догадывался. Но откуда едва знакомое чувство? Воздух в салоне напоминал вечерние прогулки по летнему парку, полному запахов свежескошенной травы и первого осеннего ветра, принёсшего загадочные предзнаменования.

– Ты сейчас не читаешь мысли людей, – подмигнул Дионис, заметив задумчивый взгляд брата. – Или ты на самом деле думаешь о зомби?

Морфей повернулся к нему. Слова были не на месте. На самом деле ему не хотелось думать о мертвецах, бродящих по пустошам, но все это сбивало с толку. С того самого момента, как они вошли в этот самолёт, внутри него боролись два чувства: ностальгия и страх. Он чувствовал себя дезориентированным пассажиром в собственном разуме.

– Просто это единственное, что прочно застряло в голове, – произнёс он. – Если я попаду в будущее, я хочу быть готовым. И, возможно, подружиться с зомби. Кажется, они не так уж и плохи…

Дионис закатил глаза, оперевшись на кресло. Его неодобрительный взгляд пробирался морзянкой на умственные преграды друга.

– Ты слишком много смотрел фильмов, Морфей. В реальности зомби менее романтичные.

Стюардесса снова появилась на горизонте, обернувшись к ним с безмятежной улыбкой.

– Готовы отправиться? – спросила она.

– Да, готов. Определились с местом назначения. Надеюсь, вы знаете, какие детали учесть, чтобы у зомби было время для общения, – добавил Дионис.

– Мы отправляемся в 2058 год. Личное желание каждого в расчёт не берётся. У нас есть прямой график! – попыталась напомнить стюардесса.

– Ни одного зомби еще, – произнес Морфей, а затем задавшись вопросом, произнес вслух: – Чему меня может научить время?

На это стюардесса ничего не ответила. Вместо этого она с аккуратностью начала закрывать верхние ящики, проверяя порядок в салоне. А в голове Морфея все еще продолжали разлетаться воспоминания о детстве – о том самом чёрном коте, о той самой улице, где он впервые ощутил дождь как предзнаменование.

– У тебя есть шансы увидеть зомби как раз в тот момент, когда ты сбежишь от них, – заметил Дионис, неодобрительно покачав головой. – А может, они только и ждут, чтобы к тебе подойти и спросить о тыквенном латте?

Наступило длительное молчание. Это молчание почти сменилось ностальгией, но в него ворвался неожиданный звук: сигнал о том, что самолет готовится к взлету. Сердце забилось быстрее, адреналин проснулся в венах.

– Итак, у нас полет в 35 лет вперёд! – произнесла стюардесса, и тут же пассажиры почувствовали рывок. Фюзеляж самолета взыскал резкую пелену облаков. Звук двигателей загудел громче, преодолевая межвременные преграды.

Время и пространство всех обняли в своём волшебном кладе. Они могли оказаться где угодно, в любую эпоху, но только единственное знание пугало Морфея: он знал, что всё это могло оказаться не игрой. Он мог оказаться в действительности, напоминающей его собственные худшие страхи.

Сквозь замкнутость пространства он черпал воспоминания. Картинки, которые когда-то казались материалом для сценария, теперь обрели форму: обрушившиеся здания, обноски недоумевающих зомби и пейзажи, усыпанные растерзанными останками былых времен.

– Так, – сказал Он, впитывая мир, который имел все шансы сбить с ног. – Если будет встреча с зомби, ты позовешь меня?

Дионис прислонился к подлокотнику, смеясь в ответ.

– Только в том случае, если будешь готов оседлать зомби и катиться в дружном танце!

Морфей усмехнулся. Ему стало легче. Самолет с новыми пассажирами, вдаль летящий с врагами, казался не таким уж пугающим. Вдруг в его сознании расселился риск, что в будущем, вместо того чтобы сражаться, они могут не только выжить, но и сплотиться, наконец, переосмыслить жизнь среди мертвецов…

– Я действительно в этом был, – произнес Морфей сам себе, осмысляя свою мысль. Медленно он погрузился в состояние водоворота мыслей.

– Что ты там сказал? – спросил Дионис, уставившись на своего друга с невольным удивлением.

– Просто задумался о том, как в конце концов со временем и зомби может складываться дружба. Звучат сумасшедшие речи, но…

Стюардесса вспомнила о них, вновь перебирая свои заботы.

– Через некоторое время мы через низы услышим их песни, – произнесла она, и её слова напомнили о смене эпох и трешерах, которые им предстоит понять.

Когда самолет взлетел, и в воздухе разлетелись панорамные мечты о будущем, они оба только и ждали, когда на их пути встретятся те загадочные зомби, о которых делали шутки. В этом мире, полном темных объектов, им предстояло столкнуться с открытием, которого они так хотели…

Погружение в забытье

Ебать меня хуярит. Так начиналась эта затянувшаяся одиссея, расползающаяся по времени и пространству. Я откинулся на спинку кресла в самолете, стараясь не обращать внимания на резкие перепады высоты и вибрацию двигателей. Бортовое освещение было приглушено, и на фоне невесомости тревоги плыли в потоках затуманенного сознания. «Вот я пиво не пью и тебе не советовал особенно перед посадкой», – произнесла тень друга, проходя рядом с моим мозгом как облачко тумана.

Ух, как резонно. Хотя, не будь у меня предостережения, все равно бы выпил. Но сейчас, как никогда, эти мысли надо было отгонять.

«Ты много чего не делаешь, а сам сейчас под аптекой». Неприязненно воевал я с множеством компонентов: этанолом, лекарствами, неумолимо сужающими реальность. Разум пытался выбраться из заколдованного круга, но тьма оказывала на него мучительный натиск. Термостаты метались между жаром и холодом, а внешний мир погружался в пленительные облака.

Свои сны не так просто забыть. Так или иначе, но они возвращаются, даже когда ты сам не ждешь: не смешивай их с реальностью, а то пропадешь, как скисшее молоко в осеннем дожде. «Это для бодрости». Стюард, похожий на мираж, с легкостью растворялся в череде пассажиров, но вдруг вернулся с двумя масками для сна.

«Сейчас принесу, Господин», – ответил он с типично, механически выученной улыбкой, будто бы эта фраза была его единственной сутью. Чуть ожидая, он умчался в глубину кабины, унося с собой шанс на облегчение.

Я был один, и единственным напарником оставалась тишина, которая, подобно невидимой тени, покоилась рядом. Она была некой страховкой от внешнего мира, которая, казалось, облегчала гуще усиливающиеся ощущения. Но ни одна маска не могла защитить от собственных мыслей.

«Жалость не мой характер, где тут маски для сна?» – произнес я сквозь зубы, глядя в иллюминатор. Восемь тысяч метров над землей, и бескрайнее небо предо мной открывало безмолвные пропасти. Бог знает, сколько времени еще лететь, и как быстро все может поменяться, однако реальность оставалась за бортом.

Дионис, когда-то обаятельный на вечеринках, сидел напротив меня, погружая в тело его образа для комфорта. Для него вся эта странная жизнь была исключительно игрой. «Тогда не жалуйся», – напоминал он словами, прерывающими ощущения отошедшего прошлого. Он не понимал, что не может просто выключить мозг и переполниться фарсом на крыльях самолета.

Секреты страха сливались в новое вещество, наполняя салон сладким живым нутром. Мысли о нашей дружбе, о вечерних посиделках с пивом и смехом – все это сливалось в саму суть. Однако, накрученные ошибки заставляли погружаться в двойственность.

Свет плавно менялся, как застывший миг в углу. Стюард наконец вернулся, в руках его были маски, нечто, что обещало покрыть расползающиеся откровения. «Вот ваши маски», – произнес он, передавая их мне с поразительным безразличием. Я взял одну и натянул на глаза, открыв другую рядом с Дионисом. Он надел ее и взглянул на меня. Взгляд не предвещал ничего хорошего.

Мир вокруг стал темным, но пустота затянула. Словно шаги на вспотевшем паркете способствовали остановке времени. Картинки, мгновения всей жизни зажаты между сектами черного бенгальского света. Все разобьется, как анемичный призрак, окончательно заползая в бесконечный кокон.

С закрытыми глазами я продолжал слышать шепот слова «Морфей». Как облака перед бурей, мечты рвались в полет, и я был в ловушке между количеством восприятий и бесконечностью возможного. Силы покинули тело, погружая его в теплый и манящий мир сновидений. Страх, трепет, азарт. Все желания смешивались, создавая полноценный урожай иллюзий, ставших существом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.