- -
- 100%
- +
У Дедушки Мороза шапка сама собой на затылок поползла, и лицо от удивления вытянулось. Сдвинул дедушка брови, стукнул посохом оземь и проревел так, что стекла в окошках зазвенели:
– Блогершу? Сюда?!
– Спокойствие, только спокойствие, – хладнокровно произнесла Снегурочка. Потом мягко промолвила: – Ну, может быть у человека личная жизнь?
Дедушка Мороз левую бровь поднял вопросительно, и Снегурочка поняла, что придется объясниться.
– Дедуль, я тут третьего дня… – начала девушка.
– С блогершей своей тоже на архаичном диалекте разговариваешь? – проворчал Дед Мороз.
– Ну окей, окей. Помнишь, в девяносто пятом возле Черкизовского рынка твои сани в столб врезались и перевернулись, подарки по снегу рассыпались? А добрые молодцы местные, московские помогали нам сани починить и подарочки собрать.
– Ну, – дедушка нетерпеливо постучал пальцами по столу.
– Одного из них Ванюшей звали, мы с ним потом поближе познакомились. На горочке катались. Ух и веселый же парень был! – Снегурочка улыбнулась, потом погрустнела, и крошечные льдинки покатились из ее глаз. – Встретила я его три дня назад. Случайно. Издалека увидела. Адресок через ГИБДД узнала. Хочу в гости съездить.
Дед Мороз шапку снял, на посох повесил, бороду отстегнул, швырнул ее на стол ледяной и спросил строго:
– Да в своем ли уме ты, внученька, со смертными шуры-муры вертеть? Постой-постой. В девяносто пятом, говоришь? А сколько ж годков этому молодцу?
– Пятьдесят три, дедушка, – опустила глаза Снегурочка, и льдинки-слезинки об пол застучали.
– Ну, хватит гололед разводить. И так вон… – Дед Мороз неопределенно кивнул и вздохнул. – А разница в возрасте тебя не смущает? Ты ж его на двести лет старше.
– Так это по паспорту. На вид-то мне больше девятнадцати не дашь. А Ванюша стареет. Скоро совсем дряхлым станет. Отпусти, дедушка, – упала на колени Снегурочка и вцепилась тонкими бледными пальцами в шубу Деда Мороза.
– Вот бабы, – прошипел Мороз.
* * *В декабре намело такие сугробы, что автомобильные пробки в Москве протянулись с востока на запад и с запада на восток, с севера на юг и в обратном направлении. А из Юго-Западного округа в сторону деревни Кудкудиново выехала молодая женщина, натура романтичная, начинающий блогер и простая русская красавица по имени Зоя.
Сидела она на заднем сиденье такси и, чтобы скоротать путь свой неблизкий, искала что-нибудь почитать в популярной электронной библиотеке.
Из динамиков, словно горные ручьи, журчали восточные напевы. Зоя представляла тонких чернобровых красавиц в цветастых юбках, пастухов с кинжалами и кудрявых овечек. Глядя в окно на заметенную снегом улицу, девушка машинально передвигала пальцем изображения пестрых книжных обложек на экране смартфона. Вдруг из журчащих звуков мелодии проявилось, или только послышалось, слово «канцелярия».
– О, небесная канцелярия, когда же я доеду, – вздохнула Зоя и закуталась в свою белую шубку.
– Сегодня пробка надо-о-олго, – нежно пропел девичий голос слева от Зои.
Зоя вздрогнула. Рядом с ней сидела бледная девушка в костюме Снегурочки. У Зои закружилась голова. Прижавшись спиной к двери, она переводила взгляд с таксиста на незнакомку и крепко сжимала свою сумочку.
– Не бойся, Зоюшка, – ласково сказала девушка. – И на таксиста не косись, он меня тоже видит. Я с тобой от самого дома еду. Просто ты невнимательная, – глаза Снегурочки хитро блеснули. – Предложение у меня к тебе, деловое. Знаю, что едешь ты в глухую деревню на фотосессию. Но фотосессия твоя не состоится, потому что фотограф Сидоров, распиздяй этакий… Ой, прости! Этот олух флешку дома забыл. А карту памяти у него белочка утащила, с орешком перепутала и сгрызла. Фотографа, Зоюшка, надо сердцем выбирать и не экономить на хороших специалистах!
Моргнула Снегурочка, и полетели от ее ресниц блестящие снежинки. Потом наклонилась она к Зое и, кивнув на глухую автомобильную пробку, прошептала:
– Бесполезно. Аннушка уже пролила масло.
Зое показалось, что ее сердце стало огромным, заполнило собой все тело и бьется так, будто хочет вытрясти из него душу.
– Какая Аннушка? Какое еще масло? – выдавила она, задыхаясь от страха.
– Прости, про Аннушку я пошутила, просто к слову пришлось. Ты же любишь мистику, вот я и хотела нагнать, – Снегурочка покрутила руками, как бы выкручивая невидимые лампочки. Потом резко повернулась к Зое и дунула ей в лицо.
От ледяного дыхания Зоин страх заледенел на мгновение и осыпался мелкими льдинками на резиновый автомобильный коврик.
– Что вы там пролили? – возмутился водитель.
– Спокойствие, только спокойствие, – уверенный голос Снегурочки успокоил водителя. Зоин страх тоже отступил, и она разглядела сидящую рядом девушку. Бледная с голубоватым отливом кожа, белые волосы зафиксированы перламутровым лаком и заплетены в косу. Дыхание холодное. Не дыхание даже, а от всего ее тела холодом веет. «Снежная баба», – подумала Зоя.
– Вот и хорошо, – Снегурочка добродушно улыбнулась. – Теперь договоримся.
* * *28 декабря из небесной канцелярии Деда Мороза на резных санях красного цвета в сторону подмосковного Красногорска выехала Снегурочка. Пролетела она над городом на снежном вихре и припарковалась около невзрачной пятиэтажки. Накинула на сани чехол волшебный, и обернулись они в «рено сандеро» красного цвета. Каблучком правым Снегурочка о землю стукнула, и костюм ее сказочный превратился в короткий голубой пуховик, усыпанный стразами, белые обтягивающие джинсы и голубые кожаные ботфорты. На голове возникла неуместная красная картонная шляпка. Снегурочка сняла ее, на снег бросила и под чехол, под сани, ногой подтолкнула.
Пошла она вдоль пятиэтажки, оглядывая окна. На балконе, на третьем этаже, курил лысоватый грузный мужчина и пепел на улицу стряхивал.
– Он… – ледяные бабочки закружились под голубым пуховиком.
Решительной походкой вошла Снегурочка в подъезд, поднялась до второго этажа и остановилась.
Она и речь приготовила, и подарки в мешочек положила, но вдруг растаяла ее уверенность, как снег на сапожках в теплом подъезде. Поняла, что Ванюша не тот. Вернее, уже не тот. Жизнь человеческая, страсти, нездоровый образ жизни, третий брак, автомобиль в кредит. Раньше в Москве жил. Потом по свету ходил, счастья искал. Нашел ли? Если не счастье, так спокойствие. А она, Снегурочка, растревожит. Потом Дедушку Мороза опять беспокоить, чтобы память Ванюше стирал.
Потопталась Снегурочка, побегала туда-сюда по ступенькам. Потом сказала вслух:
– Спокойствие, только спокойствие. Раз пришла, надо идти. Хоть одним глазком посмотрю. Может быть, я вообще ошиблась, и не он это. Лучше сделать то, что задумала, и разочароваться, и отрубить, чем тянуть кота за бантик.
Поднялась Снегурочка на третий этаж, позвонила в заветную квартиру. Щелкнул замок, открыла дверь женщина в очках, лет пятидесяти, волосы каштановые до плеч, в руке сигарета не прикуренная.
– Здравствуйте, – с заискивающей улыбкой произнесла Снегурочка. – Я их ЖЭКа. В плане на капремонт ваш дом стоит первым в очереди. Мы проводим опрос…
– Нам ничего не нужно, – не дослушав, женщина захлопнула дверь.
– Мда, – расстроилась Снегурочка, присела на ступеньку, обняла колени, склонила голову и превратилась в грязную снежную пену. Потекла пена по лестнице вниз, просочилась в щелку под входной дверью, вытекла на улицу и замерла возле скамейки.
– Ну, как провела время? – раздался голос сестрицы Метелицы.
– Бес попутал, – булькнула Снегурочка.
– Еле догнала тебя. Мои ребята про Ванюшу справки навели. На, читай.
– Чего-то не хочется. Прочитай ты, сестрица. Только жесть пропускай, пасмурно на душе, гадостно на душе.
– Ок. Ванюша. Добрый молодец… Так, это ты знаешь. В одна тысяча девятьсот…
– Не корми подробностями мою депрессию. Больше позитива, – на дне серой лужи проявилось печальное лицо Снегурочки.
– Как скажешь, – сестрица Метелица перевернула несколько страниц. – Женат трижды. Детей нет. Принципиально. Гипертония. Геморрой. Хронический тонзиллит. Мост из металлокерамики на верхней челюсти на четыре коронки. Пользуется услугами проституток. На даче строит баню четвертый год.
Хмурая Снегурочка встала на ноги, отряхнула голубой пуховик и сказала со вздохом:
– Случилось чудо, друг спас жизнь друга. Вот она, жизнь человеческая.
Сестрица Метелица развела руками: се ля ви.
– На шестом десятке с горочки не покатаешься. Комплекция не позволяет, одышка, – сестрица Метелица сложила в серебряный чемоданчик Ванюшину анкету и пропела: – Стареют девочки, стареют мальчики…
– Стареют белочки, хромают зайчики, – со смехом подхватила песенку сестра.
Топнула Снегурочка ногой, превратила голубой пуховик обратно в пальтишко, усыпанное звездами, и молвила:
– Ладно. К кому Снегурочка в гости пришла, тому по умолчанию подарок полагается. Получат жильцы этого дома внеплановый капремонт. За мой счет.
– А геморрой как же? – спросила сестрица Метелица.
– А геморрой у них и так есть. Погнали, Зоюшку наградим, – Снегурочка развернулась на каблуках и направилась к красному «рено сандеро».
* * *В ледяной библиотеке Деда Мороза, позабыв про свой смартфон, не отвлекаясь на уведомления из соцсетей, трудилась не покладая рук, словно Золушка, простая русская красавица, широко известный в узких кругах блогер по имени Зоя. Снимала она с полок книги, одну за одной, и переводила с беличьего языка на человеческий характеристику на каждого гражданина Российской Федерации. Дед Мороз принимал решение о подарке и подписывал резолюцию, а Зоя следующую книгу брала.
– Ну и картотека у тебя, дедушка! – удивлялась Зоя. – Откуда же столько сведений?
– Помощники собирают. Зайчатки, бельчатки, синички, сотрудники ГИБДД, девочки из ЖЭКа. Без этого никак. Подарки-то все просят, но у нас это ваше «от каждого по способности, каждому по потребности» не работает. Статистику надо собрать, карму проанализировать, проверить клиента на токсичность. Кто чихал в маску, а кто просто на все чихал. Кому-то можно бабушку через дорогу не переводить и голубя под зад пнуть, а кому-то и на соседа грубияна-алкаша нельзя пожаловаться. Карма. Да ты не отвлекайся, а то не успеем все упаковать к тридцать первому-то.
– Эй, Зоюшка, на месте не стой, а то замерзнешь, – пропищал кто-то с подоконника.
Оглянулась на голос Зоя и увидела Мальчика-с-пальчика с крохотным фотоаппаратом в руках. Зоя уже привыкла к чудесам разным, но такой портативной техники она еще не видела. Потянулась она к чудо-гаджету, но Мальчик-с-пальчик отпрыгнул и пальцем погрозил:
– Не отвлекай фотографа. Когда закончишь работу, получишь флешку с двумя тысячами двадцать одной фотографией рабочего дня. Ой, что я говорю… Двумя тысячами двадцатью одной фотографией для своего блога. Ты там и такая, и сякая, и этакая, – фотограф хихикнул. – Да не смущайся. Никакого компромата. За работой человек лучше всего получается, потому что воодушевлен, делом занят и не стоит, как статуя.
Мальчик-с-пальчик забрался к Зое на плечо и шепнул на ушко:
– Руки твои совсем замерзли от книг ледяных. Отпросись у Деда, да в бар наш сходи, испей глинтвейна стаканчик.
Пока Зоюшка в баре с крошкой-фотографом выпивала да закусывала, Снегурочка вернулась из увеселительной поездки. Поклонилась она Деду Морозу и говорит:
– Спасибо, дедушка, что не стал меня удерживать и давить авторитетом. Разрешил мне в грязь лицом ударить, бесам своим в лицо посмотреть. Ванюшу я руками не трогала. Как сидел на балконе с сигареткой, так и сидит, сердечный. Дышит свежим воздухом.
Усмехнулся в усы Дед Мороз, погладил внучку по голове, поцеловал в макушку перламутровую.
– Ничего, внученька. Со всяким случиться может. А Зоя твоя хорошая девушка, трудолюбивая. Я-то, старый, сперва подумал, раз блогерша, значит, бездельница. А она смартфон ни разу не тронула, уведомления не проверяла, про свой блог даже не вспоминала. Ледяные книги читала. Шесть тысяч характеристик перевела с беличьего на человеческий. Порядок в картотеке навела, нашла анкеты потерянные, – похвалил Дед Мороз помощницу.
– Заслужила, значит, подарок, – обрадовалась Снегурочка.
– Заслужила.
Нашла Снегурочка Зою в баре, выпила с ней глинтвейна ароматного и сказала:
– Спасибо тебе, Зоя, за помощь. Подарю тебе все, что пообещала.
Хлопнула Снегурочка в ладоши и появилась на столе шкатулка серебряная.
– Здесь идеи для постов: две тысячи двадцать одна штука. Фотографии для твоего блога о путешествиях: две тысячи двадцать одна штука. В какую страну ни полетишь, знай, фото у тебя уже в кармане: и Мальдивы, и Грузия, и встречи с тибетскими монахами и британскими скинхедами. Используй с умом, и тогда в будущем году все нажитое приумножится. Если захочешь в другой раз сама фотографа найти, читай отзывы, думай головой, а выбирай сердцем. И не экономь на специалистах.
Только открыла рот Зоя, чтобы Снегурочку поблагодарить, как вдруг оказалась у себя дома перед ноутбуком. За окном снег сверкает, прохожие с тяжелыми сумками бегут, мандарины и продукты для оливье тащат. А Зоя пишет и пишет. Правда, опять у нее вместо нон-фикшн сказка получилась. Да ей все равно никто бы не поверил, что она весь день 28 декабря в ледяной библиотеке небесной канцелярии Деда Мороза работала. И про карму вот это вот все.
Битва снеговиков
Анна Лим
vk.com/nettochka_leem
Олег Геннадьевич с подбитым глазом. Леночка упала и убедительно играет роль свежего трупа. Виктор истерически рыдает в плюшевое мусорное ведро. Я бегу, с автоматом в одной руке и оторванной головой в другой… А кругом бушует метель, снег летит прямо в лицо, а ветер пытается забраться в самое сердце…
Нет, это не очередной фильм ужасов или театр абсурда. Это реальная жизнь. Но давайте обо всем по порядку.
Олег Геннадьевич – наш генеральный директор. Раз в полгода он стабильно уезжает на всевозможные конференции и обучения и возвращается оттуда с ярым желанием все поменять. Чего у нас только не было: и к каждому отделу было приписано домашнее животное (в целях повышения производительности труда), и кабинет штатного психолога (во избежание профессионального выгорания). Из самого последнего – корпоративный гимн, который включали каждое утро перед началом рабочего дня (для поднятия морального духа команды).
Если не считать подобных закидонов, то мы работаем в обычной строительной фирме. Особых звезд с неба не хватаем, коллектив дружный (насколько это вообще возможно), зарплатой не обижены. Раз в квартал Олег Геннадьевич устраивает нам небольшие корпоративчики, и все рады – еще один дополнительный выходной.
Но тут он превзошел сам себя. Лето. Жара под сорок пять градусов. Только кондиционеры и спасали. И тут Олег Геннадьевич вваливается в офис слишком веселый и взвинченный. Нет, не «навеселе», а именно веселый.
Созыв экстренного совещания. На моей памяти такое впервые. Через пять минут все, побросав свои важные и не очень дела, собрались в конференц-зале. Шеф зашел, вышел перед всеми, обвел всех взором горящим и замолчал…
И вот в тот момент, когда уже все готовы были наброситься на него и начать кулаками добывать информацию, он объявил: «Новый год будем отмечать игрой в пейнтбол! Кто не согласен – не получит тринадцатую зарплату и вообще может увольняться, раз не поддерживает командный дух». Развернулся на каблуках и вышел.
В конференц-зале повисла немая пауза. Повозмущавшись, все пришли к выводу, что шеф перегрелся на солнце и к зиме точно забудет про свое решение.
Но, как оказалось, решения своего он не поменял, ничего не забыл, а каждого сотрудника, который хотел подойти к нему, чтобы уговорить одуматься, выставлял за дверь, как нашкодившего котенка.
В итоге к декабрю малодушных не осталось.
И вот, в преддверии Нового года, пока обычные нормальные люди лопают салатики и наслаждаются шампанским, наш отважный отряд облачается в военную форму. В руках – автоматы, каждому в зубы – схема базы и зачем-то устав нашей компании.
Но тут влетает Олег Геннадьевич со своим автоматом наперевес и огромными пакетами.
– Стойте! Это же новогодний праздник!
– Да, Олег Геннадьевич… – во мне проснулась слабая надежда на отмену войны.
– Надо, чтобы этот день нам с вами запомнился!
– Он и так запомнится, Олег Геннадьевич! – надежда уступила место тревожному ожиданию новой вводной.
– Я решил, что все должно быть в новогоднем стиле! Надевайте свои новые костюмы! Это подарок от фирмы вам к Новому году!
И широким жестом, достойным самого Деда Мороза, начинает вытряхивать из пакетов костюмы снеговиков. А ведь он прав. Точно такого не забудешь…
Начальник ушел, оставив нас, уже повторно ошарашенных, переваривать это. Нет, мало того, что вместо нормального праздника у нас бойня в снегу, так нас еще и превращают в ростовых кукол!
Ох, что тут началось! За пятнадцать минут до старта нам пришлось пройти через все стадии принятия неизбежного: от отрицания («ни за что это не надену») через злость («а вот остальные выглядят не так идиотски») и депрессию («а я ведь еще летом такое красивое платье на корпоратив купила») до философского принятия («ладно, всего три часа позора – и тринадцатая зарплата в кармане»). Стоит ли говорить, что было не различить, кто есть кто? Вот только что рядом со мной стояла наш секретарь Леночка. А теперь – какой-то бесформенный белый мутант с плюшевым ведром на голове и морковкой вместо носа.
Наконец, отряд элитных снеговиков-головорезов вышел против команды снеговиков-убийц. Это только в фильмах и книгах рассказывают, что пейнтбол – весело и абсолютно легко. Тяжело! Еще как тяжело! Особенно, если ты в костюме снежного чудища, чья голова так и норовит оторваться от костюма, встать на ножки и убежать с воплями подальше от этого кошмара.
После первого попадания ты начинаешь понимать, что это чувствительно и, скорей всего, останутся, синяки. А теперь добавьте к этому начавшуюся метель и параноидальную мысль, что за воооот за тем симпатичным сугробиком притаился агрессивный снеговик с автоматом!
В общем, количество желающих побыстрее с этим закончить стало увеличиваться в арифметической прогрессии. А вот когда неизвестный снеговик остановился посреди полигона и начал стрелять из автомата в воздух, то уже в геометрической.
И вот, в этот самый момент, когда, казалось бы, что опасность миновала, на него напрыгивают еще два снеговика и начинают отбирать автомат, который не прекращает свою трель.
Стрельба затихла, но к этим трем героям прибежали еще двое. А потом четверо. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что только я и Леночка не участвуем в борьбе за звание альфы-снеговиков.
Полетели белые головы. За ними – автоматы и вопли «Стой! Стрелять буду!». Согласитесь, немного запоздалое предупреждение?
Вскоре все-таки эта битва титанов закончилась. И вот Олег Геннадьевич сидит с подбитым глазом, Леночка (хоть и не участвовала в этом) сделала вид, что упала, и лежит. Виктор взял оторванную голову снеговика, вытирает пот и истерически рыдает в ведро.
И тут до меня дошло: а ведь база-то противников не занята! И я побежала к цели. Вслед мне летело насмешливое «Беги, Форест, беги!». Но, когда они сообразили, зачем я бросилась наутек, было поздно.
Где-то в десяти метрах от базы, голова все-таки окончательно оторвалась. Но мне уже не до нее. Я просто подхватила ее и побежала дальше, отплевываясь от снега.
Базу тогда я захватила в одиночку. С тех пор меня называют «королевой полигона». Кто в итоге оказался тем слетевшим с катушек снеговиком, так и осталось загадкой – никто не признался. Стыдно ведь. А тринадцатую зарплату получили все выжившие.
И да. Олег Геннадьевич больше никогда не предлагал нам провести новогодний корпоратив вне стандартной программы.
Санта Клаусу тут не место
Ванька Снежков
vk.com/snezkoff
Дед Мороз сидел в любимом кресле и неспешно покуривал трубку, выпуская под потолок дым в форме снежинок. Все, кто был близко знаком со стариком, знали, что снежинки – плохой знак. К тому же трубочное зелье, секрет которого старый волшебник держал в строгом секрете, сегодня помимо хвойного аромата имело какую-то едва знакомую сладковатую отдушку.
«Столько веков царили порядок и взаимопонимание в сфере трафика новогодних подарков. Все территории поделены между кланами, все традиции и законы строго чтились. Каждый нарушитель прекрасно знал, что его ждет. Взять тех же вспыльчивых макаронников из «Capodanno Nostra» под руководством Баббо Натале – ни одного прокола! А мой сосед Йоулупукки, что живет внутри сопки Корватунтури, в пещерах Кайкулуолат, всегда не прочь со мной водочки бахнуть, да и дело свое знает, несмотря на то, что гном. Или китайская Триада. Как же ж их? Триста лет запоминал… О! Шань Дань Лаожен, Дун Че Лао Рен и Шо Хин всегда вели бизнес согласно нашим законам. Странно! Только сейчас пришло в голову, что каждый раз я видел только одного из этой троицы…
Так о чем это я? А-а-а… Об этом американском выскочке! Без году неделя, как влился в наши ряды, а уже столько непозволительных вторжений не в свои владения. Уже не единожды замечал в квартирах на своей территории носки для подарков у самодельных каминов. Беспредел! Да и куда ни плюнь – отовсюду эта дурацкая «джингл беллс» пиликает. Вчера, вон, ее даже Снегурка напевала, за что подзатыльник дедовский выхватила! Кстати, о внучке. Этот престарелый хмырь заморский последний раз так недвусмысленно пялился на Снегурочку, что я еле сдержался…
Но в открытый конфликт с ним идти опасно. Несколько раз видел его эльфов в деле – тертые калачи! С такими и в печной трубе застрять нестрашно, и в бане мыло уронить. Да и оленей не стоит списывать со счетов. Особенно самого отмороженного и красноносого, как бишь его там зовут? Рулет? Рулон? Рудольф, бляха-беломуха!
Но и я не лыком шит, немного смекалки и вуаля! Вчера с телефона Снегурочки отправил ему послание, мол, жду тебя завтра, мой жеребец, дедуля свалил по делам. Сейчас этот старый кобель сидит и дожидается в соседнем зале. Ну ничего, вот додымлю, и тогда мы с ним поговорим по душам!»
Дед Мороз степенно затянулся и выпустил дым из ноздрей. Получившиеся фигурки из дыма закружились хороводом вокруг люстры.
Через пять минут он вошел в соседнюю комнату и увидел улыбающегося круглолицего старика в красной куртке и колпаке, который махал ему рукой. Дед, как заправский ковбой, резко выхватил из-за пояса пистолет и выстрелил в Санта-Клауса!..
Одновременно со звуком выстрела зеркало напротив Деда Мороза разлетелось кучей осколков после попадания в него пули. Черты лица старого волшебника смягчились, и он, как будто что-то вспомнив, посмотрел на часы:
– Скоро полночь. Пора начинать развозить подарки детишкам!
* * *Перед главным входом в резиденцию стояли Снегурочка и пара эльфов:
– Кажется, дедуля пришел в себя, – произнесла внучка Деда Мороза. – Молодцом держится старик. Когда бы кого из нас в разных странах величали бы по-разному, да встречали по разным обычаям на протяжении стольких веков, любой бы на голову захворал. Ну ничего, он сильный, справится с этой болячкой! А вот мой пистолетик стоит у него изъять по-тихому и спрятать понадежнее в этот раз…
Дар или проклятье?
Ирина Полякова
vk.com/pol_ir
«Где это я?»
С трудом разлепив глаза, Ирис увидела белый потолок и белые же, незнакомые кафельные стены. Она хотела приподняться на кровати, но голову словно залили бетоном.
Руки почти не слушались, от левой тянулся проводок… Какой аппарат! Я видела такой в сериале. Про Доктора Хауса. Значит, я в больнице. Как голова болит, ужас! Мысли текли, словно отдельно от нее.
Писк прибора стал громче и, наверное, просигналил на пост. Через пару минут белая дверь открылась, и вошла медсестра.
– Что со мной? Почему я здесь? – спросила обеспокоенно пациентка.
– Вы потеряли сознание. Наряжали елку, упали со стула и ударились головой. Я позову дежурного врача.
Медсестра повернулась к двери, и Ирис услышала бормотание:
«Слава богу, очухалась. А то в морге места остались только стоячие».
– Что вы сказали?
Даже только вышедшая из комы понимает, что подобное замечание грубо и непрофессионально.
– Я позову врача, подождите минутку, – как ни в чем не бывало повторила сестра.
Послышалось, подумала Ирис, пытаясь вспомнить, как же ее угораздило попасть в больницу, да еще накануне Нового года. Она украшала елку. В этом году поставила ее на лоджии – прохладно, дольше простоит. В гостиной мало места из-за праздничного стола.
Да, елка. Еще она помнила, как хотела включить разноцветную новую гирлянду.
Может, ее ударило током?
Размышления прервал появившийся врач.