Драконовы меры

Кот сделал вид, что ему стало страшно, и отбежал на пяток шагов. И опять фыркнул, маскируя смех, чем вовсе вывел из себя. Щеки и губы и без того горели, а этот зверюга насмехался, словно мог забраться мне в голову и прочесть мысли, что там роились.

И все же мне удалось спустить посуду в кухню, благополучно убрать еду в холодную и прибрать тарелки. Вот только такая рутинная работа никак не мешала думать. Думать. Думать! Мне даже показалось в какой-то момент, что я просто могу взорваться. Вот натурально, что-то щелкнет внутри – и из ушей повалит пар, как из большой кастрюли. Потому как выходило занятное: я не так все поняла. То, что Малиаз не приставал ко мне ночью – ничего не значило? Или?

– Ох! – закончив вытирать последнюю тарелку, я опустила голову на сложенные на столе руки. Мне требовалось чуть больше информации, чтобы делать хоть какие-то выводы.

– Как у нас тут дела? – довольный голос заставил встрепенуться, покраснеть, подскочить с табурета, опрокинув последний на пол.

Я так и замерла у стола, зажмурив глаза, не зная, что делать и сказать. Это не соседский мальчишка, что несмело сунул под нос ромашки и тут же убежал. Это взрослый мужчина, да к тому же еще и дракон. И живем мы в одном доме.

Очень захотелось провалиться под пол, куда-нибудь подальше от Малиаза и собственной неловкости.

– Смущена? – я услышала, как дракон обошел меня, поставил на место табурет и замер напротив. Пришлось открывать глаза. Тут, как в детстве не работает: закрыл глаза – и тебя не видно.

– Угу, – честно призналась, не решив, защищаться или нападать. Никогда еще на меня такие мужчины внимания не обращали.

– Запуталась, растерялась и не знаешь, что делать: дать мне по лицу или флиртовать дальше? – в глазах ящера плясали искры. Его-то все происходящее явно устраивало и веселило! Внутри поднялась волна возмущения. Долго смущаться я не могла, уже не девочка. Так что решила высказать ему то, что накопилось за эти пару часов.

Но и тут мне не дали высказать все, что вертелось на языке. Малиаз вскинул руку и строго произнес:

– Стоп! Запомни все, что хотела сказать, а пока идем со мной. А ты, вредность кошачья, почисти крышу от снега. На улице чуть потеплело, скоро начнет подтаивать. Нужно все убрать, пока на головы падать не начало.

Малиаз поймал меня за руку и потянул прочь из кухни.

– А он может? – я с интересом обернулась на Люша. Кошачья морда явно была недовольная заданием. Уши опущены, по телу, то зарываясь в мех, то выскакивая, пляшут искры.

– Уверен, что да. Я же говорил, нагружай их побольше. А ты все жалеешь. Вот в столовой, они что тебе помогали?

– Сняли покрывала с люстр, – гордо поделилась. Вся я правильно делаю. Работают они.

– Именно, – явно не разделял моего энтузиазма дракон, – а сказала бы им прибрать комнату к приходу гостей, они бы тебе за пять минут и полы помыли. Если я хоть что-то понимаю в их природе.

– Но это же эксплуатация!

– Откуда слова только такие знаешь, – буркнул дракон, поворачивая к лестнице. И уже громче добавил. – Они сущности с природной магией. Сильной природной магией. Им на это минуты три нужно было бы. А ты сколько возилась?

– Два часа, – тихо ответила, чувствуя себя не самой разумной на свете.

Ящер вдруг остановился и повернулся ко мне, строго глядя в глаза.

– Я оставил этих двух мохнатых проглотов здесь только для того, чтобы они тебя защищали и помогали. Если этого не будет, перестану кормить собственной силой и вышвырну со двора. Это ясно?!

Последнее было сказано громко и в потолок. Откуда-то с другой части дома донеслось недовольное «мряу».

– Они тебе на шею сели, Инг. Исправь это, или я найму приходящую кухарку и поломойку вместо этих двоих.

– Разве я не справляюсь со своей работой?

– Сложный вопрос, – Малиаз опять развернулся и потянул меня дальше, в малую гостиную. – Скорее всего, мои друзья правы, и все не совсем так, как нужно. Считай, что я перевожу тебя на должность экономки. Пока что.

– А потом?

– А для «потом» у меня мало информации, – дракон тяжело вздохнул и указал мне на свободное кресло. Когда он успел запомнить, что из всей мебели в этой комнате я предпочитаю именно его, ума не приложу.

– А где гости? – запоздало опомнилась. Событий было так много, что я все время что-то упускала. Может, стоит есть чуть больше мяса, чтобы голова работала нормально?

– Отправились по делам. Нам кое-что удалось выяснить, и Вадлер с Лотлем решили проверить информацию. А Хейзед, когда их проводит, переговорит с Оракулом. Вдруг мудрейший что-то знает.

– А те двое? – меня передернуло от мысли, что напавшие вчера инквизиторы все еще в подвале дома.

Малиаз чуть скривился.

– Пока здесь побудут. Мы не можем позволить никому узнать, что поймали их, и, тем более, что затеяли какое-то расследование.

– Так что же… они тут будут еще…

– Ночи три, не меньше, – тихо произнес дракон, глядя на меня внимательным, пробирающим до самого нутра взглядом.

В животе все затрепетало. То ли от предвкушения и ожидания, то ли от волнения. Три ночи. Не меньше.

**

Малиаз

Ситуация выходила из сообщения Лотля не самая хорошая. Те сведения, что мы вытянули у пленников, на первый взгляд и проверку оказались вроде бы и верными… да вот толку от них было чуть. Просто потому, что никто не знал, где сейчас находится сам жезл и откуда его привезли.

Можно было начать масштабное расследование, проследить за всеми инквизиторами, что сейчас занимались отловом девиц, выйти на нужную точку, но это привлекло бы излишнее внимание и заставило наших противников залечь на дно. Тогда мы бы потеряли возможность разобраться со всем еще лет на десять, а этого никак нельзя было допустить. У меня на этот период были совсем иные планы. Если все сложится.

– И что же? Вы пока ничего не можете поделать? – Инг, поеживаясь, сидела в кресле напротив, глядя на меня с волнением.

– Можем. Но не так много, как хотелось бы. Если бы все получилось, мы бы просто отправились к двери, открыли ее и уничтожили камень призывов. Но беда в том, что никто не знает его местонахождения.

– Погоди, вы же сами говорили, что где-то там есть святилище…

– В том-то и дело, что нападавшие не знают, где оно, это «где-то там». Совсем. Из того, что выяснили наши приятели, получается, что если оно и существует… то там никто никогда и не был.

– Тогда на кой им я?! – не сдержавшись, воскликнула Инг, с таким возмущением, словно все происходило по моей вине.

– Кажется, они надеялись, что ты сможешь найти дорогу к этому месту.

– У них есть волшебный компас, который тоже никто не в состоянии взять в руки? И только он один сумеет показать нам дорогу?

– По правде говоря, я не имею ни малейшего представления о том, что хранится у «них» в запасниках. Но, уверен, Вадлер с Лотлем что-то да узнают. Или Оракул подскажет.

Сейчас я не ощущал ни малейшей тревоги по поводу происходящего. Словно та полоса невероятного везения, что нас сопровождала, превратилась в широкую, пусть и скрытую до поры в темноте, дорогу.

– А ваш Оракул, почему он не помог раньше, а сейчас, ты говоришь, что он что-то увидит?

– Сила мудрейшего необычна. Скорее ее можно описать, как взгляд в темную воду. Если он не знает, куда смотреть, то в глубине один лишь мрак. Но если ему подсказать, что искать, то темнота словно бы расходится, как от солнечных лучей. По крайней мере, так нам объясняли во время обучения.

– И если ему сказать, что нам нужно найти дверь…

– То велика вероятность, что он сумеет увидеть или путь к ней, или то, что способно нас подвести к ответу.

Смотрел на Инг и не мог не признать, что она мне нравится с каждым днем все больше. Ее темные спокойные глаза, ее живость и уравновешенность, несмотря на все происходящее. И ее улыбка. Ради одной этой улыбки я, кажется, вполне мог сровнять с землей половину соседнего государства. Просто чтобы ее больше не беспокоили незваные гости с той стороны.

– Зачем ты меня поцеловал? – вдруг перевела тему девушка. Ее брови строго хмурились, словно она планировала за это отчитать меня как мальчишку. Вот только я с таким согласиться никак не мог.

– Потому что очень захотел, – губы сами собой расползлись улыбкой. – А еще мне показалось, это именно то, что тебе сейчас требуется. И, предупреждаю, я намерен повторить при первом удобном случае, потому как мне было не все понятно.

– Что? – кто-то явно ожидал не такого ответа, и сейчас Инг смотрела на меня, моргая широко распахнутыми глазами. – Какой бессовестный дракон!

– Скажи, что ты недовольна или тебе не понравилось, – я поднялся с кресла и медленно шагнул в сторону Инг. Теперь ей было не отвертеться, что бы она ни сказала, а мне требовалось более тщательно проверить то, о чем я думал последние дни.

Девушка только фыркнула и, подобрав ноги на кресло, сложила руки на груди. Инг старалась на меня не смотреть, то ли от неуверенности, то ли из-за смущения, но у меня были совсем иные планы. Если все так, как я думаю, вскоре придется переделывать ее договор на пребывание в Империи. Основательно.

**

Этот нахал, рыжий высокий и широкоплечий ящер с улыбкой обольстителя, заявил, что во всем виновата я сама! Ему показалось, что мне это нужно. Пф!

Я сидела в кресле, склонив голову так, словно это могло меня спрятать от Малиаза. И все потому, что в чем-то он был прав, и это мне страшно не нравилось. Обычно я сама отвечала за последствия своих действий, но в этот раз мне страшно не хотелось в этом участвовать. Хотелось, чтобы как в сказке, большой и сильный все решил сам. Только в жизни так не бывает.

Ну почему, почему нельзя просто перескочить все эти непонятные моменты с выяснением отношений, с неопределенным статусом и сразу достичь результата? В голове вдруг всплыла поговорка, что была в ходу на родине: в момент, когда Альбер внезапно произнес «привет» Денизе, та мысленно сыграла свадьбу и родила троих детей.

И почему-то от этого стало так смешно, что я фыркнула. Теперь мое поведение и попытка устыдить дракона казались абсурдными и нелепыми. Мы оба давно взрослые, я живу в его доме, приехав по документам невесты. И нас тянет друг другу с каждым днем сильнее. Так почему бы не использовать это? Зачем все усложнять, когда можно просто насладиться моментом?

– Я не выйду за вас замуж, – неожиданно вернувшись к более официальному обращению, заявила, глядя в лицо нависающему дракону.

– А я и не предлагал, – в темных глазах что-то полыхнуло, но я не смогла понять эмоции Малиаза. Мне не дали времени опомниться или проанализировать происходящее, как мужчина поймал меня за подбородок и поцеловал. Снова.

И вроде бы я уже и знала вкус его губ, но все равно сердце подпрыгнуло куда-то в горло. Только дракон не отстранился, как в прошлый раз. Наоборот, он потянул меня вверх, заставляя встать коленями на кресло, не разрывая губ. Одна рука обвилась вокруг талии, не позволяя мне упасть назад, прижимая к крепкому телу.

От него пахло чем-то пряным и острым, словно выдержанный несколько лет в дубовых бочках алкоголь. От этого немного кружилась голова, и откуда-то из низа живота поднималось тепло и нетерпение. Тело тянулось к Малиазу, словно цветы к свету, стараясь прижаться сильнее, напитаться всей этой жаждой жизни и силой. По плечам промчались толпой мурашки, от ощущения ткани кожа вдруг заныла, требуя избавиться от этой досадной и раздражающе преграды. Хотелось почувствовать касание этих крепких рук, шершавых, горячих пальцев на коже.

Все еще удерживая меня от падения, Малиаз отстранился. В глубине глаз на его спокойном, непривычно отстраненном лице, полыхало пламя. Растерянная, несколько оглушенная, я опять ждала шуток, не обидных, но колких фраз. Однако дракон молчал. И в его облике не было и тени намека на веселье.

Подняв свободную руку, ящер пошевелил пальцами, и на ладони вспыхнул небольшой, почему-то синий, огонек. Поиграв сияющим, слепящим шаром, дракон резко сжал пальцы. После тихого хлопка вверх поднялась только тонкая струйка белого дыма, скользнувшая между пальцами, а в носу защекотало от запаха грозы.