Отпустите, мой принц!

– Почти хорошо. Не пытайся прятаться за оружие. Оно для атаки и парирования. При твоем росте совершенно бесполезно пытаться укрыться за этой железякой. Ускользай от ударов. Как вода. Попробуем еще?

Симит, серьезный, сосредоточенный, но с каким-то непривычным блеском в глазах, различимым даже в полумраке, кивнул. Я в первый раз за многие годы видела его таким. И была готова поклясться, что мальчик даже не знает, с кем сейчас фехтует.

Сьют Шанготи шире расставил ноги, похлопав себя по бедру. Принц дождался пока мой Симит примет такую же позу, и медленно, словно демонстрируя каждое движение, сделал короткий замах. Прячась в тени, я могла за ними наблюдать и каким бы вопиющим нарушением мне не казалось происходящее, я никак не решалась вмешаться. Ради сына я была готова получить не один нагоняй.

– Вот так, хорошо. Все правильно. Только не забывай двигаться. Ноги – едва ли не важнее самого оружия, – спокойно объяснял принц. А у меня замирало сердце.

Если бы кто-то проявлял в этом городе к Симиту хоть сотую долю такого внимания, и что кривить душой, уважения, наша жизнь была бы куда проще. Приезжий принц, этот гордый и сильный человек, разговаривал с мальчишкой, словно с равным.

– Тебя точно не будут искать? Уже довольно поздно,– вскинув голову на небо, словно по звездам можно было угадать время, в перерыве между короткими сериями, спросил принц.

– Мама устала очень, пока все готовила. Отдыхает. Ее лучше не будить. Завтра снова сложный день. А больше… искать не кому.

– А отец?

– Давно уже нет. Из-за него взорвалась одна из печей много лет назад. Тогда многие пострадали, а отец не выжил, – безразличным тоном, не позволяя пробраться в голос той боли, что преследовала его всю жизнь, пожал плечом Симит.

– Так бывает,– не позволяя себе жалости, кивнул принц. И меняя тревожную тему, продолжил. – У тебя очень хорошие данные. И не пугайся, что тело пока не слушается. С нами, рослыми парнями, такое часто бывает. Пройдет несколько лет, и все изменится. Только не давай себе лениться. Не устал?

– Нет, – быстро, словно боясь лишиться этой компании, отозвался Симит. Мальчик переступал с ноги на ногу, хмуро глядя на принца.

Сьют Шанготи только улыбнулся.

– Тогда можем продолжить. Я после этой дороги словно одеревенел. Рад, что мне встретился такой приятель, как ты.

Я видела, как от удовольствия покраснели щеки сына, но больше прятаться было нельзя. Завтрашний день обещал быть куда более сложным. Для Симита в том числе.

– Сын, – выступая из-за стены дома, громко позвала я.

Плечи мальчика опустились, голова поникла.

– Мам? Ты отдохнула? – стараясь скрыть разочарование, вызванное моим появлением, поинтересовался мальчик, поворачиваясь ко мне.

– Все в порядке. Но тебе пора спать. Мне понадобится твоя помощь завтра.

– Я знаю, – кивнула Симит, не споря. И повернувшись к принцу, протянул тому меч. – Спасибо за урок.

– Будет скучно… или правильнее, если будет свободное время – найди меня завтра. Мне есть что еще показать такому способному ученику.

Симит кивнул, и сгорбив плечи, мимо меня направился в сторону наших комнат. Пока в городе были гости, мы занимали одно из небольших помещений за хозяйственными постройками, чтобы не бегать с окраины каждое утро.

– Мой принц, – дождавшись, пока Симит уйдет и не сможет меня услышать, обратилась к гостю, склонив голову в положенном поклоне. – Простите за это. Мой сын наверняка не признал вас, так как не видел кортеж.

– Все в порядке. Я сам предложил ему немного размяться, – перехватив под мышку оба клинка, спокойно отозвался высокий, во всех смыслах гость.

Сьют Шанготи, в неверном свете слабых ламп, выглядел еще более массивным, словно тени растягивали его фигуру. Глаза казались почти черными, и я не могла угадать выражение его лица. Несколько мгновений мы так и стояли, будто не знали, что сказать. Первым нарушил тишину принц.

– Это вам я обязан такому теплому приему? Мне сказали, что за все отвечает только одна женщина и я видел вас утром, за колоннами большого зала, – голос лился мягко. В нем нельзя было прочесть ни малейшего упрека или насмешки, с какими разговаривали наши мужчины.

– Такова моя работа.

– И проделана она мастерски, должен сказать. Как вас зовут? – не делая пауз, поинтересовался принц.

– Эриноль Миве, мой принц, – склонив голову еще раз, опасаясь почему-то поднимать на него глаза, тихо ответила. Мне было не понятно, для чего этому мужчине имя такой, как я. Это шло в разрез со всеми привычными мне нормами.

– Зовите меня «Сьют». От этого постоянного обращения у меня начинает сводить зубы.

– Я не посмею, – прозвучало едва различимым шепотом.

– Я настаиваю. Не так давно я принц. Да и это все условности.

– И все же… – я вскинула голову, глянув в лицо собеседника. Мне и в самом смелом сне не могло привидеться подобное.

– Сьют. Повторите, – мягко, но настойчиво попросил принц. И я не смогла найти в себе достаточно смелости и упрямства, чтобы упорствовать.

– Сьют, – тихо, медленно, словно язык не слушался, произнесла, сама поражаясь себе. За подобное старейшины меня определенно накажут, но воля этого мужчины была сильнее страха перед стариками.

– Вот видите, – улыбка осветила лицо великана, – не так и сложно.

Мои губы дрогнули. Улыбка вышла несмелой, кривоватой, но она все же была, не подчиняясь моей воле.

– Вы не думали перебраться в столицу, Эриноль? – неожиданно сменил тему собеседник. Кажется, его не смущали ни ночь над головой, ни пустота внутреннего двора.

– Зачем? – от удивления я забыла, что мне не полагается так разговаривать с этим мужчиной, спросила.