С друзьями – по Санкт-Петербургу. Петербурга парадное лицо

Центральной доминантой площади является памятник Николаю I, установленный по проекту Огюста Монферрана в 1859 году. Конную статую, опирающуюся только на две точки изваял и отлил в бронзе Пётр Карлович Клодт, автор знаменитых композиций на Аничковом мосту.

Равновесие памятнику обеспечивают свинцовый балласт из дроби, засыпанной в круп лошади, а также колонны, уходящие в фундамент из-под копыт через весь пьедестал.

Памятник Николаю I

Николай I изображен в мундире Конногвардейского полка, шефом которого он и был. Пьедестал памятника, набранный из разных пород гранитов и белого мрамора, украшают аллегорические скульптуры Силы, Мудрости, Правосудия и Веры (лица имеют портретное сходство с лицами супруги и дочерей покойного императора) и четыре горельефа, отражающие важные вехи царствования: 1825 год – восстание декабристов; 1831 год – усмирение холерного бунта; 1832 год – награждение Сперанского за составление Свода российских законов и 1851 год – строительство Николаевской железной дороги.

Припоминается поговорка из советского времени: «дурак умного догоняет – Исаакий не пускает». «Умный» – это Пётр I, близкий большевикам царь-реформатор, «дурак» – Николай I, палач декабристов, жандарм Европы, притеснявший Пушкина.

Исаакий в этой поговорке – собор, построенный в честь Исаакия Далматского – небесного покровителя Петра I (Пётр родился 30 мая – в день святого Исаакия).

Первая деревянная Исаакиевская церковь была построена в Морской слободе для работников Адмиралтейства. В ней произошло венчание Петра I и Екатерины. Здание естественным образом обветшало и тогда, по указу Петра, было заложено новое каменное строение по проекту немецкого архитектора Георга Маттарнови, автора проекта Кунсткамеры.

Церковь построили поблизости от берега Невы (сейчас на этом месте Медный всадник) и, видимо, не вполне правильно рассчитали фундаменты. Здание пошло трещинами, а пожар, случившийся от удара молнии, довершил процесс разрушения.

Новый, третий по счету, храм начали строить только при Екатерине II, которая, как известно, себя позиционировала продолжательницей дела Петра Великого и не могла допустить, чтобы церковь в честь его небесного покровителя находилась в забвении.

Исаакиевский собор

Сооружение было поручено архитектору Антонио Ринальди, автору Мраморного дворца, который и в этом проекте предусмотрел сплошную мраморную облицовку.

После внезапной смерти императрицы Екатерины строительство было остановлено, Ринальди покинул Россию, а воцарившийся Павел I, повелел архитектору Винченцо Бренна упростить проект насколько возможно. В результате получилось уродливое сооружение, которое народ воспел в эпиграмме:

Сей памятник двух царств,Обоим столь приличный -На мраморном низуВоздвигнут верх кирпичный.

Начало XIX века совпало в России с началом грандиозной перестройки центра города в стиле ампир. В это парадное лицо Петербурга третий Исаакиевский собор не вписывался никаким образом.

Наконец, в 1818 году начинается сооружение четвёртого Исаакиевского собора по проекту французского архитектора Огюста Монферрана и продолжается сорок лет – настолько колоссальным был объём работ.

За весь период в строительстве приняло участие более 400 тысяч рабочих.

Молодому неизвестному архитектору без протекций, Огюсту Монферрану, в 1815 году в Париже каким-то чудом удаётся получить аудиенцию у российского императора Александра I и заручиться его благосклонностью. Молодой человек представил альбом, в котором было около ста эскизов различных сооружений.

В 1816 году Монферран приезжает в Санкт-Петербург и побеждает в конкурсе проектов нового собора. Комиссия отдала предпочтение французу, потому что, в то время как остальные участники представили на конкурс по одному-два варианта, Монферран представил 12!

Гигантское здание в плане представляет собой квадрат со стороной сто метров. Высота собора – 101,5 метра.

В основание фундамента было забито более десяти тысяч свай, которые надо было спилить в один уровень (в начале XIX века ещё не существовало ни нивелиров, ни лазерных уровней). Решение, простое, как все гениальное, подсказал Августин Августинович Бетанкур – выдающийся инженер, который, к счастью, жил и работал тогда в России: свайное поле окопали, дождались заморозков и… по льду спилили. Благодаря инженерному гению Бетанкура, придумавшему хитроумные устройства, состоящие из канатов и блоков, были сооружены колонные портики собора. Каждая колонна весом 114 тонн устанавливалась за 45 минут. Этот опыт позволил в дальнейшем установить Александровскую колонну на Дворцовой площади.

Огромный вес крыши и купола воспринимают стены собора, достигающие в некоторых местах толщины 20 метров.

Несущую основу купола выполняет металлическая конструкция в форме конуса, которая внутри собора закрыта декоративной сферической поверхностью, а снаружи – параболической, покрытой золотом. Купол собора, видимый с далеких окраин, во время войны не был замаскирован и служил ориентиром, точкой отсчета немецким артиллеристам, планомерно обстреливающим город. Это обстоятельство позволило сохранить в подвалах собора ценности, вывезенные из пригородных дворцов Пушкина и Павловска, которые не успели эвакуировать.

Внутри собора могут свободно находиться 10000 человек.

Обойдём вокруг Исаакиевского собора и, перейдя через Адмиралтейский проспект, окажемся на Сенатской площади.

Сенатская площадь – площадь только по названию – это небольшой уютный сквер, являющийся продолжением Александровского сада. В 1763 году в бывший дворец канцлера Бестужева-Рюмина, который находился на углу с Английской набережной, из здания Двенадцати коллегий переехал Сенат, и с этого момента площадь стала именоваться Сенатской.

После сооружения памятника Петру I площадь стала Петровской, но это название не прижилось.

14 декабря 1825 года на площади выстроились восставшие полки, отказавшиеся дать присягу новому царю Николаю I. В честь этого события площадь в советский период истории именовалась площадью Декабристов.

По пути к памятнику Петру I рассмотрим здания, ограничивающие площадь с левой стороны.

Классицистическое здание с колонным портиком – это манеж Конногвардейского полка, построенный архитектором Джакомо Кваренги в 1807 году. По обеим сторонам широкой лестницы установлены конные статуи Диоскуров из белоснежного мрамора, исполненные в Италии скульптором Паоло Трискорни.

Манеж Конногвардейского полка

Начало Конногвардейского бульвара, проложенного на месте канала, соединявшего Адмиралтейство с Новой Голландией, украшают две колонны с вознесенными на них Гениями Славы. Это ответный подарок прусского короля, получившего от Николая I две конные композиции «Конь с водничим» работы скульптора и литейщика Петра Клодта (копии скульптур с Аничкова моста).

Колонны Славы

За бульваром находится построенное в 1829-1834 годах в стиле ампир протяженное здание Сената и Синода с помпезной аркой, через которую проходит Галерная улица.

В конкурсе проектов здания Сената и Синода Карл Иванович Росси не участвовал – к этому времени его отношения с Комиссией по делам строений полностью расстроились и он был отлучён от государственных заказов. Существует легенда о том, что Николой I, который остался недоволен представленными на конкурс проектами, вдруг вспомнил про именитого архитектора, чьим творением на Дворцовой площади он ещё так недавно восторгался. На вопрос: почему Росси не представил свой проект, последовал невнятный ответ чиновников, что, мол, болен, занят и тому подобное. «Передайте Росси, что я жду его проект» отрезал император. «Да, и скажите, чтобы непременно арка была – мне его арка очень понравилась».

Так это было или почти так, но Росси нарисовал только эскизы фасадов. Всю остальную работу, включая надзор за строительством осуществил архитектор Александр Егорович Штауберт.

Карл Иванович Росси остаток жизни провёл в крайней нужде, всеми забытый настолько, что даже в энциклопедическом словаре Брокгауза-Ефрона нет статьи о нем.

И только в 1923 году об архитекторе вспомнили и, отдавая должное его вкладу в создание парадного лица Петербурга, переименовали бывшую Театральную улицу в улицу Зодчего Росси.

Здание Сената и Синода

В советское время здесь располагался Исторический архив, который в 2006 году переехал в специально построенное здание.

В настоящее время, после реконструкции и реставрации, в бывшем здании Сената и Синода работает Конституционный суд Российской Федерации и Президентская библиотека имени Ельцина.

Завершая прогулку, полюбуемся великолепной панорамой Университетской набережной Васильевского острова, которая открывается от подножия памятника Петру Великому, известному далеко за пределами России как Медный всадник

Памятник называется «медным» с легкой руки Александра Сергеевича Пушкина, тогда как на самом деле он бронзовый (бронза – сплав меди с оловом).

Историю создания монумента в книге «Старый Петербург» очень подробно изложил бытописатель нашего города – Михаил Иванович Пыляев. Я лишь коротко остановлюсь на основных моментах.

В 1765 году Екатерина II, прогуливаясь по Сенатской площади с Иваном Ивановичем Бецким, выразила пожелание видеть на этом месте «блаженной памяти Петра Великого» монумент.

Иван Иванович Бецкой – незаконнорождённый сын князя Ивана Юрьевича Трубецкого, который 16 лет провёл в шведском плену.

Не имея возможности унаследовать фамилию и княжеский титул, Иван Иванович, тем не менее, преуспел на дипломатической службе, куда был определён по протекции отца. Выполняя дипломатические поручения, он не один раз объездил всю Европу – всюду принят и везде обласкан.

В какой-то момент, из-за ссоры с елизаветинским канцлером Бестужевым-Рюминым, Бецкой оставил Россию и поселился в Европе, переезжая с места на место.

После кончины императрицы Елизаветы Петровны Пётр III вернул Бецкого на службу, назначив его руководить Комиссией по делам строений.

Первые двадцать лет царствования Екатерины II стали для Ивана Ивановича периодом расцвета творческой энергии и воплощения давних замыслов в сфере культуры, искусства и просвещения.

Он много лет руководил Академией художеств, курировал строительство гранитной Дворцовой набережной, основал Воспитательные дома, Институт благородных девиц и много чего ещё.

К этому моменту скульптор Этьен Морис Фальконе уже прибыл в Петербург с ученицей Марией Калло и тремя подмастерьями и даже успел выполнить малую модель будущего памятника.

К началу работы над образом Петра скульптору исполнилось 50 лет, и он с жаром принялся за исполнение такого масштабного проекта. Первые эскизы он выполнил ещё в Париже, а по прибытии в Петербург – велел соорудить деревянный помост, имитирующий будущий постамент. Опытный наездник, ростом и фигурой похожий на царя Петра, вскакивал на помост и вздыбливал коня. Фальконе делал эскизы, заставляя наездника повторять эту процедуру бессчётное количество раз. Затем он распорядился, чтобы привели другую лошадь и все повторялось сначала.

Медный всадник

Фальконе настоял на том, что постамент должен быть из монолитной глыбы и это стало началом противостояния с Иваном Ивановичем Бецким, который по велению императрицы возглавил весь процесс сооружения памятника. Бецкий настаивал на постаменте из сборных гранитных плит.

Глыбу необходимых размеров нашли, но предстояло доставить ее на Сенатскую площадь, что в XVIII веке было весьма сложной задачей.

Екатерина объявила награду в 7 тысяч рублей тому, кто предложит приемлемый способ перетаскивания камня и такой человек нашёлся.

В золотой век Екатерины, когда фунт мяса стоил 2 копейки, столько же десяток яиц, курица – 5 копеек, а половина теленка – 1 рубль, 7 тысяч рублей были колоссальной суммой.

Подготовка заняла несколько лет: построили бараки для 400 рабочих, вырубили просеку и утрамбовали грунт, изготовили специальную платформу, шары и лотки. Также был построен специальный плот для дальнейшего перемещения камня по воде.

Не теряя времени каменотесы, вывешенные на верёвках, приступили к обработке камня, придавая ему нужную форму.

К началу 1770 года все было готово и понемногу движение началось. В платформу были «запряжены» люди, так как лошадей невозможно научить дёрнуть одновременно. На камне находилась команда барабанщиков, подававшая сигналы тянущим, а также кузница, в которой готовили зубила для каменотесов.

Екатерина II, увидев воочию грандиозное действо, велела отчеканить медаль с девизом «Дерзновению подобно!».

К тому времени, когда камень занял уже своё место на Сенатской площади, полномасштабная модель скульптуры была готова. Голову Петра Великого с тем выражением лица, которое понравилось императрице, после нескольких неудачных вариантов, представленных Фальконе, вылепила ученица – Мария Калло.

Но отношения Бецкого и Фальконе уже ухудшились настолько, что скульптор отказался отливать статую.

Поиски других литейщиков заняли несколько лет, но когда те прибыли и стали осуществлять необходимую подготовительную работу, Фальконе объявил, что он сам выполнит отливку.

Прошло ещё немало времени и когда все было готово и отливка, наконец, началась, случилась авария – отвалились трубы, по которым в форму поступал расплавленный металл. Фальконе, видя, что дело его жизни и честь гибнет, проявил малодушие и выбежал из мастерской. За ним устремились подмастерья, и только Емельян Хайлов – литерный мастер, приставленный Бецким для надзора, не растерялся, смог исправить повреждения и тем спас статую. Правда получился изъян в том месте, где присоединялись подводящие трубы. Исправление заняло ещё два года и обошлось казне в 2 тысячи рублей.

Поскольку все необходимые части памятника были уже готовы, Бецкой распорядился отправить Фальконе на родину и поручил окончание работ архитектору Юрию Матвеевичу Фельтену.

Фальконе выплатили 92 тыс рублей, ещё 25 тыс получили подмастерья.

Прежде чем установить на камень конную скульптуру возвели вокруг деревянный забор высотой 10 метров.

Необходимо пояснить, что Фальконе изначально предполагал, что статуя будет удерживаться на двух задних ногах лошади. Для этого в круп коня был помещён балласт из чёрного железа весом 250 килограмм.

Юрий Фельтен, не будучи уверенным в расчетах скульптора, решил подстраховаться. Он ввёл в композицию змею, немного удлинил хвост лошади и получилась третья точка опоры.

Ещё только приступая к работе, Фальконе говорил, что не хочет изображать Петра полководцем и военачальником, хотя он, безусловно был и тем и другим. Я хочу, говорил он, изобразить царя-реформатора.

Всмотримся в памятник: лошадь, под которой подразумевается Россия, «объезжает» царь-реформатор. Уздечка уже есть, а седла ещё нет – видимо, не все реформы удалось осуществить. Вместо седла Фальконе подкладывает под тело Петра медвежью шкуру, которая тоже олицетворяет Россию. Пётр изображен в плаще – одежда «Героя» всех времён. Но это всё-таки царь – и Фальконе водружает ему на голову лавровый венок.

Открытие памятника решили приурочить к двадцатилетию воцарения Екатерины II, уже ставшей Великой. Под гром пушек и крики «Ура!» забор, окружавший памятник пал и началось всеобщее ликование. Современник происходящих событий поэт Василий Рубан написал по этому поводу восьмистишие:

Колосс Родосский, днесь смири свой гордый вид!И Нильски здания высоких пирамид,Престаньте более считаться чудесами!Вы смертных бренными соделаны руками.Нерукотворная здесь Росская гора,Вняв гласу Божию из уст Екатерины,Прешла во град Петров чрез Невския пучины,И пала под стопы Великаго Петра.

С этого момента Сенатская стала главной площадью нашего города. На ней прошли торжества, посвящённые 100-летию Санкт-Петербурга. Император Александр I принимал парад войск гвардии, стоя перед памятником. Таким образом, проходящие полки отдавали честь и Александру, и Петру Великому.

И сегодня, любуясь Медным всадником и видя простертую петровскую руку, мы чувствуем уверенность, что пока он на своём месте – с городом ничего плохого случится не может.

Прогулка вторая

Вокруг Марсова поля и Греческой слободы

На левом берегу Фонтанки, между улицами Чайковского и Оружейника Федорова расположено невысокое протяженное здание в классическом стиле, построенное в 1835 году выдающимся архитектором Василием Петровичем Стасовым для Училища правоведения.

Слева перспективу Фонтанки эффектно замыкают крутые арки Прачечного моста, справа, за Пантелеймоновским мостом, возвышается Михайловский замок, а за нашей спиной, на правом берегу, Летний сад – один из символов нашего города, такой же как Петропавловская крепость или Зимний дворец.

Отсюда мы и начнём прогулку вокруг Марсова поля и Греческой слободы.

Такие достопримечательности как Летний сад, Михайловский замок, Мраморный дворец имеют мировую известность и многократно описаны в краеведческой и художественной литературе, поэтому, когда мы будем проходить мимо таких объектов, я ограничусь только малоизвестными и редко упоминаемыми фактами.

Итак, в путь.

В далеком XVIII веке, во время царствования Елизаветы Петровны, резиденция которой находилась неподалёку, на месте Михайловского замка, на левом берегу Фонтанки располагался так называемый Запасный двор: каменные склады, амбары, погреба, где хранились огромные запасы провианта для царского стола, славившегося кулинарными изысками и роскошью сервировки. Имелись пивоварни и медоварни, водочный завод, в прудах плескалась рыба, попадавшая на стол через рыбокоптильни, либо в виде живорыбных деликатесов.

После смерти Елизаветы Петр III и его супруга, будущая Екатерина II, перебрались в Зимний дворец и надобность в Запасном дворе отпала сама собой.

После долгих лет забвения участок приобрел принц Петр Георгиевич Ольденбургский для размещения, основанного им Училища правоведения, призванного готовить чиновников для высших государственных учреждений.

Училище правоведения

Студенты-правоведы носили сюртучки зеленого цвета с желтой опушкой, за что их прозвали «чижиками», а поскольку во хмелю (в трактире на углу Пантелеймоновской и Фонтанки) они становились забияками – то ещё и «пыжиками».

Весёлую песенку про чижика-пыжика, угощавшегося водкой на Фонтанке, распевают далеко за пределами Санкт-Петербурга, не вспоминая при этом легкомысленных студентов.

Учебный процесс, тем не менее, был не из легких – за первые 50 лет существования в Училище поступили 2172 человека, а окончили курс лишь 1199.

Среди выпускников такие разные люди как обер-прокурор Синода Константин Петрович Победоносцев и сенатор Александр Александрович Половцов, композитор Петр Ильич Чайковский и искусствовед Владимир Васильевич Стасов, поэт Алексей Николаевич Апухтин и шахматист Александр Александрович Алехин.

Здание Училища незначительно перестраивалось в 1870-е и 1910-е годы архитектором Павлом Юльевичем Сюзором, сохранив в целом первоначальный замысел Стасова.

Улица Оружейника Федорова проходит по трассе Косого канала, проложенного по указу Петра I в 1719 году «пожарного страха ради» на территории Литейно-пушечного двора.

Есть неподтвержденное мнение, что настоящей целью устройства канала была попытка подвести более быстрый поток воды из Невы (в Фонтанке течение более медленное) к фонтанам Летнего сада. Вода перебрасывалась по трубе с левого на правый берег, предварительно поднимаясь с помощью водовзводного колеса.

Ожидаемого эффекта не случилось, напор оставался слабым. Тогда к решению задачи подошли кардинально, соорудив 27 километровый Лиговский канал, подававший воду из расположенного на 70-и метровой высоте Дудергофского озера.

Но это, как говорится, другая история, а Косой канал за ненадобностью засыпали в конце XVIII века.

Но раз уж речь зашла о фонтанах Летнего сада, надо отметить один интересный факт. При Петре I в числе прочих затей был устроен лабиринт из живой изгороди, в тупиках которого были размещены фонтанчики в виде свинцовых фигурок, изображающих персонажи басен Эзопа. Петр лично распорядился, чтобы фигурки снабдили поясняющими табличками, дабы гости могли во время прогулок ещё и просвещаться.

Лабиринт, как и другие сооружения Летнего сада, погиб во время разрушительного наводнения 1777 года, но память о некогда "басенном" месте осталась. Поэтому, когда встал вопрос о месте для памятника И.А. Крылову, Николай I распорядился установить его именно в Летнем саду.

На горельефе постамента скульптор Петр Карлович Клодт изобразил персонажи 36-и басен из почти 200, написанных Иваном Андреевичем.

Продолжим наш маршрут по набережной Фонтанки. Впереди за Гангутской улицей находится комплекс зданий, который с конца XVIII века носит название «Соляной городок».

А в петровские времена здесь была так называемая Партикулярная верфь, на которой по указу царя строили маломерные суда для последующей безденежной раздачи горожанам всех сословий.

Царский подарок обязывал «счастливого обладателя» по особому пушечному сигналу торопиться на своём суденышке к месту сбора, после чего флотилия, возглавляемая самим Петром I, совершала прогулки под парусом по Невской акватории, а иногда, к ужасу многих, даже в Кронштадт. Те, кто гребли веслами, платили большой штраф за каждое весло.

После смерти Петра Великого о Невской флотилии постепенно забыли, верфь перевели на Выборгскую сторону, а здесь в 1780-е годы по проекту архитектора Федора Ивановича Волкова было сооружено строгое здание складов для соли и вина (отсюда название – «Соляной городок»).

Главное здание мануфактурной выставки 1870 г.

Через девяносто лет склады перестроили в павильоны для проведения мануфактурной выставки, которая с грандиозным успехом прошла в 1870 году.

По проекту архитектора Людвига Францевича Фонтана было построено здание, через которое с набережной осуществлялся главный вход. Фасад в стиле необарокко оформлен монументальным порталом, украшенным лепкой, а также кариатидами в простенках между окнами. Венчала фасад скульптурная группа, которая, к сожалению, осталась только на старых фотографиях.

Сразу после закрытия выставки представители Русского технического общества обратились к участникам с призывом пожертвовать экспонировавшиеся изделия для создаваемых музеев. Так Соляной городок превратился в музейный комплекс, а в здании на набережной разместились экспозиции Сельскохозяйственного музея (с другими зданиями Соляного городка мы ознакомимся на прогулке, специально посвящённой этому месту).

Покидая левый берег Фонтанки, отметим, что сегодня о бывшей Партикулярной верфи напоминает лишь здание Пантелеймоновской церкви, построенное в 1735-1739 годах по проекту архитектора Ивана Кузьмича Коробова, и проходящая неподалёку Моховая улица, проложенная в слободе хамовников – мастеров по выделке парусины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.