Государство. Что о нем пишут философы

Автор-составитель доктор филологических наук, философ, профессор РГГУ

Александр Марков

© А.В. Марков, автор-составитель, 2024

© Издательство АСТ, 2024

Предисловие

Философия государства и власти – не отдельная научная дисциплина. Это направление размышлений, ищущих ответ на три вопроса: 1) что заставляет нас принимать властные действия других людей как должное и подчиняться? 2) что превращает эти действия в государственное устройство, которое мы принимаем как залог нашей свободы? 3) почему расширение свободы не опрокидывает государство и даже в анархической ситуации возрождаются многие свойства государства?

Эти вопросы не так просты. Неправильный ответ хотя бы на один из них может привести к мятежу, насилию и тирании. Философия политической власти исходит из небольшого круга понятий: суверенитет, закон, честь, привилегия, равенство, необратимое решение. Эти понятия часто кажутся противоречащими друг другу: как соединить свободу и равенство? Но противоречивая совокупность этих понятий и образует политическую стратегию, исключающую тиранию и хаос.

Философы государства и власти не просто иллюстрировали свои мысли примерами. Примеры у них часто бывали условными или случайно брались из истории. Но они умели встраивать отвлеченное политическое понятие в круг образных представлений: как человек бережет свою честь, или как суверенитет начинает действовать, а равенство становится не только экономическим, но и политическим.

Для философа власти недостаточно разобрать отдельные политические институты, например монархию или парламент. Нужно в красках изобразить, как существование этих институтов позволяет сбыться чести или суверенитету, и затем, как сбывшееся делает нашу жизнь справедливее и достойнее.

В нашей книге в каждой главе показано, как философ, герой главы, отличая государственную власть от любой другой власти, например семейной или корпоративной, реконструировал полноту институтов. Государство – это не просто отдельные функции, а целый космос институтов, к которому принадлежим и мы сами.

За образец книги был взят труд А. Макинтайра «После добродетели» (1981), только этическая проблематика заменена политической. Мы ставим ту же задачу, что и Макинтайр: встроить отдельные наблюдения за людьми в науку о государстве и власти. Только наблюдательность позволяет правильно решить вопросы о природе власти, ее свойствах, возможностях и ограничениях.

Нужно рассуждать не о том, какие вопросы власть решала в такой-то исторический период или как она именовалась. Нужно разбирать, как стала возможна работа механизмов признания и доверия, когда отдельные действия стали называться реализацией власти. А затем нужно выяснить, как философы уточняли природу власти, о чем Макиавелли, Локк или Маркс спорили со всеми своими предшественниками.

Чтобы не сводить философию власти ни к философии частных форм управления, ни к философии революций, что было бы одинаково неверно, мы обратились к теории трех ветвей власти: законодательной, исполнительной и судебной. Впервые в мировой науке мы проследили, как великие мыслители, размышляя о природе власти, всякий раз по-новому перераспределяли полномочия между этими ветвями. Они всякий раз приписывали каждой ветви какие-то новые формы властвования – и так обосновывали автономию политики каждый раз на новом, более справедливом уровне.

Оторопеть перед сложным устройством власти и ее неотменимостью, но при этом потребовать от нее справедливости – подвиг каждого из философов, вошедших в эту книгу. Мы пересоберем традицию от Платона до наших дней, чтобы не просто рассуждать об отдельных свойствах власти или способах участия граждан в политике, но понять, каких целей добивается любая власть. Мы говорим осмысле жизни власти: когда она теряла смысл, а когда – наделяла смыслом весь мир.

Чтобы раскрасить аргументы всеми красками, мы приводили объемные цитаты из философов. В конце книги приводятся источники текстов (при цитировании мы исправляли только опечатки и в квадратных скобках объясняли непонятные слова), а также дальнейшее чтение: статьи в отечественных журналах, которые помогут сориентироваться в современной политической философии. Задачи книги заставили нас ограничиться западной традицией: чтобы объяснить философию власти Индии или Китая, потребовалось бы долго объяснять устройство самой власти в этих странах на протяжении тысячелетий, для чего надо было бы писать совсем другую книгу.

Что такое власть в государстве

Слово «власть» в русском языке родственно слову «область»: предмет обладания. Изначально это множество земель, которыми можно распоряжаться. Так же и в латинском языке:regio – регион или направление, и rex – царь, государь – одного корня.

В греческом языке словарь власти разнообразен. Можно сказать «архе», начало, откуда русское слово «начальник» как перевод слова «архонт». Можно сказать «кратос», откуда происходят слова «аристократия» и «демократия», в первоначальном смысле – способность держать все под контролем, удерживать единство города и земель. Поэтому слово «кратос» переводится на русский как «держава», искусство удерживания. Есть и другие слова: например, современные греки называют хозяйственную власть словом «эксусия», то есть буквально «право на распоряжение имуществом».

В чем различие между политической властью и хозяйственным владением? Представим, что сосед передал вам свою квартиру в управление. Вы не хозяин и не можете, например, сделать ремонт без разрешения соседа. Но у вас есть власть над квартирой – вы договариваетесь с другими жителями дома об общих условиях пользования домом, поддерживаете квартиру в чистоте, даже можете показать ее на выставке лучших квартир (если, конечно, это не будет вторжением в частную жизнь хозяина).

Тогда вы не хозяйничаете в чужой квартире, но показываете власть. Вы можете сделать эту квартиру основанием для выстраивания отношений с соседями; можете ее использовать, например, для приема гостей, если договор с соседом такое допускает; можете взять в качестве примера для обустройства собственной квартиры. Поэтому, если объяснять самую общую природу власти, проще всего сказать так: это отношения извлечения пользы, которые берут пример с отношений собственности и сами служат примером для правильного отношения к собственности.

В современной философии существует немало концепций власти. Некоторые философы считают, что власть появилась там, где возник избыток продуктов. Если такой избыток образовался, кто-то должен хранить и распоряжаться запасами. Возникает власть над этим избытком, и люди, оказавшиеся у власти, создают полицию и армию для его защиты, начинают покупать людей, оказавшихся в беде, на этот избыток – так возникает рабство как долговой институт. Такой концепции придерживались Карл Маркс (1815–1883) и Фридрих Энгельс (1820–1895), ее развивают и современные популярные авторы, такие как Джаред Даймонд («Ружья, микробы и сталь») и Дэвид Гребер («Долг: первые 5000 лет истории»).

Есть и другие концепции власти. Например, консервативный немецкий ученый Карл Шмитт (1888–1985) считал, что власть рождается одновременно с политикой как различием «своих» и «чужих». Чтобы осуществлять власть, нужно объявить, что это «наши» – «наша страна», «наш народ», а все остальные – «не наши». Возникнет система управления: наши захотят, чтобы у «нас» все было хорошо, лучше, чем у остальных, и поэтому начнут работать не только на благо своего домашнего хозяйства, но и на благо всей страны. Эта концепция объясняет, почему в делах власти участвуют все граждане, хотя бы с правом совещательного голоса, но не говорит, как именно возникает идея различить своих и чужих. Ученик Карла Шмитта, Лео Штраус (1899–1973), предположил, что эта идея рождается с появлением письма как способа учета – тогда можно, например, пересчитать свое местное население и отличить его от чужого. Здесь Штраус близок марксизму, для которого власть – контроль, желательно письменный, над ресурсами.

Самая интересная концепция власти была предложена французским лингвистом Эмилем Бенвенистом (1902–1976) в «Словаре индоевропейской социальной терминологии». Согласно Бенвенисту, далеко не все идеи мы можем выразить в языке. Не получающие языкового выражения идеи находят выход на практике. Например, мы можем образовать будущее время от глагола «победить», и поэтому больше думаем о том, как победить на деле. Или нельзя сказать «я хороший», звучит самонадеянно, но можно сказать «я хороший хозяин», и тем самым обосновать институт собственности. Бенвенист объясняет, как возникла первая форма государства, осознанное хозяйство. Но как осознать целый космос, мир людей в их отношении с природой, как хозяйство? На это попытался дать ответ Платон.

Государство как организация власти в понимании философов

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.