Палатинат. Часть 1. Произошедшее

Довольно быстро общество видоизменилось до неузнаваемости. Началом тому послужила высокая эффективность большинства коммерческих предприятий, следствием чего стал стремительный взлёт объёма их капитализации. И уже вслед за скачкообразным ростом прибыльности коммерческой деятельности паладинов, резко прекратилась практика привлечения новых совладельцев. Далее «Общество Аристократов Будущего» стало ещё более закрытым и элитарным, чуть позже раскололось на несколько транснациональных корпораций. Во главе самых крупных встали новые конунги, которые не постеснялись назваться королями. Главы корпораций поменьше назвались верховными ярлами и титуловали себя великими герцогами. Крупные полунезависимые компании и крупнейшие филиалы крупнейших корпораций управлялись теперь ярлами с титулом герцога. Размножились маркграфы, ландграфы, пфальцграфы. Даже некоторые херсиры – руководители крупных отделов стали графами, целая армия виконтов и баронов, все хотели быть кем-то другим, только не хольдером-паладином. Социальная структура начала постепенно деградировать, система образования перестала быть приоритетом, всё больше средств уходило на досуговые корпоративные организации в виде закрытых клубов «Для Титулованных Особ» или элитных борделей «Для Высшего Дворянства». Общество стремительно расслаивалось, система образования деградировала быстрее всех других социальных институтов. Многие простые паладины продавали свои доли в корпорациях и уходили из общества, благо рыночная стоимость их активов была высокой и даже росла. Так как большинство представителей высшего дворянства стремились увеличить свои доли участия в корпорациях. Именно на этой волне подъёма ликвидности коммерческой составляющей осколков «Общества Аристократов Будущего» самый старый костяк паладинов во главе с престарелым основателем, уже отошедшим от дел, но всё ещё полным жизни, продали свои (оказавшиеся не самыми большими) куски в разрозненных корпорациях. После чего социальная система рухнула окончательно, а высвободившийся потенциал сделал корпорации ещё более прибыльными.

Надо признать, старик был прозорлив и далеко не наивен, раз за годы до произошедшего создал целую группу мелких полулегальных организаций, занимавшихся разработкой проекта грандиозной глубоководной станции на дне Центральной Атлантики. В этих полулегальных организация пристанище и работу нашли около двухсот толковых изгоев приличных обществ со всего света. Именно они, пользуясь высокотехнологичным оборудованием, привезённым стариком невесть откуда, и верой в себя, стали первыми строителями глубоководного жилого объекта. А старик, как только вышел из «Общества Аристократов Будущего» исчез из поля зрения вместе с тремя с половиной сотнями верных паладинов и их семьями. Все, кто знал о новом проекте старика, исчезли в один день.

К тому времени Опэнбург и его туннель, по которому, как вы помните, вели пленников, был почти готов. Но строители наткнулись на громадную сухую пещеру с газовым наполнением из почти чистого гелия под значительным давлением. Планы пришлось менять, даже тех миллиардов, которые паладины выручили за свои доли в корпорациях, было недостаточно для освоения столь грандиозного по масштабам помещения. И тут на выручку пришла золотая жила, обнаруженная в ходе обследования пещеры. Месторождение презренного металла обеспечило приток недостающих средств.

За годы через пещеру прошли тысячи рабочих, которых нанимали по всему миру фирмы, создаваемые на один подряд. Рабочие, привезённые в пещеру, подписывали «что-то» о неразглашении и строили по разрозненным чертежам отдельные части «чего-то», что могло быть чем угодно. Люди, вернувшиеся с вахты, на следующую вахту никогда не приглашались, но полученной компенсацией за неожиданное увольнение оставались довольны. Да и испросить «за что» их уволили было не у кого – фирма их нанявшая исчезала буквально в тот же момент, когда её бывшие работники ступали на родную землю, после полугодового отсутствия. Вообще были приняты все меры, чтобы никто из них не мог указать даже примерное место расположения грандиозной стройки. Паладины уже жившие на тот момент в Опэнбурге, посещая стройку, представлялись технологами, технадзорами, да кем угодно. Во внутренние помещения Опэнбурга посторонних не пускали. Потому скрыть реальное положение дел было несложно. Хотя и довольно тесно. Но всё равно из числа приглашенных работников число жителей подводного жилого объекта пополнилось ещё примерно сотней новых членов. Как ни странно их объединили браки и дети, – самый старый и надёжный способ привлечения верных союзников.

Для организации монетизации золота была организованна мудреная, сложная схема взаимовыгодного сотрудничества с несколькими золотодобывающими компаниями, которым неизвестный источник презренного металла сильно поправил дела и заодно слегка обрушил мировые цены на данный высоколиквидный товар. Этим всем занималась группа паладинов, имевшая самые обширные связи по всему миру, и она очень хорошо справлялась с поставленной задачей. Когда новый дом был уже готов, эта группа неожиданно отказалась сворачивать деятельность. Так, на, казалось бы, пустом месте вспыхнул молниеносный, крайне жестокий конфликт, в ходе которого погибли многие из числа самоотверженных архитекторов нового мирка, включая основателя и его ближайшее окружение, за исключением лишь некоторых. Через три дня конфликта воюющие стороны оказались в уже упомянутой патовой ситуации. Так начались переговоры, на которых пришли к соглашению. Суть соглашения заключалась в следующем: паладины каждые девяносто дней передают «Сынам Локки» три тонны золота, а «Сыны Локки» обеспечивают сохранность и работоспособность внешней системы жизнеобеспечения, в первую очередь энергогенерации, конечно же, под дистанционным контролем паладинов. Соглашение имело множество пунктов и деталей, которые для нас не столь важны, как те обстоятельства и ситуационные предпосылки, благодаря которым оно стало возможным. Для одних дальнейшее продолжение конфликта было чревато разрушением их мира, и победа значила для них свободу на пепелище, что было неприемлемо. Для других победа была возможна лишь при привлечении сторонних сил, что создавало некоторую угрозу потери контроля над курицей, несущей золотые яйца, с одной стороны. С другой стороны, и это было важнее, они опасались, что паладины решаться на отчаянный шаг, – разрушат пещеру и похоронят золотую жилу под километрами горных пород. И те и другие понимали, что вряд ли им удастся разойтись миром, но дальнейший конфликт не сулил ничего хорошего никому.

Примерно на год паладины потеряли всякую связь с внешним миром. Но постепенно всё же получили ограниченную, жестко контролируемую возможность периодического выхода во всемирную паутину, за хорошее поведение. А за свехплановую выработку «Сыны Локки» доставляли своим узникам заказанные ими товары из внешнего мира. В принципе к таким заказанным товарам можно было отнести и прибывших гостей.

Как пояснили паладины, заказан был только один Вильгельм, и, по их мнению, это было вполне гуманно. За ним по их просьбе некоторое время велось наблюдение, и выяснилось, что семьи у него нет, связей от которых кто-либо зависит, тоже. А Фридрих – случайная жертва беспринципности «Сынов Локки», хотя паладины считают его очень ценным приобретением, так как одной из причин, почему выбрали Вильгельма, было наличие опыта в робототехнике, а тут им предоставили самого робототехника. Дело в том, что паладины всеми правдами и неправдами старались скрытно снизить свою зависимость от внешних энергогенерирующих установок. Это был единственный путь избавиться от ига «конкистадоров». Нет, рассматривались и другие пути, вплоть до строительства другого выхода из пещеры и нападения на неприятеля с двух сторон с захватом его подводного флота. Состав, базы и личные данные «Сынов Локки» были известны, но технически это было осуществить крайне сложно, а скрытно – вообще невозможно, потому от этой идеи отказались. Отказались до тех пор, пока не смогут обеспечить себя защищённым, подконтрольным только им, источником энергоснабжения. А там можно было бы попытать счастье и отбить Опэнбург. Тем более, тихим сапом уже был пробит узкий туннель к залу управления, из которого «конкистадоры» контролируют энергосистемы и не только. Но последние несколько десятков метров базальта до зала пройти, и не выдать себя, паладины не могли. Одним словом, единственный реальный способ решить проблему малыми жертвами и с минимальным риском упирался в энергозависимость от внешних источников. И эту проблему нужно было решить. Главным направлением решения этой задачи стали изыскания в области геотермальных источников энергии. Не вдаваясь в технические тонкости, можно сказать, что опять всё решил случай.

При выработке золотой жилы паладины дошли до развилки золотоносного тела. Одна из жил вывела старателей в другую пещеру в несколько раз меньшую обжитой, но с газовым заполнением, близким тому, которым была заполнена жилая изначально. В центре новой пещеры обнаружили короткую, широкую и очень солёную речку с температурой воды около ста градусов Цельсия. Из-за горячей речки температура газовой среды повсеместно в пещере была выше восьмидесяти градусов Цельсия и имела высокое содержание водяного пара, хоть вода и не кипела за счёт высокого давления, но парила здорово. Речка вытекала из глубины скал с одной стороны и терялась в скалах с другой стороны узкой пещеры.

Благодаря тому, что золотодобывающая шахта когда-то закладывалась как новый производственный комплекс и имела несколько шлюзовых камер по пути прокладки, газовая среда из случайно открытой пещеры не попала в жилую. Но резким повышением давления, после разрушения базальтовой стены, отделявшей новую пещеру от шахты, убило двух старателей, которые выполняли функции оператора и наладчика, по существу автономного процесса добычи. Так неожиданно, случайным образом, источник энергии был найден, но как его использовать, не имея необходимого оборудования? Заказать его у «конкистадоров» было нельзя.

И снова на выручку пришел случай. При исследовании пещеры использовали робота на дистанционном управлении, собранного на основе системы управления глубоководного беспилотника и пары квадрокоптеров. Так вот, эту технику позже приводили в надлежащий вид, в том числе и мыли, а стоки попали в канализацию, как и должно быть. Но эта канализация сильно отличается от той, которую люди представляют, услышав это слово. Канализация Траумпфальца – это часть сложной системы круговорота воды во всей жилой пещере. Это один из столпов огромной экосистемы, где есть своя искусственная гроза, идёт дождь, и освещение соответствует солнечному по спектру и интенсивности на субтропической широте в середине мая. Так вот этот сток, попав в канализацию, стал причиной выхода из строя одного из тридцати аэротенков, где происходила его первичная биоочистка. Для тех, кто не знает – аэротенк это «бассейн», часто разделённый на несколько секций, в которых со дна бесконечно «сочатся» пузырьки воздуха, облегчающие и ускоряющие процесс расщепление органики, взвешенной в канализационном стоке, аэробными бактериями и другими микроорганизмами, это нехитрое сооружение. Сам аэротенк, вышедший из строя, вывели из эксплуатации, изолировали и законсервировали. Причиной тому стали странные изменения, произошедшие с микроорганизмами в нём жившими, они покрыли весь аэротенк кремниевой плёнкой, но при этом не забили аэрационную систему. Пробы воды показали наличие в ней микробов вроде как известных, но имевших странные мутации, в понимании двух имевшихся штатных микробиологов, не совместимые с жизнью. Микробиологи были озадачены тем, что были поражены все имеющиеся микроорганизмы и планктон, видимо вирусом, но они были живы и даже размножались, особенно хорошо чувствовали себя изменившиеся до неузнаваемости рачки одного вида, самые сложные из организмов в биоценозе аэротенка, а вот их конкуренты и враги явно были подавлены. И хотя этот инцидент действительно сильно напугал паладинов, он же помог убедить «Сынов Локки», что системе жизнеобеспечения Траумпфальца грозит опасность, а среди «Сынов Локки» были люди далеко не глупые и убедить их в этом могли только веские основания. А основания были на лицо, ёмкости аэротенка с аэраторами покрыла кремневая плёнка, структура которой была пористой, явно биологического происхождения. Главного из «конкистадоров», который лично оценивал степень грозящей опасности, даже попросили помочь и сдать в несколько авторитетных лабораторий пробы с этими неизвестными микробами. Для чего паладины решили вручить ему три герметичных контейнера со странными организмами внутри. Главный «конкистадор» не только не отказался от возложенной на него миссии, но даже сам проконтролировал процесс взятия проб. Не доверял он паладинам и потребовал, чтобы пробы были взяты именно из тех мест, на которые он указал. Вся церемония проверки была организована так, будто в аэротенке споры сибирской язвы. Аэротенк герметично накрыли огромной полиэтиленовой палаткой, в палатке установили вытяжку для поддержания пониженного давления внутри, чтобы воздух не проникал наружу, за вытяжкой в воздуховод поставили фильтры, а на выходе воздух после фильтров проходил через открытое пламя, что сжигало ценный кислород, но выглядело уж очень эффектно и жутко зловеще.

Так было заказано новое оборудование для очистных сооружений с множеством стальных толстостенных труб большого диаметра, запорная арматура, и ещё много чего, что имело двойное назначение и могло быть использовано для создания энергоустановки. Тем более что две пары генерирующих турбин суммарной мощностью в пятьсот мегаватт лежали на складах паладинов со времён начала освоения просторов пещеры. Они были частью одного из многих не реализованных проектов, оборудование которых лежало на складах мёртвым грузом. Конечно, этого было недостаточно для полноценного энергоснабжения, но более чем достаточно для поддержания жизнеспособности искусственной экосистемы в энергосберегающем, усечённом варианте.

Вильгельм был заказан для придания легенде о грозящей катастрофе пущей реалистичности, но и, конечно, для изучения странной микробиоты, не без этого. А тут такая удача – эти придурки притащили ещё и специалиста по робототехнике. Гостям сразу пообещали, что после победы над предателями им предоставят полную свободу действий и по три тонны золота, если они решат уйти. Пфальцграфиня дала слово паладина, и почему-то у друзей не возникло сомнений в том, что она выполнит свои обещания. Но это конечно не смогло предотвратить жуткого негодования по поводу их незаконного заточения, впрочем, они его быстро подавили, понимая, что утопающий хватается за любую возможность».

Рука зависла над листом, свет не потух, но рассказчик уснул, и спал крепко, как давно уже не спал.