Искусство самообмана. Насколько мы честны с собой

В какой-то момент просто обнаруживаешь себя отдельно от всех, и в голове всплывает многократно услышанное: «Ты живешь в своем мире».

Пытаешься вспомнить, как давно чувствуешь себя не таким, как все, ненужным или нелюбимым – и выходит, что сколько себя помнишь, столько и чувствуешь.

Так выглядит бессознательный самообман. Где-то глубоко сидит неверная установка (вероятно, не одна), на основании которой выстроено определённое восприятие мира, и себя в этом мире. Эта установка не анализируется на предмет «рабочести» и воспринимается как единственно верная во всех аналогичных случаях.

Я называю такое явление бессознательным, потому что все происходит как бы по накатанной, уже очень давно человек ловит себя на определённых чувствах и мыслях, и совершенно не помнит, откуда они взялись.

Самообманом же я называю его потому, что все эти мысли, ощущения, состояния, на самом деле, – неправда, но человек продолжает ехать по привычным рельсам размышлений, что он никому не нужен и не интересен.

Кто-то когда-то давно заставил человека почувствовать собственную несостоятельность. Возможно, это было не один раз, и не два. От этого, самоценность человека никуда не делась, хотя и была поставлена под сомнение.

Но, попав в аналогичную ситуацию неоднократно, человек сделал выводы, что он, наверное, действительно не очень состоятелен.

Такие выводы были болезненны, а потому засунуты глубоко внутрь себя и тщательно запрятаны. Человек продолжает жить свою жизнь.

А вот мозг человека ничего не забыл. Внутренний конфликт продолжает назревать. И в какой-то момент времени, непрожитые болезненные чувства все равно вылезут наружу, с новой силой обрушатся на личность. Эффект разорвавшейся бомбы.

Потому что невозможно счастливо жить с внутренней установкой «Я по жизни – ноль, но никому об этом не скажу. Вдруг не заметят».

Наш мозг отвечает за сохранение нас, и пытается выплюнуть разрушительные для него убеждения. Он обращает на себя внимание теми способами, которыми может.

Увы, это будет не письмо в красивом конверте:

«Уважаемый С., пишет тебе твой мозг. Прекрати считать, что ты никому не нужен. Ты мне нужен! Я же с тобой живу! Помню, помню. Все из-за Кати Васнецовой. Она над тобой громко тогда смеялась. Но ведь это ж, когда было, С.! Тебе было десять лет. Ты правда думаешь, что тот случай должен определять тебя настоящего? Перестань, а! Иначе я…»

Так не бывает. Мозг изъясняется куда более заковыристо. Вероятно, посылаемые им сообщения будут в виде океана тревоги, может быть, депрессии, бессонницы или кома в груди. Каких-то телесных сигналов, зажимов, болезней.

Примеры бессознательного самообмана заметить не так просто, потому что корнями он уходит глубоко в человека. Но можно.

Ложная установка или убеждение может сработать под влиянием триггера (что-то во внешней среде, запахи, звуки, вкусы, образы, что спровоцирует), и мозг запускает автоматическую для него реакцию.

Например, вот есть некий рабочий коллектив.

Люди в нем по восемь часов в день взаимодействуют друг с другом.

В коллективе обязательно найдется такой человек, который плетет интриги. В одном месте он услышит что-то о своем коллеге, додумает, и в другом – обязательно расскажет свою интерпретацию услышанного.

Его выслушают. Кто-то отмахнется, а кто-то поддержит. В результате образуется уже дуэт друзей против кого-то. Ничто не объединяет двух людей больше, чем желание перемыть кости третьему.

Постепенно, круг разрастается: «Слышали, Иванов-то, говорят, ходит на работу в леопардовых подштанниках», – уже целая группа все время обсуждает поведение Иванова. Шепчутся по углам, ходят вместе обедать, вечером обсуждают в социальных сетях.

Однажды кто-то из них, случайно или намеренно, сообщает Иванову, что над ним смеётся весь коллектив. Наверное, каждый хоть раз в жизни, был в такой ситуации.

Теперь, внимание. Что чувствует Иванов?

Как в формуле, есть условие «если»:

1. Если Иванов изначально уверен в том, что он – не хуже других, внутри он видит себя обычным человеком, который может допустить ошибки и промахи, то ситуация в коллективе его заденет незначительно.

Вероятно, он покрутит пальцем у виска, и выбросит услышанное из головы. Насмешки коллектива для него, скорее, неприятное недоразумение, нежели что-то реально негативное или угрожающее его привычному жизненному укладу.

2. Если Иванов внутри себя давно уверен, что он – хуже других, и ему нужно стараться, чтобы «соответствовать», ситуация, случившаяся на работе, станет для него настоящей проблемой.

Он будет держать ее в голове, даже вне рабочего времени. Мучительно предполагать негативное развитие сюжета, пытаться на что-то повлиять. Тревожно начнет расспрашивать коллег: «А что? Что обо мне говорят? Что я смешной? Ну мне пришлось тогда так поступить…». Будет переживать.

Рассуждать примерно так: «Мне говорят, что я смешной, меня обсуждают – я смешной, я им не нравлюсь – я опять кому-то не нравлюсь – я и не могу нравиться, я же не такой как все – опять не получилось «прикинуться» нормальным – теперь надо мной все время будут все смеяться – я буду чувствовать боль ненужности и непринятия – наверное, лучше уволиться».

Сколько людей в моем примере руководствуются ложными убеждениями? Все, кроме тех, кто отмахнулся от сплетен.

Тот, кто плетет на работе интриги, ошибочно воспринимает работу, как всю жизнь. Пытается любыми путями реализовывать свою потребность в общении и признании, самоутвердиться за счет других, вовлекая окружающих в свою игру.

Людям претит мысль об одиночестве или ненужности, которая неизменно настигает их в пустой квартире. И они разводят иллюзию семейных отношений, иллюзию яркой успешной жизни на работе, в том месте, куда люди приходят с совершенно иными целями.

Кто поддержал интригана и участвует в обсуждении, тоже кормится самообманом: для них это способ быть частью коллектива. Им, может быть, и нет никакого дела до Иванова, которого обсуждают, но не хочется оказаться в оппонентах. Поэтому они поддакивают в нужных местах. Своя рубашка ближе к телу.

А больше всех, неверно воспринимает ситуацию Иванов (вторая его версия, которая хочет соответствовать).

Его восприятие ситуации основано на прошлом негативном опыте: однажды ему внушили, что он – странный, иной. И происходящее в коллективе явилось для него триггером, насмешки, на самом деле, кажутся ему одновременно и катастрофой, и логичным развитием событий. Он же с самого начала «знал», что странный.

Почему так происходит? В связи с искаженным восприятием реальности, где мы чувствуем, что с нами что-то не так, мы неосознанно стремимся притупить, приглушить свое отчуждение. Мы надеемся, что в следующей такой ситуации, в следующем коллективе, нам удастся оказаться по другую сторону баррикады, быть в числе тех, кто – большинство, и перестать чувствовать отчуждение.