Старая переправа

– Так у вас тут целый подземный город.

Но бегать за лисами он не стал, ему воду найти нужно. То, что лисы поселились около воды, Данил тогда ещё не знал и благополучно прошёл мимо озерца, которое было за бугром. Да и дол был рядом, только он его пока не видел.

Прошло еще шесть часов, а может, восемь. Последние пол-литра воды путник экономил как мог. От ходьбы ныло всё, и ещё, кажется, он натёр ляжки. Но парень упорно шёл вперёд, нужно было найти хоть что-нибудь, что могло помочь ночью, – дерево или стену, к которой можно прижаться спиной.

И вот путь ему преградил овраг. Нет не так, овражище. Овраг был такой же странный, как и обрыв около леса, прямой, и бесконечно убегающий в обе стороны. Причём появился он неожиданно, его до последнего не было видно. Хотя нет, за оврагом рос не только ковыль с полынью, но и виднелась сухая трава. И эту линию Данил заметил издалека, а вот сам овраг был неожиданностью. Он даже попятился. К краю подходить было страшно, вдруг обвалится. Поэтому подходил к самому краю очень аккуратно, пробуя почву словно тонкий весенний лёд, вытягивая шею и заглядывая вглубь. Нет, не видно, нужно к самому краю подходить. Парень постукал лопатой по краю обрыва, вроде держит. Ничего, он не гордый, лёг на пузо и заглянул вниз. До дна было метров шесть, не меньше. Да и дно было не такое, как у обычного оврага, а слишком узкое. Как будто то был разлом, а не овраг, промытый водой. И на дне что-то блестело, какие-то камушки. После долгого пребывания на высоте страх притупляется, и Данил почти не отползал, просто встал, развернулся. И увидел, как трещинка побежала по земле. Вот тут ноги не подвели, он сразу прыгнул вперёд. Большой кусок земли, метра два в длину и около метра в ширину, полетел вниз. Парень успел прыгнуть, но приземлился уже не на ноги, а на пузо. И повис на краю. Но хорошо хоть, так повис, и, обдирая пузо, быстро закинул ноги и откатился в сторону. Снизу послышался грохот обвала, и пыль взметнулась вверх.

– Ух! – Улыбка расплылась на лице. Успел. Зато теперь дно оврага хорошо просматривалось. Обвалившийся кусок почвы лежал ровно, не перевернувшись, расклинившись между стенками расщелины. Обвалилось земли прилично, и до дна теперь было всего метра четыре.

– Эх, зря спрыгнул, этот комок меня как лифт до дна довёз бы, а может, сейчас вниз спрыгнуть? Что-то там блестит.

Немного подумав, Данил решил подкопать, чтобы хоть склон пологий был.

Копать надоело быстро, минуты через три. Может, будь он свежий, и покопал бы вволю, но целый день пеших прогулок не прошёл даром, руки сами опускались, будто на них свинцовые гирьки висели. Нет, определённо нужно отдохнуть. Судя по солнцу, до заката было часа три-четыре. И он решил вздремнуть, ведь впереди предстояла бессонная ночь. Овраг вполне прикроет спину, а если совсем трудно будет, можно вниз спрыгнуть. Подстелить коврик под почки, голову на рюкзак, лопату под руку.

Есть совершенно не хотелось, а вот пить сильно. А тут ещё баклажка под головой. Нет, так не пойдёт, нужно немного попить. Осталось пол-литра воды, вот сейчас половину выпью, а половина – неприкосновенный запас. Стакан воды пролетел, даже не смочив горло. Парень посмотрел на остаток воды, побултыхал. И решил, что без лишнего груза идти будет легче, и залил остаток воды в себя. На предплечьях сразу появились капли пота, которые укрупнялись на глазах.

– Зараза, воду жалко-то как. Ладушки, чуть вздремну, а там уже прохладно будет.

Он незаметно для себя начал разговаривать сам с собой, укладывая голову на рюкзак. Кажется, организм только того и ждал – всё-таки бессонная ночь, да ещё значительные физические нагрузки, Данил даже не заснул, он просто вырубился.

Солнце светило прямо в глаза. Данил схватил лопату и заозирался. Солнце стояло уже высоко. Кажется, он бессовестно проспал всю ночь, и его никто не сожрал. Да что ночь, он проспал и часть утра. Кажется, он где-то читал спор учёных, что такое сон и для чего он. Одна из теорий гласила, что млекопитающие во времена динозавров впадали в ступор, ведь неподвижную добычу сложно найти. Может быть, они и правы, ну валяется тело и валяется, тухляком не воняет – ну хорошо, не сильно воняет, не шевелится. Чего к нему хищнику подходить? Никакого интереса. А возможно, всё не так, и ему просто повезло.

Как бы то ни было, нужно решать, как пройти через овраг, он хоть и не широкий, метра два с половиной, но очень глубокий. И варианта было два: первый – идти в сторону понижения местности, все овраги впадают в долы или реки, второй – спуститься вниз и идти, ища обвал, или лопатой вырыть себе ступени и выбраться из оврага. Ну да, ещё и, чтобы спуститься, нужно подкопать. Но после сна парень был со свежими силами, потому решил покопать.

Свежие силы кончились быстро, через те же три минуты, видя бесперспективность копания. Тут полдня копать нужно. Нет, нафиг, лучше обойти. Накинул рюкзак и собрался идти вдоль оврага.

Топот привлек внимание, копатель схватил лопату и начал высматривать, что произошло. Поток, больше это никак не обозвать. Поток точно такого же цвета, как и окружающая степь, смешиваясь с пылью, двигался ниже в паре километров, перпендикулярно к оврагу. Даже сначала непонятно было, что это такое. Похоже, это сайгаки или кто-то похожий на них, огромное стадо неслось, скрываясь в поднятых клубах такого же цвета пыли.

– Куда? Там же овраг! – в сердцах крикнул Данил, ожидая, что будет, когда поток упрётся в овраг. Свернут в его сторону или в другую.

Копытные удивили, они волной стали перепрыгивать овраг. Да сколько их. Минуты три прошло, а они всё текут и текут. Вот это стадо, и где они прятались, интересно. Хотя неудивительно, цветом они были ровно как и окружающая среда, и, если бы остановились, парень бы их не увидел, как будто кусты ковыля.

Кстати, а от кого они бегут? Сейчас сайгаки перепрыгнут овраг, а разочарованные преследователи будут искать, кем бы поживиться, нечего стоять и рот разевать. Данил подошёл к обрыву, зацепил лопату ребром за край и, спустив ноги, повис на руках. Так прыгать не так высоко. Теперь одной рукой взялся за лопату. Она была зацеплена за край и вроде держала его вес. Задумка была такова: по лопате, как по верёвке, спуститься ещё ниже, тогда прыгать не придётся. Только он не успел спуститься до середины черенка, как полотно лопаты обвалило под собой землю. И парень, ударившись ногами, не удержался и мягко сел на пятую точку, продолжая держать лопату на вытянутых руках. Прислушался к ощущениям, всё ли цело. Вроде удачно слетел. Ещё ниже прыгать не пришлось, обвал сделал удобную насыпь. Почти удобную. Мелкие камушки набились в кроссовки, пришлось снимать обувь и вытряхивать. Первое, к чему он потянулся, это те камушки, которые блестели. Оказалось, ерунда – розоватые камни величиной с кулак, какие-то слюдяные, и их можно покарябать ногтем. А уж если потереть друг об друга, то осыпались белым порошком. Вновь забрался на обвалившийся ком земли. Из него геолог был аховый, но когда-то спорил с другом, как выглядит природный гипс, и тот как доказательство принёс кусочек камня. Почти такого же, только тот был белый, а этот розовый.

Сверху свесилась чья-то любопытная морда, и Данил запустил камнем в её сторону. Попал! Морда заскулила и пропала, он даже не успел рассмотреть, кто это был. Вот специально так целить будешь – не попадёшь, а так кинул, чтобы скорее избавиться от разочаровавшего камня. Ведь парень спустился вниз больше из-за них. Уж больно они блестели самоцветами на солнце. Подождал ещё со вторым камнем на изготовку, но морда больше не появилась, видно обиделась.

А что дальше делать? Идти вдоль расщелины не хочется совсем, это сверху она как просторная смотрелась, а снизу очень даже узкая, да и обвалиться может в любой момент; нет, по дну идти не вариант. Попробовал пройти, нет, неудобно просто, ногу даже не поставишь нормально, да и ощущение как в пещере. Данил вновь забрался на обвалившийся ком земли и снял обувь, вытряхивая камушки. А дальше?

Решил выбить в стене ямки для рук и ног. Ямки получились. А вот лезть по ним, прилипнув к стене, нет. Потому что ямки кончались на двухметровой высоте. Дальше роста не хватало вырыть, что-то страшновато стало. Залез куда смог и лопатой начал сбивать землю. Земля с глиной охотно сыпались на верхолаза, залетая ему за шиворот. Вот сейчас копалось как-то без устали, это не как с утра, когда выбор был, копать или не копать. Неизвестно, сколько времени прошло, но Данил наконец-то выбрался из земляной ловушки. Весь в пыли и грязи. Но довольный. Радостное состояние быстро прошло, когда он увидел бескрайнюю степь впереди и представил, сколько по ней топать. А язык уже сейчас к нёбу присыхал. Да глина на зубах скрипела, как ни закрывал рот, всё равно полный.

Всё, никакие направления не интересны, только вниз – туда, где может быть вода. Получилось идти под острым углом к оврагу. Пройдя не меньше часа, Данил наконец-то нашёл дол. Тот раскинулся километра на четыре в ширину, и нет, внизу воды не было. Это уже становилось проблемой, пить хотелось нестерпимо. Губы просто ссохлись. Язык стал ватным комком. Парень даже подобрал камушек, чтобы обсасывать его как леденец, вроде должно помогать и смачивать рот. Но на самом деле грязный камушек просто прилип к языку. Возможно, нужно было искать что-то типа гальки, а пористый известняк натурально прилип к языку, своими капиллярами впитывая остатки влаги. Выплюнуть камень было нечем. Стряхнул его с языка рукой, а после ещё долго пытался осторожно отряхнуть с языка пыль, оставленную камнем. Эта пыль ещё долго хрустела на зубах.

Солнце жарило нестерпимо. Сразу умные мысли посетили, что нужно было вдоль оврага вниз идти, там на дне могла вода быть, хотя могла и не быть. Данил не стал возвращаться, а упрямо шел вперёд примерно посредине высоты склона, чтобы в случае чего можно было заметить опасность. Растительности тут было побогаче. По склонам рос кустарник, и внизу даже попадались островки зелёной травы. Особенно стали докучать сухие колючки, которые умудрялись осыпать свои семена в кроссовки, и приходилось часто скидывать обувь, чтобы вытряхнуть их оттуда. Сесть бы куда в тенёк, отдохнуть, но к кустам подходить было очень страшно.

Он резко остановился. Что это? Ему кажется? Километрах в четырёх виднелось что-то любопытное, и явно рукотворное, – будочка небольшая, что ли. Это придало сил. Саднили ободранные руки, живот и натёртые ляжки, хотелось нестерпимо пить, несмотря на это, Данил прибавил шагу. Единственное, что смущало, будочка стояла вплотную к кустам, и подходить к ней было страшновато. Но, как говорят, любопытство сгубило не одну кошку.

Будка оказалась ржавой машиной, только вот какого-то странного дизайна. Хоть размером она была с микроавтобус, первое, что приходило в голову: этот автомобиль с детских аттракционов сюда притащили. Очень низкие широкие крылья, как у машин двадцатых годов, под ними непропорционально маленькие колёсики, почти полностью вросшие в землю. Спереди очень узкий и маленький, словно клюв у птицы, капот. Под таким можно спрятать только двигатель мопеда, больше не уместится. За капотом узкая, словно стакан, кабина, к которой были выстроены небольшие мостики. Так как кабина была уже самого автомобиля, чтобы до неё добраться, нужно было пройти над крыльями. А за кабиной была крытая платформа. Не фургон, а именно платформа с крышей.

Подходить было страшновато, кто там сидит в кустах – проверять не было никакого желания. Чем ближе подходил парень, тем больше было видно подробностей. Стекла разбиты, только в одном углу торчали узкие длинные осколки. Это значит, что стёкла были не триплекс и даже не калёные. Возможно, застеклили обычным стеклом во время ремонтов. Имелось множество молдингов и эмблем. Наверное, это когда-то блестело, а сейчас было всё ржавое. Кое-где угадывалась выцветшая красная краска. Кустарник пророс сквозь дыры в авто. И тут внимание привлёк кустарник, заставив забыть про чудо-автомобиль. Это же вишня. И куст с тёмно-красными ягодами рос прямо через платформу.

Но кидаться за ягодой Данил всё-таки не решился. А попробовал запустить в кусты камень. Камней, к слову, как назло, нигде не было. Нет камней, есть лопата, и он копнул землю, надавив на лопату что было сил, земля-то здесь твёрдая. Однако лопата заскочила почти на весь штык. Грунт явно отличался, что заставляло задуматься, пришлось даже чуть выдёргивать инструмент. Подняв комок земли, он запустил его в заросли вишни, ожидая, что из него выскочит если не здоровый хищник, то парочка зайцев точно. Но из кустов никто не выскочил. Даня постоял, послушал, а потом решил всё-таки подойти и постучать лопатой по кустам. Тишина!

Он не выдержал и сорвал сочную ягоду, закинув в рот. Ягода прилипла к нёбу, как будто это не вишня, а торон, с его вяжущими плодами. Парень раздавил ягоду между пальцами, сок брызнул в разные стороны. Ягода была сочной, это рот был слишком сухим. И путник начал закидывать безвкусные ягоды горстями. Косточки сначала не хотели выплёвываться, прилипая то к губе, то к языку. А мякоть не хотела глотаться. Прошло минут пятнадцать, как рот наполнился слюной, и он начал чуять привычный вкус вишни, а бобки начали привычно выплевываться. Сбив охотку, Данил достал баклажку и начал набирать ягоду в неё, попутно набивая живот. Прошло около пары часов, когда набралось четверть пятюшки, приоритеты сменились, и парня стала интересовать не вишня, а остатки цивилизации.

Автомобиль был сделан из очень тонкого железа, даже, скорее, из жестянки, и потому ржавчина мялась от касания. Вот он дотронулся до крыла, и рука провалилась, пробив в ржавой жести дыру. А что там за движок за капотом? Проколупал дырочку, в гнилом железе стало видно небольшой цилиндр двигателя, к которому подходили металлические патрубки. Роторный, что ли? Данил никогда не видел таких движков. А может, электрический, просто провода в металлических трубах.

Колёса, кстати, были накачанные, хотя, скорее, резина просто цельнолитая, без воздуха. Осторожно, чтобы не провалиться, он наступил на рифлёный мостик, что вёл к кабине. Тот был сделан из более жёсткого металла и когда-то хромирован. А вот и кабина… Место водителя было спартанским – табуретка, больше никак не обозвать. Руля вообще не имелось, торчали два рычага, как на тракторе. Так, а вот это, наверное, бардачок. Данил потянул ручку лючка. Да, действительно, это был бардачок, и оборудован профессионально, там лежал стакан, и больше ничего не было. Стакан стеклянный, из тонкого стекла с мелкими пузырьками, и всего с восьмью гранями. Под сиденьем обнаружилась трухлявая дубина, аналог биты. Но дубинка сгнила совсем и начала рассыпаться при попытке её поднять. Так что было решено оставить её на месте. Никаких ключей, балонников или монтажек не нашлось. С одной стороны, и к лучшему, ведь если нашёл бы, пришлось бы загрузить в рюкзак, а потом тащить то железо на себе. Ещё одна находка – это презерватив в истлевшей бумажной упаковке, спрятанный за щитком от солнца. Парень усмехнулся: зачем хранить презерватив в одноместной кабине?

Смех тут же пропал… Данил слишком увлёкся и не смотрел по сторонам. Всего в тридцати метрах появились три прямоходящих хищника, но не людей, а не пойми кого. Ноги с вывернутыми назад коленками, да и суставов было много. Туловище как будто в гладкой броне. Передние конечности удлиненные с шипами. А самое главное – голова. Похоже, это были насекомые. Плоская голова с большими глазами, как у насекомых, но не фасеточные, а просто чёрные. Больше всего пугали жвала, которые постоянно раздвигались, когда существа принюхивались или присматривались. Существа шли как хорошо обученные спецназовцы, тройкой, осматривая каждый свой закреплённый сектор. Шли они пригнувшись, перекатываясь с ноги на ногу, словно кошки. Притом иногда замирая и осматривая окрестности.

Парень сидел на месте водителя восковой статуей, боясь сглотнуть. Даже глазами боялся шевельнуть. И не смотрел на существ, пытаясь направить взгляд в никуда, чтобы они не почувствовали его. Самое главное, что лопата осталась снаружи, и он сейчас был абсолютно с пустыми руками, если не считать презерватива. Существа присели, одно подняло лапу, что-то показав. И они сорвались прыжками, убегая в сторону пробежавшего стада сайгаков.

Данил сидел, не шевелясь, ещё какое-то время. Это точно не Африка и не Земля. И буквы на упаковке презерватива совсем не земные. Нужно двигать дальше, а вот есть ли смысл? Если это не земля, то и людей тут может не быть. Он ещё раз посмотрел на истлевшую упаковку и откинул её в сторону. Должны быть люди, это же кто-то оставил! Нужно двигаться. Хотя, может, эти жуки-переростки и оставили, уж больно они разумно махали лапами друг другу. Тогда смысла уходить отсюда не было, нужно обустраивать лагерь. Тем более что тут есть кое-какие ресурсы. Вишня и металл. Под машину нору можно выкопать, нормальное убежище будет.

Попаданец хоть и объелся вишни, но пить хотелось. Вода, вот что заставляло двигаться дальше. Потому, подобрав лопату, пошёл, опасливо поглядывая в сторону убежавших существ.