Последняя дочь фараона

2.

Олег Рогов закрыл на рабочем компьютере папку с фотографиями, поднялся из-за стола в своем кабинете и открыл шкафчик, располагавшийся позади. Тут, в центральном отделении, стоял хрустальный графин с коньяком, разнокалиберные бутылки с другим алкоголем, стаканы и рюмки. Обыкновенно Олег открывал заветный шкафчик, когда хотел угостить оказавшихся у него в кабинете высокопоставленных посетителей или друзей-коллег. Разрядить обстановку, перевести деловое общение на более неформальный, расслабленный уровень. Но сегодня в кабинете он был один.

Олег достал графин, вытащил круглую стеклянную пробку, сжал ее в кулаке, вдохнул исходящий из горлышка терпкий коньячный аромат. Затем, подумав, убрал графин обратно, пошарил на полке и достал из дальнего угла бутылку обычной водки. Плеснул в стакан сразу на треть, залпом осушил его, крякнул, поморщился. Затем вернулся за стол, где, в ноутбуке, и содержались проклятые фотографии, заставившие его, серьезного взрослого мужика, полковника ФСКН, пьянствовать посреди рабочего дня. Фотографии, на которых Ольга Котова выходила из машины вместе со своим любовником Николасом Бериша, державшим на руках их годовалую дочь.

Как могло получиться, что гребаная Фараонша снова от него ускользнула? Ведь на этот раз, казалось, все было на мази. Да, упрятать Котову за ее наркоторговлю не представлялось возможным, слишком высоко забралась за последние двадцать лет норовистая соплячка. Но у Рогова на руках было заявление о похищении человека, гражданина Евросоюза. И не было никаких сомнений в том, что организовала это похищение она. Просто невероятно, что ей опять удалось выйти сухой из воды.

Два года назад Олег Рогов был очень удовлетворен встречей с родителями Николаса. Он успел вовремя, вылетел в Лондон сразу из Греции и застал чету Бериса-Казантакис, только что узнавшими об исчезновении единственного сына и пребывавшими от этой информации в полном шоке. По счастью, их адвокат во время встречи застрял на дороге, кто-то, как по заказу, въехал в его машину, и Олег смог завязать разговор с Бериша до его приезда. Ему отлично удалось мягко и ненавязчиво запугать эту задиравшую нос леди и убедить ее написать заявление о пропаже сына. А когда на пороге объявился семейный юрист мистер Уокер, Олежек уже спешил обратно в гостиничный номер. Для чего сдался Котовой серфер-археолог было пока не ясно, но выяснение этих подробностей можно было оставить на потом. Сейчас главным было начать розыск, в результате которого Ольгу можно будет призвать к уголовной ответственности. А там, глядишь, и повязанные с ней сильные мира сего пересмотрят их отношения и решат, что впрягаться за русскую преступницу, которую схватил Интерпол, им не так уж и интересно. Тем более, в Турции, где последние годы проживала Котова, очень своевременно началась политическая заварушка, и министр, оказывавший Фараонше покровительство, в мгновение ока лишился должности и сам едва унес оттуда ноги.

О пропавшем Николасе Бериша было сообщено в интерпол, кроме того Олег подкинул западным коллегам сведения о том, что в похищении гражданина Британии греческого происхождения подозревается российская бизнес-вуман Ольга Котова, владелица крупной международной транспортной компании «New Way». Допуск к работе по этом делу и разрешение на сотрудничество с иностранным ведомством тоже удалось выбить. В общем, Рогов решил, что ему наконец-то, после стольких лет безуспешного преследования Фараонши, подфартило.

Когда удалось выяснить адрес, где расположена была вилла Котовой, Олег едва сальто не сделал, вспомнив спортивную юность. Теперь, когда на руках у него были все документы, он мог заявиться туда вместе с представителями Интерпола и местным нарядом полиции. Изначально – для допроса подозреваемой, а дальше уж, как пойдет. Возможно, удастся сразу арестовать ее и депортировать из Турции для дальнейшего разбирательства на территории страны, против которой совершено преступление.

Конечно, заковывать Ольгу в наручники и определять в тюрьму будут другие. Если еще получится это сделать, ведь эта наглая тварь может нанять себе лучших адвокатов и отмазаться за недостаточностью улик. Но Олегу очень хотелось верить, что на этот раз она вляпалась крепко и выйти сухой из воды у нее не получится.

А он все время будет рядом, и она, разумеется, узнает его. Он выбьет себе разрешение на проведение допроса. И это будет лучшим вознаграждением за все те годы, которые он потратил на безуспешные попытки стереть эту ядовитую гадину с лица земли. А когда он представит Интерполу собранные на нее за эти годы материалы, когда докажет, что Ольга Котова, все еще гражданка России, между прочим, хотя и получившая второе, Турецкое, гражданство, является главарем наркокартеля, перегоняющего сырье для героина из азиатских стран в Россию и Европу, то, кто знает, возможно удастся добиться того, чтобы Котову выдали Российским властям и чинили над ней суд на Родине. Вот тут уж он расквитается с ней за все.

Когда Олег выпрыгнул из автомобиля, остановившегося у глухого забора виллы в пригороде Стамбула, внутри у него все трепетало. Вот он, день, которого он ждал почти двадцать лет! День расплаты, день, когда справедливость восторжествует. Странным показалось лишь то, что никаких признаков жизни и-за забора не показывалось. Помощник прокурора, имевший на руках санкции на допрос подозреваемой и обыск ее дома, позвонил и потребовал открыть ворота, однако никакой реакции на это не последовало. Охранников в будке у входа тоже не оказалось. И у Олега внутри зародилось страшное подозрение. Что, если он опоздал? Опять…

Турецкую сторону очевидно не очень волновало похищение какого-то британца, их гораздо больше интересовало, действительно ли неподалеку от Стамбула расположился центр, руководивший огромным наркосиндикатом. Старший по званию отдал команду, вооруженный отряд полиции, перемахнув забор, ввалился на территорию поместья. Через некоторое время ворота открыли изнутри. Но к этому моменту Олег уже понял, что все зря. Что Ольги на вилле уже нет, и, разумеется, никаких улик, позволяющих доказать ее преступную деятельность, она, уходя оттуда, не оставила.

Через несколько минут он уже бродил по густому саду, среди серебристых олив, строгих кипарисов и смолистых сосен. Осматривался по сторонам и думал, чего ради Котова развела в своем поместье такие ботанические угодья? Из любви к природе? Да нет, вряд ли. Сложно представить себе сентиментальную мафиозную лидершу. Скорее всего, основная функция этого сада была в том, чтобы закрыть обзор любопытствующим. Декоративный прудик с фонтанчиком… Интересно, скольких неугодных Фараонше бедняг здесь утопили, как племянника Белова на Миконосе?

Оказавшись в доме, где сейчас орудовала вооруженная бригада полиции и кинологи со служебными собаками, вынюхивавшими, не окажется ли в здании следов опиатов, Рогов принялся жадно всматриваться во все, что открывалось глазу. Мебель, отделка стен, безделушки, книги. В отличие от турецкого коллеги, развившего бурную деятельность, ему уже ясно было, что никаких документов, никаких электронных носителей с данными, они тут не найдут. И, чтобы заглушить разливавшееся внутри едкое разочарование, оставалось только вглядываться в детали, добавлять штришки к давно нарисованному мысленно психологическому портрету Ольги и надеяться, что однажды что-нибудь из собранных, с виду бесполезных, сведений поможет ему ее поймать.

Вот, например, неплохая библиотека в кабинете. Что это означает? Что Ольга любит читать? Стремится заполнить пробел, заложенный нищим детством и спортивным отрочеством, когда времени на занятия практически не оставалось? Но кто покупает бумажные книги сейчас, когда все, что угодно, можно скачать в электронном виде? Возможно, тот, кто хочет произвести впечатление на гостей, показаться не только бескомпромиссной мафиози, но и интеллектуалкой? Или это женщина, которая, несмотря на дикий образ жизни, внутренне тяготеет к дому, к родовому гнезду, со степенным укладом и традициями. Вон как любовно выбраны все тома – хорошие издания, качественные обложки. Что, Котова, дворняжка без роду, без племени, раскрыл я твою тайну?

Олег ходил по дому, прикасался руками к стенам, гладил обивку кресел, щупал пальцами покрывало на кровати. Здесь была ее спальня. На эти подушки она опускалась, уставшая от дневных трудов, здесь лежала ее обрамленная дивными золотыми волосами голова. Что снилось ей, безжалостной Фараонше, ночами? Да уж никак не Олеженька Рогов, которого она когда-то огрела ботинком. Точно не он.

Вот с этого балкона смотрела на разгоравшийся над Стамбулом новый день. Интересно, бывало ли ей тревожно в такие минуты? Думала ли она о том, что он принесет ей?

В этот кабинет, потея от страха, входили ее многочисленные контрагенты, так или иначе вовлеченные в деятельность гигантского картеля. А она принимала их, сидя вот за этим столом. Гордая, холодная, жестокая, властная. Настоящая волчица, истинная дочь своего отца.

А что же у нас вон в том небольшом строении? Гостевым домиком Олег занялся только после того, как осмотрел большой дом и гараж и, как и предполагал, ничего не нашел там. Маленький уютный уголок в дальней части сада. Для чего он был Ольге? Что-то сомнительно, чтобы у нее часто собирались шумные дружеские вечеринки, после которых гости остаются ночевать, а то и пожить день-два. Уж не там ли держали похищенного Николаса Бериша? Если так, то узнику сильно повезло. Такой комфорт встретишь не во всех фешенебельных отелях.

Олег прошелся по комнатам гостевого домика – гостиная, спальня, кабинет. Изнутри поднималось ощущение, что если он и найдет что-то в этом опустевшем поместье, то именно тут. Рогов насторожился, как ищейка, даже принюхался, опустившись на четвереньки, принялся всматриваться в углы, в стыки паркетных досок, в узкие щели под мебелью. И нашел, нашел, черт побери. В углу гостиной, на полу, засохшие коричневые пятнышки, подозрительно похожие на кровь. Он тут же позвал турецких полицейских, обратил их внимание на то, что нужно взять образцы и отправить их в лабораторию. Наверняка это окажется кровь Бериша, что подтвердит, что его держали именно здесь. А даже если и нет… Возможно, ДНК совпадет с данными какого-нибудь давно числящегося в висяках трупа.

Что же произошло здесь совсем недавно? Откуда эта кровь? Она истязала своего пленника, издевалась над ним? Не похоже на Котову, она вроде никогда не была склонной к садизму. Правда, раньше она и таких заметных, принадлежащих к обеспеченной семьей с аристократическими корнями, граждан Евросоюза не похищала…

Как бы там ни было, теперь можно было сказать, что на виллу под Стамбулом Рогов приехал не зря. Пускай ему не удалось присутствовать при аресте Котовой, он все же на правильном пути.

Когда через несколько ней экспертиза подтвердила, что ДНК крови, найденной в поместье Ольги, совпадает с данными Николаса Бериша, Олег снова полетел в Лондон. Теперь, когда у него на руках неоспоримые доказательства, Бериша будут еще более разговорчивы. Он намекнет им, что их сын может быть ранен, что с ним, вероятнее всего, обращаются вовсе не так бережно, как он утверждал в своем сообщении. И любящие родители дрогнут и начнут активнее сотрудничать с полицией.

Однако, прибыв к дому семьи Бериша-Казанткис, Рогов снова оказался перед запертой дверью. Только в этот раз, в отличие от Турции, люди за этой дверью безусловно были, но не желали ему открывать.

– Это полковник Рогов, из России, – веско говорил он в интерком. – У меня есть новости о вашем сыне.

– Мы не станем с вами разговаривать, мистер Рогов, – донесся из динамика ледяной голос миссис Бериша. – Пожалуйста, уходите, иначе я вынуждена буду вызвать полицию.

– В чем дело? Почему вы не хотите сотрудничать? разве вы не заинтересованы в том, чтобы ваш сын вернулся домой? – взывал к ней Рогов.

Но все было тщетно. Больше миссис Бериша ответом его не удостаивала. Зато вскоре объявился мистер Уокер, адвокат семьи Бериша, и Олег понял, что вести дела с состоятельными и высокопоставленными европейцами – вовсе не то же самое, что с простыми смертными.

– Все показания, которые мистер и миссис Бериша дали вам во время вашего прошлого визита, будут опротестованы, – сообщил ему высокий англичанин с постным лицом, широкими бакенбардами и маленьким подбородком с ямочкой посередине. – Процедура была проведена с вопиющими нарушениями. Вы не озаботились получить подписанную санкцию прокурора на допрос. На моих клиентов было оказано моральное давление. Таким образом, заявление о пропаже Николаса Бериша будет отозвано, и розыскные действия приостановлены. Так же довожу до вашего сведения, что если вы не прекратите досаждать моим клиентам, мы обратимся в суд и добьемся для вас запрета на приближение к членам семьи Бериша.

– Я не понимаю! – вскричал Олег.

Он был в бешенстве. Добыча, которая почти уже попалась в сети, чьи трепыхания он, казалось, уже ощущал всей кожей, уплывала из рук. По непонятной причине! Ведь он действовал верно, он все рассчитал правильно. Что пошло не так? В чем он ошибся?

– Они что, не хотят увидеть сына живым и здоровым? Не понимают, что каждый час на счету? Их единственный отпрыск похищен. Похищен одной из самых опасных преступниц нашего времени. И один бог знает, что она сейчас с ним делает. У меня есть заключение экспертизы. В поместье Котовой обнаружены следы крови Николаса Бериша…

И эта бледная английская мумия ответила. Даже сейчас, почти два года спустя, вспоминая этот момент, Рогов гневно сжимал кулаки.

– Это ошибка, – проблеял адвокат. – Николас Бериша не был похищен. Вы ввели его мать в заблуждение и заставили написать заявление. Но после этого молодой мистер Бериша уже связался с родителями и объяснил, что находится в отпуске вместе со своей любимой женщиной. Как совершеннолетний дееспособный гражданин он не обязан отчитываться о своем местонахождении, даже родителям. Что же касается его избранницы – ничего о ее преступной деятельности нам не известно. Если у правосудия Великобритании возникнут к ней вопросы, решать их она будет сама, семья Бериша не имеет к этому никакого отношения.

Любимая женщина… Избранница… Эти слова, которые адвокат промямлил своим постным голосом, словно огрели Рогова по голове. Так, значит, вот что на самом деле произошло? Вот зачем Ольга увезла тупоголового серфера с собой? Да он знал, что на Миконосе она завела с ним короткий романчик. И прекрасно понимал, что сделала она это – чтобы не выделяться из пестрой, расслабленной, безмятежной толпы отдыхающих. Должно быть, этот известный в компании экстремальной молодежи ловелас пристал к ней, и Котова поняла, что, слишком активно сопротивляясь, привлечет к себе ненужное внимание и подозрения. Николас Бериша был красив, богат, обласкан девушками. Чтобы дать ему решительный отказ, требовались веские причины. Но Олег и на секунду не мог допустить мысли о том, что Ольгу связывает с Николасом нечто большее, чем несколько проведенных вместе ночей, на которые она согласилась ради того, чтобы ничто не помешало ей воплотить планы в жизнь.

Что же произошло между ними в действительности? Ольга что, каким-то невероятным образом прониклась чувствами к пустому месту, к ничтожеству, которые собиралась просто использовать? Чушь! Этого не может быть! Олег потратил двадцать лет жизни на то, чтобы убедиться: Ольга Котова – холодная бесчувственная социопатка. И никакие человеческие эмоции ей не знакомы. Видимо, этот Николас Бериша оказался не так прост. Каким-то образом убедил ее не убивать его и помочь выпутаться из ситуации. Может быть, оказался чем-то полезен… А эту сказку про любовные отношения сочинил адвокат.

Именно это говорил себе Олег в следующие два года, в которые Ольга, очевидно решившая залечь на дно, не появлялась на горизонте. Бизнес ее по-прежнему работал, поставки не прекращались – это он знал хотя бы потому, что в Москве за это время не раз задерживали дилеров с крупной партией наркотических веществ. Но о самой Фараонше слышно не было. И где она находилась, Рогов не мог выяснить даже по своим министерским каналам.

Зато посмотреть на таинственного Николаса Бериша ему удалось. Он специально прилетел в Лондон еще раз, в день, когда должно было проходить судебное заседание, в результате которого присутствие Николаса Бериша на видеозаписи с камеры наблюдения на вилле убитого Белова было обжаловано. Дело о пропавшем гражданине Евросоюза Николасе Бериша тоже по итогам его появления было закрыто, а это означало, что и к Ольге у западных коллег больше не будет никаких вопросов. Оставалось только надеяться, что они с этого момента будут держать ее на заметке, как человека, на которого уже поступало заявление.

Разумеется, сам никаких вопросов Николасу он задать не мог. Но на заседании поприсутствовал – из чистого любопытства. Интересно было, что же там за изворотливый тип такой, что сумел саму Фараоншу заставить действовать в своих интересах? Увиденное никакой ясности в ситуацию не внесло. Николас показался Олегу ничем не примечательным, смазливым малым. Довольно обаятельным, надо признать, но и только. Пустышка! Представить себе, что у него могут быть какие-то дела с Котовой, было немыслимо. И Рогов решил отнести эту странность в раздел загадок, которым пока объяснения нет, но рано или поздно оно обязательно найдется.

Что ж, теперь оставалось только ждать, когда Ольга снова объявится на горизонте. А в том, что она объявится, Олег не сомневался. Терпения ему было не занимать, за двадцать лет накопился огромный запас. А интуиция подсказывала, что снова Ольга выйдет из тени в Турции, когда там улягутся политические беспорядки. За те годы, что она обреталась там, Олег сумел завести себе местного информатора, подзалетевшего на поставке наркоты в клубы Стамбула. И в этот раз наказал ему тут же выйти на связь, как только появятся какие-то новости о Котовой. Парень молчал почти два года, и вот сегодня прислал эти фотографии.

Олег снова пододвинул к себе ноутбук и, хрипло кашлянув, открыл папку с фотографиями. Снимки были сделано издалека, и на большинстве различить можно было только силуэты. Но несколько фотографий, где удалось сделать более крупные планы, не оставляли сомнений: это Котова. Котова выходящая из машины, Котова, держащая на руках ребенка. Олег всмотрелся в снимок – девочка, возраст около года. Представить себе, чтобы Фараонша стала нянчиться с чужим младенцем, было невозможно. Значит, вот куда она пропадала? Родила? Это настолько не вязалось с сформировавшимся у него в голове образом, что Олег еще некоторое время искал иные объяснения происходящему на снимке, пока не вынужден был признать: это ее дочь, ничего другого быть не может.

У самого Рогова детей не было. Он пытался было однажды поиграть в семью, женился на высокой блондинке, чем-то отдаленно смахивающей на Олю Котову. И в минуты исполнения супружеского долга любил воображать, что это несгибаемая Фараонша стонет и охает, когда он накручивает на руку ее бледно-золотые шелковистые волосы. Однако супруге его предпочтения не нравились, она вечно винила его за грубость, жаловалась на остававшиеся после секса синяки. И однажды Олег, перебрав после очередной провальной попытки сцапать Котову, сорвался и жестоко избил жену. И каждый раз, занося кулак, видел перед собой надменное лицо Ольги, ее презрительно сощуренные глаза и кривящиеся в усмешке губы. Супруга после этого случая сбежала от него к родителям и подала на развод, и Олег даже вздохнул с облегчением, когда все бумаги были подписаны. Ему нравилось думать, что это у них с Фараоншей общее – они не созданы для семьи, в каком-то смысле, они друг для друга – самая постоянная, самая преданная связь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Начало это истории читайте в романе Ольги Карпович «Королева Стамбула»