Сладкое Очарование

– Думаешь, барахло, которым ублюдок торгует, принадлежит ему? Нет. Все это Алтиорцев. Всякое случается, сам знаешь. Некоторым приходиться закладывать последнее, лишь бы прокормить семью, а эта мразь, пользуется их плачевным положением.

– Но, он не крадет вещи, верно? Он покупает их. Платит деньги. Все честно. – Я скривилась. Ни хрена не честно. Знать, что где-то на полках пылиться семейная реликвия, а после… блин, увидеть ее на каком-нибудь толстосуме, так себе ощущения. – Так, ты у нас еще и сострадательная.

– Я могу быть всякой, демон. Доброй. Нежной. Очаровательной. – Я пригвоздила его холодным взглядом. – Но если какая-то падаль нагадит мне в душу, я сделаю из его черепа шкатулку для украшений.

– Понял. – Хмыкнул Манон. – Когда, говоришь, Слуа тебя сдал?

Я не говорила. Ишь, какой хитрый!

– Полвека назад.

– И даже после этого, ты все равно продолжала появляться в Алтиоре и воровать?

– Ну, да.

Демон потер челюсть.

– Глупая.

– Смелая. – Отчаянная.

– И все равно глупая. – Он покачал головой. – Террор мог отправить в Морталес за тобой стражников.

– Мог, но отправил тебя и сделал это только сейчас. Странно, правда? – я снова перекатилась на спину, подложив под голову руку. – Я часто думала, когда-нибудь этот день настанет, и за мной придут. Террор же не из тех, кто закрывает глаза на преступников. – Я выдохнула. – Я ждала и гадала, почему этого не происходит. Однажды, я спросила Айвэна и знаешь, что он ответил? – глянув на Манона, я поймала его вопросительный взгляд. – «Ты мне еще нужна». Улавливаешь смысл? – о, да. Демон уловил. Пока Айвэну было выгодно, он держал меня рядом, но как только пропал интерес, меня тут же поймали. Тут же напрашивается вопрос: а чем Террор занимался все эти десятилетия? Что ему стоило метнуться в Морталес и надеть на меня наручники? Ай, пофиг. Даже если у богов свои мутки, то лучше туда не соваться. Целее будешь. – Ты поймал меня не потому, что лучший наемник, а потому что тебе позволили.

– Ты не знаешь мои методы. – Недовольно буркнул он. – Я бы в любом случае, тебя нашел.

– По запаху? По фотографии? Каким образом? Тебе назвали мое имя, но был ли ты уверен, что оно принадлежит мне?

– Еще как уверен.

– Ты всегда такой самоуверенный?

– А ты всегда такая наивная?

– Туше.

Он улыбнулся, а мое сердце… пропустило удар, забившись быстрее. С чего бы вдруг? Наверное, во все виноват непрекращающийся дождь, уютная палатка и то, что мы здесь вдвоем.

Слишком волнующая обстановочка для привала.

– Я спать. – Отвернувшись от него, я закрыла глаза, пытаясь расслабиться, но уснуть под нескончаемую дробь капель, будет сложно. Ладно-ладно. Сложность в другом. Мужчина… и он близко, а я давно ни с кем не была. В голову полезло всякое, отчего я хотела надавать себе затрещин. Рассматривать демона, как потенциального любовника? Упасите мою задницу. Он же придурок, к тому же, ему надо хорошенько поработать над манерами и гневом. Кто угодно, но только не он. Я не хочу даже близко допускать мысли, чтобы переспать с ним. Когда послышался шорох, я приподнялась, бросив взгляд через плечо. Чтоб мне ослепнуть! Прямо по курсу обнаженная задница демона! Сейчас же отвернись Иви, а то схватишь инфаркт… но, наблюдать за тем, как кожаные штаны соскальзывают вниз, как он стряхивает их с ног, отчего ягодичные мышцы напрягаются, настолько завораживающе зрелище, что я не могу отвести глаз. Манон замер, оглянувшись на меня. Впервые в жизни испытываю стыд. Щеки начали гореть.

– Подглядываешь?

Горло перехватило, когда он повернулся ко мне всем телом. Мать моя, сирена! Ошпарьте меня кипятком, чтобы я не мучилась! Демон… он был возбужден. Его украшенный татуировкой член стоял перпендикулярно телу и вздрагивал. На широкой головке показалась капелька предсемени. Интуитивно я облизала губы, где-то на задворках отчаявшегося сознания, желая слизать ее языком. Узнать вкус. В тот же момент, громыхнула молния, на секунду, осветив палатку ярким зигзагом. Встретившись с голодным взглядом Манона, я задрожала.

– Нет. – Выдавила я. – Скорее слежу за тем, чтобы ты не делал глупостей. – Мать твою. Кто и делает глупости, так это я. Отвернись, Иви, не то, будет хуже. – Еще попутаешь свой спальный мешок с моим. – Идиотка, что ты несешь? Хватит таращиться на него и ложись спать! Отвернувшись, я все же дала себе мысленную пощечину.

– А если я все-таки заберусь к тебе в спальный мешок, то ты меня прогонишь?

Я зажмурилась. Ну, вот зачем говорить это таким искушающим голосом? Я не железная, а лоно уже как два века чахнет без ласки. Боги, о чем я думаю?

– Может о твоих методах мне ничего не известно, но зато ты знаешь мои. Боль, это первое, что ты почувствуешь. – Или я, когда Манон окажется во мне. – Тьфу, блядь.

– Понятно. – Снова шуршание. – Голодна?

Надеюсь, он спрашивает о еде, а не о… болтающаяся в голове, порнография, начинает выбешивать.

– А что у тебя есть из еды?

– А что ты хочешь? – медленно выпустив воздух сквозь зубы, я приказала себе заткнуться и не придавать каждому сказанному демоном слову, извращенный подтекст. Снова шорох и очень близко. – Есть вяленная свинина. – Я развернулась на живот, выпучив на придурка глаза. Кто ему позволил пододвинуть ко мне свой долбаный мешок? Лично я, не давала такого разрешения. – Что?

– Ты, слишком близко.

– Боишься, что не сможешь сдержаться и начнешь ко мне приставать?

У меня отвисла челюсть. Да, как он… я? К нему? Приставать?

– Вообще-то, это ты можешь ко мне приставать.

– Это предложение? – с наглой ухмылкой, парировал говнюк.

Стоп… что я только что сказала? Ну, еб вашу…

– Заткнись. – Выхватив у него из рук пачку с закуской, я зубами разорвала упаковку. Сунув в рот ломтик вяленого мяса, я почувствовала огромное количество соли, но при этом, вкус был совсем неплох. – Ммм, на вкус, как ты. – Манон закашлялся, метнув на меня удивленный взгляд. Он, как и я, лежал на животе… пытается задушить хозяйство собственным весом? – В смысле, как демон.

– Ты и своему бывшему любовнику угрожала?

– Иверу, что ли? – ой, ну, что за тема для разговора? – Неа. – Не тогда, когда думала, что у нас могут быть серьезные отношения. Начнем с того, что ублюдок был моим первым мужчиной, и случилось это незабываемое событие, как только я стала бессмертной. Сирены достигают его к двадцати годам, так что я праздновала не только совершеннолетие, но и полное обращение. Ивер стал моим подарком в красивой упаковке, и я бездумно отдалась ему. Правда, спустя полгода, он рассказал, что не против делить меня с другими демонами и хотел бы за этим понаблюдать. Только представьте мою реакцию. Естественно, я отказалась. Так мы и разбежались. А вообще, стыдно признаться, но за…. сто восемьдесят лет, у меня было всего два партнера. После Ивера, я обходила мужчин стороной, но как-то за пару лет до Морталес, напилась и переспала с… черт, кто же это был. Кажется, варг. Точно. Я зависала в ковене нимф, а он там со своими братьями ошивался. Так и получилось. – Я угрожаю только тем, кто меня бесит. Не вижу смысла пугать мужчину, который может доставить мне удовольствие.

***

– Я могу доставить тебе удовольствие. – Слова вырвались прежде, чем я осознал, что сказал это вслух. Иви ничуть не была удивлена моим заявление, продолжая жевать вяленое мясо. – Тебе понравиться.

– Не набивай себе цену, демон. Не впечатляет.

А то я не видел, как Иви смотрела мне на член. Она его чуть взглядом не проглотила, а я испытал все оттенки судорог, пока ее дерзкий язычок пробегался по пухлым губкам. Так что, не у меня одного проблемы с либидо, у сирены оно хромает и пострашному. Так пялятся только те дамочки, у которых секс ассоциируется с концом света. То есть, хрен пойми когда.

– Как давно ты была с мужчиной?

Сирена перестала жевать, бросив на меня хмурый взгляд.

– И мы снова возвращаемся к нашим баранам. Собираешься заполнить суточный пробел?

Суточный? То есть, Иви спала с каким-то мудаком до того, как я ее поймал? Тогда, почему я не почуял от нее запаха другого мужчины? Пусть это был смертный, но их вонь, я уж точно распознал бы. Опять она врет.

– Что если да? – я ожидал язвы, но вместо этого, она сунула мне в рот кусок мяса.

– Трескай свининку, демон. Ты еще пригодишься.

– В качестве сопровождающего?

– А ты думал иначе? Тебе заплатили, чтобы ты приглядывал за моей задницей, а не пристраивался к ней.

Проклятье. Она права, но ничего не могу с собой поделать. Хочу ее. До боли в кишках. И она тоже меня желает. Ее взгляды, аромат… черт, даже сейчас я чувствую запах ее возбуждения, хотя Иви упорно отрицает очевидные вещи. Потому что остерегается ошибиться, как и с бывшим любовником? Но, я не такой. Я никогда и ни с кем не буду ее делить. Сирена будет только моей женщиной. Я выдохнул, откатившись на спину и подложив под голову руку.

– Чего это ты притих? Обиделся что ли?

– Спи.

– Да, как тут усне…

– … спать. – Приказал я, и ее голова тут же рухнула на мягкую подстилку.

Повернувшись к девушке, я откинул упавшую ей на лицо прядку волос за плечо. Возможно, мне не стоило торопиться и выкладывать ей свои намерения. Наверняка, она не привыкла к этому… да, ладно? Кого я обманываю? Иви – само очарование в шипастой упаковке. Прямолинейна, бесстрашна и сквернословит на каждом шагу. Ей плевать на окружающих. Она не стесняется выражать свое мнение, как и не боится говорить, что обо мне думает. Такой… я хмыкнул… тонкой натуры, я прежде не встречал.

Женщины, с кем я пересекался, делились на два вида: распутные и чересчур сдержанные, в обоих случаях, в итоге, они сами вешались на меня. Мне даже не приходилось ничего делать. Как говориться – пальцем поманил и собачонка, радостно высунув язык, бежала к хозяину. Сирена же… она не перестает меня удивлять. Кажется, что она соблазняет тебя, но при этом, ее глаза пылают яростью. Скромность? Хм. Обманчивое предупреждение перед атакой.

Я снова выдохнул, проведя пальцем по ее плечу. Иви повела им, недовольно что-то проворчав себе под нос. Ладно, красавица. Я дам тебе неделю принять факт, что ты нуждаешься во мне. Неделя. И если спустя семь дней, все останется прежним, я отступлю. Я улыбнулся. Неа. Ни за что. Я потрачу дни, месяцы, годы, чтобы ее соблазнить. Она моя. Инстинкт это сразу понял в отличие от меня.

Когда Иви улеглась на спину, склонив голову в мою сторону, я с благоговением изучал черты ее лица. Нежная. Боги, она такая нежная и хрупкая, хоть и притворяется сильной. Не удержавшись, я коснулся пальцем ее губ. Гладкие, мягкие… так манят. Хочу ее губы. Хочу поцеловать ее. Хочу, чтобы она тоже этого хотела. Склонившись к сирене, я слегка поводил носом по ее щеке, медленно спускаясь к уголку губ, а затем, прикрыв глаза, мягко прижался к ее губам. Иви выдохнула. Кончик ее языка выскользнул, не потому что моя ласка пробудила девушку. Скорее, это было интуитивным действием, и она облизала губы, потому что в палатке стало слишком жарко, но от краткого контакта, я едва не извергнулся.

Черт. Резко отшатнувшись, я также спешно вылез из спального мешка. Эрекция напряглась, став каменной. Вены вздулись, а головка натужилась от перенапряжения. Столько предсемени я не выделял еще ни с одной женщиной. У кого-то повышается слюноотделение, а у меня спермоотделение и все из-за сирены.

Ох, милая, если ты не примешь меня, я сотру ладони в порошок. Я и так обхожусь без этого чертову неделю. Едва уговорил Лорэн на секс, что по своей сути… смешно. Черт. Она постоянно твердила, что меня интересуют только две вещи – работа и близость. Боги, Лорэн не могла произнести «секс», чтобы ее не передернуло, но демонам он нужен. Секс нужен всем, а нам в особенности, потому что без него, мы становится куда агрессивнее и опаснее. Я уже начинаю терять контроль. И что в итоге? Оставшиеся дни до Морталес, я убил на дрочку и порно. Зашибись?

Одевшись, я присел на корточки перед сваленной в кучку, одеждой Иви. Выдохнул. Подхватив нижнее белье, я одергивал себя оттого, чтобы не прижать ажур к носу и не вдохнуть запах сирены. Лишний раз себя драконить – лучше сразу кастрируйте.

Разложив еще влажные вещи на полу, я потянул молнию на палатке вниз, высунув рожу. Чертов дождь никак не унимается. На траве образовались глубокие лужи. Стволы деревьев приобрели темно-коричневые цвета. Небо окрасилось во все оттенки серого. На сколько часов или дней мы тут застряли? Застегнув молнию, я вернулся на свое место, вытащив из мешка фляжку. Выпить бы, но это хреновая идея. Надо оставаться трезвым, а то мало ли, случиться неожиданности, а я в неадеквате. «Огненная вода», она такая – бьет по шарам, как бейсбольной битой. Сильно. Резко и без промедления. Откинув крышечку, я позволил себе вдохнуть едкий запах алкоголя. Брррр. Жестко. Закупорив фляжку, я покрутил ее в руках.

Иви спрашивала, есть ли у меня памятные вещи?

Есть. Эта самая фляжка, но она не принадлежала родственнику. Владельцем был пропойца, дебошир и мой учитель – Игор.6 Или как его все называли – «Старый Дьявол». Старый, потому что ему было две тысячи лет, а дьявол… Игор был из тех, кто любил жесткий мордобой, дешевую выпивку и падших женщин. Он говорил, что самая искренняя женщина это та, которая познала грех во всех его проявлениях. Шлюх, Игор боготворил.

Мое первое впечатление об учителе? Как вообще я с ним связался?

Почти, случайно.

Иви не в курсе, в какой семье я родился, но узнай она, то незамедлительно бы обчистила их дом. Хм. Да-да. Мои родители богачи. Многоуважаемые господа. Сливки высшего общества. Аристократы. Я рос среди роскоши и вкушал изобилия. Я не знал, что такое голод, бедность и проблемы. Ничего из этого. У меня с самого рождения было все, что я захочу. Хах. Не только у меня, но и у Нилосса. Этого придурка до сих пор устраивает роль любимого сыночка, когда я стал для родителей позором. Почему? Потому что отказался от всего этого.

По началу, меня все устраивало. Взрослея, я наслаждался красивой жизнью, девушками, и дорогими вещами, но все это было фальшью. Я понял это к тридцати годам, когда речь зашла о женитьбе. Родители хотели, чтобы я увеличил капитал нашей семьи, женившись на дочери какого-то крутого банкира. Ну, не знаю. У нас и без этого было до хрена денег, учитывая, что отец держал «ферму» Алтиорцев по поиску и сбыту драгоценных камней, так что я считался самым завидным женихом. По старшинству, конечно. Нилосс был вторым, но от этого, охотницы за состоянием не прекратили покушаться на его свободу.

Короче, я не собирался жениться на той, кого не люблю и не считаю своей. Зачем тратить время на женщину, с которой не будешь счастлив? И мое мнение, конечно же, было разнесено в пух и прах. Отец пришел в бешенство, надрываясь, что я неблагодарный сукин сын и что у меня нет стыда и совести. Мол, из-за моего тупого упрямства, я упущу выгодный вариант… но для кого? Для них? Верно. Они же судят по себе, потому что их союз, тоже сделка. Дьявол, до сих пор бесит их отношение к браку: наплюй на любовь, на чувства. Только одна вещь должна тебя волновать, это сколько нулей прибавляется каждый день. Пф. И что из этого всего выйдет? Когда два человека выказывают на людях, что обожают друг друга, но на самом деле бездушные, жадные до денег, мертвецы, все это дерьмо обречено на провал. Я уверен, если кто-то из них подавится косточкой, второй и бровью не поведет, чтобы спасти жизнь, а я не хочу так. Мне нужны настоящие эмоции и хрен с ним, даже если это гнев, по крайней мере, он реальный. Любовь, страсть, боль, слезы, прикосновения… я нуждаюсь в этом… но семье не понять.

В общем, выдержав еще пару веселых лет, я сказал себе – с меня хватит.

Я достиг бессмертия. Достиг предела терпения и если останусь хотя бы еще на день, то укокошу отца.

Дождавшись сумерек, я покинул отчий дом.

Долго шатался по Алтиору, пока не забрел в какой-то зачуханный кабак. Внутри царила совершенная иная атмосфера, нежели та, к которой я привык на изысканных раутах. Бренчащая музыка резала слух. Гомон голосов и смеха, смешивался с грохотом перевернутых столиков и ударами. Казалось, никого не волнует, что посетители устроили драку, а наоборот забавлялись пьяным представление. В воздухе воняло мочой, кислым алкоголем и женскими духами. Убранство… да, уж откуда в такой дыре взяться шику, когда полы – это деревянный настил, а стены из бетона? За дверями, со второго этажа, доносились женские крики и стоны.

Так и есть. Бордель.

Опять же, если я и посещал подобные места, то они ничем не уступали королевским покоям. Эта же коробка, была наполнена развязным весельем, лютой яростью и неумолимой похотью.

Демоны. Что с них взять?

Сев за стойку бара, я оглядывался по сторонам, ловя на себе угрюмые взгляды клиентуры. Ладно. Моя одежда была слишком вычурной для такого падшего места. Слишком дорогой. Да и я был чересчур ухоженным. Наплевав на излишнее внимание, я заказал у бармена виски, как рядом со мной увалилась огромная туша с засаленными волосами. От него несло женщиной, будто демон только что застегнул ширинку и спустился промочить горло. Косясь на мужчину, я ждал неприятностей. Очевидно же, что ублюдок подсел ко мне не просто, потому что не было свободных стульев, а чтобы размять кулаки. Когда он положил их на прилавок, я подумал – ни хрена себе. Да, они размером с мою голову. Пропустишь удар и твоя черепушка превратиться в кровавое месиво.

Демон выдохнул, велев бармену налить мне «Огненной воды». Будучи привилегированным, я слышал, что подобный алкоголь пьют либо нищие, либо злостные пьяницы. Единственный доступный, сваренный кустарным способом, а его состав не является загадкой, но он всегда меняется. Короче, ядреная вещь и я впервые попробовал его именно в тот день. Глотка горела, как адово пламя, а мозги поплыли. И это только с одной стопки. Потом была вторая, третья… на пятой, я конкретно угорел.

В итоге, демон ухватил меня за шкирку и вытащил на улицу. Я едва стоял на ногах. Меня штормило во все стороны. Тошнота накатывала, но я держался, чтобы не сблевануть. Затем, он спросил мое имя, я ответил заплетающимся языком – «Манон». Демон снова спросил, знаю ли я значение своего имени? Я покачал головой, а он ответил – «Мятежный, ожесточенный», но, по его мнению, я никчемный кусок дерьма. Холенный сукин сын, который приперся сюда, чтобы выказать другим свое неуважение. Я ответил, что он не прав. Признался, что меня тошнит от роскоши. Что я сбежал из золотой клетки. Демон зловеще улыбнулся, протянув – «Так ты золотой мальчик. Веди к своему дому».

И я привел. Начал орать, клича своего отца. Когда папаня с матерью выскочили из своих комнат, на их лицах отразился ужас и крайнее отвращение. Так смотрят на дерьмо, прилипшее к подошве ботинка. На протухшее мясо, над которым вьются трупные мухи. Но, тогда, я совсем ничего не соображал, что-то бормоча себе под нос, а демон, снова схватив меня за шкирку, язвительно спросил отца – «Это твой сынок, аристократишка? Видишь, в каком он плачевном состоянии. Едва держится на ногах». Помню, что рожа отца покраснела от возмущения. Он заорал, требуя убраться нам к чертовой матери, на что мой будущий учитель заявил с тем же ехидством – «Если хочешь спасти своего обожаемого мальчика и вернуть обратно, плати. Как надумаешь, найдешь меня», но отец, брюзжа слюной кричал, чтобы мы немедленно покинули его дом, пока он не вызвал стражу.

Папаша не заплатил.

Он даже не обратился к Террору с просьбой арестовать моего «похитителя».

Он ничего не сделал.

ГЛАВА 9

Резко сев, я метнула взгляд на спальный мешок рядом с собой. Манона нет? Сбежал, когда я собиралась высказаться, чтобы он впредь не усыплял меня. Не имеет права! Так, стоп. А если он сделал это, чтобы меня… я пощупала себя, прислушиваясь к ощущениям. Вроде ничего не болит. Уффф. Откинув одеяло, я подползла к аккуратно сложенным стопкой вещам. Тю, какой заботливый! И все равно меня это не растрогает. Лед не тронется, придурок, пока на мне ошейник, а ты приказываешь. Быстро одевшись и сунув ноги в ботинки, я выскользнула из палатки.

Ооох… ночь. Иссиня-черное небо с россыпью ярких точек. Легкая дымка, будто вуаль, укрывает такую же яркую луну. Воздух прохладный и влажный после дождя. На траве островками, собрались лужи, и в них отражается небо и звезды.

Красиво, конечно, но, куда подевался демон? Я огляделась. Не мог же он уйти и оставить меня здесь? Или мог?

– Проснулась?

Я подпрыгнула, услышав его голос позади. Он вышел из-за дерева… ясно, почему. Варианта два: либо дрочил, либо облегчал мочевой.

Кстати о последнем… я бы тоже не отказалась метнуться в кустики.

– Сколько времени я спала?

– Четыре часа.

Всего лишь? А ощущается, будто я провалялась до следующей ночи.

– Понятно. – Я вытянула шею, высматривая подходящее местечко для уединения.

– Если надо в туалет, то там безопасно. – Манон указал на то самое дерево, где сам недавно справлял нужду.

– Я не пойду туда, где ты уже пометил территорию. – Еще мне не хватало лицезреть «акварель» на стволе и вдыхать запах его мочи.

– Брезгуешь? – хмыкнул он.

– Да.

– Дело твое. Я пока соберу палатку. Пора выдвигаться.

Обогнув Манона, я прошла чуть дальше от дуба, прячась за высоким кустом. Стянув шорты и трусы, я присела на корточки, настороженно прислушиваясь к шумам. Клянусь, если говнюк сунется ко мне в момент, когда я писаю, то убью кретина. За спиной раздался шорох. Я оглянулась, застопорив струю. В полумраке, лесные трущобы напоминают черные тени, и среди них, невозможно что-либо разглядеть. Надо было пошарить в чудо-сумке и найти фонарик.

– Провались оно все. – Тряхнув головой, я расслабилась. Ну, или попыталась. Мочиться на природе – не мой конек. А вдруг в меня залезет какая-нибудь пакость? Опустив голову, я следила за тем, чтобы вокруг меня ничто не шевелилось и не ползало. Не приведи господь, как говорят смертные, чтоб меня атаковали насекомыши. Закончив, я быстренько оправила одежду, выходя из укрытия. К этому моменту, Манон, уже впихивал свернутую в рулон, палатку. Хотела бы я заиметь себе такую сумочку. В нее куча интересных вещиц вместиться. Едва я открыла рот, собираясь спросить, куда идем, как что-то плотное обвило мою лодыжку, слегка потянув назад. Я застыла, опустив глаза вниз. Змея? Лиана? Мистер… Фантастик?7 Крик вырвался из груди, а затем клацнули зубы, когда неизвестная тварь неожиданно резко дернула меня за ногу, так что я плашмя шмякнулась всей массой на землю и с той же огромной скоростью потащила за собой. – Что за хрЕЕЕЕНЬ!? – чем бы это ни было, но оно не собиралось меня отпускать. Все же угодили в задницу проблем. Еще монстров нам не хватало. Возможно, это самое чудовище с длинными руками, сожрет меня, а кости использует, как зубочистки.

Ну, чем не смерть для сирены, стать чьим-нибудь ужином?

Впереди раздался рев демона, смешанный с грохотом и треском. Преследует нас? Очень хорошо, да толку от этого? Монстряк не очень-то нежен со своей добычей и ему плевать, что мое тело то и дело натыкается на ветки, камни и… даааа… пару раз я врезалась ребрами и головой в стволы деревья. Под черепом звенит. Ободранную в кровь кожу нещадно жжет. Рот забился травой. Цепляться за что-либо, чтобы удержаться бесполезно. Быстрее без рук останусь, нежели спасусь. От очередного удара по ребрам, я выплюнула сгусток крови. Плохи дела. Кажись, до пиршества я не доживу. Окажусь на блюде полудохлой тушкой, любовно украшенной зеленью…

Неожиданно, меня отшвырнуло назад. Тело прокатилось по грубой, как наждак, земле, а затем приземлилось костьми на что-то шуршащее. Песок? Мы на пляже? Вернулись туда, с чего начали путь?

Сквозь звон в ушах, я слышала рев демона, хлесткие удары, треск, шелест и шипение волн. Земля подо мной содрогалась. Из-за толчков, мое тело подкидывало в воздух, причиняя еще больше боли при падении. Что-то колючее и мокрое летело в лицо. Пару раз меня окатило волной, обжигая воспаленные раны. Со всех сторон, что-то падало. Грохот с землетрясением продолжался несколько минут, а затем раздался истошный вопль, не похожий ни на человеческий, ни на звериный.

Все затихло. Мгновенно.

С трудом разлепив веки, я различила быстро приближающийся черный силуэт с выступающими из головы рогами.

Манон? Он убил монстра?

– Иви? Иви, ты слышишь меня? – его голос сошел до звериного, но даже в нем, я улавливала панику. – Мать твою! Очнись! – он зачем-то дергал мою ногу, а потом приподнял голову, уложив себе на бедра. – Пожалуйста, Иви, открой глаза! Слышишь?! Ты должна открыть глаза! – разве я не смотрю на него? Я же вижу его смазанное лицо. Темнота, но на фоне нее, пылает два адских пламени. Я умерла и попала в преисподнюю? – Маленькая, ты должна очнуться! Скажи что-нибудь! – зачем так орать? Я все слышу, но не могу ответить. Глотку разъедает от крови. Язык распух, а дышать… боги, кости впиваются в легкие, усиливая агонию. – Ты должна исцелиться!