Пылающая пижма

Пролог

„Есть женщины, способные обладать таинственной силой, неземной красотой, управлять стихией огня или воды, заколдовывать, умерщвлять или воскрешать.. Их называют ведьмами. Но несмотря на магию, жизнь колдуний очень коротка. Знакомая ведьма сказала, что каждой отмерен срок - 25 лет, если она не заплатит свою цену за жизнь….

Но пока не об этом.

Ведьмы с детства отмечены особым знаком: глаза их удивительного цвета. У кого-то словно лёд - прозрачные, у кого-то ярко красные, чьи-то жёлтые, а у кого-то фиолетовые…Причины такой аномалии доподлинно неизвестны. Божественный ли это замысел или всё-таки наказание самого дьявола..? Ведьмы в свою очередь, делятся на разные группы. По моим наблюдениям, есть наиболее могущественные (обладающие «ледяными» глазами), а некоторые менее (в основном, их радужка жёлтая). Мне довелось пообщаться с одной из колдуней (я упомянул её ранее) достаточно тесно и она сказала, что избавиться от проклятия (они называют его именно так) можно лишь с помощью жертвоприношения.. Объектом, преданным к смерти должна стать невинная девушка, не обладающая способностями.. и чем красивей она будет, тем больше шансов, что Эллейсис (представляешь, у них есть свой дух, которому они поклоняются) примет жертву и избавит ведьму от мучительной смерти, а гибель всегда трагична (по крайней мере, так утверждала та женщина). Как должно к этому относиться, я не знаю. Продолжаю исследовать эту тему. Бумаги мало, чернил тоже. Когда смогу обратиться в следующий раз, не могу сказать. Прощай.

Храни тебя Бог. С любовью,

“

Имя и дата стёрты. Но письмо и известие о ведьмах живо по сей день…

Трясущиеся руки красивой девушки с волосами цвета летнего дуба, держали желтый листок, постепенно впитывающий солёные капли, спрыгивающие со светлых и мягких щёк читательницы.

На столе лежала коричневая, кожаная книга, наполненная тайнами. И рядом лежала ещё целая стопка таких же жёлтых листков, которые ждали своей очереди.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1

На восходе девятнадцатого столетия в эпоху тяжёлую для страны Тэлисстения жизнь обыкновенных людей была несладкой. Семьи, пребывавшие в большинстве в нищете, искали избавления от бедности любыми способами. Семья Грэддис, состоящая из Камиллы и Генри, и их дочери Айви, была не исключением. Камилла вышла замуж за Генри от большой любви, однако оказалось, что муж её эгоистичный и неспособный заботиться о близких людях. Жизнь Камиллы ,с детства излюбленной родителями, с каждым годом всё стремительнее приближала её и дочь к преисподней. Настрадавшись от вечных пьянок Генри и отсутствия денег, женщина решила выдать Айви замуж за того мужчину, который сможет обеспечить дочери достойную жизнь. Такой мужчина нашёлся быстро, благодаря красоте девушки. Её серые глаза, светлые волосы цвета карамели, точёное лицо, белёсая кожа сделали своё дело. Эдмунд Трюкс - сын влиятельного купца, имеющего огромное по тем меркам состояние, впервые осмотрев Айви, похотливо улыбнулся и сказал:

– Берём.

Вскоре сыграли свадьбу. Айви браком тяготилась и мужу отдаваться не желала. У девушки, вынужденной спасать свою семью с помощью средств мужа, были совершенно другие цели на жизнь. Мечтала она стать пианисткой и посвятить свою жизнь музыке. С самого раннего возраста слух маленькой Айви улавливал незаметные звуки, которые не слышал никто, в голове сплетались ноты и мелодии растекались, словно весенний ручей.. Бескрайнее воображение девушки выстраивало удивительные мелодичные композиции, ассоциирующиеся в основном с природой.. Например туманное, розоватое утро звучало высокими, спокойными нотами, сладкими словно мёд; а дождливый вечер звучал трагично, с До и Ми в доминанте и окрашен был печальным пафосом…

Грезила юная Айви перед сном о том, как она в лиловом бархатном платье, подчеркивающем и без того стройную талию, с белой кружевной вставкой на груди, с жемчужными серёжками и цветком в волосах, сидит за белоснежным роялем – кладезью её счастья и сладострастной музыки – в красивом зале с белыми колоннами, руки её в бесконечном переплёте сливаются воедино с клавишами, скользят то по белым полосам, то по чёрным… Зрители плачут, слушая душевный порыв, крик, все переживания, вылившиеся

в музыку.. Последнее движение по клавишам сопровождается восторженными голосами зрителей, цветами, аплодисментами, похвалами и криками :„Браво!“…

Не слава интересовала Айви, не популярность. Она мечтала делать людей счастливыми, поддерживать их своей музыкой, дарить свои чувства, радовать и вдохновлять.

Но жизнь растоптала сладкие мечты, приносящие краски счастья в гнетущую картину суровой реальности…

* * *

Эдмунд оказался человеком похотливым, эгоистичным, и несмотря на богатство, на редкость жадным. Не видела Айви благополучной жизни, а любви тем более. Муж делал всё для себя и заботился о своём комфорте… Ночи с Эдмундом были для Айви сродни каторге или долгому молчаливому пути на эшафот, сопровождавшемуся тяжёлым вдохом, который ожидает конца, чтобы покинуть лёгкие…

Однажды, в пасмурный прохладный день, накинув тёмную накидку, по краям с меховой отделкой, в сером платье и забранным пучком, Айви пошла на рынок. Девушка упросила мужа отпустить её одну сбегать за продуктами, чтобы хоть на 20 минут сбежать от супруга и давящей атмосферы богатого дома…

Заворачивая в светлый переулок, осаженный липами, Айви засмотрелась на молчаливое величие деревьев.. Ни вычурных залов, ни огромных мраморных статуй, ни звериных шкур, никакой пошлой атрибутики купеческих домов той эпохи.. Тэллистения с 1780х годов захлебнулась в появившихся купцах, которые считали себя царями и диктовали свои условия; возомнили они, что могут купить всё и всех.. Городок Зестерн (именно в нём проживают Айви с мужем и родители девушки) особенно оброс этими дельцами.

Продолжая смотреть на кроны лип, девушка почти дошла до рынка. Завеяло мессой запахов: нектар фруктов, смешанный с солёностью рыбы; переплёты пряных ароматов из булочной и резких из химической лавки ударяли в нос и заставляли заткнуть его платком. Пройдя мимо прилавка с душистыми и ароматными специями, у Айви потемнело в глазах. Ознобом пробежали по коже мурашки, рухнул холодный пот, плетеная небольшая корзинка тотчас выпала из похолодевших рук и на земле столкнулась с хлебными огрызками, которые добродушные люди оставляли бездомным собакам. А следом за корзинкой свалилась без чувств и сама Айви.

– Господи, что ж это такое делается? – удивлённо заохали в один голос женщины, по локоть испачканные в муке подле булочной лавочки с подносом свежих пышек.

– Это же Айви Трюкс! Супруга Эдмунда Трюкса! Подымите её быстрее, ихний муж у меня фиалковый лосьон закупает, – крикнул торговец, чей прилавок был наполнен косметическими продуктами.

– Погоди ты, разорался, окаянный! Она вон, кажись, сама встаёт вроде, – ответил мужчина в грязном фартуке с пятнами мясной крови.

Айви и вправду открыла глаза, начала было опираться на слабые руки, но в голове снова зазвенело и, прикрыв ладонью болевшие глаза, откинула голову с тугим пучком на землю.

Вскоре подбежали торговцы в наиболее чистых одеяниях, привели Айви в чувства, напоили водой из деревянной миски, дали понюхать пробку от крепкой настойки на рябине, которая сразу вернула девушке рассудок.

– Спасибо, большое вам спасибо, не знаю уж, что на меня нашло…, – привыкшая оправдываться за каждое действие, Айви со слезами поблагодарила неравнодушных людей.

– Что вы, госпожа, главное, чтобы ваше самочувствие улучшилось! Припадок, наверняка от этого смрада, который тут окутал местность.

– У нас-то порою бошка загудит от приятных ароматов.. хе-хе , – подбадривающе сказал мужчины лет сорока, держащий в руках бутылку с настойкой.

Айви выпила ещё воды и поплелась домой. Холодная вода и постепенное утихание зловония улучшили её состояние. Корзинка девушки так и осталась пустой.

Женщина из булочной лавки, смотрящая на уменьшающееся серое пятно с чёрной вершиной, заинтересованно, с доброй порцией желания сплетен, сказала своей помощнице:

– Чего это она средь бела дня-то? Молода, здорова, погода сегодня сказочная, солнца этого проклятого не видать-то наконец, сожгло уже! – на минуту вглядевшись в даль и упустив серую кляксу, додумала – Никак беременна! С мужем-то уж палгода вместе-то! Ха-ха-ха! Ох, молодость..