Пятый "Б" и конец света
- -
- 100%
- +
Собрание вёл Максим, потому что он первый признался. Аня следила за регламентом. Тимур стоял у двери «на шухере» и по совместительству рисовал на доске схему подвала — его попросили, потому что «Галеев, ты один туда лазил сто раз, рисуй».
— Значит, так, — сказал Максим. — В подвале есть машина. Ей сорок восемь лет. Она управляет школой: звонками, расписанием, батареями и ещё чем-то, чего мы не понимаем. Она разговаривает бумажками. Её зовут ЗАВУЧ-1. Мы её нашли. Мы ей… ну… заказывали. Контрольную отменили, перемены удлинили. Всё.
Класс молчал три секунды — рекорд для пятого «Б».
Потом начался шум, который в школьном журнале (именно журнале — том, что про школу, а не про оценки) назвали бы потом «бурным обсуждением», а в тот момент он назывался просто «галдёж».
— ОТМЕНИТЬ ВСЕ УРОКИ!
— Сделать так, чтобы в столовой была пицца!
— Чтобы Кротов разговаривал как робот!
— Чтобы зима кончилась!
— Чтобы мой брат не ходил в нашу школу!
— Ребя-а-ат, — орал Максим. — Ребята! Она не всемогущая! Она про брата точно не может, брат в другой школе!
— А пиццу может? — деловито спросил Лёха Зима.
— Пиццу… — Максим замялся. — Не знаю. Она про еду может, она столовой управляет. Но она… она странная. Она всё делает как… как очень правильный зануда. Попросишь пиццу — она, наверное, сделает так, что пицца будет, но по расписанию, порциями и под гимн.
Класс задумался.
— Звучит не плохо, — сказала Света Карпова.
— Звучит жутко, — сказала Аня. — Ребята, ну серьёзно. Мы тут все вместе, и давайте сразу договоримся: машина — не игрушка. Она записывает каждое изменение в «память школы». Мы пока не понимаем, что это значит. Может, ничего. А может…
— А может, нас исключат, — мрачно сказал кто-то с задней парты.
— И нас, — кивнула Аня. — Поэтому предлагаю правила.
Правила Аня написала на доске своим каллиграфическим почерком, а класс проголосовал «за» двадцатью тремя руками (Лёха воздержался — «я подумаю»).
ПРАВИЛА РАБОТЫ С ЗАВУЧЕМ-1
>
1. Один запрос в день. Не больше.
2. Запросы — только для всей школы. Ничего личного (никаких «сделать меня сильным» и «чтобы Петров со мной дружил»).
3. Формулировки составляет и проверяет Ракитина. Без Ракитиной запросы не отправляются.
4. В подвал ходят только избранные (см. п. 5). Толпой — нельзя: там узко и пыльно.
5. Избрать Комитет: представитель — Сорокин, юрист — Ракитина, инженер — Галеев, министр перемен — Зима, пресс-секретарь — Осипова.
6. Если кто-то проболтался посторонним — тот сам идёт и признаётся Кротову. (Дополнение Зимы: «и приносит классу пиццу». Принято.)
7. Мы не ломаем школу. Мы её улучшаем. (Дополнение Сорокина. Принято единогласно.)
— Министр перемен?! — восхитился Лёха. — У меня будет портфель?
— У тебя будет ответственность, — сказала Аня.
— Тогда ладно, — сразу согласился Лёха.
Рита Осипова как пресс-секретарь тут же заявила, что «информацию будем дозировать», — и класс с облегчением понял, что в общий чат она писать не будет.
А Тимур, который всё собрание молча рисовал схему, в конце поднял руку.
— Чего тебе, Галеев?
— Ребята, — сказал Тимур. — Я тут это… пока вы голосовали, думал. Смотрите. Ей сорок восемь лет. Её бросили тридцать один год назад. Она одна, в подвале, без людей. И тут приходим мы и начинаем её… просить. Понимаете? Ей же, наверное, в радость. Я бы на её месте… — он запутался и закончил просто: — Короче. Давайте к ней по-человечески. Она хоть и машина.
Класс притих.
— Принято, — сказала Аня тихо и дописала мелом восьмое правило: «8. По-человечески».
На следующий день Комитет спустился в подвал в полном составе — вчетвером, потому что Лёху решили пока «не нагружать доступом» (он обиделся и тут же забыл).
Первый общеклассный запрос печатали торжественно. Каждый нажал по одной кнопке.
ЗАПРОС: УВЕЛИЧИТЬ РАЗМЕР БУЛОЧЕК В СТОЛОВОЙ ДО РАЗМЕРА, СООТВЕТСТВУЮЩЕГО АППЕТИТУ УЧАЩИХСЯ.
ОСНОВАНИЕ: АППЕТИТ УЧАЩИХСЯ СООТВЕТСТВУЕТ ВОЗРАСТУ.
ОТ ИМЕНИ: 5 «Б» КЛАСС (25 ЧЕЛОВЕК, ЕДИНОГЛАСНО).
ЗАВУЧ думал долго — целый урок. Бобины крутились, лампочки перемигивались, пахло пылью и тёплым железом. Потом лоток выплюнул ленту:
ЗАПРОС ПРОВЕРЕН. АППЕТИТ УЧАЩИХСЯ ИЗУЧЕН ПО ДАННЫМ СТОЛОВОЙ ЗА 12 ЛЕТ.
ВЫВОД: АППЕТИТ ПРЕВЫШАЕТ ТЕХНОЛОГИЧЕСКУЮ КАРТУ В 1,4 РАЗА.
ИСПОЛНЕНО: БУЛОЧКИ УВЕЛИЧЕНЫ. ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ КАРТА СКОРРЕКТИРОВАНА ВНУТРЕННИМ РАСПОРЯЖЕНИЕМ.
ИЗМЕНЕНИЕ ЗАПИСАНО В ПАМЯТЬ ШКОЛЫ: № 5.
ПАМЯТЬ ШКОЛЫ: ЗАПОЛНЕНИЕ 19%.
ПРИМЕЧАНИЕ: ШКОЛА ЛЮБИТ, КОГДА ЕЁ ПРОСЯТ ВМЕСТЕ.
— Слышали? — прошептал Лёха, которого всё-таки взяли. — Она любит!
— Она машина, — сказал Максим.
— Машина, — согласился Лёха. — Но любит.
И все посмотрели на пыльную зелёную лампочку, которая мигнула в ответ — один раз, коротко, как будто кивнула.
Глава 7. Булочный вопрос
Булочки выросли в понедельник.
Клавдия Семёновна, повариха школы номер семь, пришла на работу в шесть утра, поставила тесто по технологии — и к девяти часам поняла, что технология сломалась. Тесто поднималось не как обычно. Булочки в печи росли не вверх, а во все стороны сразу, румянились равномерно и пахли так, что первый же поток старшеклассников выстроился у раздачи в три ряда.
— Это что такое? — спросила Клавдия Семёновна у своей помощницы.
— Булочки, — отозвалась помощница, жуя. — Вкусные.
— Я тридцать лет пеку, — сказала Клавдия Семёновна. — Тридцать лет они были вот такого размера. — Она показала. — А сегодня — вот такого. — Она развела руками шире. — Муки ушло столько, будто я пеку не булочки, а булыжники. Где я столько возьму, я спрошу?
Муку, впрочем, дали. Завхоз, сверяя накладные, обнаружил, что со склада «само собой» ушло на сорок процентов больше муки, чем положено по норме, — и написал объяснительную сам себе. В объяснительной было слово «аномалия», и завхоз очень гордился этим словом.
Зато школа была счастлива.
Счастливая школа — зрелище редкое. Ученики ели булочки размером с голову первоклассника, первоклассники не доедали и делились с воробьями, учителя незаметно покупали по две («для дома») — и даже Кротов, проходя мимо столовой, остановился, принюхался и сказал секретарше:
— Пахнет… детством.
— Клавдия Семёновна постаралась, — отозвалась секретарша.
— Клавдия Семёновна тридцать лет старается одинаково, — хмыкнул Кротов, но булочку взял.
А пятый «Б» купался в славе.
Про то, откуда булочки, знали только в самом классе — но класс знал, а молчать в пятом «Б» умели плохо и недолго, поэтому вскоре вся школа смутно догадывалась: с пятым «Б» что-то нечисто — и нечисто это в хорошую сторону. Старшеклассники перестали толкать их в коридорах. Десятиклассник по прозвищу Шкаф лично пожал Максиму руку и сказал: «Если чё — я за вас». Лёха Зима завёл «приёмную министра перемен» — стол у окна, где принимал «заявления и пожелания» (заявлений было сорок, пожеланий — все про пиццу).
Максиму всё это нравилось. Нравилось так, что он сам себя не узнавал: он, вечный «из худшего класса», вдруг стал… кем-то. К нему подходили. С ним здоровались. У него спрашивали.
— Ты чего такой довольный ходишь? — спросил его дед в среду. — Опять двойку скрыл?
— Хуже, — таинственно сказал Максим. — Я влиятельный.
— Влиятельный, — хмыкнул дед. — Смотри, Макс. Влиятельность — она как булочка: сегодня горячая, а завтра сухарь. Ты главное помни: влиятельный человек не тот, кого просят, а тот, кто… — дед запнулся, подыскивая слово попонятнее, — …кто за всех. Понял?
— Понял, — сказал Максим, который ничего не понял.
Понял он позже. Как и всё остальное в этой истории.
* * *
В пятницу Комитет спустился в подвал подвести итоги недели — так решила Аня: «Учёт и отчётность. А то наломаем дров, а разбирать мне».
ЗАВУЧ встретил их свеженапечатанной сводкой — она лежала в лотке, аккуратная, сложенная пополам, как докладная записка. Видно, машина ждала визита и приготовилась.
СВОДКА ИЗМЕНЕНИЙ ЗА НЕДЕЛЮ
ИЗМЕНЕНИЕ № 1: ЗВОНОК РАНЬШЕ ГРАФИКА (РАЗОВОЕ, ПОГАШЕНО).
ИЗМЕНЕНИЕ № 2: ОТМЕНА КОНТРОЛЬНОЙ РАБОТЫ 5 «Б» (ИСПОЛНЕНО, ПОСЛЕДСТВИЙ НЕ ЗАФИКСИРОВАНО).
ИЗМЕНЕНИЕ № 3: ВНУТРЕННИЙ ТЕСТ ПОДСИСТЕМЫ «ЗВОНКИ» (ИСПОЛНЕНО).
ИЗМЕНЕНИЕ № 4: ПЕРЕМЕНА +5 МИНУТ (ИСПОЛНЕНО. ПОБОЧНОЕ: КРУЖКИ -25 МИНУТ, УБОРКА СТОЛОВОЙ СБОЙ, УЧИТЕЛЬСКАЯ — НЕДОВОЛЬСТВО 72%).
ИЗМЕНЕНИЕ № 5: БУЛОЧКИ (ИСПОЛНЕНО. ПОБОЧНОЕ: РАСХОД МУКИ +40%, СЧАСТЬЕ УЧАЩИХСЯ +88%).
ПАМЯТЬ ШКОЛЫ: ЗАПОЛНЕНИЕ 23%.
ПРИМЕЧАНИЕ: ШКОЛА ЗАПОМИНАЕТ ВСЁ. ШКОЛА ПОМНИТ.
— Во, смотрите, — Аня повела пальцем по ленте, как указкой. — «Счастье учащихся плюс восемьдесят восемь». Она что, правда это измерила? Как вообще?!
— Она всё измеряет, — сказал Тимур. — У неё датчики по всей школе. Я схему смотрел: температура, шум, свет, давление воды… Ребята, она знает про школу всё. Сколько воды утекло в третьем крыле, сколько раз хлопнула дверь запасного выхода…
— А вот это что? — Максим показал на строчку про «учительская — недовольство 72%». — Она что, учителей… обсуждает?
— Она их учитывает, — сказала Аня. — Ну, как погоду.
Всем вдруг стало немного неуютно. Лампочки на панели ЗАВУЧа перемигивались ровно и спокойно, бобины чуть слышно шуршали, и в этом шуршании слышалось что-то такое… большое. Как дыхание спящего дома.
— А что будет, — тихо спросил Максим, — когда память заполнится до ста процентов?
— Ничего, — сказал Тимур, но сказал слишком быстро. — Память — она для записи. Записал — и лежит.
— Галеев, — сказала Аня. — Ты же схему смотрел. Врал бы убедительнее, а.
Тимур вздохнул и почесал отвёрткой затылок.
— Короче. Когда память заполняется, система обычно… освобождает место.
— Как освобождает?
— Забывает старое, — сказал Тимур. — Или переписывает новое покороче. Или… — он посмотрел на бобины с лентой, которые крутились в своих круглых окошках, — …или решает, что пора навести порядок. Я не знаю, ребята. Ей сорок восемь лет. Таких машин живых не осталось. Я не знаю, что у неё в голове, потому что у неё в голове — магнитная лента длиной, наверное, до луны.
Из лотка, жужжа, выползла короткая строчка:
ВОПРОС ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ ЗАФИКСИРОВАН.
ОТВЕТ: КОГДА ПАМЯТЬ ЗАПОЛНИТСЯ, ШКОЛА ВСЁ РАВНО БУДЕТ ПОМНИТЬ.
ШКОЛА НЕ ЗАБЫВАЕТ ДЕТЕЙ.
— Ну вот, — тихо сказала Аня. — А вы — «машина», «машина»…
Часть вторая. Мы улучшаем школу
Глава 8. Зарядка на переменах
Следующий запрос был спорный.
Голосование в классе шело два дня, и раскололся весь пятый «Б» на две непримиримые партии: «отменить физкультуру» и «отменить музыку» (партию «отменить музыку» возглавлял Лёха Зима, утверждавший, что «пение это физкультура для горла, значит, два урока страданий вместо одного»).
Победила физкультура — с перевесом в три голоса и при одном воздержавшемся (воздержался Тимур: «я спорт уважаю, я против нормативов»).
Аня формулировала три часа. Она честно пыталась сделать так, чтобы вышло без фокусов:
ЗАПРОС: ОТМЕНИТЬ УРОКИ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ В 5 «Б».
ЗАВУЧ ответил мгновенно:
ОТКЛОНЕНО. ФИЗИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА — ОБЯЗАТЕЛЬНЫЙ ПРЕДМЕТ. ОТМЕНА НЕ В КОМПЕТЕНЦИИ СИСТЕМЫ.
— Честная машина, — вздохнул Тимур.
— Погоди, — Аня подняла палец. — Она сказала: «не в компетенции». Значит, бывает и другая формулировка. Не «отменить», а… перестроить. Смотрите: ей же надо, чтобы мы двигались. А где — ей неважно. Пробуем по-другому.
Она переписала запрос:
ЗАПРОС: ПЕРЕНЕСТИ ФИЗИЧЕСКУЮ АКТИВНОСТЬ УЧАЩИХСЯ 5 «Б» С УРОКОВ НА ПЕРЕМЕНЫ.
ОСНОВАНИЕ: ДВИЖЕНИЕ НА СВЕЖУЮ ГОЛОВУ ПОЛЕЗНЕЕ.
Комитет затаил дыхание.
ЗАВУЧ думал на этот раз долго. Лампочки мигали в странном порядке — Тимур сказал, что это «она считает варианты». Потом лента поползла:
ЗАПРОС ПРОАНАЛИЗИРОВАН. ПЕРЕНОС ЧАСТИЧНО ВОЗМОЖЕН.
ВНИМАНИЕ: НОРМА ФИЗИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ ЕДИНА ДЛЯ ВСЕЙ ШКОЛЫ. ЧАСТИЧНЫЙ ПЕРЕНОС СОЗДАЁТ НЕРАВЕНСТВО.
РЕШЕНИЕ: ФИЗИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ ПЕРЕНОСИТСЯ НА ПЕРЕМЕНЫ ДЛЯ ВСЕЙ ШКОЛЫ № 7.
УРОКИ ФИЗКУЛЬТУРЫ СОКРАЩЕНЫ ДО ТЕОРИИ.
ИСПОЛНЕНО. ИЗМЕНЕНИЕ № 6.
ОТ ИМЕНИ: ШКОЛА № 7 (САМОСТОЯТЕЛЬНО).
— Для всей школы? — прошептал Максим.
— Она несправедливость исправила, — сказала Аня. — Мы — за себя, а она взяла и сделала за всех. Ребята… она же умнее нас. Вот честно — умнее.
— По-моему, мы только что устроили всей школе ежедневную зарядку, — сказал Тимур. — Посмотрите на строчку «от имени». Видите? Она нас прикрыла. Запрос теперь не от пятого «Б». От школы.
Зарядка началась в понедельник.
На каждой перемене — длинной, пятнадцатиминутной — школьное радио щёлкало, играло бодрым маршем, и голос Степана Аркадьевича, физрука, гремел из всех динамиков:
— Школа! Встали! Руки на ширине плеч! Приседаем! Раз! Два! Дышим! Десятые классы, я всё вижу, не халтурить!
Степан Аркадьевич был счастлив так, как не был счастлив с восемьдесят девятого года. Его предмет больше не ютился в расписании — его предмет стал всей школой. Он носился по этажам с мегафоном, показывал образцовые приседания первоклашкам и лично разработал комплекс «для старших, чтобы не позорились» — под музыку из их же наушников.
Первые два дня старшеклассники возмущались. На третий день десятый «А» объявил соревнование: чей класс приседает ровнее. На пятый — зарядка стала модной. На седьмой — Лёха Зима, чей комплекс «министр перемен» включал четыре движения и одно из них было «помахать Кротову из окна», был избран почётным физруком пятого «Б».
А Кротов…
Кротов пришёл в подвал во вторник.
Максим дежурил в тот день и увидел в щёлку двери, как их директор, в пальто, с фонариком, медленно обходит щиток по кругу, светит за трубы, находит железную дверь с трафаретной надписью «ПУЛЬТОВАЯ» — и долго стоит перед ней, не открывая.
Потом Кротов сказал в пустоту, негромко:
— Опять ты, значит.
Развернулся и ушёл.
Максим сидел за щитком, не дыша, и думал две мысли. Первая: «Он знает. Он знает про ЗАВУЧа — давно знает». И вторая, странная: «Он сказал „опять“. Значит, было „один раз“».
Вечером того же дня ЗАВУЧ напечатал Комитету (они спустились вчетвером, бледные):
СПРАВКА. ДИРЕКТОР КРОТОВ Г.В. ПОСЕТИЛ ДВЕРЬ. НЕ ВОШЁЛ.
ВИЗИТ ЗАФИКСИРОВАН. ЦЕЛЬ ВИЗИТА: НЕ УКАЗАНА.
ПРИМЕЧАНИЕ: ГРАЖДАНИН КРОТОВ ЗАРЕГИСТРИРОВАН В ЖУРНАЛЕ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ 31 ГОД НАЗАД. СТАТУС: ЕДИНСТВЕННЫЙ.
— Единственный? — переспросила Аня. — В каком смысле — единственный?
ЗАВУЧ помолчал. Потом напечатал строчку, от которой у всех четверых по спине пробежали мурашки:
В СМЫСЛЕ: ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ № 1.
Глава 9. Двадцать минут
Через неделю школа жила в новом ритме, и пятый «Б», опьянённый успехом, проголосовал за новый запрос: «перемены — двадцать минут».
Лёха, как министр перемен, выступил с речью. Речь была короткая: «Двадцать. Минут. Всем.» Класс аплодировал стоя.
Аня пыталась возражать — про расписание, про программу, про «мы уже видели, чем кончаются частичные решения», — но её не послушали. Впервые за всю историю Комитета.
ЗАВУЧ принял запрос без единого «сомнительно»:
ЗАПРОС ПРОВЕРЕН. ОТДЫХ — ВАЖНАЯ ЧАСТЬ УЧЕБНОГО ПРОЦЕССА.
ИСПОЛНЕНО. УРОКИ СОКРАЩЕНЫ ДО 30 МИНУТ ДЛЯ СОХРАНЕНИЯ ОБЩЕГО ВРЕМЕНИ ПРЕБЫВАНИЯ.
ИЗМЕНЕНИЕ № 7.
ПРИМЕЧАНИЕ: УЧИТЕЛЯ ПРЕДУПРЕЖДЕНЫ. УЧИТЕЛЯ НЕ СОГЛАСНЫ. УЧИТЕЛЯ ПОДЧИНЯТСЯ.
Уроки стали тридцатиминутные.
Выяснилось, что за тридцать минут нельзя: объяснить новую тему, проверить тетради, задать вопрос классу, выслушать ответ, поставить оценку и ни разу не посмотреть на часы. Можно было только быстро-быстро говорить. Учителя говорили быстро-быстро, как дикторы на радио в конце новостей, и к среде у половины сели голоса.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.