У крайней линии

2

Денисов в сопровождении Малого внимательно осмотрел сначала жилые помещения, затем служебные – в последних назначение аппаратуры и оборудования было пока не совсем понятно.

– Комиссар, – сказал он. – У вас, галактиан, конечно, есть возможности, чтобы быстро научить всех нас пользоваться этими машинами…

Они стояли возле крайнего космолета. Про себя Виктор уже называл его «кораблем». Так было привычнее.

– Конечно! – Малой все время шевелил носиком, и это выглядело уморительно. «К этому придется как-то привыкнуть и ни в коем случае никак не выказывать своего отношения к внешности представителя галактиан», подумал Денисов.

– А как вы вообще собираетесь всех нас привести, так сказать, к общему знаменателю? – спросил он семенящего рядом комиссара, не перестающего пошмыгивать носом. – Одному, например, 80 лет – это по нашим меркам глубокий старик! А вторая – вовсе ребенок!

– Вам не стоит об этом думать, – ответил комиссар. – Каждый из людей-землян, прежде чем попасть сюда, пройдет преобразование. Сначала их перенесут на другую планету – это место находится очень далеко отсюда, и именно там сосредоточено то, что вы называете медициной – там работают наши исследователи, следящие за здоровьем граждан.

Понимаете, все пространство нашел содружества – все семь Галактик – находятся в особом поле – это поле не только содержит информацию, но и способно обеспечивать выполнение всех основных функций, свойственных нам, галактианам. Это поле обеспечивает регенерацию клеток и устойчивый их метаболизм на длительный период времени, посредством этого поля осуществляется мгновенное перемещение галактиан и различных материальных объектов внутри пространства содружества…

– Подождите! – перебил его Денисов. – Значит, за пределы пространства, занимаемого семью Галактиками, вы перемещаться не можете?

– Не можем! Снаружи нашего пространства – не можем! Но зато внутри мы перемещаемся не только в пространстве, но и во времени. И еще множество самых разных функций выполняет это поле – можно быстро возводить строения, создавать новые различные конструкции, механизмы, аппараты, биологические объекты…

– Как-то все это очень уж непонятно…

Малый уже не шевелил носом – он рассказывал столь увлеченно, что все его волнение прошло.

– На самом деле все не так уж сложно! – говорил он. – Ну, представьте, в компьютерном центре сидит оператор. И с помощью клавиатуры он совершает все, о чем я говорил. Ведь поле пространства – и носитель информации, и носитель энергии, необходимой для созидания, и одновременно – оно же является собственно программой, обеспечивающей преобразования пространства и энергии. Конечно, по командам оператора.

Собственно, на самом деле это не совсем компьютер, но он выполняет и функции, свойственные вашим земным ЭВМ. Поэтому давайте называть эти наши аппараты «галакомпами» – вы ведь так сокращенно называете свои ЭВМ? «Компы»? Ну, а наши в отличие от земных пусть будут галакомпами.

– Давайте! – согласился Денисов. – Но мы отвлеклись. Так как вы сумеете уравнять возрастные возможности, уровень образования, наконец, обеспечите каждому из нас необходимые знание, умения и навыки работы в космосе?

– Все просто! – ответил комиссар, вновь несколько раз шмыгнув носом. Денисов, кажется, понял, что когда его собеседник начинает шевелить носом – это признак беспокойства, волнения этого существа. – Сейчас все члены вашей команды находятся на планете с медицинскими исследователями. Наши исследователи будут внимательно изучать состояние и особенности здоровья каждого, затем произведут изменения на клеточном уровне, и придадут всем примерно одинаковое возрастное состояние организма – наиболее оптимальное для работы. И в дальнейшем оно будет автоматически поддерживаться полем пространства. Одновременно каждый из ваших товарищей…

– Подождите, но среди них есть подросток, а Софья – вообще ребенок!

– Подождите, Вик, я все скажу! Так вот, все взрослые будут избавлены от плохих привычек, от нежелательных пристрастий – к алкоголю, табакокурению…

– Что, вообще?

– Ну, зачем? Я же говорю – от плохих привычек! То есть постоянного курения, злоупотребления алкоголем! Например, Майкл Удомо – он ведь отличный системный программист! Но одновременно – вор, то есть преступник! Так вот, способности к владению галакомпом ему усилят, а стремление и привычку воровать – устранят! Или Адамов, ваш соотечественник. Он прекрасный хирург, но – опустившийся человек, и алкоголик. Навыки медика ему оставят и усилят, а вот все остальное – устранят. И так будут обследованы и как бы улучшены все остальные…

А вот с детьми – сложнее. Наши исследователи сказали, что они могут убыстрить внутриклеточные процессы и Соня как бы вырастет – но только до уровня, когда завершается в основном физическое формирование человеческого организма…

– Примерно 13—14 лет?

– Да! Далее, говорят исследователи, человеческий организм уже только совершенствуется и улучшается, постепенно развиваясь до взрослого.

– То есть Соня и Пуран Лал Деп будут продолжать расти и изменяться, в отличие от нас, взрослых?

– Конечно! Пока формирование их организма не завершится уже на взрослой стадии.

– Ну, хорошо! Но вы ведь все это делаете без их согласия! И вы надеетесь, что они после этого будут спасать вас?

– А в чем вы видите проблему? Откажутся – значит их перенесут назад на Землю в то же мгновение, в котором они исчезли! И заметьте, именно в момент материализации на Земле они вновь станут самими собой! Соня – 10-летней девочкой, Марук Русли – глубоким стариком, которому осталось жить всего несколько лет…

Денисову вдруг пришла в голову мысль – а почему они не взяли…

– Послушайте! – сказал он. – Ведь не Земле есть еще какая-то старушка, кажется, девяностолетняя, почему вы не привлекли и ее в команду? Если восьмидесятилетний Русли – подошел вам, и вы сказали, что наша команда из 13 человек – это необходимый минимум для работы, то почему же…

– У Индиры Лакшми из Индии, к сожалению, произошли необратимые внутриклеточные возрастные изменения. и она не может быть преобразована, – ответил комиссар, вновь шмыгнув носом. – Иногда и мы бываем бессильны… А вот с Русли нам повезло…

– Так, ладно! – Денисов поднял вверху руку. – С этим как будто, понятно. Но как быть с тем, что у одних из них уровень знаний высок, а другие – это же просто-напросто неграмотные крестьяне? Как быть с этим?

– Все сделают наши исследователи! Необходимый объем знаний они обеспечат каждому – ведь и разум, и знания, которыми обладаем мы все – это результат протекания внутриклеточных процессов! А вот умения и навыки работы в космосе – это может быть достигнуто только в процессе практической работы! Для этого мы и оборудовали тренировочные кабинеты! Хотя в сущности, ничего сложного в работе с нейтрализатором нет!

– Давайте выясним все до конца – что это такое?

– Специальное кристаллическое (вроде металла) соединение, способное аккумулировать Дзенно-излучение и тем самым защищать от проникновения этих частиц в наше пространство! Вам предстоит создать сеть, паутину из нейтрализатора на пути потока Дзенно-частиц, а пустоту между клетками сети заполнить пылеобразным нейтрализатором. Дзенно подобны электронам – они будут задерживаться пылью, по сетям переноситься в контейнеры со стенками из нейтрализатора и там аккумулироваться, накапливаться. А затем вы будете вышвыривать заполненные контейнеры за пределы Крайней Линии. Вот и все!

– То есть мы должны будем установить преграду в виде сети и пыли в пространстве и наладить автоматический выброс заполняемых контейнеров…

– Ну, примерно, так. Хотя все будет несколько более трудоемким. Мы хотели бы, чтобы вы установили несколько слоев сети… Для большей надежности защитной системы…

– Ладно, допустим! А кто будет закрывать защитными системами планеты Жванов?

Малый споткнулся. Они шли теперь по сосновому лесу (соснами для простоты решил называть эти псевдохвойные растения Денисов), как бы прогуливаясь. Воздух был чист и наполнен каким-то ароматом – наверное, запахом сосновой смолы, внутри леса было прохладно, и их невольно заполнило чувство, сродни состоянию покою.

– Планеты Жванов? Но это совсем в другом районе Содружества! Там работают сейчас галактиане – ведь поток Дзенно еще не скоро достигнет этого сектора пространства! Вам предстоит работать совсем в другом месте, непосредственно у Крайней Линии, в месте ее пробоя…

Все это время Денисова поражало какое-то ощущение нереальности. И одновременно – неестественно четкое восприятие происходящего, и какая-то внутренняя н о в ь.

Например, он словно бы испытывал чувства, которые время от времени обуревали его собеседника.

Тряхнув головой, Денисов отбросил все эти мысли, решил отложить их «на потом» и сказал:

– Пойдемте в жилой блок – так у нас в России называют жилые здания. Нам нужно подготовить помещения всем членам отряда.

Через некоторое время он ходил по коридору, останавливался перед дверями и выкрикивал комиссару очередное имя. Комиссар тем временем возился у галакомпа в помещении Информатория – именно оттуда он с помощью клавиатуры ЭВМ производил необходимые изменения. Почему-то своим наручным прибором он пользоваться не стал.

На дверях как по волшебству появлялись белые таблички с номерами комнат и обозначением хозяина помещения:

1

П У М А

(Нижони)

2

К А Р Л

(Хильдебрандт)

И так далее. Последняя по коридору дверь украсилась табличкой под номером 13 и наименованием «В И К». А на первых дверях сразу от входа появились таблички «ИНФОРМАТОРИЙ» и «КАЮТ-КОМПАНИЯ».

Своя жилая комната была и у комиссара. Хотя он и пытался убедить, что будет жить дома, на своей планете, откуда будет являться «к месту службы» по утрам и убывать обратно поздно вечером.

– Нет уж! – отрезал Денисов. – Мы тут будем на казарменном положении, а коли вы – член команды, будете вместе с нами.

– А кстати! – спросил комиссар Малый, когда увидел, что номера на табличках следует не по порядку – у Виктора должна была получиться комната с номером «15». – Почему вы взяли себе именно тринадцатый номер?

– У нас на Земле почти везде число 13 – считается несчастливым. Как, наоборот, счастливыми считаются цифра 3, 7 и 12.

– Но почему? – не унимался галактианин.

– Это связано с религией. В одной нашей религии у бога было 13 учеников, и один из них – тринадцатый – предал своего учителя, и бога по имени Иисус убили.

Предателя прокляли на вечные времена, а число 13… – в общем, это конечно же, суеверие, и ничего больше! И тем не менее, пусть уж помещение с тринадцатым номером будет за мной!

Кстати, давайте посмотрим, где и как будут жить члены команды!

Каждое помещение состояла из двух комнат (вторая – спальня) и туалета с ванной. Пока никакой мебели не было, и Виктор попросил комиссара «создать» в каждом номере по стулу. И затем самолично разнес комплекты формы для каждого и положил ее на стулья. А возле стула поставил по паре ботинок.

– Комиссар! – крикнул он, выходя в коридор. – Где вы?

– Я связывался с нашими медицинскими исследователями, и они сказали, что все земляне уже подготовлены – они находятся пока в преобразователях, и прямо оттуда будут перемещены сюда, к нам. Как только вы решите, что все готово к их прибытию.

Некоторое время Денисов и галактианин потратили на оформление второго корпуса – служебного и тренировочного. Таблички украсили помещения тренажерных, кабинетов командира отряда и комиссара, штаба, зала заседаний.

Денисов про себя поражался продуманности и предусмотрительности, которую проявили галактиане, оборудуя базу.

Столы в зале заседания все были снабжены персональными ЭВМ, так что во время общего совещания каждый мог получить любую информацию самостоятельно, как говорится, тут же, не отходя от места.

Штаб был оборудован большим галакомпом, таким же, как и Информаторий.

Тренажерные были как индивидуальными, так и общими. В первых могли отрабатывать навыки работы узкие специалисты, а в общих – полностью экипажи космокораблей.

В помещении столовой стояли сложные агрегаты (судя по всему, для индивидуального заказа каждым любимых блюд – за ними была самая настоящая земная кухня с электроплитой, посудой на стенах и навесными ящиками для хранения продуктов. Открыв один из них, Виктор с изумлением увидел пачки натурального кофе в зернах, причем судя по запаху – высокосортного.

А когда разносил форму, то обратил внимание, что она была разного размера.

– Ну что ж, – сказал он, когда возвращался с комиссаром от ангара с кораблями. На них были теперь номера от «1» до «4», а на пятом корабле, кроме номера – надпись «КОМАНДИР». – Значит, члены отряда лежат в преобразователях и ждут моей команды? А кстати, почему меня не подвергли проверке и преобразованию?

Внутренне ощущение удовлетворения сменилось ощущением радости и одновременно – чего-то, смахивающего на иронию. И он услышал при этом, как довольно зафыркал его спутник.

– Вы не нашли времени, чтобы посмотреть на себя в зеркало, командир! – довольным тоном ответствовал ему Малый.

Денисов сразу прибавил шагу. Он действительно не смотрел на себя в зеркало – хотя вот только что и «ревизовал» ванные комнаты своих будущих бойцов.

Он смотрел на свое отражение и касался пальцами волос то на голове, то на груди.

Это был теперь не совсем он. Молодой мужчина с темными густыми волосами на голове, с мускулистым торсом, недурственно развитыми бицепсами рук, широкими сильными плечами.

Лицо осталось, конечно же, его лицом, но с поправкой на возраст.

«Могли бы нос-картошку переделать во что-нибудь другое, симпатичное…» – подумал он.

– Мы сделали вас эмпатом, – негромко сказал неслышно подошедший сзади Малый. – Вы можете ощущать переживания других существ. Но не беспокойтесь! – И он поднял перед собой ручки. – Эта ваша способность управляемая, вы сами решаете, нужно ли вам чувствовать ощущения других, или нет! Некоторые исследователи хотели сделать вас телепатом, но другие сказали, что это создаст ситуацию неравноправия – другие скажут, что и они хотят читать мысли. Но это всем вам ни к чему, поэтому мы остановились на варианте эмпата. Такой способности вряд ли будут завидовать ваши товарищи…

И еще – в вас заложены все знания, которыми теперь, после трансформации, обладают другие земляне. Мы думаем, что вы, как командир, должны знать все, что знают ваши подчиненные.

Помолчали. Виктор тем временем стал надевать свою форму.

Это были темно-синие брюки и такая же куртка, с нашивкой на груди «ДЕНИСОВ», голубыми отсвечивающими погонами с большой звездой на каждом из них.

На рукаве была нашивка «КОМАНДИР».

– Можно вопрос? – спросил комиссар, с любопытством наблюдая, как Денисов подпоясывается ремнем с кобурой пистолета «ТТ». – Зачем вам личное оружие? У нас в Содружестве уже давно вообще нет оружия…

– Это – часть формы, – ответил Виктор. – Раз мы военный отряд, все атрибуты военных должны быть обязательно! А вот почему вы не спрашиваете, по какой причине я настоял, чтобы наш отряд был именно военным?

– Да, почему?

– Потому что наша планета заражена так называемой демократией. А это означает, что всякий раз, когда нужно будет решать какую-то проблему, мне придется сначала несколько дней убежать всех, потом – каждого, а он будет ссылаться на свои права и требовать то выборов командира, то решать голосованием, кто с кем будет находиться в одном экипаже. И мы не то, что не сумеем сделать работу, мы к ней и приступить не успеем! Вы же видите, что отряд – сборный, в нем представлены все расы Земли, различные эволюционные культуры, уровень образования – от неграмотных крестьянина и ныряльщика за раковинами-жемчужницами – до профессиональной разведчицы, а также врача, адвоката, учительницы…

И никакой роли не играет, что вы дадите им нужные знания. Я смогу сплотить их в боевую единицу только с помощью военной дисциплины и четких команд, которые необходимо исполнять! Без рассуждений!

Вот так-то, господин комиссар!

– И последний вопрос – зачем вам родительница Сони?

– Она будет поварихой – это важно, это будет создавать ощущение того, что мы дома, а не на немыслимом расстоянии от своей планеты.

Кроме того, кто-то должен присматривать за подростками!

– Ну, – сказал Виктор, когда они, обсудив всё, вышли на лужайку перед служебным блоком, – теперь я готовлю. Давайте-ка сюда моих новых подчиненных!

Только что они были одни – и вот на лужайке уже целая толпа народа! Сначала раздались негромкие, затем – все более крепнущие возгласы изумления, а затем все перекрыл громкий крик: «Мама!», в ответ: «Кто ты, девочка?»

– Мама, это я, Соня! – тоненькая фигурка девочки-подростка бросилась к миловидной русоволосой женщине, но та оттолкнула ее:

– Та ну, девочка! Ты не Соня, Соне девять лет!

Виктор шагнул к ним, схватил руками Софью, прижал ее к себе, и стал шептать на ухо:

– Соня, успокойтесь! Вы просто стали более взрослой! А мама этого пока не поняла! Успокойтесь!

Он включил свои свойства эмпата и стал воздействовать на чувства встревоженного и испуганного ребенка.

– Где мы? – все чаще раздавалось вокруг. Виктор чувствовал волну возбуждения и начал воздействовать на всех, успокаивая и задавая общий позитивный настрой.

– Внимание! – сказал он. – Перед вами два здания. Пройдитесь по ним, посмотрите надписи на дверях, загляните в комнаты. А после этого я предлагаю собраться всем вместе в жилом корпусе в столовой…

– А почему мы говорим на русском языке? – вопрос, конечно же, задала Бай Юньпень – лейтенант разведслужбы государства Тайвань.

– Просто потому, что ваш командир – русский! Это – я! Потому, что вам придется на время всем стать военными! Наконец, потому, что мы получили задание – и чтобы его выполнить, все мы должны хорошо понимать друг друга!

Но призванными на службу вы станете, как только наденете такую же форму, какая надета на мне. А до этого я предлагаю собраться и все обсудить в столовой. Итак, у вас есть 15 минут, после которых я буду ждать всех вас.

Виктор повернул голову назад – все это время Малый предусмотрительно прятался у него за спиной.

– Сделайте им всем часы! – попросил он комиссара. И через несколько секунд раздались голоса нового изумления – появившиеся на запястьях часы были непривычной формы и с необычным циферблатом.

– И вот что! – громко сказал Денисов. – Найдите каждый свою комнату и там в ванной обязательно посмотрите на себя в зеркало! А потом приходите в столовую!

И сказал, обращаясь к комиссару:

– Пойдемте! Им не потребуется пятнадцати минут! Как только они увидят себя в зеркале – они не придут, прибегут в столовую!

Глава 5-я