Три встречи

Им очень нравились пейзажи, открывающиеся из окна вагона, которые постоянно сменялись: то березовая чаща рябила перед глазами, то река сверкала вдали, то плыли цветочные луга. Я тоже смотрел на необычайную красоту этого мира, наслаждаясь своим путешествием.

Сказать честно, больше всего я ждал в окне лишь одну картину – изображение ромашкового поля. Да, березы тоже радовали мой глаз, и холмы, и реки, но вид ромашек наполнял мое сердце счастьем. Я час просидел в ожидании, но ромашками и не пахло, второй – тоже.

И вот наконец-то появился огромный луг цветов с белыми лепестками, которые тотчас напоминают снежинки в зимнюю метель. Я так вдохновился их нежной красотой, что мне ударились в голову строки:

Стоит ромашка посредь поля

И ждет когда ее сорвут,

Не знает, будут ли сегодня

Или до завтра подождут.

Стоит и в бурю, в дождь, и в солнце,

Стоит, когда по ней бегут.

Потом лишь вянет на оконце

В девичьей радости плену.

И вот она жила полгода,

Росла и пахла на лугу,

Но тут сорвал лихой мальчонка,

Придав лишь вид живой цветку,

Чтоб была счастлива девчонка

И чмокнула его в щеку.

После обсуждения пейзажей попутчики нашли новую тему для беседы – щи Людмилы Ивановны. Как сказал Антон Павлович: «Это лучшие щи на планете». Они так аппетитно описывали это блюдо, что я не выдержал и направился в вагон-ресторан, где собирался отужинать. Пройдя несколько тамбуров, я попал в вагон, который на удивление был совсем пустой.

Он выглядел очень уютно и комфортно, однако из-за жары были открыты окна, из которых доносились удары колесных пар о стыки рельс, что доставляло массу неудобств, но, слава богу, они были завешаны шторками, и хотя бы яркое солнце не светило в глаза. На потолке горели светильники, которые были расположены по прямой, один за одним, обеспечивая светом весь вагон. Столы были слева и справа, по пять размещены на каждый ряд. Вокруг столов были мягкие сиденья. На каждом столе расстилалась белая скатерть, на которой находились графины, наполненные водой. Также на столах лежали приборы и салфетки, а посередине меню.

Там сидел один юноша лет двадцати пяти, высокого роста, это можно было понять по тому, что сидеть за столом ему было неудобно, так как его колени упирались в стол. Темноволосый молодой человек со шрамом на щеке. Видно было, что он при монете, так как на столе у него было изобилие закусок. Заняв столик напротив, я уселся на сиденье и взял в руки меню. Там было много разных блюд, но я не знал, что выбрать, поэтому решил обратиться за помощью к попутчику.

– Извините, не могли бы вы подсказать, что выбрать на ужин?

– Да, конечно. Из того, что я попробовал, могу вам порекомендовать рыбный суп, он достаточно неплох.

– Не подскажете, что входит в состав супа?

– Присаживайтесь ко мне, я все равно один, познакомимся, и я заодно посоветую вам, что лучше заказать.

– Благодарю.

– Меня зовут Серафим Разин. А вас как звать?

– Я Михаил Солдаков.

– Очень приятно, что вы захотели поужинать со мной. Так вот, я рекомендую взять рыбный суп, а вот куриный паштет лучше не брать, дрянь редкостная. Вагонные слуги хорошо всучивают несдобную еду, так что его лучше не брать, как и куриную ножку. А на второе возьмите куриный пирог, а к нему пиво, ну или чай, тут уже берите то, что вы больше предпочитаете.

– Меня заинтересовал морс, что вы думаете, стоит взять?

– Ничего не могу сказать, сам еще не пробовал. Но мне скоро должны принести, попробуйте у меня, я все равно все не выпью. Мне, помимо морса, еще чай должны принести, так что помогайте, сам я не управлюсь.

– Спасибо.

Позвав вагонного слугу, я заказал все то, что посоветовал Серафим: рыбный суп, куриный пирог и чай. Кроме этого, я взял еще свиных ребрышек. Слуга удалился, а мы продолжили разговор.

– Можно поинтересоваться, кем вы являетесь по профессии?

– Я с детства приучен помогать людям, поэтому решил, что пойду по стопам родителей и стану врачом. Мне удалось добиться своей цели. А вы, Михаил, чем зарабатываете на жизнь?

– Мне всего двадцать, я обучаюсь в институте путей сообщения, поэтому только получаю знания. Я выбрал профессию железнодорожника, так как хочу развить транспортную сферу в своих краях.

– Правильно, что пошли. Это сейчас надо нашей империи.

– Я хотел бы узнать ответ на вопрос как раз по вашей профессии.

– Слушаю вас.

– Видите ли вы, у моего друга очень больна мать. Если я не ошибаюсь, то чахотка мучает ее. Хотел бы узнать, можно ли оправиться от этого недуга?

– Михаил, к сожалению, чахотка – это новая болезнь для медицины, и пока нам, врачам, не под силу лечить это страшное заболевание. Единственное, что я вам хочу сказать насчет этой болезни, так это то, что жизнь человека зависит от иммунитета. Если иммунитет слабый, соответственно, долго человек не протянет.

– Но она болеет около семи лет.

– Тут один Господь Бог знает, сколько еще она проживет.

Серафим оказался очень вежливым и общительным человеком. Я был удивлен, так как богатым такое поведение не присуще. Мы разговаривали до полуночи, затем пошли спать. Я пошел в свой вагон, где Антон Павлович и Людмила Ивановна уже давно видели седьмые сны. Я постарался не шуметь, чтоб их не тревожить, как только прилег – сразу уснул и спал без задних ног.

Глава 5. Тульская губерния

Прибыли мы на вокзал Тульской губернии рано утром, на часах было полшестого. Солнце ослепляло мои глаза, оно только недавно вышло на светло-голубое полотно, но уже было ярким. Покинув вагон, я попрощался со своими попутчиками и сразу начал осматриваться. Сориентировался я быстро. Уже через пять минут мне удалось найти извозчика, который должен был доставить меня до трактира. Мы сразу двинулись в путь, и, чтобы не ехать молча, извозчик решил подробно рассказать о Тульской губернии. Да и я не прочь узнать что-то новое. Вначале мы двигались по Томилинской улице, которая была очень узкой, но только она вела к вокзалу, а затем свернули на Московскую, или Миллионную улицу, как называли ее местные жители. А называли эту улицу так, из-за того, что здесь селились преимущественно зареченские «миллионщики». Это были купцы и промышленники. Все дома были кирпичными, улица освещалась электричеством. Проезжая по улицам Тульской губернии, мне удалось лучше разглядеть местные достопримечательности: Тульский кремль, Благовещенскую церковь, реку Упу, Тульский оружейный завод и фабрику Баташева.

Тульский кремль был возведен по образцу Московского кремля. Внутри находятся два храма. Строительство Свято-Успенского собора было под руководством и на средства тульского купца, жаль его имя не запомнил.

Благовещенская церковь – церковь, которая находится в центре города, недалеко от кремля, и представляет собой типичный образец храма московского типа, которые были распространены на Руси.

Река Упа течет в центре города и делит Тулу на две неравные части. В начале восемнадцатого века, после постройки шлюзов, эта река была составляющей судоходного маршрута из средней России к морю по рекам Оке, Шату и через Иван-озеро к Дону. Но после строительства Петербурга и выхода к Балтике эта дорога перестала быть актуальной, зато широко использовалась для местных нужд.

Напротив реки Упы находится Тульский оружейный завод, который вооружал русскую армию пушками, ружьями, саблями и пистолями. Началом же сбора образцов оружия стал указ Петра I. По личному указу Петра I тульские оружейники стали собирать на заводе наиболее интересные и красивые образцы оружия. Тульский оружейный завод благодаря своим мастерам становится одним из лучших предприятий Российской империи.

На улице Лейтейзена находится фабрика Баташева. Она является первой паровой фабрикой в России с начала девятнадцатого века, выпускающей лучшие по качеству и отделке самовары, которые популярны во всех классах общества.

Проезжая мимо самоварной фабрики, мне захотелось выпить чашечку горячего чая, что я и собирался сделать по приезде в трактир. Проведя в пути еще некоторое время, мы добрались до двухэтажного трактира «Хива», который как раз славился своей булочной и пекарней.

Увидев вывеску «Хива», я понял, что мы прибыли к месту назначения. Здание совсем не отличалось от рядом стоящих сооружений. Оно было таким же серым, как и другие. В семь часов мы были уже около входа, где меня встречал трактирный слуга, который сразу забрал мои вещи. Перед тем как он отправился относить чемоданчик, я договорился с извозчиком, что он заберет меня завтра в шесть часов, чтобы доставить к вокзалу, перед этим дополнительно заплатив за дорогу.

Я узнал, где находится булочная. Вслед за трактирным слугой я вошел в место моего пребывания, но только он пошел прямо, где позже поднялся на лестницу, а я свернул направо, сразу почуяв запах свежей выпечки, который тянул меня к себе.

Проходя в булочную, я заметил библиотеку, которую собирался посетить на обратном пути. Булочная находилось в ресторанчике. Зайдя в ресторан, я никого не обнаружил, но через мгновение мне навстречу вышла девочка лет десяти со светлыми, как солома, волосами и большими голубыми глазами. На ней были белые штаны и рубаха навыпуск, подпоясанная красным шнуром с кистями, что свидетельствовало о том, что она работает половым в этом трактире. Девочка с узкими губами и очень широкой улыбкой была очень приветлива, ее звали Аня. Она мне сразу рассказала о положении трактира и о расписании обедов, которые были в два часа. От нее я узнал, что моя спальня находится на втором этаже в конце коридора. После этого я сделал небольшой заказ, в котором была всего одна булка с сахаром и черный чай. Через пару минут эта девочка принесла мои угощения. Я дал ей червонец, на что она ответила: