Хранители и разрушители

Сочувствующий декабристам начальник караула Зимнего дворца полковник Миллер (впоследствии полгода просидел под следствием по делу о декабристах, но был оправдан) не решился поддержать восстание. Каховский отказался взять на себя роль цареубийцы (при этом позже, на площади застрелил Милорадовича и полковника Стюрлера), и одновременно Якубович предупредил, что он не поведёт моряков на Зимний дворец, так как боится прослыть в глазах сограждан палачом.

В 7.30 в Сенате уже читали завещание Александра I и отречение Константина от престола. К 8.00 Сенат и Синод закончили присягать новому императору и разъехались по домам, началась присяга Николаю I в полках.

И лишь в 11.00 Московский полк вышел на Сенатскую площадь, выстроившись в каре, как для отражения атаки. Выступление превращалось в какую-то сумбурную импровизацию, началась не имевшая никакого смысла таинственно-бесполезная демонстрация неповиновения. Мятеж декабристов был банальной «подставой» для не связанных с планами заговорщиков простых солдат. Они выполняли приказы своих командиров, совершенно не понимая, что такое Конституция, и веря, что нельзя присягать Николаю, а Константин – законный государь, который уже подписал указ о снижении срока службы.

Перед каре появился генерал Милорадович. Выезд генерал-губернатора к Московскому полку в надежде уговорить солдат разойтись представлял собой попытку загладить вину перед императором, продемонстрировать лояльность и этим спасти свою карьеру. Он напомнил гвардейцам о славе русского оружия, показал шпагу с дарственной надписью Константина и поклялся, что тот действительно отрёкся от престола. Солдаты прекрасно знали генерала, героя Отечественной войны 1812 года, и его слова могли смутить их. Момент складывался критический для обеих сторон. И тут раздался выстрел Петра Каховского, который смертельно ранил Милорадовича. Храброго генерала, участвовавшего в 52 сражениях и не получившего ни одного ранения, сразила в спину пуля декабриста.

Восставшие по-прежнему не предпринимали никаких действий. К площади начали стягивать верные верховной власти войска. Последовала не принесшая успеха атака кавалерии, и завершилось всё пушечными залпами картечи. К вечеру в Петербурге всё было кончено, на площади остались сотни трупов.