Праздник коротких рассказов

Екатерина Адасова

Снимал Альберт маленькую квартиру на пятом этаже пятиэтажного дома. Он был первым съемщиком квартиры, отремонтированной и чистенькой, вместе с молодой гражданской женой Людочкой. Но вот теперь она первой съезжала из этой беленькой, новенькой, ухоженной квартиры. Хорошей квартиры. Казалось, что уезжая, она захватила и все приметы семейной жизни, не осталось ни ее платочков, ни ее халатиков, салфеток и чашек. В прихожей на полочке не стояли больше ее тапочки с вышитыми цветочками на бархатной ткани.

– Не получилось брака, – сказала Люда Альберту, коренастому, серьезному бывшему мужу.

– Не спеши, – отозвался он, хотя видел, что две сумки с маленькими колесиками стояли у двери.

– Я не спешу, – ответила Люда.

– Буду тебя ждать, – продолжил Альберт.

– Здесь?

– Нет, не здесь. Снимать для себя одного не буду.

Все выяснения отношений были уже в прошлом. Вон и на беленькой стене кухни можно было разглядеть следы, но слабенькие и незаметные, замытого кофе, который Людочка плеснула из чашки от злости на стену.

– Не заметят хозяева, – подумала Люда, – да, это теперь и не важно.

– Заметят, – решил Альберт, – добавят к оплате за месяц.

Сейчас Люда была совершенно спокойна. И оттого выглядела еще моложе, чем была. На фоне бежевой двери, она смотрелась ярко и даже броско. Узенькие тонкие брюки синего цвета, блузка розовая, виднелась круглым воротничком из-под стеганной, короткой бежевой курточки. Темные волосы аккуратно обрамляли широкое личико, словно были приклеены и выглядели неподвижными.

– Вон, сколько вместе купили. И стиральная машина остается, – заметил Альберт.

– Потом заберу. В сумку не положить такую машину.

– Хорошо, хорошо. Приходи, забирай.

Альберт стоял в центре комнаты под плоской люстрой. Круглый хрустальный шарик спускался к его голове, и казалось, что он сейчас оторвется и упадет в его густые волосы.

– Продам или оставлю, пока не знаю.

– Вот сколько тарелок и кастрюль. Для одного много.

– Надеюсь, что один ты долго не будешь.

Это разговор уже ничего не менял для Люды, оттого отвечала она спокойно. Но для Альберта спокойствие бывшей жены давало некоторую надежду на изменение ее решения об уходе.

– Ведь неплохо прожили целый год.

– Не целый год. Больше, чем целый год.

Конечно, хотелось Люде, чтобы их брак был оформлен. И поехала бы она на белой длинной машине в белом платье с друзьями. Как хотелось ей веселья и радости. Но сейчас, когда этого не случилось, расставаться было легко и не обременительно. Только вещи собрать, свои кофточки, брюки и платья. Все зимнее она увезла уже несколько месяцев назад к маме.

– В семье всякое бывает. Ты к маме?

– К маме. Она уже ждет. Целый год ждала. А ты?

– К своим только летом поеду. Погреться.

– Так уже лето.

– Это для вас лето. Дождь и холод. Для нас лето – тепло и виноград, персики и абрикосы. И стол у дома, и тень от беседки.

– Жаль, что я этого не увидела.

Не увидела Люда своих новых родственников, а собиралась к ним поехать. Но работа была, не оставишь, да и у Альберта дел было много, хотя его работа не была так жестко определена. Мог и утром задержаться, мог и вечером или в выходные на работу выйти.

Хотелось Альберту сказать, что скучать будет без Люды, но ведь уже сказал, что собирается ее еще немного подождать. Вот и сдерживался, чтобы вновь не начать донимать ее уговорами.

– Нет, жениться мне еще рано. Чуть-чуть еще можно подождать, – думал Альберт.

Что такое двадцать шесть лет, когда еще хочется жить легко и не обременительно. Вот и новенькая машина стоит под окнами, не своей, правда, квартиры. И Людмила очень хорошая девушка, видная, яркая. Он ростом меньше, конечно, но он уверенный мужчина. А его жене такие мужчины нравятся.

– Жаль, что не решился оформить наши отношения, – думала Людмила, глядя в черные глаза бывшего мужа.

За тонкой белой прозрачной занавеской виднелись высокие тополя, они поднимались над крышей стоящего напротив дома. Солнце, уходящее за горизонт, с трудом пробивало листву, но все же часть солнечного света проникала в комнату и ложилась желтыми квадратами на гладкий пол. Вечер, еще только наступающий, замер в безветрии. Не качался ни один листик. В окно был виден балкон, обрамленный темными железными прутьями. И эти прутья, старые и нелепые, говорили о том, что эта квартирка на пятом этаже находится в старом доме. И в этой квартире могли долгие годы жить совсем чужие люди. Но памяти о них здесь уже не было. Людмиле казалось, что это был ее первый дом, в котором она могла найти счастье.

– Не случилось, – сказала она вслух.

– Что не случилось? – отозвался Альберт.

– Это я о своем. Пока.

Дверь скрипнула. Не слышно в квартире, как Людочка спускалась по лестнице. Альбер сел на коричневый мягкий диван и включил телевизор. По экрану побежала рябь.

– Батарейки в пульте сели, – подумал Альберт, – нужно новые завтра купить.

Другие притчи и рассказы Екатерины Адасовой вы можете почитать в ее сборнике «Гирлянда минут и дней».

Инна Германчук

Сидит старик возле печки, чай попивает, фотографии старые разглядывает. На фотографиях жена с детишками то возле елки, то на прогулке. А он лишь на одной рядом – свадебной. Совсем грустно стало ему.

Слышит дед стучится кто-то в окошко. Смотрит, а там сова старая. Холодно наверно ей в такую стужу. Открыл окошко, сова и залетела в дом. Да не простая она оказалась, умела человеческим голосом разговаривать.

Спрашивает она старика:

– Почему грустишь, отец?

– Грустно мне от того, что одиноко. Никому я не нужен. Жена умерла, а сыновья позабыли. Крайне редко позвонят чтобы проверить жив иль нет. Не кому слово доброе молвить.

– Как думаешь, почему дети не хотят общаться?

– Если бы я знал. Все для них делал. Вкалывал с утра до ночи. Света белого не видел, чтобы ни в чем не нуждались. Одевал, кормил.

– А сказки на ночь читал им? А в лес по грибы ходил? Или быть может спрашивал, чем они интересуются, чего боятся, что хотят?

– Нет, а надо было? Все то сил, то времени не было.

– А сейчас хочешь того от детей, чего не дал сам?

Расплакался старик, но поздно уже было.

Тамара Ким

Шёл 1956 год. Только закончился учебный год и старшеклассников отправили на сельхоз работу в ближайшее село.

Нас, восьмиклассников, было 12 – 15 человек мальчиков и девочек. Мы собирали початки кукурузы. Девочки собирали, мальчики относили и укладывали в мешки. День был жаркий, хотелось пить. Тут кто-то крикнул:

– Здесь недалеко бахча.

– Пойдёмте к сторожу попросим пару арбузов. Может даст.

Все бросились к арбузам. Я оказалась впереди всех! Иду, вижу шалаш из камыша, сторожка, совсем близко! Но вдруг поняла, что голосов за собой почему-то не слышу. Обернулась, а никого за мной и нет! Все хором свернули прямо к гуртам арбузов.

Крикнуть не могу, – разбужу сторожа, догонять тоже нет смысла – далековато ушли, они уже почти у цели.

Откуда ни возьмись, во весь опор мчится к гуртам всадник, объездчик, охранник с нагайкой. Со всего маху стал хлестать их по спине!

Ребята рассыпались кто куда, но многим досталось по полной,

Я стояла оцепеневшая от ужаса, страха, стыда и жалости. Когда пришла в себя, нырнула в кукурузник и скрылась.

Никого не вижу, пошла к речке и там я встретила нескольких ребят. Они смывали водой кровавые ссадины. Подошли и остальные. Все молчали.

Кто спровоцировал этот шаг? Договорились же попросить, а не воровать! Один неверный выбор – и расплата не заставит ждать!

Думаю, для многих из нас, это был настоящий урок выбора пути!

Наталья Потаповская

Жил-был мальчик. Маленький, стеснительный и тихий. Когда родители развелись, он стал еще тише. Подумал, что рассорились они из-за песочного ведерка, которое осталось на детской площадке. Ведерко нашлось, а родители так и не помирились. Мальчик ничего не понял, но решил как можно меньше попадаться всем на глаза. Никому не мешал, ни с кем не разговаривал. Тихо играл в компьютерные игры. Сначала ему стала безразлична еда. Потом он перестал различать запахи, забывал мыться и ходить в школу. Перестал даже выходить из своей комнаты.

Родители были очень заняты, стараясь обеспечить ему счастливое детство. Они жили в разных домах, и мальчик жил у них по очереди. Со временем очередность нарушилась, а мама с папой запутались: каждый был уверен, что он сейчас у другого родителя. Поэтому не беспокоились.

Когда детство, согласно выплаченным алиментам, закончилось, все стали искать мальчика. Оказалось, что его давно никто не видел. Открыли комнату в мамином доме – и не нашли его. Открыли в папином доме – и ахнули.

Все пространство было окутано плотным туманом затхлого воздуха, огромные клочья пыли кружились в тощем солнечном луче, едва пробивавшемся сквозь потрескавшиеся старые жалюзи.

Пробравшись сквозь многолетний мусор, грязные вещи и заплесневелую посуду, с трудом сдерживая рыдания, папа увидел страшное зрелище: бледный, обтянутый кожей бородатый мужчина, изъязвленное лицо которого было облеплено жирными клочьями когда-то светлых вьющихся волос, бессильно жался к стене. Плотными веревками искусно сплетенной паутины он был прикован к радиатору и совсем не был похож на чудесного папиного мальчика. Полные ужаса и тоски глаза незнакомца молили о помощи. А толстый паук зловеще подмигивал лиловым глазом, поглаживая налитый кровью огромный живот. Рядом лежал разряженный телефон.

Папа развел руками: «Это не мой мальчик». Мама ворвалась следом и отпрянула с отвращением: «Мой мальчик – не такой. Это не он». Даже младшая сестра не узнала.

Все необходимые службы были вызваны незамедлительно. Неизвестного страдальца, чудом попавшего в паучьи сети, увезли для опознания. А пропавшего мальчика подали в розыск.

Много лет прошло с тех пор. Безутешные родители все еще горюют. Ведь их чудесный мальчик так и не нашелся.

Другие рассказы, притчи и байки Натальи Потаповской вы можете почитать в ее сборнике «Жизнь на Радуге».

Ирина Жук

И когда в твоей жизни появится Она, ты поймешь меня…

И Красная книга лежала на столе в оранжевой комнате, а потом они решили там поклеить зеленые обои, а книгу убрать, и случилось ужасное…

Все детство Толи прошло в сказках о Красной книге. Порой она была маленькой книжонкой, с номерами телефонов пассий дяди Вовы – и жена дяди Вовы ушла, а ведь книга мирно лежала на столе… Иногда это был заданный для чтения роман в красной обложке – и Катя, троюродная племянница тети Анны, проваливала экзамен. В любом случае, красная книга приносила несчастья.

Толя считал себя достаточно умным, чтобы принять меры. Избавился от всех бумажных книг. Обзавелся электронной читалкой в черном чехле. Не покупал ничего книжного и не принимал в подарок. Отказывался от свиданий с девушками, которые любили книги. И к своим тридцати годам Толян имел машину, лысину и стабильную работу сисадмина.

Но Красная книга порой приходила в кошмарных снах. И Анатолий Иванович решил сходить к психотерапевту, а заодно понять, почему не может жениться.

В кабинете у психотерапевта стояли полки с книгами. Ужас накатил на Толяна. Снова маленький мальчик с проклятием Красной книги! Специалист едва успокоил мужчину.

– Почему бы Вам не купить и не подарить кому-то книгу в красной обложке? Отпустить свой страх?

До проблемы женщин дойти за сеанс не успели.

И Толя купил книгу в красной обложке, послав ее курьером в подарок ненавистной даме из бухгалтерии. Пусть ее настигнет проклятие.

Через три дня дама получила повышение – застав ее с этой книгой, руководство решило, что она умнее, чем кажется. Ведь это «Улисс» Джойса.

И Толе пришлось терпеть ее благодарность…

Светлана Багрий

Студенческие годы самые прекрасные и беззаботные. Амели приехала из провинции покорять столицу. Первые дни в университете для неё были просто пыткой, казалось всё внимание и все взгляды были её.

Девушка с пышными длинными волосами, огромными глазами и чудесной фигурой привлекла внимание мужской аудитории сразу и, конечно стала центром сплетен у прекрасной половины.

Цели, как у других провинциалок – покорять мужчин с квартирой, у неё не было и в помине. Она приехала учиться и делать карьеру. Ей надо было зарабатывать на квартиру и жизнь. Её красота и самодостаточность привлекали сильных мира сего, как магнит.

И вот, после очередной победы в олимпиаде, пошла она на вручение наград и подарков. Торжественная часть университетских церемоний плавно перешла в дискотеку. А танцы были её силой. Тело было прекрасно, и все движения заставляли протрезветь любого мужчину.

В задымленном зале за столиком сидел он – тот, что не сводил глаз с неё весь вечер. Амели уже в который раз становилась к нему спиной, делая вид, что ей абсолютно все равно. Бокал шампанского на голодный желудок и постоянные недоедания сделали свою работу. И она поняла, что пора уходить.

И в какой – то момент ей показалось, что она, наконец – то избавилась от его взгляда. Но не тут – то было. Он ждал её и тоже немного волновался.

Это был тот момент, когда ты встречаешь своего человека, но всеми силами сдерживаешь свои эмоции. Александр взял ее за локоть и попросил разрешения провести домой. Они гуляли, всю ночь до утра и было такое ощущение, что они знают друг друга сто лет. Он провёл её до парадного и уехал домой.

Придя утром в университет, она везде искала его карие такие необычные глаза. Даже спустя неделю Амели помнила его тёплые руки, согревающие её ладоши. Ей было так тепло и уютно.

Она гнала мысли со своей головы и убеждала себя в том, что вот глупая размечталась. И однажды увидела возле ворот университета чёрный мерседес. Амели решила обойти, чтобы пройти в калитку возле охраны. И тут дверь авто открылась и из него вышла прекрасная дама элегантного возраста и перекрыла ей путь.

– Привет развратница и покорительница столицы! Оставь моего сына в покое. Не подходи к нему на расстояние больше километра.

Амели оглянулась. Эти все жуткие слова не могли к ней относиться.

– Ты не подходишь моему Александру! Кто ты такая? С какой деревни приехала? Я внятно объяснила!?

– Да! Более чем…

Она готова была провалиться сквозь землю. Сокурсницы даже окна открыли, чтобы услышать все подробности. Ей было холодно и зябко одновременно. Внутри всё перевернулось – вляпалась так вляпалась.

К концу пар девушка пришла в чувства и решила, что сегодня пойдёт домой на съемную квартиру, так как надо отоспаться и прийти в себя. Выходя из здания университета, она услышала его голос и увидела такой родной силуэт с букетом.

– Привет Амели. Как ты? Я соскучился.

– Саша, нам не надо встречаться. Я не подхожу тебе. Мы из разных миров.

– Ясно! Таки мама тебя нашла. Прости её. Нам надо поговорить.

Подъехал чёрный мерседес.

– Саш, за тобой приехали…

– Сирота провинциальная кому ты нужна?! Не подходи к моему сыну! Никогда! Слышишь?

Саша больше не появлялся.

Но пару месяцев спустя увидела снова этот чёрный мерседес. Сердце сжалось, мурашки пробежали по коже. Женщина в чёрном вышла из авто. В руках она держала красивую коробочку.

– Амели, дочка, иди сюда. В тот день, как я нагрубила тебе, Саша на своём чёртовом мотоцикле ночью разбился. Это кольцо с бриллиантом он купил тебе, хотел сделать предложение. А я хотела помешать вам. Прости меня, – и протянула руку с коробочкой. – Возьми, пожалуйста.