Девушка в чужом платье

Не имея суперскидочной карты Drive2ru, Ден попросту тырит запчасти со склада (он работает механиком у официалов). Так я узнала, что комплект свечей NGK обойдется мне всего в две тысячи рублей. Мое сознание ликовало (кто я такая, чтобы осуждать кого-то за противоправные действия?). Теперь я могла отремонтировать свою родную «тойоту» за полцены.

– Наверное, у нее с 95-го капот не поднимали, – ответил Ден. – Продай ее, зачем она тебе?

– Ты с ума сошел? Она мне дорога! – воскликнула я. – К тому же, ее дорого не продашь, а на те деньги, что выручишь за нее, вряд ли возможно купить что-то более стоящее…

– Кому нужна эта рухлядь… – вздохнул Ден.

– Эй, Ден, не надо так о моей машине, – одернула я его.

– По итогу неторопливая замена заняла 1 час 46 минут, а не 15, как у многих выходит, – съязвил сосед по горожу. – Довольна?

– Довольна, дрожь земли ушла, теперь в салоне порядок.

– Расход?

– Пока не поняла. Кстати, замена свечей обязывает наличием советующих друзей вокруг, без них просто скучно, а работа достаточно надоедливая сама по себе, – улыбнулась я Дену.

В кармане грязного комбинезона тоненьким голоском зазвонил «Чемпион». Я сняла с рук изношенные, грязные от мазуты перчатки и взяла трубку.

– Привет, Энн! – уверенный, ровный мужской голос пронзил меня насквозь, от неожиданности я огляделась вокруг. Энн?! Мне нравится! – Я стою возле твоего подъезда.

– В смысле? – обескураженная и растерянная, я заметалась по гаражу. Что-то срочное – иначе бы он не приехал! – Я через пару домов в гараже…

***

– Энн? – меня позвал мужской голос. Я повернула голову, передо мной стоял мой новый знакомый – владелец черного «мерседеса», который я так нещадно повредила неделю назад. На лице Константина читалось приятное удивление. Что-то воздушное и мягкое появилось возле меня. Эти нежные ощущения… Откуда им было взяться? Необъяснимое волнение накатило холодной волной. Без причины, как всегда. – Привет! – поздоровался он.

– Привет, – я ощущала некую рассеянность. – Не ожидала тебя снова увидеть. – От волнения я не могла устоять на одном месте и металась по гаражу. – Что-то случилось? – захлопала я ресницами.

– Как настроение? – Он облокотился на машину и сложил руки на груди.

– В каком смысле? – я непонимающе сдвинула брови, а глаза округлились от удивления. Глаза же Константина поблескивали хитрой улыбкой, но на самом лице не дернулась ни одна мышца. Он раскован, а я как статуя… Трудно установить контакт с партнером, когда он улыбается, а ты нет. – Ты приехал на другой конец города, чтобы спросить, как у меня дела? – съехидничала я.

– Я приехал поговорить… – Он окончательно раскачал океан моего внутреннего покоя. – Давай выпьем по чашечке кофе, и я все объясню?

Я с недоверием и опаской заглянула ему в глаза…

***

– Здесь рядом есть какое-нибудь приличное место, где можно выпить кофе? – Мы шли по улице, на которой мне был знаком каждый уголок и по которой я могла бы пройти с закрытыми глазами, не заблудившись ни при каких обстоятельствах.

– Приличное? Дай-ка я на тебя посмотрю… – Я оглядела его с ног до головы. Его одежда тянула на тысяч двадцать-двадцать пять (а может, и больше), и это не учитывая стоимости обуви и парфюма. – Думаю, ты не пройдешь фейсконтроль, – улыбнулась я и сложила руки в карманы толстовки. Сегодня ветрено, а я мерзляка еще та. – Здесь в тренде джинсы, футболки и кеды.

– Зайдем? – Константин указал на дверь одного заведения.

– Э-э-э… думаю, не стоит, – замотала я головой. – Оно точно не для тебя!

– Почему? – Кажется, я еще больше его раздразнила. Мне же самой хотелось провалиться от стыда.

Мы остановились перед мигающей в полусумраке вывеской паба.

– Я работаю в этом месте, – выдавила я из себя.

– Здесь? – обомлел Константин.

– А что тебя удивляет? – напряглась я, поежившись от прохлады вечернего ветра, порыв которого был подобен осеннему вихрю или морскому шторму.

– Извини, но просто по тебе не скажешь… – растерянно повел руками он.

– Я здесь только подрабатываю… В ночную смену. – Кажется, моя кожа покрылась ежовыми иголками.

– Я не хотел тебя обидеть. Давай выберем другое место, – предложил Константин.

– Может, лучше пройдемся? – предложила я,. – Сейчас мне редко удается погулять вот так, без суеты, обычно лечу с одной работы на другую.

– Тогда, может, на Невский? – Константин взглянул на меня. – Ведь это визитная карточка, сердце города.

– М-м-м, чудесное местечко!

***

По улице Пестеля мы направляемся к Фонтанке.

– Давай остановимся на Пантелеймоновском мосту, – попросила я.

– Неспешные прогулки – самый верный способ замедлиться. В последнее время с удовольствием гуляю по любимому Петербургу. Получается два в одном – замедление и знакомство с городом с новой стороны. – Константин вдыхал запах города, как будто он здесь впервые. – Обычно перед тем, как отправиться на набережную, я иду через Соляной переулок. Это самый тихий и живописный уголок. Особенно меня впечатляют аллея парящих зонтиков и музыка, что раздается из местных баров. Свой законный выходной мне нравится проводить в Летнем саду. Для этой прогулки я выделяю целый день, и мне не жаль времени. Просто наслаждаться природой в разгар суетливого дня – что может быть лучше? – Я согласно кивнула. – Это твой пикап стоит в том гараже, да? – Его вопрос вернул меня в реальность.

– Да, он мой!

– О боже, это же седая древность! – Он, кажется, смеется надо мной.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я. Мне не нравятся такого рода сравнения.

– Какого он года?

– 95-го, – прозвучал мой ответ.

– Господи, Энн, как он у тебя оказался?

– Мой отец купил его для моего деда. Но когда дедушка отправился на небеса, то пикап перешел в мое пользование.

– Ты хорошо водишь? – поинтересовался Константин.

– Думаю, да, я хороший водитель! – ответила я с гордостью за себя, а Константин лишь рассмеялся. – Нет, серьезно. – Я легким движением кулака коснулась его груди. – Если вдруг моя профессия и моя работа перестали бы приносить мне доход и удовлетворение, то я обязательно стала бы гонщицей… или флористом.

– Правда? – снова засмеялся он. – Думаю, что ни один гонщик не желает стать флористом.

– Ты снова смеешься надо мной? – Мне стало немного обидно, но увидев его добрую улыбку, я растаяла. – Ты хотел со мной поговорить, – напомнила я. – О чем?

– Тебе ведь нужна помощь?

Откуда он мог это знать?

– Я… ну… я … не… – я только качала головой и не знала, что ему ответить.

– Я предлагаю тебе помощь. У меня есть знакомый, который сможет отремонтировать «ауди», и он возьмет с нас не так дорого.

– С нас? – Звучит как-то непонятно.

– Хорошо, с тебя, если ты об этом. Но все равно сумма символическая…

– А сколько? – решила уточнить я.

– А сколько у тебя есть?

– Ну, не так много… тысяч десять, – прикинула я.

– Немного, – подтвердил Константин. – В любом случае он возьмет с тебя и того меньше.

– Не может быть! – моей радости не было предела. – А это точно? Но как?

– Не беспокойся, он сделает тебе скидку по моей клубной карте.

– Ты мой спаситель! – завизжала я от восторга. – Как мне тебя отблагодарить? – Мне хотелось прыгать на месте, как будто мне снова десять.

– Поцелуя в щечку будет достаточно, – улыбнулся Константин. Я улыбнулась ему в ответ. Привстав на носочки, я легонько коснулась его щеки, мягкой и теплой. Дрожь от смущения пробежала по рукам, и я отстранилась от него.

– Тогда мне следует позвонить Алику? – быстро спросила я, стараясь заглушить возникшую неловкость.

– Алику? – с недоверием произнес Константин.

– У него ключи от «ауди».

***

По Невскому приятно гулять в любую погоду. Здесь каждый дом дышит историей. Было необычно пройтись вот так, праздно, просто наблюдая за прохожими, такими же, как вы сами, проникаясь самим духом Санкт-Петербурга. Единственным огорчением для меня был резкий прохладный ветер.

– Ты замерзла, – заметил Константин. – Вон, уже носом шмыгаешь. Пойдем. – Мы заторопились в ближайшую кофейню.

Впереди нас шел дедушка с двумя костылями. Точнее, с двумя палками. Еле шел. Мы ждали, пока сможем его обогнать. Он нам обоим мешался. Неторопливо идет он и кричит что-то очень громко, грозно и нечленораздельно то ли мне, то ли еще кому-то, Умудряюсь обогнать его, оборачиваюсь. До меня долетают его слова: «Ворот расправь!». Начинаю разглядывать себя. Понимаю, что со мной все в порядке. А дедушка заторопился войти в дверь многоквартирного дома.

– Давайте, – говорю, – я вам помогу.

Стою, держу дверь, жду, когда он дойдет до меня.

– Собиралси, собиралси, а вышел, как черти что. Расправь, дочка, ворот мне.

Я выполнила просьбу дедули. Мне это было абсолютно не трудно. Но кажется, что на моего спутника это все равно произвело впечатление. Только распрощались с дедулей, как Константин тут же взял меня за руку и затащил в дверь стоящего рядом заведения.

Я огляделась и немного смутилась, так как при первом же взгляде становилось очевидно, что данное место далеко не среднего уровня, а я в кроссовках и толстовке.

– О, нет! Пойдем отсюда скорее, – вцепилась я в руку Константина, – пойдем…

– Что с тобой? Все же хорошо.

К нам подошел администратор и предложил свободный столик.

– Сколько вас будет? Двое? – уточнил юноша.

– Да, – подтвердил Константин. – Я и эта юная леди.

– Извините, но я не могу пригласить вас за наш столик, – ответил администратор.

– А в чем, собственно, дело? – вопрос моего спутника поставил в ступор бедного юношу-администратора.

– Ваша спутница в кроссовках, – ответил ему работник кафе.

– У вас есть дресс-код для посетителей? – полюбопытничал Константин, а я была готова сгореть от стыда.

– Ради всего святого, – стала умолять я его тоненьким, еле слышным голоском, – пойдем отсюда.

– Или у вас дресс-код только по четвергам? Я частый посетитель и не раз видел гостей в кедах или слипонах, – продолжал мой спутник.

– Дресс-кода нет, но для такого ресторана, однозначно, стоит надеть что-нибудь особенное, – ответил нам все тот же администратор.

– Чушь, – Константин явно поставил точку в разговоре. – Мы собирались выпить кофе, и мы это сделаем…

***

– Необыкновенно вкусный кофе, – сказал Константин, наслаждаясь горячим напитком с потрясающим запахом. – Ну что, согрелась? – Он по-доброму посмотрел на меня.

– Мне не совсем комфортно, – призналась я. – Чувствую затылком, как все на меня смотрят. Хочется стать невидимой. Я точно не для этого места, – доверительно шептала я ему.

– Ты знаешь, какие только люди не попадались мне, не важно, пассажиры ли или прохожие в сквере. Вот иду я иной раз по улице и вижу людей с особенной, отличительной внешностью. Ты мне показалась как раз такой. Глядя на тебя, я подумал: «О, какие необычные задачи стоят перед этой Душой?» – На его лице появилась мягкая улыбка.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты нестандартная! – Он склонил голову набок и внимательно посмотрел на меня. – Необычная внешность крохотного эльфа содержит в себе, как мне кажется, огромный нестандартный внутренний мир. Чистые синие глаза и детское лицо, но я понимаю, что передо мной уже совсем не подросток. Чтобы волосы не мешались, ты заплетаешь их в косу. – Я инстинктивно провела рукой по волосам. Взгляд Константина становился все пристальнее, и у меня внезапно свело мышцы где-то в глубине живота. Я отвела глаза и уперлась взглядом в свои сплетенные пальцы, длинные и тонкие, на секунду полюбовалась бордовым лаком. – Из одежды ты предпочитаешь носить джинсы, футболки или рубахи, иногда мужские, – лукаво улыбнулся он. «Вот, черт! Я задолжала ему рубашку!» – вспомнила я. А он все продолжал говорить, а я краснеть и ерзать на стуле. – С виду вроде маленькая, безобидная, но если тебя разозлить или обидеть, то ты слетаешь с катушек и мгновенно кидаешься в бой. Но есть и личные моменты, известные и понятные только тебе. Это маленький шрам на левой щеке… – я покраснела, – и медальон, который ты всегда носишь на себе. – Моя рука автоматически потянулась к серебряной иконке. – Ты бережешь его как зеницу ока, – продолжал Константин, – он достался тебе не просто так, и, очевидно, он очень дорог тебе.

Я встретилась с ним взглядом. Откуда он знает?

– Это «Святая Анна», – указала я на подвеску, – мне мама ее подарила перед тем, как… в общем, перед тем, как их с папой не стало… Она сказала, что пока он со мной, я в безопасности.

Я видела, как с лица моего собеседника улетучилась улыбка.

– Прости, я не хотел. – Он показался мне на минуту растерянным.

– О, не бери в голову, это было очень давно, и мои болезненные ощущения притупились… Я не одна, – тут комок подступил к горлу, – у меня есть бабушка.

– Это она научила тебя приемам самообороны? Ну, нос, там сломать или в челюсть стукнуть…

– Нет, – я рассмеялась, – и вообще, все мое семейство – очень гуманные люди!

– В отличии от тебя, – подтрунивал надо мной Константин. – Ты ведь настоящая разбойница!

– Наверное, да… – я смутилась.

– Где ты научилась драться? – продолжал допытываться он. Кажется, он решил меня окончательно взволновать.

– Знаешь, – сердце мое забилось в бешеном ритме, – я выросла в школе-интернате, а там каждую секунду «вспышка», – щелкнула я двумя пальцами.

– А почему бабушка тебя не забрала?

– Ей не разрешили взять надо мной опеку, сослались на ее преклонный возраст и низкий уровень дохода. Вот так у нас все устроено: когда хочешь получить социальное пособие – вы сказочно богаты, а когда хочешь стать опекуном – вы, товарищ, голодранец! Но бабушка навещала меня почти каждый день, и все праздники я проводила с ней! Мне не на что жаловаться. Помню, как она один раз привезла целую котомку с пирожками. Ох, и влетело мне тогда в женском туалете! Дети – злой народ, особенно те, что лишены родительской заботы и любви. – Я посмотрела на часы. – Нам пора отправляться домой, Алик должен подъехать.

***

Спустя каких-то двадцать минут мы подходили к моему подъезду, где уже дожидался Алик. Выглядел он, как всегда… Алик называл это уличным стилем. Может, так оно и было, но только представлен он был в гораздо более жестком варианте. По мне, все равно – уличный это стиль или стиль хиппи, человек, в первую очередь, должен быть опрятным!

– Убей мода дурака! – сказал Константин, когда мы подходили к Алику.

– Привет, этакий ты засранец, что на тебе надето? – покривила я лицом и поцеловала его в щеку.

– Привет! – ответил Алик и тоже чмокнул меня. – А че? На стиле вроде, четко так…

Уф, «на стиле» – не слышала более тупого выражения!

– Что могло такого произойти, что я понадобился тебе в столь поздний час? – поинтересовался мой лучший друг.

– Алик, познакомься, это Константин. Он любезно предложил мне свою помощь.

– Константин, – повторил свое имя мой новый друг и пожал руку Алику в знак уважения.

Я поняла, что выделяло Константина на фоне других людей. В нем сидел демон – не иначе! Дьявольская привлекательность и мужественность, которую нынче не сыскать! Кто-то приходит и решает твои проблемы – казалось, в природе такого вообще не бывает. Этот мужчина загадочнее, чем думалось поначалу.

У Константина зазвонил мобильный телефон, и на пару минут мы с Аликом остались наедине.

– Ты ему доверяешь? – с настороженностью спросил меня он.

– Ему невозможно не доверять! Все становится ясно и понятно, стоит только заглянуть в его глаза, – вздохнула я. – Алик, он мужчина!

– Не знаю, он странный! Когда он смотрит на тебя, взгляд у него такой кровожадный!

– Я несъедобная, ты же знаешь, – пошутила я, но его слова взволновали меня.

– Ты как раз таки очень лакомый кусочек. Мужчины без ума… – прошептал он. – Ладно, Анька, ключи я отдал. А то я матушке обещал не задерживаться.

– Боже, ты опять промотал все деньги! – я вздохнула от досады. Его ничего не исправит. В ответ Алик пожал плечами – ничего не поделаешь.

***

– Ну что, ты освободился? – спросила я Константина.

– Да, – кивнул он.

Я вложила в его руку ключи от «ауди», он своей ладонью стиснул мою руку. Я резко дернула рукой, в ответ он сжал ее с большей силой. Я онемела от неожиданности и заглянула в его одические черные глаза с немым вопросом: «Что это ты тут такое вытворяешь?» Черт, наверняка он чувствует, как я взволнована. А я разнервничалась, как пятиклашка на линейке. Я не дышала и только успевала хлопать ресницами вверх-вниз.

Константин слегка ущипнул меня за щеку, раскрасневшуюся от смятения, и ослабил хватку.