Измена. За гранью доверия

Пятая глава

Усилием воли я подавила в себе немедленный порыв начать выяснять происхождение пятна. Ну, в самом деле! Такая ерунда ведь! Ну правда же! Мало ли как неудачно получилось. Что же теперь, уподобляться лисе-Алисе и ревновать к каждому столбу? Устраивать скандалы?

Я доверяю своему мужу! Он взрослый и ответственный мужчина. Не юнец и не ловелас! Он работает и с женщинами тоже. И всегда весел и бодр с сотрудниками. Старается не выделять никого. Ровно и легко общается со всеми.

Доверие – основа наших отношений!

Посмотрела ещё раз на спящего мужа. В свете луны он казался совсем молодым. Подтянутое тренированное тело, загорелая кожа, аккуратная стрижка. Какие сорок пять? Если не вглядываться в глаза и не найдёшь тех лет!

Утром с рассветом Юрочка, только проснувшись, тут же переполз к нам в кровать. Поближе к папе.

Сын у нас долго молчал. Я даже бегала с ним к специалистам, начитавшись всяких историй в интернете. И теперь с улыбкой вспоминаю, как милая женщина в годах мне говорила: «Ещё будете с благодарностью вспоминать период молчания». Сейчас из Юрочки сыпались слова, как горошины. Только успевай их ловить!

Влад сонно отвечал сыну, пытаясь ухватить последние минутки сна. Но когда я встала и хотела отвлечь сына, он перехватил его у меня и с улыбкой спросил, готов ли он идти искать подарки от Деда Мороза?

Со смехом и топотом мои мальчишки спустились вниз к ёлке, а я начала собираться домой. Погостили, и будет. Хорошего – понемножку!

Уехать от свекрови удалось ближе к обеду. И то, если бы не внезапный срыв Влада, то, скорее всего, пришлось бы толкаться в доме до вечера.

Вера Анатольевна всячески являла радушие, заглядывая в глаза сына, при малейшей возможности намекая на меня, как на неудачную жену, провоцируя скандал.

В конце концов Влад сорвался.

На замечание Веры Анатольевны, что она обязательно передаст нам с собой чудесных сырников, что печёт Алиса, мой муж хлопнул руками по столу и выдал неожиданное: – Пока в твоём доме, мама, бывает эта женщина, меня можешь не ждать. Пожалуйста, сделай так, чтобы мы не пересекались у тебя с бывшей женой. Неужели ты сама не понимаешь, насколько это неуместно и отвратительно? И не трогай мою Иру! Ни словом, ни делом! Мне вообще странно, откуда у тебя навязчивая идея сделать меня несчастным! Я был несчастен с Алисой. Да и она навряд ли была счастлива со мной! Так в чём дело, ма? Может, уже нужно остановиться?

После встал и вышел из комнаты с коротким приказом в мою сторону:

– Собирайся!

Ой, я давно готова, родной!

Влад укатил на своей красавице впереди нас, сверкнув габаритами. А я с сыном тащилась в своём темпе. Ничего страшного. Успеем!

А вечером дома у нас состоялся интересный разговор.

Юрочка уже уснул. И на кухне мерцала гирлянда, подвешенная ближе к потолку от вездесущего исследователя, и на столе вино уже дышало ароматом в бокалах. Обязательные мандарины весёлыми жизнерадостными солнцами пахли на всю комнату Новым годом.

– Володь, я хочу вернуться на работу! – давно собиралась поговорить с ним на эту тему.

Мы познакомились с мужем, когда я пришла устраиваться к нему на работу. Влад тогда только начал своё дело и набирал персонал. А я закончила учёбу и искала работу. Главный бухгалтер у него был, а я села на договора. Поставщики, покупатели. Мы первое время работали по двенадцать часов, пытаясь отладить процесс. И постоянно вылазили проблемы то тут, то там.

Муж перенёс основное производство в Тверь и пропадал теперь там сутками, а я окончательно ушла из бухгалтерии и дела офиса полностью оказались на мне. В первые годы мы встречались ночами и говорили, кажется, только о делах. Но постепенно производство наладилось. Влад открыл свой первый филиал, и мы решили, что пора рожать.

Я ушла с работы на шестом месяце.

Влад нашёл себе очень разумного помощника, и я передала ему дела.

А когда родила Юрочку, то, естественно, проблемы маленького человечка, моего тирана и лучшего мальчика в мире, полностью вытеснили всё остальное из моей головы. Но сейчас, глядя как мой муж работает и как он устаёт, я хочу выйти и помочь ему. Стыдно сидеть принцессой!

Влад выслушал меня и посмурнел. Он крутанул бокал за ножку и спросил:

– Ира, зачем? Тебе мало денег? Я недостаточно щедр по отношению к семье?

– Ты что? – аж задохнулась от возмущения.

Взяла себя в руки и продолжила:

– Я тоже могу работать, зарабатывать. Мы бы могли расширить квартиру. Ипотека сейчас не совсем разумное решение, но можно ведь накопить и, продав эту квартиру, купить большую. С учётом в будущем ещё детей.

– Ириш, родная моя, ну зачем тебе при этом работать? Да и Юра ещё маленький. Куда ты его денешь? – заговорил муж после молчания.

Он смотрел на меня своими тёплыми небесно-голубыми сейчас глазами, и сердце моё таяло, мечтая согласиться со всем, что предлагает муж.

– Юрочке нужно учиться взаимодействовать со сверстниками. Ему жить потом среди людей без нашей поддержки. Детский садик необходим. И в школе будет проще. – заговорила, с трудом выныривая из омута его глаз.

– Ириш, а давай ты родишь мне ещё ребёнка! Девочку. Такую же красавицу и умницу, как её мама? Ты же тоже хочешь, я точно знаю! – сверкнув улыбкой предложил муж. И с явным намёком положил мне свою горячую руку на колено.

Шестая глава

Второго января прямо с утра после завтрака поехали в центр устраивать ребёнку новогоднюю сказку.

Поехали на метро, чтобы не мучить себя поиском парковок и не сбивать настроение праздника.

Погода стояла прекрасная. Лёгкий снежок невесомой паутинкой ложился на притихший город, не заваливая сугробами, но создавая сказочно волшебную атмосферу зимы.

Всё-таки Москва – один из самых красивых городов мира! То, во что превращены улочки вокруг Кремля, не поддаётся описанию! Миллиарды мерцающих огоньков и летящие сказочные фигурки над нашими головами, негромкая, но создающая атмосферу праздника музыка, запах выпечки и кофе из дверей многочисленных кофеен. И счастливые, восхищённые глаза встречных прохожих.

Юрочка плотно поселился на руках у отца и взирал на ожившую сказку вокруг с огромным изумлением и затаённым восторгом. Влад ещё и старался пройти с сыном на плечах так, чтобы Юрочка увидел как можно больше украшений улицы.

Огромная ёлка на главной площади с такими же немаленькими украшениями, традиционная ярмарка, запах хвои, мандаринов и выпечки. Каток.

Мы с Владом не удержались и, смеясь, провели чудесный час на льду, развлекаясь от души сами и веселя нашего ребёнка.

Я не ожидала, что новогодняя атмосфера настолько увлечёт и меня, и мужа, что мы забудем обо всём на свете и очнёмся лишь тогда, когда Юрочка притихнет у папы на руках. Он просто уснул на полуслове!

Счастливые и довольные, ехали домой, переглядываясь с Владом в метро, как студенты или молодожёны.

Легко и щекотно было в моём сердце. Огромная нежность, что не отходила от меня далеко при виде Влада, бережно прижимавшего спящего сына к себе, расцветала в моей душе. Пушистой лапой тихонько скребла моё сердце.

Я любила мужа в эти моменты до самого донышка своей души.

Как всё-таки жаль, что Влад вынужден так много работать! Ведь он упускает столько чудных моментов взросления своего ребёнка! Неповторимых мгновений!

Дома мы с проснувшимся сыном провели прекрасный вечер. Обогатили нашу ёлку свежеприобретенными на ярмарке украшениями. А Влад возился с сыном на ковре-паласе с дорогами для машинок и смеялся вместе с Юрочкой.

Уставший за день ребёнок легко уснул вечером. Стоило покормить и искупать, как из ванной мы выносили практически спящего мальчика.

Умаялся за день. Уходили родители бедного деточку!

Когда я вышла из комнаты сына, Влад уже настроил телевизор на просмотр фильма, разложил диван и принёс чипсы в большой стеклянной миске.

Фильм был странный. Как и всё современное кино. Об адюльтере.

О том, что немолодой мужчина разово увлёкся юной красоткой, а его жена знала об этом, но была вынуждена терпеть ради спокойствия взрослых детей и финансового благополучия. И благодаря её терпению, когда герой довёл кобелизмом себя до инфаркта, старая жена пригодилась. Выходила мужа. И катала потом на колясочке. Или можно понять, как старая жена спровоцировала инфаркт у мужа.

Я не люблю такие неоднозначные финалы. Что значит – довела? Заставляла его бегать к любовнице по холодку? Пытала обедами и терпением?

В общем, странное кино.

Но рядом с мужем, на диване, после дня, наполненного нежностью и редким семейным времяпровождением, мне было уютно и тепло.

Мне было хорошо!

– А как ты смотришь на измену? – лениво спросил меня муж, пультом выключая экран телевизора.

Подумала минутку и, перевернувшись набок, сказала, глядя в его глаза:

– Однозначно как на недопустимое в семье. Не представляю, как это можно сосать своим ртом чужую девку неизвестной нравственности и после лезть целовать своего ребёнка, жену? Я никогда не буду ревновать и контролировать тебя. Я верю, что вместо моего внешнего, у тебя есть свой внутренний контролёр, который никогда не сбоит. Ведь ты понимаешь, что ты сделал свой выбор. В сознательном возрасте. Значит, я особенная для тебя. И если ты изменишь, то потеряешь уважение к себе. Твоё слово станет пустым звуком, и ты упустишь меня навсегда.

– Даже если это случайная измена? Если это ничего не значащая связь? – заинтересованно спросил Влад.

– Что значит – случайная? – посмотрела я внимательно в глаза мужа. – Не бывает в сорок лет случайных связей. Человек в таком возрасте обычно отдаёт отчёт в своих действиях. Если полюбил другую, и жена тебе опостылела, так разведись! И любись с новой женой на здоровье.

Случайно можно поскользнуться, можно случайно задуматься и проехать остановку… Но оказаться в одной койке с другой или другим случайно никак не возможно. Если только ты в сознании. Но, как я понимаю, речь не об этом. Не о курьёзах. Каждой такой случайности предшествует несколько раз неправильно сделанный сознательный выбор.

Охладел к жене и захотел другую? Поговори об этом с женой! Освежи отношения с ней! Если неинтересно с женой, то реши эту проблему. А если точно разлюбил…

Я помолчала немного и фыркнула возмущенно:

– В общем, я не понимаю такого!

– Иди ко мне, моя пионерка, комсомолка и просто красавица! – засмеялся Влад, подтягивая меня ближе к себе и обнимая, оплетая собой.

– Эк у тебя всё просто… – выдохнул он мне в волосы.

– А зачем усложнять? – промурлыкала я в ответ, уплывая, проваливаясь в негу.

Седьмая глава

Утро следующего дня слепило весёлым, ярким солнцем за окном. В моём сердце всё ещё позвякивали новогодние и рождественские колокольчики, и выглянув во двор, я вначале зажмурилась от резкого белого цвета вокруг, а потом задохнулась от красоты.

Вчерашний снег преобразил город. А сегодняшнее утро превратило его в настоящую сказку! Инеем покрыта каждая веточка, всякая былинка, пушистым снегом укутана земля и крыши домов. И всё это искрится, играет на солнце миллиардами огней, радуя взгляд и пробуждая в сердце неведомую надежду.

– Ребят! Завтракаем плотно и поехали на горку кататься! День просто создан для этого! – провозгласила, теребя сонного мужа.

Сын, предсказуемо, воодушевился, а Влад был квёлый. Ковырял утреннюю кашу без энтузиазма и с помятым лицом. Затем поднял на меня взгляд и хотел что-то сказать, но я перебила:

– Если не хочешь, то оставайся. Мы с Юрочкой и вдвоём неплохо проведём время.

Допила свой утренний кофе и, убирая за всеми посуду со стола, заметила:

– Но ты и так мало и редко проводишь время с сыном. А мальчику это важно. Впрочем, как знаешь.

Я закопалась в шкаф, выискивая в недрах свой горнолыжный костюмчик. Он пролежал без дела три года и, наконец-то, дождался своего выхода.

Удивилась, что в коробе для хранения он одинок. А где костюм Влада? Странно. Я отлично помню, что убирала их вместе…

– Володь, ты с нами? – удивилась, когда увидела, что муж собирается.

– Конечно! – возмутился он.

– Я не нашла твоего костюма. Его почему–то нет в коробке, ты брал?

– Да, ещё в прошлом году. Я оставил его в родительском доме. Мы катались тогда на лыжах. С Колькой. – неразборчиво проговорил муж, натягивая водолазку.

Я залюбовалась. Как перекатываются его мышцы, как напрягся на минутку пресс, подмигнув мне теми самыми кубиками. Захотелось подойти и расправить тонкую мягкую шерсть. Чтобы всё село, как положено…

– Странно, я не помню такого знаменательного события, чтобы вы с Николаем вместе ходили в лес, зимой, на лыжах… И не переругались с ним там… – проговорила, не сдержавшись, и всё-таки помогла расправить джемпер по плечам. Пахнуло знакомым запахом, и я улыбнулась.

Красивый мужчина – мой муж!

В Измайловский парк от нас ехать всего ничего. Влад отвлечённо смотрел в окно и не бухтел, как обычно, что я неправильно вожу машину. Он был какой-то уж слишком тихий сегодня. Будто думал о чём-то отвлечённом.

Ледяную горку найти несложно. Иди на звук, на радостный гул ребят и не промахнёшься! Мне нравилось, что можно взять в прокат инвентарь и не тащить с собой. Что недалеко расположились палатки с тёплыми напитками и нехитрой снедью для проголодавшихся. Мне вообще в Москве нравилось жить именно удобством городской среды. Всё под рукой всегда. Чисто, комфортно и доступно!

Юрочка ещё маленький, и кататься с большой горки, с препятствиями нам не стоит. Как и не стоит выбирать новомодную ватрушку тоже. Я посмотрела, как летают на санях мальчишки, и… Взяла для нас с сыном обычную ледянку. На ней я полностью контролирую процесс, и мне не страшно.

Мы с Владом вначале обустроились, он вверху, а я внизу и спускали хохочущего сына с горочки. Я ловила и целовала сияющие щёчки, а Юра вырывался и бежал обратно. Вверх. К папке.

А после я усадила сына на колени и поехала с ним вместе на длинной трассе. С поворотами, со снежными брызгами и с нашим совместным смехом.

Влад, поскольку был в джинсах, на такой подвиг не согласился и отправился к павильону за горячим питьём для нас.

Меня, конечно, кольнуло его нежелание кататься с нами. Но это было больше недоумение, чем что-либо ещё. Странно. Штаны на нём тёплые, на горке мы будем недолго… Ну, ему виднее. Устал, наверное. Или чувствует себя неважно.

Сказать по правде, Влад после встречи Нового года, когда он был странно взъерошенный и возбуждённый, уже третий день находился в меланхолии. Был все дни вялым и всё норовил прикорнуть на диване. Устал.

Меня немножко кольнула вина, что я не дала мужу поваляться, а потащила в парк и, съехав очередной раз с горы, я постаралась подрулить в сторону, где стоял Влад. Подскочила на ноги после остановки, отряхивая Юрочку, и нашла глазами мужа.

Володя разговаривал с кем-то по телефону. Он стоял ко мне вполоборота, но у него было такое лицо, что я будто наткнулась на стену.

Стало зябко. Наждаком прополз мороз по позвоночнику. Ветер охладил разгорячённые щёки, и я почувствовала, насколько промокли мои варежки и вспотела спина. Радостные звуки весёлой детворы отошли на второй план. Зато чётко расслышала прозвучавшее мурлыкающим голосом мужа:

– До завтра! – и счастливая улыбка озарила его лицо.

Какая–то чужая молоденькая девчушка прошла опасно близко к Владу. Чуть ли не задевая плечом его руку со стаканчиками напитков. Муж заинтересованно проводил взглядом хрупкую фигурку, дёрнув бровью, повернулся вслед, оценить вид сзади… и увидел меня.

Растрёпанную, в сбившейся шапочке, в мокрых варежках. С ледянкой в одной руке и с ладошкой сына в другой.

Он шагнул к нам, улыбаясь. Но совсем по-другому. Не так, как минуту назад.

– Накатались? – спросил он и протянул мне горячий стаканчик с кофе, а сына подхватил на руки, подкинув.

И продолжил спокойно и уверенно:

– Ну что, поехали домой?

Восьмая глава

Настроение моё необратимо испортилось, и я вела машину молча, сосредоточившись на дороге. Мне было некомфортно, сыро и солнце слишком ярко слепило глаза. До слёз.

В лифте, поднимаясь на наш этаж, Влад долго смотрел на меня пристально, а когда зашли домой, спросил участливо:

– Устала?

– Нет. Не устала, – ответила я и отвернулась, занимаясь ребёнком.

И только после того, как помыла, покормила сына и уложила его спать, вернувшись на кухню, присела напротив мужа и сказала:

– Влад, тебе скучно с нами? Быть может, попросим мою маму побыть с Юрой и махнём на отдых вместе на неделю? Я же вижу, ты тухнешь. Ты скучаешь рядом с нами.

Муж поднял на меня взгляд. Он сидел вполоборота к окну, и яростное сегодняшнее солнце высвечивало каждую морщинку на его лице, делая радужку глаз совсем уж светлой. Прозрачной. Было совершенно непонятно от этого их выражение. Нечитаемо.

– Как мне может быть скучно рядом с любимой семьёй? Что ты говоришь? – чуть приподняв бровь, спросил, откладывая приборы и отодвигая тарелку.

Поджал губы и проговорил, как мне показалось, с усилием, заставляя себя:

– Спасибо за обед. Очень вкусно.

– Влад, ну я же чувствую. Что происходит? – спросила, не отводя взгляда от лица мужа, стараясь уловить его эмоции.

– Ир, а что происходит? К чему эти допросы? – со сдерживаемым раздражением проговорил муж вставая, явно не желая этого разговора.

– В доме своих родителей, когда ты недопустимо опоздал, и потом вёл себя возмутительно по отношению ко мне, я не хотела ничего говорить. Ты был странно возбуждён и взъерошен. Будто у тебя случилось что-то внезапное. Мне не хотелось выставлять рядом с твоей бывшей женой наши отношения напоказ, вступая в разборки. И я спрошу у тебя в очередной раз сейчас: что происходит, Володь? – говорила я вслед уходящему из кухни мужу.

Его лопатки дёрнулись под моим взглядом, будто стряхивая. Он притормозил и обернулся ко мне:

– И что возмутило тебя в моём поведении, праведница? Словно у тебя всегда всё как положено, ровно? Будто главное – не выделяться, – буркнул он и тихо добавил, будто про себя, – ханжа.

Вот это было обидно. Вот прямо в сердечко.

– Я не ханжа, Влад! – может, чуть громче, чем нужно, вскрикнула и добавила быстро–быстро, частя словами, – ты лапал меня там при всех, будто трактирную девку, жамкал как… Как…

– Без должного уважения?

– Да ну тебя! – рассмеялась, сбрасывая напряжение, и продолжила, опустив голову – Но всё же, я не понимаю, зачем?

Муж оказался внезапно очень близко. Он поднял мне голову, взяв в ладони лицо, и проговорил нежно прямо в мои глаза, проводя большими пальцами по скулам:

– Ты же знаешь, я как Кольку вижу, не могу удержаться от провокации.

И поцеловал.

Вначале аккуратно, вроде невесомо, после сильнее. Не вырваться из плена. Не освободиться.

– Я завтра уеду в Тверь. Нужно посмотреть, как запустят производство после праздников. Приеду поздно, – проговорил он, отстранившись.

Я положила голову ему на грудь и стояла рядом, согреваясь под его ладонями. Слушая мерный стук сердца. Но противный холод не желал уходить. Притаился в районе солнечного сплетения. Оплёл щупальцами колючей проволоки позвоночник.

Влад вновь ушёл от разговора. Снова я так и не узнала, что случилось тем вечером и отчего мой муж был в неадеквате.

Как живут люди вместе, ежедневно сомневаясь друг в друге? И отчего я стала замечать эти моменты? Что происходит между нами?

– Володь? А с кем ты разговаривал по телефону, когда ушёл от нас покупать напитки сегодня? – тихо спросила, не разрушая наших объятий.

– По работе, Ир.

– Знаешь, у тебя было такое лицо… что я почувствовала ревность. Получается, к работе? – прошептала тихо и со вздохом добавила, понимая, что услышу в ответ, – вот ещё и поэтому я хочу работать, Влад!

Но я недооценила своего мужа! Отчего-то моё желание выйти на работу вызвало в нём бурю эмоций. Влад встряхнул меня за плечи и проговорил, наклоняясь к лицу:

– Мы уже миллион раз говорили об этом! Нет! Я против!

– Володь, какой миллион? Я только на днях впервые подняла эту тему! Ты что? – я даже не сопротивлялась от изумления. Только застыла столбом, чувствуя, как замерзает и крошится внутри лёд колючими осколками. Под сердцем. Откуда такая агрессия?

– Что ты так резко реагируешь, Ир? Слова тебе не скажи, – Влад притянул меня к себе обратно, прижимая закостенелое тело.

– Ну скажи что-нибудь, Ир! – прошептал муж, и тут же сам себе зло ответил. – Конечно, это я во всём виноват, а ты у нас святая!

После отпустил меня и резким шагом удалился в гостиную.

Когда проснулся Юрочка и сладкий, ещё сонный ото сна потянулся к Владу, тот не отреагировал никак. Даже не снял наушники. Не оторвался от просмотра кино. Да и после… Он весь вечер просидел так, изолировавшись от нас.

Я сосредоточилась на сыне, усилием воли отгоняя обиду и слёзы. К вечеру решила, что у каждого бывают моменты. И не всегда мы ведём себя адекватно. Влад устал. А ему уже завтра на работу. Возможно, от этого не хочет общаться с нами. Игнорирует.

Тем не менее перед сном я высказалась.

Влад выслушал. Покивал. И сказал:

– Знаешь, что… Если тебя что-то не устраивает в наших отношениях, то это твои проблемы. Иди к психологу. Я оплачу.

Девятая глава

А утром муж укатил по делам.

Ага. Пятого января срочные дела на производстве в Твери.

Помаялась, расхаживая между кухней и комнатами по квартире будто в клетке, да и позвонила родителям. Выслушала их новости, посочувствовала папе в его маленькой трагедии. Дело в том, что выпал большой снег, и ему пришлось два часа откапывать ворота гаража, чтобы добраться до машины. А мама непременно хотела, чтобы они вчера съездили к бабушке в деревню. Вполне обычные домашние дела родителей отчего-то вызвали в моём сердце сегодня небывалый отклик. Я простилась скомканно. Только затем, чтобы мама не уловила моих внезапно нахлынувших слёз в голосе.

Простая и понятная жизнь. Без надуманных сложностей и затей, без разыгрывания обязательных сцен, жизнь в согласии показалась мне недостижимой мечтой в этот момент.

Ближе к обеду, надумав себе уже целый ворох всего, я решилась поговорить с подругой. Обсудить свои подозрения и… И просто выговориться. Возможно, это поможет привести в порядок мысли. Но Мила была занята. У неё горит очередной отчёт. Меня немного напрягло, как нервно и резко говорила подружка, но если у неё не клеится работа, то лучше в этот момент её не трогать. Милочка при сведении своих цифр часто напоминает трансформаторную будку с вечным: «Не влезай – убьёт!»

Тогда, уложив Юрочку спать, села за кухонный стол и положила перед собой лист бумаги. Итак. Что мы имеем?

Вчера вечером муж упрекнул меня в том, что я стала походить на его первую жену Алису в своей ревности. В своих подозрениях.

Возможно, он прав.

Что я знаю об Алисе и о причине их расставания?

Когда мы встретились с Владом, он был в разводе уже три года. И старался о прошлом не говорить вообще. Но из оговорок, из его недомолвок и по рассказам его дочери, которая в то время часто бывала у нас, я поняла, что Алиса допекла его ревностью и необоснованными придирками.

С бывшей женой моего мужа я старалась не общаться совсем. Видела её раза три, считая прошедший вечер у свекрови. Всегда на Новый год. Красивая. Жёлчная. Ядовитая. Злая.