- -
- 100%
- +
– Надеюсь, – сказал он серьезно.
Я не смогла не засмеяться, глядя на растерянную физиономию подруги.
Мы устроились на пледе и какое-то время молча созерцали: где-то в камышах плескалась рыба, а на противоположном берегу лениво бродила корова, которая смотрела на нас так, будто тоже хотела присоединиться к пикнику.
– Так вы правда пишете про деревню? – спросила Ленка.
– Да, – ответил Рогов. – Я собираю истории. Старые легенды, местные байки, странные случаи.
– У вас уже много материала?
– Больше, чем я ожидал.
Он посмотрел в сторону леса, словно желая убедиться, что нас никто не подслушивает.
– В таких местах всегда ожидаешь больше историй, чем кажется. Полагаю, Марина с легкостью подтвердит мои слова.
Историй в Сосновке было действительно немало: то теленок пропадет, то единственный трактор сломается, а то и вовсе свет на сутки отключат, когда по телевизору показывают последнюю серию любимого сериала местных жителей.
– Например? – спросила Ленка.
Рогов немного подумал и, подвинувшись к ней поближе, прошептал, явно стараясь произвести впечатление:
– Старые долги, пропажи, семейные истории, о которых в таких местах любят молчать, – сказал он. – Ну и клад, конечно, куда без него.
Ленка мгновенно оживилась:
– Какой такой клад?
Я вздохнула: теперь мы отсюда не уйдем до утра. Этой авантюристке стоит только подбросить подобных историй, тут же кинется за лопатой.
– Старый купеческий, – ответил Рогов. – Говорят, больше ста лет назад один торговец ехал через эти места с деньгами. Потом что-то случилось: то ли его ограбить пытались, то ли просто испугался. В общем, он спрятал сундук где-то то ли рядом с Сосновкой, то ли в самой деревне.
– И?
– И умер, не сказав никому, где именно.
– Предсказуемо, – заключила я.
Ленка же смотрела на нашего нового знакомого как дети на фокусника.
– И клад до сих пор не нашли?
– По крайней мере, такой информации я нигде не встретил.
– А искали?
– Конечно. Каждое поколение ищет, но пока тщетно.
Ленка повернулась ко мне.
– Марина, ты понимаешь?
– Понимаю.
– Здесь клад! – вскрикнула она, словно все еще сомневалась в том, что слова журналиста действительно до меня дошли.
– Возможно, – сказала я.
Рогов усмехнулся.
– Не спешите. Это всего лишь легенда.
– Все клады сначала легенды, – уверенно сказала Ленка и вскочила на ноги.
Я испугалась, что она все-таки побежит в ближайший дом за лопатой, а Рогов засмеялся.
– Вы опасный человек.
– Почему?
– Потому что верите в такие вещи.
Он снова открыл блокнот.
– Кстати, я тут разговаривал с одной местной жительницей, очень интересная женщина. Она рассказала мне пару старых историй про деревню.
– Про клад тоже?
Он на секунду задумался.
– Не совсем… Старушка выдала одну интересную фразу.
– Какую? – нетерпеливо спросила Ленка, снова опускаясь на плед рядом с Андреем.
– Сказала как-то странно: «Люди вечно смотрят под ноги, когда надо – по сторонам». Это было в контексте разговора о легендах и байках, но что-то подсказывает мне, что женщина не так проста.
Мы помолчали. Ветер слегка качнул ветви ивы, и на секунду стало тихо. Рогов смотрел на реку так, будто пытался что-то вспомнить.
– Загадочно у вас тут, – медленно произнес он. – Стоит спросить о чем-то давно минувшем, и люди либо начинают говорить слишком много, либо сразу замолкают.
– Вы о кладе? – спросила Ленка.
– Возможно, – он улыбнулся. – Вот вы, Марина, провели тут много времени. Можете рассказать о ваших детских впечатлениях?
Я принялась вспоминать, что интересного слышала от местных, а также рассказывать о старожилах Сосновки. Но спрашивал Рогов не о праздниках и речке, его интересовали имена, старые дома и кто с кем тогда дружил и враждовал.
Увлекшись рассказом, я не сразу заметила обиженный взгляд подруги. Ей явно пришлось не по вкусу, что внимание с ее персоны сместилось на мою.
В этот момент в реке громко плюхнулась рыба, и Ленка подпрыгнула.
– Это знак! – воскликнула она.
– Какой еще знак?
– Что нам пора искать клад, какой же еще?
Рогов рассмеялся.
– Если найдете, обещайте, что дадите мне эксклюзивное интервью.
– Договорились!
Рогов снова достал блокнот.
– Мне еще нужно записать пару идей.
Подруга надула губы, и мы стали собираться, точнее я. Ленка просто стояла рядом, явно не желая уходить.
– Ну-у… мы тогда пойдем, – протянула она, надеясь, что Андрей начнет нас отговаривать, а лучше ее одну.
– Удачи в поисках, – улыбнулся он.
Когда мы отошли метров на пятьдесят, Ленка резко остановилась.
– Марина.
– Что?
– Мы должны его найти.
– А что его искать? Он так и сидит на берегу со своим блокнотом.
– Да нет же, клад!
Я посмотрела на нее.
– Ты серьезно?
– Абсолютно. Марина, подумай! Старый купец. Сундук. Тайна.
– И сто лет неудачных поисков.
– Это все потому, что искали не мы.
Я вздохнула: самонадеянность подруги не переставала меня поражать даже спустя десять лет знакомства.
Честно говоря, идея была безумной и все же несколько привлекательной. Всяко веселее, чем смородину в огороде собирать.
– Ладно, – сдалась я.
– Правда?
– Попробуем.
Ленка просияла.
– Я знала!
Она посмотрела в сторону реки, я тоже обернулась. Рогов снова сидел над блокнотом, но теперь смотрел не в записи, а куда-то в сторону деревни, будто пытался сложить в голове то, что никак не сходилось.
– Вот увидишь, – сказала она. – Нас ждет успех.
Тогда я не подозревала, что именно этот разговор станет началом всей истории, мне просто казалось, что мы ввязываемся в безобидную деревенскую авантюру.
Глава 4
Когда мы вернулись домой, бабушка сидела в кухне возле печки и чистила картошку. Клубни лежали в большой эмалированной миске, рядом стояло ведро с водой, а сама она работала ножом с такой скоростью и точностью, будто это было не обычное приготовление ужина, а затейливое соревнование.
– Нагулялись? – спросила она, не поднимая глаз.
– Чуть не пали жертвами комаров, – улыбнулась я, разбирая корзину.
Термос так и не пригодился – хватило чая Рогова, а до пирожков дело попросту не дошло.
– С журналистом ходили? – уточнила она тем же спокойным тоном.
Я замерла с полотенцем в руках. Ленка тоже остолбенела, а еще закашлялась, чуть не подавившись пирожком, который успела стащить из корзины. Мы переглянулись.
– Бабушка… – сказала я осторожно. – Откуда ты знаешь?
Наконец она подняла голову и посмотрела на нас с выражением, которое обычно бывает у людей ее возраста: слегка насмешливым и благодушным одновременно.
– В Сосновке, – ответила она, – если двое приезжих вечером идут к реке и возвращаются с таким видом, будто обсуждали что-то важное, об этом через час знает половина деревни.
Ленка, которая к тому моменту наконец перестала кашлять, вдруг оживилась.
– Клавдия Петровна, а вы знаете легенду о кладе?
Бабушка на секунду перестала чистить картошку. Потерла нос тыльной стороной ладони, не выпуская из руки нож, и снова вернулась к своему занятию.
– Каком еще кладе?
– Том самом, о котором журналист пишет. Это ведь тоже вряд ли тайна для тебя, – подмигнула я.
Закончив с картошкой, она поставила на стол перед нами миску и скомандовала:
– Одна моет, вторая режет, матрешки мои!
Мы принялись за дело: я тщательно ополаскивала клубни, а Ленка резала их на деревянной доске, ловко подсунутой бабулей. Глядя на то, как неуклюже она это делает, я пожалела, что доверила ей эту часть задания. Ее дилетантский подход не смог укрыться от глаз моей родственницы. Она выхватила у подруги нож и, аккуратно подвинув ее, сама принялась за дело.
Ленку это, кажется, ничуть не смутило, скорее порадовало. Она бесцеремонно устроилась на табурете, где еще недавно сидела бабуля.
– Клавдия Петровна, – попросила Ленка, – расскажите нам историю о кладе, который спрятали где-то возле деревни. Вы ведь наверняка что-то слышали.
Бабушка хмыкнула.
– А. Эту. Да кто из местных ее не слышал?
Она бросила пригоршню нарезанной картошки в сковородку.
– Я не слышала, – возразила я.
– Старую историю вы вспомнили, молодежь-то про нее уже забыла.
Подруга не сводила взгляда с бабушки, я хорошо знала этот взгляд: когда Ленка чем-то увлекается, ее невозможно остановить.
– Журналист сказал, что клад до сих пор никто не нашел.
– Он много чего говорит, – спокойно ответила бабушка. – Работа у него такая – языком чесать.
– Но ведь легенда настоящая?
Клавдия Петровна задумчиво посмотрела на нож.
– Легенды всегда немного настоящие.
Сказала она это без улыбки, и почему-то впервые за вечер мне стало не по себе.
– То есть клад существует? – оживилась Ленка.
– Я этого не сказала.
– Ба, а откуда вообще эта история?
Бабушка отправила остатки картошки в сковородку и подлила масло. Похоже, она справедливо решила, что проще рассказать все сразу, чем отбиваться от Ленкиных вопросов.
– Давным-давно, – начала она, – еще до революции, через наши места проезжал один купец. Богатый, говорят, был человек, пушниной торговал. Ехал, стало быть, не с пустыми руками.
– Деньги? Золото? Сколько? – тут же бесцеремонно засыпала ее вопросами Ленка.
– Достаточно, чтобы люди начали интересоваться его маршрутом, – ответила бабушка и лукаво улыбнулась.
– Это уже звучит подозрительно.
– Подозрительно стало позже, – сказала бабушка. – По дороге он прознал, что на него готовится нападение.
– Разбойники?
– Кто ж их знает.
Она принялась помешивать картошку в сковородке.
– Купец испугался, свернул с дороги и где-то спрятал золотишко-то.
– А потом?
– Потом его нашли, но уже без возможности спросить, где именно тот спрятал свой сундук.
Ленка сидела не мигая.
– Почему именно сундук? – решила уточнить я.
– А где еще, по-твоему, клады хранятся? – раздраженно бросила подруга. – Значит, золото никто не нашел?
– Искали, – сказала бабушка. – Еще как искали.
Она усмехнулась.
– Когда я в девках ходила, тут полдеревни с лопатами орудовало, и ничего.
– Но должен же быть хоть какой-то намек, – не унималась Ленка. – Где именно искать.
Бабушка задумалась, а я заметила, что она смотрит в окно на свой ухоженный огород, словно ища поддержки.
– Говорили разное, – медленно произнесла она. – Кто про пруд, кто про амбар, кто вообще про старую липовую аллею.
Ленка буквально подпрыгнула.
– Тот самый амбар на окраине?
– А у нас их, поди, много? – спокойно спросила бабушка.
Я вздохнула.
– Ба, ты понимаешь, что сейчас произошло? Ты только что придумала для Ленки цель в жизни.
– Ничего страшного, – сказала бабушка. – Пусть поищет, заодно быстро поймет, что не всякая старая история стоит того, чтобы в нее лезть.
Ленка уже вскочила.
– Так, значит, мыслим логически, нет, стратегически: ко дну пруда мы без техники не проберемся, а вот аллея или амбар…
– Нет, – твердо ответила я.
– Сначала ужин, – согласилась со мной бабуля. – А потом и вовсе солнце сядет, а впотьмах я вас никуда не пущу.
– Но нам по тридцать лет, не по тринадцать, – надула губы подруга.
Я посмотрела на бабушку и попросила:
– Скажи ей, что это глупо.
Бабушка пожала плечами.
– Утро вечера мудренее. К тому же у амбара трава высокая, ямы старые, да и змеи иногда выползают, а вы к такому непривычные. – Она выразительно посмотрела на Ленку, прекрасно зная, что меня этим вряд ли проймешь, я видала в Сосновке и не такое. – А у липовой аллеи и вовсе крапива по шею.
Подруга побледнела.
– И потом, – добавила бабушка спокойно, – клад сто лет лежал, до утра вас подождет.
Это прозвучало настолько разумно, что даже Ленка немного успокоилась.
– Ладно, – сказала она. – Завтра так завтра.
Бабушка принялась накрывать на стол.
– Вот и правильно.
Утром Ленка разбудила меня в семь.
– Вставай.
– Нет, – твердо ответила я, накрыв голову подушкой для пущей убедительности.
– Марина!
Я открыла один глаз.
– Клад никуда не убежит.
– Зато его может кто-то найти раньше нас!
– Лен, да кому он нужен?
– Нам и, возможно, Рогову.
– Ага, какой тогда ему резон нам про него рассказывать?
– Как какой? В надежде раздобыть недостающие сведения.
Кажется, из роли героя-любовника журналист постепенно переходил в разряд конкурентов.
При свете утра вчерашняя затея уже не казалась такой веселой, но Ленка собиралась играть в кладоискателей с такой решимостью, что спорить было поздно.
Через двадцать минут мы уже шли по деревне, вооружившись лопатой, граблями и двумя парами садовых перчаток. Начать решено было с амбара, до липовой аллеи отсюда было добрых километра три. Ленка, вовремя вспомнив, что вечером бабушка стращала нас змеями, натянула резиновые сапоги, которые нашла в сенях, и сейчас смешно перебирала ногами, стараясь не потерять обувь, которая была ей на несколько размеров велика. До аллеи в таком виде она бы вовсе не дошла.
Утро было тихим и теплым, где-то кукарекали петухи. Вскоре из-за поворота, активно крутя педали старенького велосипеда, показалась Зоя с сумкой через плечо.
– Куда так рано? – крикнула она.
– Гуляем! – ответила Ленка.
– С лопатами?
Она задержала на нас взгляд на секунду дольше, чем предполагала обычная хохма.
– К моему огороду не забудьте прогуляться, у меня там, считай, поле непаханое, будет вам чем заняться.
Подруга ускорила шаг, а я дернула ее за руку, испугавшись, что она запнется в высоченных сапогах.
– Видишь? Нас уже подозревают, – процедила она сквозь зубы.
– Не удивительно, ты бы еще сказала, что мы на рыбалку собрались!
– Точно, – озарило ее. – А лопата нужна, чтобы червей копать, я знаю, так рыбаки делают.
Осведомленность Елены поистине изумляла.
– А граблями улов к берегу прибивать?
Вскоре дома закончились, показались камыши старого пруда, а вдалеке и интересующий нас объект. Трава тут действительно была высокая, еще и в утренней росе. Теперь я с завистью смотрела на обувь подруги.
– Представляешь, – сказала Ленка, – если мы найдем сундук?
– Ага, налоги придется платить или того хуже – государству родимому отдать.
– Ну уж нет! – возмутилась подруга. – Никто не узнает.
– То-то я смотрю, наш пикник с твоим журналистом остался в тайне.
– И чего это он мой? – возмутилась Ленка.
– Ну еще вчера ты меня отчаянно ревновала.
– Я? Вот еще! И вообще, сейчас главное – клад!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.