Новая жизнь не дается даром

Я присвистнул.

– Я силен только в уличных драках.

– Десять тысяч долларов – немалые деньги.

– Ты верно меня цитируешь, но бывают суммы и побольше.

– Сколько ты хочешь? – В голосе металл, бабло дамочка любила, впрочем, кто ж его не любит.

– Для начала я бы хотел осмотреться. Лишнего не спрошу. Даже готов сделать серьезную скидку.

Она вновь засмеялась, рука ее скользнула по моему бедру, а я решил, что с ее аппетитами из постели мы выберемся не скоро.

– Ты потрясающий любовник, – мяукнула она. – Если ты согласишься, мы двадцать четыре часа в сутки будем вместе. – Судя по ее тону, предполагалось, что я начну кататься по полу и дрыгать ногами от восторга. – Ты ведь меня хочешь? – спросила она, увидев, что ногами я не дрыгаю и по полу не катаюсь. Ответить я не успел, она юркнула под одеяло и пристроила свою головку на моем бедре, а я подумал, что ее престарелый муженек запросто мог сам свалиться с балкона, чтобы раз и навсегда избавиться от ее буйного темперамента.

Мы обедали на веранде, Маринка справедливо рассудила, что мои заметно убывающие силы надо поддерживать. Если она намерена продолжать в том же духе, мне придется жрать виагру, а не мясо по-французски. Кстати, мясо было выше всяких похвал. В доме, кроме недотепы с кастетом, обретался повар или повариха, не он же тут готовил. Самой Маринке это тем более бы в голову не пришло.

– Закончим обедать и поедем в гостиницу, – сказала она. – Соберешь свои вещи, я хочу, чтобы ты жил в моем доме.

– Я еще не решил, стоит ли принимать твое предложение, – мило улыбнулся я. – Девок на пляже пруд пруди, может, не у каждой такие потрясающие титьки, как у тебя, зато и неприятностей куда меньше. А деньги, если честно, никогда меня особенно не интересовали. – Она моргнула растерянно, а я поднялся. – Пока я буду думать, постарайся меня не беспокоить. Если кто-то из твоих мальчиков вдруг проявит ко мне интерес, вернусь и так раскрашу твою мордаху, что еще долго никому в голову не придет назвать тебя красоткой.

– С тобой трудно договориться, – нахмурившись, произнесла она.

– А я и не обещал, что будет легко, – сказал я. – За обед спасибо. И за старательность тоже. Я оценил.

– Саша, – позвала она, когда я спускался по лестнице, и я невольно поморщился, потому что голос ее, нежный и испуганный одновременно, странным образом напомнил другую женщину. Мое имя она всегда произносила как-то по-особенному. Может, по этой причине я и не захотел расстаться с ним. – Ты ведь вернешься? – спросила Маринка.

– Почти уверен, дорогая.

На самом деле я был уверен в обратном. Максимум через пару дней я покину этот город. Я выяснил главное: бедолага с кастетом к моим делам отношения не имеет, а еще рассчитывал, что мои слова произведут впечатление на грудастую, и она на эти самые пару дней оставит меня в покое.

Утром я отправился в гостиницу, что находилась по-соседству. Устроился в баре, откуда хорошо была видна стойка регистрации. Непохоже, что мной кто-то интересовался. Я пил кофе, листал журнал, надеясь, что в дорогих тряпках выгляжу богатым бездельником, каких здесь было немало. Ровно в одиннадцать подъехало такси, и у стойки регистрации появился мужчина лет сорока, худой и прямой, как палка, с сероватой кожей и мешками под глазами. Он быстро получил ключ и направился к лифту, в мою сторону даже не взглянув. Хотя, если б и увидел меня, вряд ли бы насторожился. Но дружеская встреча с ним в мои планы не входила. Я прихватил пляжную сумку, которая стояла возле моих ног, и вышел на улицу. Неподалеку был общественный туалет, который я присмотрел еще два дня назад. Войдя в кабинку, быстро переоделся. Пристроил зеркало на крышке унитаза и занялся своей внешностью. Парик превратил меня в шатена, линзы изменили цвет глаз, усы и аккуратная бородка довершили образ. Классика, но действует безотказно. Последний штрих – темные очки. Через полчаса я вновь был в холле гостиницы. Редкий отдыхающий сразу же после прилета не побежит окунуться в море, на это я и рассчитывал. Чтобы попасть на пляж, надо пройти мимо будки охранника. Правда, был еще один путь: из ресторана с открытой верандой туда вела широкая лестница. Время вполне подходящее для ланча. Сидя возле балюстрады, я наблюдал за отдыхающими. На пляже их оказалось не так много, может, из-за ветреной погоды. Интересующий меня тип вскоре появился и первым делом начал заигрывать с девицами, которые жарились на солнце с завидным упорством. Заигрывания результатов не дали, и мужик полез в воду. Я расплатился, а когда официант отошел, стал быстро спускаться по лестнице. Полотенцем с логотипом гостиницы я обзавелся еще в день приезда, занял лежак вдали от скучающих дамочек и уткнулся в журнал. Мужик доплыл до буйков, вернулся и немного вздремнул. Потом вновь полез в море вслед за девахой, на которой вместо купальника было три фиговых листочка, впрочем, их вполне хватило, ввиду отсутствия каких-либо выпуклостей. Дяде вновь не повезло, и он устроился на лежаке. Пару раз взглянул на часы. Я сгреб свои вещи и отправился в раздевалку, занял кабинку ближе к выходу, настроившись на ожидание. Чего-чего, а терпения мне не занимать. Однако ждать пришлось недолго. Дверь раздевалки скрипнула, и он появился, держа в руках ворох одежды и полотенце. Устроился в соседней кабинке, а я заблокировал входную дверь, чтобы кому-либо не вздумалось нам помешать, и замер возле стены напротив. Дверь его кабинки распахнулась, он вскинул голову, удивленно посмотрел на меня и сказал: