Жизнь и смерть в аушвицком аду
- -
- 100%
- +
Лагерь смерти Аушвиц-Биркенау – это по-своему совершенное и новаторское предприятие конвейерного типа, плод напряжения идеологической и инженерной мысли лучших национал-социалистических умов! Даже экономико-географическое положение было принято во внимание! А оно было незаурядным – фактически на пересечении пяти железных дорог! Широтная ось Краков – Гливице (или Краков – Катовице) встречается здесь (в Засолье, ближе к Биркенау-Бжезинке) с меридиональной дорогой Варшава – Острава, и совсем неподалеку и еще одно диагональное ответвление – на Сосновец.
Все до мелочей продумано и предельно технологично. Например, приспособления для подогрева воздуха в газовых камерах, благодаря чему синильная кислота из гранул одного дезинфицирующего спецсредства испаряется быстрее, и смерть не заставляет себя слишком долго ждать. Или эти желобки для ускоренного стекания жира, или эти сита-дробилки для просеивания пепла и размельчения непрогоревших костей, или эти совершенно особые «санитарные» машины с красными крестами на бортах для перевозки банок с теми самыми гранулами и обслуживающих их сотрудников в противогазах, ежедневно и героически рискующих своей жизнью во имя высокой и очистительной цели – обезъевреивания Европы![25]
Поначалу, заметим, – около года с лишним – концлагерь Аушвиц ничем зловещим среди других аналогичных заведений СС не выделялся. Верится с трудом, но до осени 1941 года никаких массовых убийств здесь еще не было, и самую первую партию обреченных на смерть жертв даже пришлось отсюда вывозить!
Это произошло 28 июля 1941 года, когда транспорт с 575 неизлечимо больными узниками-поляками был отправлен в Пирну-Зонненштайн. Этот городок под Дрезденом был одним из центров так называемой «Акции Т-4», или, если воспользоваться нацистским эвфемизмом, «эвтаназии». Все 575 человек были подвергнуты там газации, их тела – кремированию, а их родственники получили липовые свидетельства о смерти[26].
С этих нескольких сот поляков и с этого момента, в сущности, и начала свой отсчет история Аушвица-Биркенау как лагеря смерти. Продолжение – в лице тысяч советских военнопленных и сотен тысяч евреев – не заставило себя долго ждать.
Аушвиц стал едва ли не единственным из лагерей, что столь успешно совмещал свою функцию концлагеря с иной ипостасью, административно нигде не зафиксированной, хотя, в сущности, и основной – с миссией отрешения евреев – ВСЕХ евреев – от жизни. Кроме Аушвица и Люблина-Майданека, в эту небольшую, но необычайно действенную смертоносную сеть входили еще четыре временных лагеря смерти: Хелмно (Кулмхоф), Треблинка, Белжец и Собибор[27]. Седьмым правомерно считать и концлагерь Штутгоф, но только начиная с июня и по ноябрь 1944 года, когда имевшуюся в нем газовую камеру перепрофилировали с дезинфекции имущества на уничтожение людей[28].
Но Аушвиц-Биркенау выделялся отныне на любом фоне. И он не слишком стыдился или таился – этот лагерь в лагере, эта его фабрика смерти! Это двери его газовен втягивали в свое драконово чрево шевелящиеся ленты еще дышащих очередей, тянущиеся от рампы; это зарева его костров и трубы его крематориев дымились или светились пламенем и днем, и ночью, и никакая рощица вдоль дальней кромки огромного лагеря не могла заслонить собой эти жуткие отблески или защитить от сладковато-тошнящего запаха горелого человеческого мяса. Через таинство селекции проходили все – и те, и эти. И когда трудоспособные и пока живые счастливчики из заурядного концлагеря – в полосатых робах и с вытатуированными номерами – наконец догадывались о связи всех этих явлений, то больше уже не спрашивали о судьбе своих близких, с которыми они распростились на рампе не на время, а навсегда…
Оценки числа жертв
Общее количество эфемерных узников этого второго – незримого – лагеря насчитывало, согласно Ф. Пиперу, 880 тыс. чел. Подавляющее их большинство – 98 % – евреи, остальные 2 % приходятся на советских военнопленных, поляков, а также на неустановленных узников других концлагерей, привезенных в Аушвиц все с тою же гуманной целью – в видах экономного умерщвления.
Или же умерщвления экспериментального. Собственно говоря, экспериментами поначалу были и сами селекция и газация: именно с опыта двух тысяч советских военнопленных, – а вернее, с опыта над двумя тысячами советских военнопленных, – все и началось.
Их привезли в концлагерь Аушвиц в начале сентября 1941 года (а возможно, что несколько сотен поступили и погибли, как кролики, еще в августе). Привезли из окрестных шталагов[29], где незадолго до этого их тоже подвергли селекции и вывели-таки на чистую воду – разоблачили как политруков или как евреев. На территории Рейха в шталагах их расстреливать не полагалось, вот и везли их, в точном соответствии с «Боевыми приказами» начальника РСХА Гейдриха, в их последний путь – в специально отведенные для этого места. Расстрелять их никогда не поздно, но не лучше ли принести их в жертву во имя науки, – науки, определенно центральной в этом Рейхе, – науки убивать людей?
История советских военнопленных в концлагере СС для военнопленных Аушвиц делится на легендарную, основанную главным образом на устной истории, и на документированную, ведущую свой отсчет от 6 октября 1941 года, когда на них впервые была заведена отдельная картотека.
Отсчет легендарной истории начинается чуть ли не тремя месяцами раньше – с середины июля. Именно тогда, по сообщению узника Казимира Смолена, в Аушвиц прибыл первый транспорт с советскими военнопленными[30]. Это же подтверждал и комендант лагеря Рудольф Хёсс, уточнивший, что они прибывали небольшими партиями из лагерей в близлежащих областях – вокруг Бреслау, Троппау и Катовица[31]. Житель Варшавы З. Барановский сообщил ЧГК, что первая партия советских военнопленных – около 400 человек – прибыла в Аушвиц 13 августа 1941 года и сразу же, без регистрации, была помещена в так называемый «бункер» – штрафной блок № 11, откуда их водили на работу в щебеночный карьер[32].
Более вероятно, что первая партия военнопленных поступила в лагерь не ранее второй половины августа. Ибо только 14 августа был издан «Организационный приказ ОКВ № 40 об организации лагерей для военнопленных в Рейхе», в соответствии с которым в VIII Военном округе были созданы два шталага на территориях бывших стрельбищ – № 308 в Нойхаммере близ Бреслау и № 318 в Ламсдорфе близ Оппельна. Именно из них шло потом в концлагерь большинство зарегистрированных эшелонов.
Но когда бы первая партия советских военнопленных ни прибыла, состояла она из обреченных на смерть комиссаров и евреев, выловленных бдительным СД и направленных в Аушвиц, собственно говоря, на казнь. Для этого имелось два расстрельных места – или в щебеночном карьере, или у так называемой «стены смерти» во дворе самого страшного из блоков основного лагеря – одиннадцатого (так называемого Бункера).
Но очень вскоре от траты пуль отказались – после того как заместитель Хёсса шутцхафтлагерфюрер и гауптштурмфюрер СС Карл Фритцш революционизировал процесс казни. Именно он предложил поэкспериментировать с газами-инсектицидами и, в частности, с гидрогенцианидом – «Циклоном Б», разработанным для уничтожения вредителей на полях и в изобилии складированном в Аушвице[33].
Всего таких экспериментов было как минимум три, и все они упоминаются в воспоминаниях Р. Хёсса, а по отдельности – и в других источниках. Самый первый пришелся на то время в конце августа, когда Хёсса вызвали в Берлин на совещание у Эйхмана. На совещании обсуждались вопросы логистики того грядущего нового, что сделает Аушвиц на весь мир знаменитым местом – эпицентром уничтожения евреев!
В отсутствие шефа его заместитель, шутцхафтлагерфюрер Карл Фритцш был занят тем же, чем и Хёсс в Берлине, а именно логистикой Холокоста. В порядке эксперимента он испробовал наличествовавшие инсектициды на «живых кроликах» – советских военнопленных[34]. И произошло это, по-видимому, в конце августа, в так называемом Monopol-Gebäude[35], в трехэтажном здании, обособленно стоявшем примерно в километре от лагеря (на полпути к вокзалу) и расположенном возле щебеночного карьера. Так это или не так, но именно в это время впервые сошлись все главные предпосылки для такого экспериментирования – наличие а) помещения, б) самого яда и в) смертников-жертв, о числе которых ничего не известно.
О втором эксперименте известно гораздо больше – и не от одного Хёсса. Состоялся он 3 сентября 1941 года и унес жизни 860 человек – 600 советских военнопленных[36], 250 польских больных или инвалидов и 10 польских штрафников, коллективно осужденных за побег узника Яна Новачека 1 сентября[37].
К эксперименту явно готовились заранее: в книге регистрации поступающих в «бункер» – ни одной записи о приеме кого-либо в интервале между 31 августа и 5 сентября[38]. Вечером 3 сентября, в послерабочее время, во всем лагере была объявлена «шперра» – строжайший, под страхом смерти, запрет на выход из жилых блоков[39].
Местом экспериментальной казни были выбраны камеры подвала 11-го блока, зарешеченные квадратные окна которых лишь узкой полоской выходили на улицу: эти окна присыпали землей. Намеченные жертвы переполнили собой все помещения.
Десять приговоренных к смерти поляков и без того находились к этому времени в бункере[40]. Из соседней больнички санитары привели или принесли еще 250 поляков – туберкулезных больных, отобранных накануне лагерным врачом, доктором Зигфридом Смелой. Затем из бараков привели 600 советских военнопленных, скорее всего только что прибывших – вероятно, всех, что были на этот момент в наличии. Возможно, экспериментаторов интересовали различия в выживаемости больных и относительно здоровых еще людей.
Смерть наступала очень быстро, каждый успевал закричать всего лишь один раз, – похвалялся Хёсс в воспоминаниях. Но действительность была несколько иной: когда назавтра, 4 сентября, рапортфюрер Герхард Палиш, в противогазе, открыл дверь бункера, то увидел, что некоторые советские военнопленные еще живы. Двери тотчас заново закрыли и добавили еще газ. И только после обеда двери открыли, окна освободили от земли и открыли для проветривания. Вечером – снова «шперра».
В безлюдном лагере были собраны 20 штрафников из блока 5а (куда их перевели на время из бункера), все санитары и два помощника из мертвецкой с тачками (своеобразное «зондер-коммандо» нулевой формации) для транспортировки трупов в крематорий. Им была обещана дополнительная пища и строго-настрого приказано – молчать об этой операции.
Работа длилась всю ночь и состояла из четырех рабочих этапов и, соответственно, групп. Первые (в противогазах) вытаскивали трупы из бункера на поверхность. Вторые раздевали их догола: больные были в нижнем белье, а военнопленные в форме, в их карманах были документы, деньги и сигареты. Третьи относили трупы во двор блока 11, а четвертые грузили их на тележки и отвозили к крематорию. Но закончить все до утра они так и не успели, поэтому назавтра – в то же время и в том же составе – работа была продолжена. Особенно плохо получалось с проветриванием импровизированной газовой камеры и со сжиганием трупов: на это потребовалось еще несколько дней. Штрафная рота была возвращена в «свой» 11-й блок только 11 сентября.
Следующий – третий – эксперимент состоялся 16 сентября и уже в мертвецкой крематория (использование для этих целей бункера блока 11 создавало столько проблем, что было признано нецелесообразным). Жертвами послужили 900 человек – все советские военнопленные[41].
Сведения об убийстве советских военнопленных и польских узников газами просочились наружу, – по-видимому, через тех, кто работал в крематории. В сообщении подпольного бюллетеня Главного командования Союза вооруженной борьбы «Текущий информатор» («Informator bieżący») от 17 ноября 1941 года событие датировалось 5–6 сентября, то есть в точности днями поступления трупов от второго эксперимента в крематорий.
В своих «Записках» Р. Хёсс вспоминал, что в ноябре 1941 года был в Берлине, на совещании у Эйхмана, на котором было дано указание приступить к экспериментам с газацией (удушением газами) в промышленном масштабе. Он скромно умалчивает о том, что такое указание могло появиться только на основании его, Хёсса, представления и анализа.
Что касается задокументированной истории советских военнопленных в Аушвице, то она начинается с 15 сентября. Именно этим числом датируется номинальное «открытие» рабочего лагеря СС для русских военнопленных в составе концлагеря Аушвиц. Под него была отведена и обнесена колючей проволокой под током практически вся территория лагеря слева от брамы: блоки 1–3, 12–14 и 22–24, между блоками 14 и 24[42] был устроен вход[43]. Организационно – рабочий лагерь СС и полиции, а не вермахта, как все остальные шталаги и дулаги![44]
Вторая важнейшая веха в этой истории – 1 октября 1941 года. С этого дня в структуре лагерного управления существовало Спецотделение по организации лагеря для военнопленных под началом группенфюрера СС инженера Хайнца Каммлера. 3 ноября, то есть спустя месяц с небольшим, оно было объединено с Управлением нового строительства СС Аушвиц, в результате чего образовалось Центральное управление строительства СС под началом штурмбанфюрера СС Карла Бишофа[45].
Когда начальник политического отдела концлагеря Аушвиц Максимилиан Грабнер, отвечавший за регистрацию узников, обратился к Хёссу с предложением навести порядок в деле регистрации советских военнопленных, тот с улыбкой заметил: «Да не волнуйтесь Вы так, они все равно не жильцы»[46].
Третья такая дата – 6 октября 1941 года. В этот день в лагере зарегистрированы первые советские военнопленные, о чем свидетельствуют фрагменты частично сохранившейся именной картотеки. Это как раз самые начальные ее фрагменты, они насчитывают 18 томов и охватывают 7900 человек, поступивших в Аушвиц-1 менее чем за две недели. Первые сто (ровно сто!) военнопленных были зарегистрированы 6 октября 1941 года. 7 и 9 октября были зарегистрированы две большие партии – примерно в 1800-1900 человек (крайний номер 3833). Затем – странная прогалина примерно в 250 душ (номера с 3834 по 4087), после чего еще около 900 человек, прибывших тоже 9 октября (номера с 4088 по 4999) и примерно столько же – за 14 октября (номера с 5000 до 5899). И далее, вплоть до номера 7900, идут – вперемешку – прибывшие 19 и 20 октября.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Она была опущена в первых изданиях этого текста, подготовлявшихся самим Х. Волнерманом (на идише) и Б. Марком (на иврите). Возможно дело было в том, что эта главка (или уцелеший ее фрагмент?) показалась публикатром недостаточно длинной или недостаточно цельной?
2
См. подробнее в соответствующи разделах.
3
В журналах «Звезда», «Новый мир», «Ab Imperio» и «Дилетант», а также в газетах «Московские новости» и «Еврейское слово».
4
Czech, 1989.
5
См., в частности, рецензии: Пять книг недели // НГ-Exlibris. 2013. 14 ноября. С. 1. В сети: http://www.ng.ru/fve/2013-11-14/1_5books.html; Давыдов Д. Чернораюбочие смерти // Книжное обозрение. 2014. № 1-2. С.14; Домбровский Ю. И в конце тоже было слово… О книге Павла Поляна «Свитки из пепла. Еврейская зондеркомманда в Аушвице-Биркенау и ее летописцы» // Новая газета. 2014. № 8. 27 января. С.22. В сети: http://www.novayagazeta.ru/issues/2014/2137.html; Векслер Ю. Заговоривший пепел. Зондеркоманда в лагере смерти // Радио Свобода. Культурный дневник / Книжный шкаф. 2014. 22 февраля. В сети: http://www.svoboda.org/content/article/25264129.html; Векслер Ю.// Еврейская газета (Берлин). 2014. № 4. С. 21; Литература в Освенциме и после Освенцима: Анна Шмаина-Великанова о книге записок и свидетельств членов зондеркоманды лагеря Аушвиц-Биркенау / Записала Елена Рыбакова // http://www.colta.ru/articles/literature/3114; Шмаина-Великанова А. Молчанию вопреки. Предательства и геройства в лагерях смерти // НГ-Exlibris. 2014. 28 августа; Румер М. В скрытом от божьего слуха погребе. Заметки о «свитках из пепла» // Еврейская панорама (Берлин). 2014. № 1 (июнь). С.44; Румер-Зараев М. В скрытом от божьего слуха погребе. Заметки о «свитках из пепла» // Неприкосновенный запас. 2014. № 3. В сети: http://magazines.russ.ru/nz/2014/3/24k.html; Дейниченко П. Механизмы уничтожения. Записки с той стороны бытия // GEO. 2014. № 6. С. 140. В сети: http://www.geo.ru/geo-rekomenduet/svitki-iz-pepla; Автограф. Свитки из пепла. Еврейская «Зондеркоммандо» в Аушвице-Биркенау и ее летописцы / Интервью с Ю. Полевой // Постнаука. 2014. 22 октября. В сети: http://postnauka.ru/talks/34940
6
Сама по себе серия, увы, опочила в бозе. Отмечу ту позитивную роль, которую в переговорах с РЕК играли Ю. Каннер и Л. Витенберг, как и ту сугубо отрицательную, которую на себя взвалили И. Альтман и Б. Брискин, успешно серию загубившие. Это поучительная новелла, но не из этой, а из какой-то другой книги.
7
В презентации, которую вел Ю. Домбровский, приняли участие, кроме автора, А. Шмаина-Великанова, Л. Кацис и А. Полонская.
8
В вечере, который вели Б. Горин и П. Полян, приняли участие Н. Клейман, Я. Каллер, А. Ковельман, Д. Карпов, Л. Симкин, А. Валькович и Ю. Домбровский. Был показан дркументальный фильм Э. Фридлера «Рабы газовых камер» (2001).
9
См.: Объявлен лонг-лист премии «Просветитель» сезона 2014 // http://premiaprosvetitel.ru/news/view/?221; Книга о еврейской «зондер-коммандо» стала финалистом премии «Просветитель»-2014. В сети: http://lenta.ru/news/2014/09/23/premiaprosvetitel/; Минкультпросвет. Сегодня в Москве объявили шорт-лист финалистов премии «Просветитель». В сети: http://www.svoboda.org/content/article/26601720.html
10
См.: http://www.ng.ru/ng_exlibris/2013-12-26/1_glavnaya.html
11
Организаторы – Центр Марка Блока в Берлине и Центр исследований литературы и культуры.
12
Mahlman K.-M., Cüppers M. Halbmond und Hakenkreuz. Das Dritte Reich, Araben und Palästina. Darmstadt, 2011. S.137-148.
13
Эсэсовский врач И. Кремер (Kremers Tagebuch, 1971).
14
Термин Lebensentziehung встречается в технической документации газовых камер и крематориев; в качестве его перевода можно предложить следующие варианты: «жизнелишение», «жизнеотъятие», «жизнеотрешение» и даже «обезжизнение» и «отрешение от жизни». Не менее впечатляющим термином является обозначение газовых камер словом Entwesungskammer – «камера для избавления от существования»! (ГАРФ. Ф.Р-7021. Оп. 108. Д.30. Л.41об.).
15
Цитирую по: Piper, 1993.
16
Эти документы поступили в Главное архивное управление НКВД СССР от Уполномоченного НКВД по 4-му Украинскому фронту при отношении № 6070 от 26 марта 1945 г. и находились в состоянии почти полной россыпи. См. соответствующий отчет: «Архив Германского концентрационного лагеря в Освенциме (Аушвице). Краткий обзор» от 4 сентября 1945 г., подписанный начальником 3-го отделения организационно-инспекторского отдела Главного архивного управления НКВД СССР лейтенантом Милюшиным (ГАРФ. Ф.Р-7021. Оп. 108. Д.30. Л.1-45об.). От внимания составителей отчета не ускользнуло, что комплекс вопросов, связанных с евреями, в уцелевших документах нашел себе отражение в наименьшей степени (л.9об.), что говорит косвенно и о том, что именно эти документы в наибольшей степени уничтожались накануне оставления лагеря.
17
См. подробно в настоящем издании.
18
ГАРФ. Ф. Р-7021. Оп.108.
19
См. Приложение 2.
20
От rampe (фр.) – слабонаклонный пандус между двумя разными уровнями, обычно служащий для перемещения транспортных средств на железнодорожных платформах, на складах и т. п. Так называлась широкая платформа между двумя железнодорожными путями в Аушвице, а затем и в Биркенау, на которой, выбравшись из вагонов, оказывались новоприбывшие жертвы и где происходила селекция.
21
Впрочем, сюда же могли попасть и молодые и здоровые – в случае, если кто-то из проводивших селекцию эсэсовцев (как правило, их было двое: врач и офицер из зоны крематориев) заметит у них во рту золотые зубы (см. допрос бывшего узника Ц.З. Брука, польского еврея, сапожника, от 19 февраля 1945 г.: ГАРФ. Ф. Р-7021. Л. 108. Д.1. Л.59).
22
«Мусульманами» («мозл-менер» на идише) в концлагерях назывались заключенные, дошедшие до крайней степени истощения. Как ставших непригодными к работе их после внутрилагерной селекции чаще всего уничтожали.
23
Для чего раз в месяц, а то и чаще, все узники проходят через визуальный медицинский контроль.
24
См.: Strzelecki, 2000b. S. 134.
25
Задокументировано как минимум одно легкое отравление члена СС газом «Циклон Б» (см. особый приказ коменданта Р. Хёсса от 12 августа 1942 г. в: Auschwitz-Prozess 4 kS 2/63, 2004. S. 292).
26
August, 2009.
27
Если отвлечься от оккупированных частей СССР, то в Хелмно приступили к массовому уничтожению евреев раньше всех – еще в декабре 1941 г. (действовали по март 1943 г.). Расположенный недалеко от Лодзи (Литцманнштадта), он «отвечал» за уничтожение нетрудоспособных евреев и цыган в Вартегау. Треблинка, Белжец и Собибор отвечали за то же, но в Генерал-губернаторстве (действовали с июля 1942 по март-октябрь 1943 г.): организационно они были объединены в рамках так называемой «Операции Рейнхард», целью которой была месть за убийство чешскими партизанами Р. Гейдриха в июне 1942 г. Частью этой широкой операции СС была акция «Праздник урожая», увенчавшаяся расстрелом в Майданеке 3 ноября 1943 г. – в отместку за восстание в Собиборе – практически всех евреев Люблина и его окрестностей, без селекции по степени их трудоспособности.
28
В Штутгоф поступали евреи из Прибалтики, а также часть эшелонов, перенаправленных из Аушвица, в мае-июле 1944 г. не справлявшегося с усилившимся потоком.
29
От Stalag (Stammlager) – стационарные лагеря для военнопленных (в отличие от транзитных лагерей – дулагов: от Dulag, или Durchgangslager).
30
Brandhuber, 1961. S. 15.
31
APMAB. Höß-Prozess. Bd.21. Bl, 2, 162.
32
ГАРФ. Ф. Р-7021. Оп.108. Д.38. Л.21. По его словам, их и еще 100 поляков, больных туберкулезом, вскоре удушили газом. См. также свидетельства Людвига Р. (APMAB. Höß-Prozess. Bd.4, Bl, 53–58) и Богдана Г. (Prozess gegen die SS-Mitglieder des Auschwitzer Lagers, Bd.54, Bl.207).
33
См. о газе и о его действии ниже.
34
Czech, 1989. S. 115–116.
35
Здание ранее принадлежало государственному управлению монопольной табачной торговлей. В 1940–1941 гг. использовалось в качестве помещения для карантина прибывающих в лагерь польских узников.
36
Брандхубер утверждает, что то были офицеры и комиссары, о чем сохранились свидетельства членов импровизированной зондеркоммандо, видевших документы убитых, однако ссылок, против обыкновения, не приводит (Brandhuber, 1961. S.17).
37
Czech, 1989. S.116–117.
38
Czech, 1989. S. 117. Со ссылкой на: APMAB. Höß-Prozess, Bd.2, Bl.97; Bd.4, Bl.21, 34, 99, 128; Bd. 54, Bl. 207; Bd.78,Bl.1. Aussagen ehemaligen Häftlinge.