Небеса молчат, или Поцелуй Люцифера

«Вечная борьба между светом и тьмой. Кто отхватит кусок побольше? Это как перетягивание каната… Кому достанется наиболее верный друг… и союзник?..

Люди любят силу и власть, я даю им ее.

Напустить пыли в глаза… очень искусно, почти незаметно, но решать все будут сами – остаться со мной или… с другими…

Только они иногда забывают, что уже давно решили… и даже успели к этому привыкнуть, а это уже печально даже для меня…»

Люцифер

* * *

Мара поднималась выше, но ступени таяли прямо под ней. Взгляд. Его взгляд, жуткий, подавляющий, страстный, источающий силу и мощь.

Она все карабкалась вверх, но твердь под ней стала совсем прозрачной, бесплотной, и Мара снова упала на землю.

– Кто ты?! – крикнула она рыжеволосому мужчине.

– У меня много имен. Сатана, Люцифер.… Как вы там меня еще называете?

– Что ты хочешь от меня? Я уже решила! Я давно решила! Я не хочу быть с тобой!!! – кричала она, продолжая карабкаться, снова и снова срываясь вниз.

Преследователь сощурил глаза, со снисхождением посмотрев на девушку…

Глава 1

Сколько людей просят помощи у высших сил? Хотят получить справедливость. Возмездие! Это громкое слово – «возмездие»! Люди понимают его по-разному.

Многие взывают к Богу. Но не многие довольствуются тем, что Он им дает. Он старается для них! Но иногда люди не понимают, что когда-то исполнения своих нынешних желаний они не заслужили. Тогда сам Сатана принимается за «отвергнутых», «обиженных» и озлобленных.

Действительно вечная борьба между светом и тьмой. Навсегда?..

– Боже! Прошу тебя! Умоляю! Я не могу так больше! Помоги мне! Я его люблю!

Мара, как и последние пять лет, старалась только для одного человека. Алекса. Она хотела, чтобы он был с ней еще в школе. Симпатичный брюнет с выразительными голубыми глазами, не очень высокого роста.

Маре было далеко до его внимания. Ведь никто никогда не считал ее привлекательной. Тихая незаметная девушка – причина ненавистной предыдущей школы, где девочку ненавидели, унижали и заставляли чувствовать себя никчемным и уродливым созданием. Лишь два или три человека общались с ней более или менее нормально.

– Ха-ха! Какое пугало! Кто в нее может влюбиться?! – громко говорила Лана, ненавистная Маре больше всего. – Кто возьмет ее к себе в секретарши? Спрошу у папы сегодня, может, оставит за ней местечко после окончания школы.

Она была самой мерзкой из всех одноклассников. Пачкала одежду Мары будто бы случайно налетая с чашкой школьного какао, прятала ее вещи, регулярно кидала что-то в ее портфель – использованные прокладки, потекшие стержни от ручек, растаявший шоколад, клей или мусор вроде опилок от карандашей. А один раз она при всех сняла с Мары юбку, подбежав сзади и резко дернув вниз. Это был единственный раз, когда Мара потеряла самообладание и обрушила на Лану весь свой арсенал обзывательств, но почему-то это вызвало лишь смешки в классе.

Мара готова была вцепиться Лане в горло, но обычно делала вид, что ей все равно, смотря на одноклассницу, как на глупую и жалкую дуру, считая что безразличие убьет когда-то интерес к издевкам над ней. Способ не помогал.

– Можно сесть рядом с тобой? – подошла тихоня к Алле.

– Да.

Одна из тех, кто хоть как-то принимал маленькую серую мышку такой, какой она была.

Мара никому не доверяла. Она жаждала вырасти и любым способом отомстить этим людишкам, которые портили ей жизнь. Она, наверное, хотела этого тогда больше всего. Представляя, как она расправляется, прежде всего, с Ланой, а все смотрят, как она мучается, и с мольбой смотрят на убийцу, неприступную к жалости и прощению.

…Наконец, они с родителями переехали, и Мара перешла в другую школу. Люди там были другие, добрее и без чувства превосходства. Там она и ожила. Она вела себя смелее, так как знала, что никто не знает про ее прежнюю жизнь. Да и не было в классе ни одного козла отпущения, все дружили, а веселые подколы не были злыми издевками исподтишка.

Теперь ей отвечали взаимностью на проявляемую симпатию и часто проявляли интерес. Но не Алекс.

– Мне нужно измениться!

Цель была достигнута. На это ушел месяц. Зато теперь ее раскованность и общение без опускания смущенных глаз давали возможность без труда кокетничать почти со всеми. Быстро, заметно, продуктивно. Последнее, правда, к Алексу не относилось. Все, кто угодно, только не он. Руслан, Кирилл – все, но не Леша. Среди поклонников затерялся и кучерявый блондин Костя в нелепых круглых очках. Телефон донимал Мару многочисленными звонками. Звонки Кости, к сожалению, не прекратились. Он раньше тоже звонил, когда серая мышка еще была мышкой. Он говорил все время ни о чем. Занудные глупые предложения. В конце концов, девушке это надоело, и она смотрела на него ненавидящим взглядом, пытаясь всем своим видом показать, что Костя ей осточертел.

– Почему ты сегодня не пришла?

– Это не твое дело.

– Почему ты так меня ненавидишь?

– Потому что не люблю, когда навязываются.

– Тебе очень идет твой новый образ.

– Я польщена. Извини, но мне пора, – сказала она и положила трубку.

Ни черный лак, ни темный макияж, ни многочисленные серебряные украшения, ни стильная, чаще темная одежда, иногда напоминающая одеяние демоницы: ничего не оттолкнуло Костю и не притянуло Алекса. Да, Мара изменила поведение. Она даже сама удивлялась, как внешний вид может повлиять на ощущение себя в этом мире.

Она вообще полюбила эксперименты, не боялась выражать свои настоящие мысли. И даже не стала теперь бояться того, что ей интересна тема сверхъестественного. Ее и раньше привлекали всякие странности, но она боялась рассказывать о своих увлечениях. Теперь она не скрывала, что с удовольствием бы познакомилась с каким-нибудь милым призраком или еще кем-нибудь из Того мира, который бы подарил ей несколько частиц своих возможностей. В этом ее поддерживала только Динара. Полностью. Но в отличие от Мары, Динара считала, что даже думать об этом уже грех…

– Что с тобой?

– Поменяла имидж.

Дана спортивного телосложения, с короткой темно-русой стрижкой, добрая, веселая, совершенная противоположность подруге. Они вместе перешли в новую школу и сразу сдружились. Впервые в жизни у Мары появилась настоящая подруга, с которой они веселились и понимали друг друга с полуслова.

– Могу сказать, тебе это удалось, – сказала она вполголоса удивленно, но в то же время одобрительно.

– А я вообще теперь делаю, что хочу.

Так оказалось и на самом деле. И вроде и Алекс отошел на второй план. Ее внезапное изменение ей очень нравилось.

Затем некоторые из ее одноклассников поступили с ней в один институт, но те, кто остались «за бортом», тоже встречались с ней и устраивали вечеринки. Леша учился вместе с ней. Дана и надоедливый Костя тоже.

Тут же появилась и новая симпатия Мары – Сергей, но он был слишком холоден. Иногда он все-таки позволял вести себя с Марой более открыто, но чаще это бывало, когда они оставались только вдвоем.

Глава 2

– Слушай, приходи сегодня на день рождения Костика, – повернулся к Дане и Маре начитанный «инженер» (так она его называла) Кирилл, сидевший перед ними.

Мара подумала, что там может быть Алекс. Это послужило бы прекрасным предлогом для более близкого общения. Кирилл давно проявлял симпатию, но Мару к нему категорически не тянуло, хотя ей нравился вечно хитрый взгляд у этого своеобразного технаря.

– Хорошо.

– А в качестве моей девушки?

Улыбка ушла с ее лица, глаза сощурились.

– Ты согласна?

– Хорошо. Сходим. Не курю, не пью – конечно! Отличная девушка.

– Да, красавица, – улыбнулся Кирилл. – Тогда я зайду за тобой?

«О, Боже! Я иду на день рождения к тому, кого я ненавижу, только из-за того, кого люблю!»

Кирилл отвернулся, и Дана посмотрела на подругу:

– Зачем ты согласилась пойти с ним?

– Иного выхода у меня нет. Костя меня не приглашал, а если я приду, хоть и с другим, то он даже обрадуется.

– Как знаешь. Это уже похоже на манию.

– Но из этого все же что-то получится. Ведь если чего-то очень хочется, то оно сбудется. Я знаю, что все будет… нормально.

Вечером Кирилл зашел за Марой. Она приоделась. Теперь она была в черном облегающем платье с расклешенными рукавами. Красные длинные волосы дополнили образ Мары. В серо-голубых красивых глазах появилась заметная чуткому взгляду чертовщинка.

– Здорово выглядишь! – оценил Кирилл.

Мара безумно хотела пойти одна. Без Кирилла. Но делать было нечего.

«Помогите мне кто-нибудь!» – мысленно сказала она и нервно вздохнула.

– Привет, – сказала девушка бесцветно и прошла в квартиру. Костя явно удивился, увидев ее с Кириллом.

Алекс уже сидел в комнате, где происходило все празднование. Он даже глаза не поднял при появлении Мары, он был в компании Влады – сокурсницы. Мара подозревала, что они слишком часто уделяют друг другу внимание, но не хотела в этом признаваться самой себе. Она, конечно, понимала, что Влада обладала очарованием – доброта и веселый отзывчивый характер. Природная блондинка с длинными волосами, но не такая, как обычные девушки с подобным заштампованным описанием, нет – во Владиславе была изюминка, что отличало ее от других. Большие светлые глаза излучали тепло, на которое и откликнулся Алекс.

Кирилл сел рядом с Марой.

Напротив расположился еще один сокурсник из рядов поклонников – Руслан, коренастый брюнет, простой и прямолинейный. То, что объект симпатий появился с его другом, сильно задело парня. Руслан сверлил Мару взглядом – задумчивым и обиженным, хоть она и не была ему ничего должна.

– Хочешь вина? – спросил Кирилл и обнял Мару за плечи. Она сказала «да» и посмотрела на реакцию Алекса. Никакой. Как будто ее не существует. Он не отрываясь разговаривал с Владой. Потом предложил ей шампанское и присел перед ней на корточки.

Мара вскочила с места, не в силах это вытерпеть.

– Ты куда? – спросил Кирилл, удержав свою новую подружку за руку.

– Мне пора домой.

– Но мы только пришли!

– Можно тебя пригласить? – подошел чуть подвыпивший Костя.

Кирилл нахмурился и придержал рукой сокурсника:

– Она уже уходит.

– Но со мной потанцевать она не откажется.

Мара закатила глаза и с мучением в глазах прошла мимо обоих к выходу. Она быстро собралась, надеясь, что успеет уйти до конца разборки Кости и Кирилла. Руслан смотрел ей вслед некоторое время, потом встал и подошел к ней.

– Тебя проводить?

– Нет, не нужно.

Мара махнула ему рукой, в последний раз посмотрев вглубь комнаты, где сидела ненавистная ей сладкая парочка, и вышла из квартиры в ужасном состоянии. Она не хотела идти домой. Хотела просто бродить по улицам и заблудиться.

– Господи, зачем ты так со мной? – бормотала она. – За что?

Луна медленно следовала за ней, отражаясь в лужицах от недавнего дождя. Маре тоже хотелось плакать. Она ничего не могла сделать со своим непослушным сердцем, которое слушало только Алекса. Это действительно было похоже на манию. Она толком-то его не знала, а уже хотела пойти с ним на край света, даже если он и не заметит ее, идущую за ним. В тени, невидимую, заплаканную, умоляющую остановиться хотя бы на мгновение…

Впрочем, ей иногда все же казалось, что если она добьется своего, то случится как всегда – уйдет всякий интерес…

– Так ты теперь встречаешься с Кириллом? – позвонил Костя, когда Мара пришла домой.

– Я не хочу сейчас говорить, – устало произнесла она.

– Ответь только на один вопрос.

– Мне пора, я занята.

– Только один вопрос. Да или нет.

– Ну?

– Ты любишь Кирилла?

– О-о-о! – протянула Мара, в ожидании очередного допроса.

– Ответь только «да» или «нет».

– Мне пора.

– Ответь.

– Мне пора!

– Только «да» или «нет».

– Нет, – резко выпалила Мара и бросила трубку. – Не нужно было ему отвечать.

Всю ночь она проворочалась в постели.

Под утро ей приснилось, будто она в темном помещении. Какой-то незнакомец, лет тридцати, с черными короткими волосами и запоминающимся красивым точеным мужским лицом шел ей навстречу. За ним возникала, будто текла река, светлая большая аллея. Аристократичный вид наводил впечатление обеспеченного человека.

– Здравствуй, – они стояли на той аллее, что простерлась до самого дымчатого горизонта.

– Кто Вы? – Мара немного отпрянула назад.

– Это ты узнаешь позже. А сейчас я задам тебе только один вопрос. Ты действительно хочешь быть с Алексом?

Мара нахмурилась, раздумывая, отвечать ему или нет.

– Да.

Незнакомец снова улыбнулся.

– Я знаю, ты хочешь еще много чего, что принесет тебе удовлетворение твоих амбиций, но подумай, так ли тебе это надо? Если же ты ответишь на это положительно, то попроси помощи у кого-нибудь другого, если вопрошаемые тобой силы не помогают. И не удивляйся ничему.

Когда Мара проснулась, то задумалась, лежа в постели и смотря в потолок:

– А если действительно попросить помощи у кого-то другого? Может… – Маре вдруг пришла в голову потрясающая мысль. Она что-то подумала, а потом продолжила вслух. – Дайте мне силу! …Как это глупо… Но я… Я бы знала тогда больше, чем Алекс мне говорит. Да и вообще. Мне плохо, – говорила она, но потом что-то вспомнила и произнесла. – Господи, я все равно с тобой. Не думай, что я отреклась от тебя. Это не так. Я немного… совсем чуть-чуть… узнаю про то, что меня интересует, и все.

Глава 3

На следующий день она рассказала Дане про вчерашний день рождения, и подруга махнула рукой:

– Да брось ты это все!

– Тебе легко говорить.

К ним подошел Руслан.

– Привет, пошли сегодня гулять.

Мара растерялась:

– Я…

– Нет, только скажи «да» или «нет».

«Боже! Еще один такой!»

Они вышли из аудитории и прошли к большому высокому окну.

– Так пойдем сегодня гулять? – повторил Руслан.

– Понимаешь, я…

– Да, я знаю, что ты с Кириллом.

– Нет, я не с ним. Не в этом дело. Просто я люблю другого.

– Кого?

– Ты не имеешь права у меня это спрашивать.

– Кто это? Дима? Алекс? Паша? Кто?

– Руслан, я не…

– Кто это? Я узнаю и отстану от тебя. Ты думаешь, я не понимаю, что это?

Мара уколола его взглядом.

– Кто это? – настаивал Руслан. – Это Алекс?

– О, Боже! – закатила глаза Мара. В тот момент она хотела провалиться сквозь землю.

– Это Алекс?

Мара немного помолчала и, наконец, выдала:

– Да! Доволен?

– Все в порядке. Я не скажу.

– Не сомневаюсь, – пробормотала Мара, исподлобья посмотрев на сокурсника.

Он снова вошел в аудиторию. Мара вздохнула и направилась вслед.

В это время в аудитории полным ходом шла дискуссия по поводу того, куда пойти или поехать отдохнуть всем вместе, дружной веселой компанией.

– Давайте поедем все-таки за город, – настаивала Милена. – Поход это же так здорово!

Милена крепкая, с зелеными глазами, немного выше Мары, с тугим высоким длинным хвостом из прямых светло-русых волос, резковатая в общении. Мара не очень ее любила, хотя делала вид, как и Дана.

– Вы хотите напиться?! Это можно сделать и в цивильном месте! В кафе, например.

– За городом намного лучше. В кафе мы можем сходить и так. А вряд ли мы все вместе соберемся посидеть на пикнике за городом. Правда же? – повернулась Милена к Маре и Дане.

Мара кивнула, полностью согласившись с сокурсницей.

Затем посмотрела на Алекса. Ему, видимо, было совсем до лампочки до всего этого спора. Влада сидела рядом с ним и с нескрываемым восхищением слушала его речи. Мара впилась взглядом в эту милую пару и состроила такое лицо, будто ее достоинство ущемили самым жутким образом.

– Пойду, пройдусь. Не могу, голова болит от всех этих криков.

В коридоре было тихо, только изредка доносились шаги учителей где-то вдалеке.

– Мара! – позвал знакомый голос.

– Послушай, когда ты, наконец, отстанешь от меня?! – обернулась девушка и увидела Костю.

– Чем тебе не нравится загород?

– Костя, мне все равно! Я уже сказала! Отпусти меня!

– Я буду тебя держать, пока ты не согласишься на загород.

– Боже, за что ты «подарил» Земле такое убожество? – закатила глаза девушка, продолжая вырываться, но Костя крепко держал ее, не намереваясь даже чуть ослабить хватку.

– Теперь я буду тебя щекотать.

– Да пусти же меня, наконец!!! – вырвалась она из тисков надоеды и всплеснула по инерции руками. Костю отбросило с невероятной силой к стене. Он ударился головой и без сознания рухнул на пол. В мозгу Мары промелькнула мысль: «Хорошо, что еще идет пара, и никого нет в коридоре». Она в изумлении посмотрела на недвижимое тело Кости и замерла. Потом посмотрела на свои руки, и легкая улыбка скользнула по губам.

«Неужели это то, что я думаю?.. Неужели?! Это невероятно! Как же это?! Кто.… А вообще это именно то, что мне хотелось бы.… Теперь я могу делать все, что хочу… Кто бы ты ни был – спасибо! Огромными красными буквами!! Испишу все стены!!!»

Из аудитории вышла Милена и остановилась при виде лежащего без сознания Константина. Потом с насмешкой спросила:

– Что ты с ним сделала? Выбился из сил?

– Нет. Он больше мне не помешает. Никогда.

– Ты убила его?.. Наконец-то! – шутливо продолжала Милена.

– Нет.… Впрочем, хорошая идея, – с этими словами Мара посмотрела на Костю и ехидно улыбнулась.

Рука поднялась и резко выпрямилась вперед: тело Константина отлетело в бок и выпало в разбившееся от его веса окно.

– Мне определенно нравится мой новый дар.

Милена в ужасе стала пятиться назад. Наконец, сорвалась с места и побежала прочь. Но Мара вытянула руку вперед и притянула сокурсницу в свою сторону. Затем прижала ее к стене, но не руками, а даром, и стала приближаться к Милене. Последняя попыталась избавиться от сжимающего ощущения, но рука Мары напряглась сильнее.

– Я надеюсь, ты никому не скажешь о том, что видела. – А если кому-нибудь хоть слово скажешь… Мне бы не хотелось тебя убивать… но… – улыбнулась она. – Да не дрожи ты так! Словно привидение увидела! Ха-ха!

Из аудитории вышел Кирилл. Мара тут же отпустила сокурсницу, погрозив ей пальчиком.

– Что вы делаете?

– Мы разговаривали о походе…

– Так рьяно, что выбили окно?

– Это не мы выбили. Я еще не договорила. Я разговаривала с Костей о походе… Он вдруг как-то поменялся в лице… – Мара всхлипнула, по ее щеке потекла слеза. – Он сказал, что любит меня уже давно, но ему не удалось вызвать ответного чувства… Он… он…

– Подожди, подожди! – затараторил Кирилл. – Успокойся. Что ты хочешь мне сказать?..

– Ну что там? – из аудитории выглянула учительница. – Мы услышали звон разбившегося стекла…

Кирилл повернулся к ней с мрачным лицом: он посмотрел в окно и увидел Костю, лежащего на спине, вокруг его головы образовалась лужица крови:

– Он выпал из окна.

– Кто?

– Костя.

– Ты хочешь сказать, что он выпрыгнул с четырехэтажного здания?!

– Он покончил с собой.

Последняя фраза была сказана совсем деревянным голосом.

Мара залилась слезами. Она вела себя очень привычно, будто читала сценарий шедшего «спектакля», и чувствовала себя просто великолепно. Почему, она сама удивлялась, поэтому задумалась на несколько секунд, почему так быстро освоилась со своей новой силой, ведь прочитав немалое количество книг о мистике, ей было известно, что если у человека появляются новые способности, он не сразу может управлять ими в полной мере.

Милена все еще прижималась к стенке. Все вышли из аудитории и увидели бледное лицо их руководительницы, затем некоторые подошли к разбитому окну и опустили взгляд вниз. Влада похолодела от ужаса, Алекс посмотрел на всех каким-то сумасшедшим взглядом.

– Надо вызвать полицию, – сказал он.

– Ты хочешь, чтобы меня упрятали за решетку? – чуть дыша, воскликнула преподавательница.

– Но ведь не оставлять же все вот так!

– Да, конечно, пусть лежит там! – с иронией сказал кто-то еще.

– Его все равно рано или поздно найдут, Нинель Константиновна.

– Я пойду, позвоню, – робко сказала Милена.

– Я с тобой, – направилась за ней Мара, вытиравшая слезы платком. – Я отлично справилась со своей ролью, не так ли? – спросила она игриво у Милены, когда они уже приближались к секретарю. – Срочное дело! Костя покончил с жизнью! Я звоню в полицию и в скорую! – словно пулеметной очередью выпалила Мара и быстро стала нажимать кнопки на телефоне.

Запуганная Милена села рядом, посмотрела на секретаря и попыталась ей что-то объяснить взглядом, но Мара незаметно шевельнула пальцем, и тяжелая коробочка со скрепками упала под действием дара на ногу Милены, помешав ей разоблачить виновницу «убийственного торжества».

– Да!.. Я же уже сказала адрес!.. Да! – Мара положила трубку. – Они скоро приедут. Мы пошли, – она схватила Милену за руку и быстро выскочила из кабинета. – Я же тебя предупредила! Если ты скажешь хоть слово!.. Я тебя убью! Клянусь, я это сделаю! Как бы мне не было тебя жалко, но отвечать за свои действия я хочу еще меньше.

Буквально через пятнадцать минут приехала полиция и скорая. Все столпились внизу, где лежало тело.

– Такой молодой, а уже в окно, – хрипло проговорила какая-то старушка. – Ой! Что делается.… Совсем разум потеряли…

Нинель Константиновна со страхом смотрела на милиционеров, которые обсуждали, ходили туда-сюда, расспрашивали.

Маре было странно ощущать то, что она ощущала. Будто это была совсем не она. Точнее она, но абсолютно другая. Она так быстро освоилась со своей силой, да и вообще все ее состояние было состоянием совершенно другого человека, ей незнакомого…

Глава 4

Один из служителей закона расспрашивал свидетелей. Первой была Мара. Допрос проходил в соседнем кабинете от того, у которого находилось то злосчастное окно. Показания брал мужчина с русыми волосами, едва достающими до плеч, в светлой рубашке и светлых джинсах, начищенные ботинки с тупыми носами выглядывали из-под штанин. Он выглядел, как человек, который умеет слушать, с ним можно договориться, но в то же время зацепистый взгляд выдавал настоящую ищейку.

– Отвечай четко и ясно, хорошо? – попросил полицейский, которому Мара дала на первый взгляд 30 лет. – Скажу прямо: у меня есть все основания полагать, что ты виновна в смерти Константина.

Мара округлила глаза и посмотрела на допросчика.

– Это почему? Мне же только двадцать один год!

– Именно в этом возрасте, такие как вы, совершают преступления.

– Преступления совершают и в 13 лет.

– Вас не учили уважительному отношению к старшим?

– Извините. Просто не каждый день на моих глазах выбрасываются из окна. Я его не заставляла.

– Расскажите, как все было.

Полицейский сел напротив Мары, сложил руки на столе в замок и пристально посмотрел на нее.

– Мы разговаривали насчет нашей встречи в честь первого сентября.… Обсуждали, куда пойдем.… И тут он начал хватать меня за руки.

– Он просто так схватил тебя за руки?

– Да. Он был слегка не в себе. Он, в общем-то, часто так делает. Не только со мной.

– Продолжай.

– Костя начал говорить, что долбится как об стенку, а кирпичи все никак не рушатся. Это он говорил про любовь ко мне. Сказал, что… – не слишком натруженная слеза вырвалась на сцену. – Извините… Так вот он сказал, что это я виновата во всем и… и он прыгнул.

– Одна неувязка.

Мара подняла наивные красные глаза.

– Зачем ему надо было разбивать окно? Он мог с тем же успехом открыть его, а тогда уже шагнуть вниз.

– Откуда я знаю, что у него на уме! У него не все дома – это все знают… Боже мой! Это ужасно!

– Ладно, я не буду тебя больше мучить. Если что вспомнишь еще, то найдешь меня.

Полицейский достал платок из джинсов и протянул ей.

– Спасибо, – и попрощавшись, Мара вышла за дверь.

– Ну что? – спросила подбежавшая Нинель Константиновна.

– Ничего. Он спрашивал меня, как все произошло. Вот и все, – ответила она и подошла к Милене. – Иди, ты следующая. И только попробуй ляпнуть что-то не то. Больно он придирчивый попался.

– Я не скажу.

– Вот и прекрасно! Отлично! Быстро учишься.

Дана подошла к подруге и поинтересовалась, как все было.

– Допросил, – ответила рыжая, и они направились к окну, что было соседним с тем, у которого сидели Влада и Алекс.

– Нет, я про другое. Как все было? Как Костя упал?

– Так я же говорила. Он сам захотел сигануть в окно и, – подумала Мара над продолжением, но нашла только логическое завершение, – сиганул.