Ликвидатор. Тяжелый пепел

© Пономарев А., 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2021

Светлой памяти моих родителей посвящается

Пролог

За окном уныло завывал ветер, по стеклу скреблись черные ветки растущего в палисаднике кустарника, а в старом доме на болоте царил уютный полумрак. Хозяин жилища помешал кочергой пылающие угли, прикрыл чугунную дверцу вымазанной белилами печки и вернулся к столу.

Посреди накрытой дешевой скатеркой широкой столешницы стояла старая керосиновая лампа. Рыжий огонек весело плясал под закопченным вверху стеклом колпака, еле справляясь с наползающей из углов дома тьмой. Пульсирующий круг света не доставал до сидящих напротив друг друга гостей Болотного Лекаря, выхватывая из темноты только их лежащие на ситцевой ткани ладони. Морщинистые, с коричневыми пигментными пятнами у того, что расположился возле окна, и мозолистые, с мелкими царапинами на длинных пальцах и черными ободками грязи под ногтями у другого.

Болотный Лекарь сел на скрипнувший под ним табурет, потянулся к стоящему на дощечке перед керосинкой и полной конфет вазочкой закопченному чайнику.

– Еще чаю?

– Да, пожалуй, – послышался скрипучий голос. Обтянутые пергаментной кожей старческие руки обхватили пузатую посудину и придвинули ее ближе к Лекарю.

Радушный хозяин до краев наполнил кружку гостя ароматным настоем и вопросительно посмотрел на второго участника застолья.

– Нет, спасибо, – отозвался тот и слегка подался вперед, отодвигая от себя недопитую чашку чая. На краткий миг в зоне видимости появилось его худое лицо со следами старых шрамов на левой щеке и подбородке и скрылось из виду. Как будто призрак выглянул из потустороннего мира и снова исчез.

Болотный Лекарь пожал плечами, словно говоря: нет так нет, плеснул себе отвара в железную кружку. Стукнул черным от копоти дном чайника о дощечку со следами подпалин на исцарапанной поверхности. Зашуршал оберткой, разворачивая взятую из вазочки сладость, и принялся прихлебывать горячий чай, понемногу откусывая от шоколадной конфеты.

– Так ты, говоришь, закончил исследовать тварь из инозоны? – вернулся к теме разговора старик, когда хозяин дома снова зашуршал фантиком, на этот раз уже сминая цветную бумажку в шарик.

Лекарь кивнул и с гордостью в голосе похвастался:

– Даже более того. Я смог выделить из нее вещество, позволяющее любому человеку генерировать аномальную энергию без присутствия этой твари внутри.

– Покажи.

Лекарь снова встал из-за стола и пошаркал в прихожую. Скрипнула и захлопнулась дверь. В коридоре послышались приглушенные бревенчатой стеной шаги. Снова раздался скрип, и шаги затихли. Похоже, Лекарь скрылся в приспособленной под его эксперименты второй половине дома.

– Думаешь, он уже опыты на людях провел, раз так категорически утверждает? – подал голос узколицый, по-прежнему оставаясь в тени.

– Кто его знает, Крапленый, – пожал плечами старик. – Может, и провел, а может, на зомби своих поэкспериментировал и успокоился. Опять же, для нас главное, чтобы выделенная им из твари дрянь дала хотя бы минимальный эффект, когда это потребуется. Нужно спровоцировать Колдуна на решительные действия, а вот как это будет сделано, мне без разницы. Да и тебе, думаю, тоже.

Узколицый облокотился о стол и подался вперед. Свет лампы упал на лысеющую макушку короткостриженой головы. Он пожевал губами, словно что-то обдумывая, и посмотрел в бельмастые глаза собеседника.

– Согласен с тобой, Скиталец. Важен конечный результат, а не способ достижения цели.

За стеной опять послышались шаги. Скрипнула и захлопнулась дверь. Тапочки зашаркали по полу в прихожей. Крапленый снова спрятался в тени, а Скиталец взял в руки чашку и поднес ее к губам, словно только и делал, что пил чай, дожидаясь радушного хозяина.

Лекарь подошел к столу и поставил на скатерть плотно закупоренную колбу с похожей на нефть черной жидкостью внутри.

– Вот. Я попробовал ввести вытяжку одному из моих зомби. – Гости обменялись быстрыми взглядами. – Он, конечно, не совсем человек, но мне все же удалось через сутки после инвазии зафиксировать слабый всплеск аномальной энергии. Позднее я сделал вакцину пучеглазке, полагая, что раз эти мутанты произошли от свиней, а внутренние органы человека и этого животного имеют практически идеальное сходство и даже проводились успешные опыты по трансплантации свиных органов людям, то и эксперимент будет максимально приближен к реальным условиям. Прошла неделя, а пучеглазка все еще жива и чувствует себя прекрасно. Думаю, с введением вытяжки в организм человека проблем не будет.

– Уверен? – спросил Скиталец.

– Н-ну, – замялся Лекарь, – может, и будут какие-то побочные эффекты…

– Да я не об этом, – махнул ладонью старик. – Ты уверен, что твоя рука не дрогнет, когда дойдет до дела? Учти, судьба Зоны, а значит, и нас, ее Хранителей, в большей степени зависит от тебя. Если альтер эго Колдуна отыщет портал и уйдет через него в параллельную реальность, этот мир перестанет существовать, и мы, как ни прискорбно это признавать, исчезнем вместе с ним тоже.

Лекарь сел на расшатанный табурет, положил на стол сцепленные в замок пальцы и уставился на пляшущий под стеклянным колпаком огонек керосинки. Крохотные искорки засверкали на оправе его круглых очков.

– Я все сделаю. Можете на меня положиться, – глухо сказал он.

– Посмотри на меня! – велел Скиталец.

Лекарь повернул голову в его сторону и посмотрел в мутные, будто покрытые плотной пленкой слепые бельма старика. Кустистые брови Скитальца хмуро сдвинулись к переносице, и Лекарь почувствовал на себе пронзительный взгляд, проникающий в самые потаенные уголки его души. Внутри Лекаря все замерло. Ему показалось, что даже сердце перестало биться. Он ощутил себя кроликом перед удавом и хотел отвести светло-коричневые с желтыми крапинками глаза в сторону, но не смог. Что-то намного сильнее и могущественнее его не давало ему это сделать.

– Ладно, – проскрипел старик и посмотрел на Крапленого. (Лекарь вздохнул с нескрываемым облегчением, снял круглые очки и согнутым указательным пальцем вытер стекающую из кончика глаза слезу.) – Вижу, он и в самом деле готов сделать все от него зависящее. А ты?

– А что я? – удивился Крапленый. – Я, как пионер, всегда готов.

Скиталец припечатал ладонью складку на скатерти.

– Ну, тогда действуем, как договорились. Колдун должен исправить совершенную им ошибку. – Он поднял чашку, отсалютовал ею и залпом допил уже холодный чай. – А ты, Лекарь, все-таки хорошенько подумай над моими словами. Ты чаще нас встречаешься со сталкерами, а значит, больше других Хранителей подвержен риску. Где гарантия, что кому-нибудь из внезапных гостей не взбредет в голову причинить тебе вред. Говорят, уже бывали случаи, – сказал он, ставя пустую чашку на стол.

– Бывали, – кивнул Лекарь. – Штырь хотел меня убить. Надеялся забрать результаты моих исследований и продать их задорого на Большой земле. Вообразил, что у него это легко получится, – усмехнулся он.

– Дурак-человек.

– Ты зря так плохо о нем думаешь, Крапленый, – сказал старик. – Штырь был по-своему прав, полагая, что в этом доме должно быть много ценной информации. Он же не знал, что Лекарь не так прост.

Старец наклонился ближе к хозяину дома на болоте. Свет от керосинки упал на его наполовину скрытое седыми усами и косматой бородой морщинистое лицо.

– Ну и как тебе удалось выбраться из передряги живым? – спросил он.

– Так это не моя заслуга, а фикта, – ответил Лекарь. – Этот удивительный зверек в то время жил у меня, вот он и внушил парню, будто тот разнес мне голову выстрелом из пистолета.[1]

– А этот фикт сейчас где? – заинтересовался Крапленый.

– Кто его знает? – пожал плечами Лекарь и пальцами правой руки пригладил клинышек аккуратной бородки. – Я здесь насильно никого не держу. Захотел куда-то уйти, вот и ушел себе.

– Ну дык, а я о чем толкую, – строго сказал старик и завел прежнюю песню: – Тебе надо подумать о своей безопасности.

– Все-все, Скиталец, сдаюсь, – шутливо поднял руки Лекарь. – Убедил. Обязательно подумаю.

– Вот это дело, – добродушно проворчал старик. – А теперь пора расходиться. Время работает против нас, так что не будем терять его попусту.

Гости поднялись из-за стола. Лекарь проводил их до дверей. На максимум выкрутил фитиль и держал керосинку над головой до тех пор, пока они не спустились по скрипучей лестнице в сени и не вышли на крыльцо. Он вернулся в дом лишь после того, как за Скитальцем и Крапленым захлопнулась дощатая дверь с тяжелым кованым кольцом вместо ручки.

– Подумать о безопасности, – хмыкнул Лекарь и пригасил лампу, экономя керосин. В доме опять воцарился уютный полумрак. Даже унылое завывание ветра за окном как будто приутихло и стало отдаленно напоминать урчание довольного жизнью кота.

Шаркая тапками по крашеному коричневой краской полу, Лекарь подошел к столу, поставил на него лампу и потрогал чайник.

– Поостыл, однако.

Лекарь поставил чайник на раскаленную докрасна плиту, присел на краешек придвинутой к печной стенке низенькой скамейки и, привалясь спиной к теплой поверхности печи, задумчиво потеребил ухоженные усы соломенного цвета.

В словах Скитальца был резон. История со Штырем была не первой, когда ему кто-то угрожал физической расправой. Чуть ли не каждый год в Зоне находились желающие ограбить его или убить. Правда, до сих пор ни у кого это не получилось, но ведь все когда-то бывает в первый раз.

Чайник громко засвистел. Лекарь, старчески охнув, встал со скамьи. Вытянул рукав вязаной кофты и обхватил своеобразной прихваткой ручку кипящего чайника. Вскоре он уже сидел за столом и, щурясь от удовольствия, громко прихлебывал вкусный чай, удерживая кружку спрятанными в рукава кофты ладонями.

Он уже выпил одну порцию крепкого ароматного настоя и налил себе добавки, когда в окно трижды постучали.

– Масса Лекарь, откройте, – послышался приглушенный стеклом и ветром голос Мугабе.

«Опять пришел клянчить ананасы в сиропе», – подумал Лекарь, качая головой. Ему не понравилось, что темнокожий зомби шляется по двору в столь поздний час, вместо того чтобы коротать ночь в сарае с остальными сборщиками клюквы его племени. Он затенил рукой свет от керосинки и прищурил глаза, пытаясь разглядеть, один там Мугабе или в компании себе подобных.

Для Лекаря это был непраздный вопрос. Месяц назад зомби без спроса ушел ночью гулять и привел с собой новых друзей. Лекарь не возражал, когда Мугабе приходил домой в компании себе подобных. Зомби ему не мешали. Наоборот, он давал им посильную работу, а если его по каким-либо причинам не было дома в этот момент, распределением обязанностей занимался сам Мугабе.

Обычно Лекарь хвалил не совсем обычного помощника за свежее пополнение, но в тот раз он сильно отругал его. Все потому, что в ту ночь был сильный выброс. Мощные всплески аномальной энергии угнетающе действуют на умственные способности не только людей, но и зомби. Их и без того медленная скорость реакции после пережитых на открытой местности выбросов порой падала почти до нуля, и тогда альтернативные люди, как любил называть зомбяков Лекарь, теряли связь с реальностью. Они могли часами стоять, тупо пялясь в одну точку, или монотонно выполнять одни и те же действия, никак не реагируя на раздражители.

Поскольку Лекарь тратил немало времени на социализацию зомби, изучение их своеобразного интеллекта и поведенческих реакций, он привязывался к ним, как к родным, и не мог видеть, как они угасают на глазах после таких вот несчастных случаев.

В ту ночь Мугабе повезло. Незадолго до выброса он оказался неподалеку от руин промышленного здания. Несмотря на присущую зомби медлительность, Мугабе успел доковылять до развалин и переждал выброс в подвале, где и познакомился с новыми приятелями.

Сегодня непоседливый зомби не привел никого из соплеменников, но все же на улице он был не один. Подгоняемые ветром длинные облака быстро бежали по ночному небу, то и дело закрывая собой щербатую луну. В ее призрачном свете Лекарь разглядел рядом с зомби лохматую фигуру Грома. Запряженный в подобие самодельной волокуши огромный волкособ нетерпеливо переминался с лапы на лапу. По бокам его поджарого тела к земле тянулись две длинные слеги, на которых лежало что-то похожее на человеческую фигуру. Когда луна в очередной раз выглянула сквозь рваную пелерину облаков, зверь поднял косматую морду к небу и протяжно завыл.

Мугабе снова протянул сжатую в кулак руку и постучал в окно.

– Скорее, Хозяин! Нужна ваша помощь!

– Сейчас, сейчас, – засуетился Лекарь. Видимо, и в самом деле произошло что-то серьезное, раз зомби привлек к участию Грома. Волкособ отличался независимым характером и мало кому позволял так поступать с собой. Только приемный сын Лекаря мог трепать его за уши, запрягать зимой в санки и вообще делать с ним все, что ему заблагорассудится.

«Неужели с Купрумом что-то стряслось?» – взволнованно подумал Лекарь, схватил со стола керосинку и, даже не накинув на плечи меховую жилетку, выскочил на улицу.

– Кто там у тебя, Мугабе? Мой сын? С ним все в порядке?

Лекарь быстро спустился с крыльца и чуть ли не подбежал к запряженному в волокушу зверю. На оплетенных ивовыми ветками длинных жердинах лежало по шею накрытое брезентом тело. Сильно потрепанные края грубой накидки долго волочились по земле, о чем говорила налипшая местами грязь и стебли сорванной тканью травы.

– Успокойтесь, Хозяин. С масса Купрум все хорошо, – Мугабе растянул полные губы в улыбке. Несмотря на все усилия Болотного Лекаря, мышечная ткань зомби постепенно разлагалась, поэтому улыбка получилась кособокой. – Это раненый сталкер. Я нашел его недалеко от вашего дома и решил принести к вам.

Даже без этих слов Лекарь понял, что зря волновался насчет приемного сына. Может, у него и не все так замечательно, как утверждает Мугабе, главное, это не он лежал сейчас без сознания на волокуше.

В тусклом свете керосиновой лампы пожилой хозяин дома разглядел изможденное лицо сталкера. Он выглядел намного старше Купрума, хотя они вполне могли быть почти ровесниками. Определять в Зоне возраст навскидку – пустая затея. Тут столько неблагоприятных факторов разом влияет на организм, что иногда сорокалетние выглядят глубокими стариками.

Ни шапочки, ни капюшона на гладкой, как бильярдный шар, голове незнакомца не было. Единственным ее «украшением» были торчащие по бокам уши. Закрытые глаза лежащего без сознания человека глубоко ввалились. Темные тени окружали их со всех сторон, из-за чего казалось, что у сталкера зияют черные дыры вместо глаз.

На брезенте виднелись бурые пятна впитавшейся в него крови. Судя по ним, незнакомцу изрядно досталось, и он одной ногой, вероятно, уже был в могиле.

– А почему ты вышел из сарая, Мугабе? Разве я разрешал его покидать? – строгим голосом спросил Лекарь, выкручивая фитиль керосинки по максимуму. Огонь ярко вспыхнул, сгущая ночную тьму за пределами светлого круга. Легким движением пальцев Лекарь приоткрыл левый глаз сталкера и поднес к нему лампу. Зрачок среагировал на свет, и это был хороший знак.

– Жить будет, – пробормотал Лекарь и посмотрел на зомби: – Я жду ответа, Мугабе.

– Нет, Хозяин, – виновато протянул зомби. – Просто Гром очень жалобно скулил. Я подумал, он просится гулять, вот и вывел его на улицу.

– Понятно. Ну-ка, помоги мне. – Лекарь во второй раз за этот вечер пригасил лампу и кивком указал на пациента: – Бери его на руки.

Зомби послушно наклонился над лежащим в волокуше человеком, протянул к нему руки.

– Погоди. – Лекарь сорвал с раненого накидку, бросил ее на землю рядом с Громом. Волкособ даже ухом не повел. Он сидел на задних лапах, смотрел на играющую с ним в прятки луну и время от времени клацал зубами, ловя гонимые ветром листья. – Вот теперь неси.

Пока Лекарь снимал накидку со сталкера, зомби так и стоял внаклонку. Сразу после новой команды он наклонился еще ниже, легко поднял человека с волокуши и понес его в дом, держа перед собой на вытянутых руках.

Болотный Лекарь опередил зомби и открыл дверь, когда доски крыльца застонали под весом двух тел. Стоило Мугабе со своей ношей оказаться в темных, прохладных сенях, он снова обогнал медлительного носильщика, быстро поднялся по певучей лестнице и скрылся в коротком коридорчике, нисколько не заботясь об отсутствии света в сенях.

Зомби видели в темноте, пожалуй, даже лучше, чем кошки. С чем это связано, Лекарь так и не выяснил. Он не раз хотел провести исследования этого феномена, но ему всегда что-то мешало: то требовалась его помощь раненым людям и мутантам, то появлялись еще какие-нибудь неотложные дела.

– Куда теперь, Хозяин? – зомби со сталкером на руках застыл на пороге отлично оборудованной операционной. Даже и не скажешь, что это залитое ярким светом хирургических ламп и сверкающее хромом медицинской аппаратуры помещение расположено в старом доме на болоте где-то на задворках Зоны.

Пока зомби поднимался сюда, Лекарь надел на себя белый халат и теперь торопливо застегивал пуговицы.

– Положи сюда, Мугабе, – кивнул Лекарь на стол справа от себя.

Зомби послушно проковылял в указанном направлении, осторожно положил человека на отполированную до блеска металлическую поверхность стола и, шаркая ногами, вышел из операционной.

Как только за зомби захлопнулась дверь, Болотный Лекарь щелкнул кнопкой выключателя. С закрепленных на потолке и вдоль стен ламп стерилизаторов хлынул обеззараживающий поток ультрафиолета.

То и дело бросая взгляд на часы над дверью, Лекарь вспорол специальными ножницами плотную ткань окровавленного комбинезона. Когда, по его мнению, прошло достаточно времени, он выключил ультрафиолетовые лампы, отогнул хирургическими щипцами края разрезанной одежды и первым делом поставил пациенту капельницу с искусственной кровью. Как только миновала угроза смерти от сильной кровопотери, Лекарь внимательно осмотрел покрытое синяками, ссадинами, кровоподтеками и рваными ранами тело.

По старой привычке Болотный Лекарь комментировал вслух все, что увидел:

– Отсутствие огнестрельных и ножевых ранений явно указывает на столкновение пациента с кем-то из обитателей Зоны. Судя по характерной длине, изгибу глубоких царапин и примерно равном расстоянии между ними, смею предположить, что его оппонентами стали нюхачи. Вероятно, мутантов было трое и атаковали они с разных сторон. На эту мысль наталкивает разная глубина повреждения тканей в области грудной клетки, живота и бедер.

Лекарь отошел на шаг назад от лежащего на операционном столе сталкера, сложил руки на груди и, чуть склонив голову набок, посмотрел на него взглядом пишущего картину художника. Он как будто намечал места, куда его кисть вот-вот должна нанести недостающие мазки, чтобы и без того прекрасное произведение искусства стало поистине настоящим шедевром.

Сталкер слабо застонал, приходя в себя. Он открыл глаза, попытался приподнять голову, но тут же обессиленно уронил ее на стол.

– Где я? – просипел он, щурясь от льющегося с потолка ослепительно яркого света.

– В безопасности. – Болотный Лекарь подошел к умывальнику на стене, пустил воду и тщательно вымыл руки с мылом. После чего натянул хирургические перчатки и дополнительно обработал их дезинфицирующим составом. – Я помогаю всем, кто приходит сюда, не разбирая: человек это, зверь или мутант.

– Так ты тот самый Болотный Лекарь? – удивился сталкер. – Вот уж не думал, что когда-нибудь встречусь с тобой.

– Мечты сбываются, – хмыкнул Лекарь. – Тебя принесли сюда мои друзья. Надо сказать, они сделали это вовремя. Ты потерял много крови, потому и находился без сознания. Опоздай они хотя бы на полчаса, и тебе никто бы уже не помог. Скажи, кто на тебя напал?

– Нюхачи, – прохрипел сталкер. Повернув голову набок, он во все глаза смотрел на легенду Зоны, словно не веря, что все это происходит с ним наяву.

– Я так и думал, – удовлетворенно пробормотал Лекарь.

– Их было пятеро, – слабым голосом продолжил сталкер. – Они внезапно выпрыгнули из темноты со всех сторон. Я смог двоих подстрелить из двустволки. Времени на перезарядку не было, поэтому от остальных отмахивался ружьем, как дубиной. Вроде бы даже раскроил одному из них голову прикладом.

– А с двумя другими как справился?

– Не знаю. Последнее, что я помню, это как нюхач сбил меня с ног и как сильно несло тухлятиной из его гнилой пасти под обрывками противогаза.

– Ясно. В любом случае все уже позади. Сейчас я обработаю твои раны, наложу швы. В общем, как смогу, подлатаю тебя. Через пару дней будешь как новенький.

Внезапно Лекарь замер, словно пораженный громом. В его глазах засветился странный огонек. Он приблизился к операционному столу, наклонился и прошептал на ухо сталкеру:

– Скажи, тебе не надоело топтать Зону и собирать артефакты?

– Будто у меня выбор есть, – сипло прохрипел тот, облизнув пересохшие губы.

– А разве нет? Право выбирать судьбу есть у каждого из нас, даже если наградой за выбор станет смерть. Тебе ли этого не знать?

– Дочка у меня там, на Большой земле, страдает от саркомы большеберцовой кости. Вылечить ее можно, да только вот денег на операцию надо много. Я бы даже сказал до хрена. Я потому сюда и пришел, что там их столько не заработать, а здесь у меня есть шанс разбогатеть. – Сталкер помолчал, переводя дух, а потом заговорил дрожащим от с трудом скрываемых слез голосом: – Если б я их не бросил почти сразу после рождения моей девочки, может, все было бы иначе, но я оказался последней скотиной. Испугался ответственности, сбежал от семьи куда подальше. Совесть меня мучает, понимаешь?

– Понимаю, потому и хочу предложить тебе выгодную сделку. Я договорюсь с нужными людьми. Они найдут твою жену и передадут ей всю необходимую для лечения дочери сумму. Если хочешь, скажут, что деньги от тебя.

Сталкер поджал губы и помотал головой.

– Я так и думал, – кивнул Лекарь. – Не беспокойся, она и так догадается, кто помог вашей девочке.

– А я и не беспокоюсь. С чего ты взял? Лучше скажи, что я должен сделать?

– Да ничего особенного. – Лекарь снова наклонился к пациенту и что-то прошептал тому на ухо.

– И только-то? А чего так скромно? Почему бы сразу не попросить мою душу взамен?

– Ну, если так настаиваешь, я подумаю о твоем предложении, – улыбнулся хозяин дома на болоте.

На изможденном лице сталкера появилось сомнение.

– А вдруг ты меня обманешь? Скажешь, что передал моей жене деньги, а сам этого не сделаешь.

Болотный Лекарь потемнел лицом и так глянул на сталкера, что тот поспешил отвести глаза в сторону.

– Я никогда никого не обманываю, – сказал он ледяным тоном. – Мое слово тверже камня, но если ты такой Фома неверующий, можешь не заключать со мной сделку. Сейчас я тебя подлатаю, ты уйдешь отсюда, и мы оба забудем об этом разговоре.

Лекарь порывисто шагнул к стоящему в углу шкафу со стеклянными дверками. Достал оттуда одноразовую пеленку, ловким движением рук расстелил ее на верхней столешнице передвижного столика. Подкатив похожую на этажерку мебель к стерилизатору, вынул из барабана устройства сверкающий в ярком свете ламп бокс из нержавеющей стали. Снял крышку и стал, один за другим, раскладывать на пеленке хирургические инструменты.

– Я согласен, – глухо пробурчал сталкер, наблюдая за манипуляциями Болотного Лекаря. Тот никак не отреагировал на его слова. Сталкер откашлялся и повторил, теперь уже громче: – Я согласен.

Лекарь положил хирургические щипцы на пеленку, повернулся к пациенту и, склонив голову набок, пристально посмотрел тому в глаза.

Сталкер выдержал долгий испытующий взгляд. Он смотрел на Лекаря не моргая, словно боясь, что тот передумает и его дочь лишится шанса наконец-то зажить нормальной жизнью. Без постоянных болей, бесконечных лекарств и выматывающего душу страха умереть молодой. Наконец, губы Лекаря шевельнулись, и сталкер услышал, пожалуй, самое важное для него сейчас слово:

– Договорились.

Глава 1. Пробуждение

Низкое свинцовое небо сверкало молниями. Подсвеченные яркими вспышками бесформенные тучи быстро плыли над мачтовыми соснами, цепляясь косматыми боками за стонущие под порывами ветра макушки деревьев. Хвойный лес рос на другом берегу глубокой лощины и был передо мной как на ладони.

Стоя на краю крутого обрыва, я еще несколько мгновений любовался буйством стихии, а потом опустил взгляд и увидел поистине грандиозную картину. Внизу шумно плескалась бурная река. Белые барашки волн гнались друг за другом, с грохотом и брызгами разбиваясь о выступающие посреди неистового потока высокие камни.

Поначалу я принял их за выступы скальной породы, но, когда пригляделся, понял, что ошибаюсь. Торчащие из хаотического нагромождения камней ржавые, перекрученные железяки яснее ясного указывали на искусственное происхождение преграды.