Наш принцип
- -
- 100%
- +
Алик, набрав нужный номер, откашлялся, прикрыв трубку ладошкой.
– Варь, привет, это я. Варь, я в командировку уезжаю. Да. В Дагестан.
Трубка в ответ что-то прошуршала.
– Я знаю, Варь, что только недавно вернулся. Больше некому. Кто, если не я? – Алик виновато улыбнулся. – Ты только родителям ничего не говори, особенно матери. Знаешь ведь, какая она у нас. Я сам по приезде оттуда с места им позвоню. Ну, все. Пока.
Алик положил трубку.
– Сереж, у тебя какого-нибудь камуфляжа нет? А то у меня форма только синяя милицейская.
– Есть. Выделю тебе, братан, шикарный «склон» итальянский. Он мне как раз великоват немного – Сергей хлопнул Алика по плечу.
Алик, просияв, отправился паковать вещи и готовиться к командировке, которая сделает его героем в памяти поколений, но отнимет у него самую малость – жизнь.
Винты транспортного самолета громко гудели, и поэтому, чтобы что-нибудь расслышать, приходилось кричать друг другу в самое ухо. Проходивший мимо ребят Трофим Лямин весело рассмеялся: «Ну, ты, Пилюлькин, даешь! Главное, весь отряд построился, а он в строю стоит в белых кроссовках. У генерала чуть глаза на лоб не вылезли! Я думал – он в обморок упадет. Ты бы еще белые тапочки нацепил!» – и Трофим пошел дальше по салону, там где-то из задней части самолета слышался приятный водочный запах.
– Я думал, ничего страшного. В командировках все так ходят. – Алик поднял взгляд на Сергея.
– Да, это моя вина, Алик, не предупредил я тебя. В командировке одно дело – ходи как тебе удобно. А вот у себя в городе: при отъезде, при возвращении – будь добр, встань в строй по форме – отглаженный, начищенный. Даже можно до синевы выбритым и слегка пьяным. Только не наоборот.
Алик рассмеялся.
– В горах в кроссовках поудобней будет, – продолжал Сергей, – хотя кому как. Верцы фиксируют ногу почти по всей голени, а там живых камней много. Так что в берцах, дружище, меньше риска ногу подвернуть или вывихнуть. Кому как не тебе, хирургу, это должно быть понятно.
Неподалеку от Алика с Сергеем сидели ребята из Воронежского ОМОНа. Когда самолет набрал высоту и гул турбин перешел в тихий свист, из воронежской части послышались аккорды гитарных струн и пение. Несколько парней выводили красивыми голосами песню. Сергей прислушался.
«Транспортный самолет, вскинута апорель – полной загрузки ждет выдохшийся апрель, сводный отряд ОМОН прибыл в Махачкалу, раненый батальон изрешечен в бою, домой летит ОМОН, горы запомнят нас, сводный отряд ОМОН – выполненный приказ», – пели ребята.
Да, до дома было еще очень далеко. Но борт приземлился именно в Махачкале, как в песне.
Подполковник милиции Звонарев, или просто Палыч, как его называли ребята, построил отряд и довел до сведения, что отряд делится на две равные части, половина будет нести службу в поселке Дылым Казбекского района, а вторая часть – в селе Новолакское Новолакского района Дагестана. Но это завтра, а сегодня всем отдыхать, тем же, кто не успел купить необходимое, дается время сделать покупки.
Иван Павлович Звонарев – начальник штаба отряда – был из тех, кого называли отцом-командиром. Был он высокого роста, сухопар, черен, как цыган, и очень отзывчив. Человеком он был прекрасным, к своим подчиненным требовательным, но в обиду их не давал никому. В милиции Палыч прослужил уже двадцать с гаком годков, но сохранил юношескую натуру и тонкое чувство юмора. В отряде его любили, а в нарды Палыча обыграть не мог никто.
Отношение местного населения к военным поразило Сергея до глубины души. Старуха даргинка, торговавшая на рынке, наотрез отказалась брать с ребят деньги: «Возьмите так чего надо, солдатики. Ничего мне не надо. Вы сюда приехали меня защищать», – сказала она омоновцам. На улицах гражданские люди подходили к ребятам и засовывали в карманы деньги, если кто-нибудь отказывался, то очень обижались и рвали купюры на части.
Ночевали на взлетной полосе. Расстелили спальники, укрылись фланелевыми простынями, выставив по периметру боевое охранение. Не расслабляться ни при каких условиях – девиз всех отрядов особого назначения, а особенно, если в пятидесяти километрах к югу громыхает война. Спать было невозможно – за день асфальт на взлетке раскалился докрасна. Когда же на землю опустилась ночная прохлада, от него пошли испарения. Чувство было такое, что находишься в сауне. Сергей, проворочавшись полночи с боку на бок, махнул на сон рукой и, поднявшись, пошел проверять посты – время дежурства было его боевого взвода. На первом посту службу нес Вадим Вахромеев – детина двухметрового роста. Сергей, увидев его богатырскую фигуру, улыбнулся, вспомнив смешной случай из жизни Вадима.
Вадим Вахромеев
А дело было так: в начале девяностых годов, во время первой чеченской, сотрудники ОМОН круглосуточно дежурили на всех въездных блокпостах в город. Два сотрудника дорожно-патрульной службы ГАИ и один омоновец – наряд на КПП. В то время существовало такое правило: омоновец прикрывает гаишников, а те досматривают транспорт. Причем в обязанности последних входило плотно накормить своего боевого товарища. Проедет хлебовозка – скинет пару батонов, повезут молоко – отольют трехлитровую баночку, пропылит старенький «газончик» с мясокомбината – опять же пара палок колбасы для любимых инспекторов. Кто ж с ними ссориться хочет? Они тут каждый день стоят, а ты каждый день здесь ездишь.
Вадим заступил на КПП с вечера, ближе к полуночи дэпээсники погнались за машиной, которая проехала через блокпост и не пожелала остановиться. Прошло уже около сорока минут, а их все не было на месте. Вадим нес службу в одиночку, важно прохаживаясь вдоль поста. Через пять минут его желудок начал прилипать к позвоночнику. А еще через пару минут он понял – сейчас он упадет в голодный обморок, а потом наступит мучительная смерть. Он даже поежился, так ему стало неприятно. В его планы не входило погибнуть во цвете лет. Вадим начал оглядываться по сторонам, ища глазами мимо проходящий транспорт – авось у водителя в багажнике заваляется маленький кусочек сальца. В животе у Вадима заурчало, он принял это как руководство к действию. Как назло, дорога умерла – никакой даже самый маленький и плюгавенький «Запорожец» не пылил по ней. Вадим почувствовал, как у него закружилась голова, и понял – началось. Он вышел на середину дороги, посмотрел направо, потом налево – никого. И вдруг, о счастье, со стороны дамбы упали на шоссе лучи дальнего света большегруза. Вадик пошел ему навстречу, сигнализируя автоматом – водитель, стой. Водитель фуры оказался простым эстонским парнем и, так как от природы был законопослушным гражданином, принял вправо, остановился и приготовился предъявить сотруднику милиции права, ПТС и транспортную накладную.
– Сало есть? – ошарашил его Вадим.
Возникла довольно длительная пауза – файлы эстонца не сходились.
– Сало есть? Я тебя спрашиваю! – повторил свой вопрос Вахромеев.
– Сал-ла ньет, есть тол-лько кур-ра! – пробормотал водитель.
– Давай, – рявкнул Вадик и, получив банку консервов, махнул рукой, – проезжай.
Эстонец, ничего не поняв, нажал на гашетку и продолжал путь, думая: «Что же это за страна такая? Где все знают про военную тайну, но никогда не поймут буржуины, в чем она».
Валька Топорков
Проверив Вахромеева, который бдил как положено, Сергей направился на другой пост, где стоял его хороший приятель – милиционер-водитель Валька Топорков. Валентин дремал, обняв автомат и присев на бугорок, поросший верблюжьей колючкой.
– Спим? – спросил Сергей, подойдя и присев рядом.
– Да, доктор, испытываю проблемы со сном: правда, вечером ложусь рано, утром встаю поздно, но весь день ворочаюсь и не могу уснуть. – И Валька весело рассмеялся.
Валентин Топорков был невысок ростом, сухощав как мальчишка, коротко подстрижен. Улыбка не сходила с его лица, а серые жизнерадостные глаза постоянно таили усмешку. Сергей подружился с Валентином на почве меломании. Оба с упоением слушали «Роксетт» и песни группы «Воскресение». Валька в любой ситуации что-нибудь напевал и был готов схохмить в любую секунду.
Как-то, патрулируя на автомобиле, водителем которого был Топорков, по городу, Сергей услышал в эфире позывной одного из райотделов милиции.
– Я «Нева», я «Нева», кто из патрульных автомобилей находится недалеко от проспекта Мира?
– «Бархан» на связи, мы недалеко, что случилось? – ответил Сергей в рацию, думая, что совершено какое-нибудь дерзкое преступление.
– «Бархан!» – обрадованно заскрипела рация. – Срочно проехайте по адресу: Мира, дом 7, там на чердаке кто-то топаеть и хлопаеть.
Валентин, находясь за рулем, покатился со смеху, ему даже пришлось притормозить и продышаться. Он взял рацию и ответил:
– А может, это полтергейст?
В эфире возникла пауза, после чего рация ответила:
– Если не хотите, не ехайте, зачем же непонятными словами обзываться? Щас позвоню вашему командиру и пожалуюсь на вас. Правильно вас все гоблинами зовут.
Тем же летом Сергей со своими товарищами был направлен в командировку в один из районов, который находился на стыке трех областей. Проблема состояла в том, что в районе находилось много скотоводческих хозяйств. Гастролеры из соседних областей появлялись в коровниках и свинофермах под покровом ночи. Действовали очень дерзко и ловко. Уводили скот, причем были хорошо оснащены и исчезали как призраки.
Начальник местного райотдела милиции на оперативных совещаниях в управлении только руками разводил: «Уж чего мы только не придумывали, – горестно говорил он, – и засады на ночь выставляли, и на усиленный вариант несения службы переходили, устраивали беседы с местным населением, чтоб помощь оказывали. Все напрасно. Они в другом месте появляются. Как чувствуют».
– Чувствуют, говоришь, – генерал чиркнул зажигалкой, поднеся ее к сигарете, – а может, кто из твоих их координирует?
– Нет, товарищ генерал, я в своих людях уверен. Разброс хозяйств очень большой, а сотрудников у меня не густо.
– Понятно, если не густо – поможем, – и, обращаясь к Атаманову, генерал сказал: – Аркадий Иванович, записывай: выделить патрульный автомобиль и наряд милиции, состоящий из офицеров, в количестве пяти человек. Пусть неделю колесят по району, а гастролеров этих из-под земли достанут. – Затем, повернувшись к начальнику райотдела, продолжал: – А тебе, мил друг, обеспечить их бензином, жильем и питанием.
– Что вы, товарищ генерал, встретим и разместим как родных. Только пусть ребята постараются, мы в долгу не останемся, – обрадовался тот.
Машина быстро несется по направлению к Кобринскому району, Валька Топорков, крутя баранку, опять что-то напевает. Сергей назначен старшим группы, он сидит рядом с водителем, на заднем сиденье дремлют еще трое офицеров.
Работали омоновцы по ночам, днем отсыпались. Колесили по всем дорогам и весям, останавливали и досматривали транспорт, особенно грузовой, проверяли охранников на фермах.
– Дык чо, робяты? – говорил пожилой скотник, прикрывая рот заскорузлой натруженной ладонью с грязными ногтями. – Нам, почитай, третий месяц зарплату не плотют. Чо ж, убиваться на работе?
– Однако, отец, на выпить водки у тебя денег хватает, – говорил ему Валька.
– Простого человека всяк обидеть может, – говорил скотник и обиженно отворачивал голову, – вам по службе положено, вы этих ворюг и ищите.
И ребята искали, за четыре дня было раскрыто около семи преступлений: в отдел доставляли браконьеров, которые ловили рыбу электроудочкой.
Были такие лихие парни: от аккумулятора кидают два провода на специальное оборудование – и в воду Почище, чем глушить. Рыбы, у которой от разряда лопался пузырь, всплывало много, но потом на этом месте вся живность восстанавливала жизнедеятельность только спустя несколько месяцев.
Доставляли большегрузы, перевозящие незаконно цветной и черный металл. Привозили пьяных дебоширов и мелких жуликов. Но гастролеров поймать не могли.
На пятый день командировки Валька проснулся, как обычно, первым. Потряс за плечо Олега Истрина.
– Вставай, Олежка, тебе Билл Клинтон звонил.
– Что? – ничего не понимая спросонок, бормочет Олег и, поняв, что Валька подтрунивает над ним, улыбается. – Валь, лучше метнись и приготовь Кофи Ананд.
– Есть такое дело. – Валька, быстро встав, почапал на кухню.
Все проснулись, вместе сидят и пьют черный как смоль кофе, заедая его бутербродами с колбасой.
– Пацаны, а у меня ведь нынче день рождения, – отхлебывая горячий кофе, говорит Валька.
– Чо, правда? – вскакивает со стула Олег Истрин. – И сколько стукнуло?
– Двадцать семь. – Валентин пожал плечами.
– Отставить бутерброды, – Сергей решительно хлопнул себя ладонью, – план такой: Валентин, заводи машину, с Юркой дуете за продуктами, я с остальными готовлю место.
Место для празднования дня рождения выбрали очень живописное. На берегу озера.
Готовили шашлык, пели песни, поздравляли Вальку. Он вытащил магнитофон из машины и включил на всю катушку свой любимый «Роксетт». Спиртного не пили – Сергей запретил. Сегодня в ночь предстояло крайнее дежурство. Завтра пора было домой.
Вечером Валька повернул к Сергею счастливое раскрасневшееся лицо:
– Серег, всякие у меня дни рождения были, но такого веселого еще не было. Вот бы всегда так.
После 23:00 отделение на патрульном автомобиле выехало на охрану общественного порядка в районе.
Через три часа патрулирования автомобиль подъехал к одной из отдаленных ферм. Оставив машину на шоссе, парни выдвинулись в пеший патруль, чтобы незаметно проверить подступы к коровнику. Валентин остался в машине. «Слушай рацию», – сказал ему Сергей. «Да, че там может случиться, быстрей проверяйте сторожей, и поехали. Нам еще сегодня полрайона проколесить».
Парни тихо подходили к ферме, вдруг их внимание привлек грузовой автомобиль, стоящий в рощице, двигатель его негромко работал. За лобовым стеклом красным огоньком виднелась зажженная сигарета. Со стороны фермы послышалось громкое мычание.
– Так, парни, кажись, оно, – Сергей нервно поправил берет на голове, – машина никуда не денется. Олег Истрин – со мной. Мы заходим спереди. Дьяконов и Варварин, обходным маневром заходите сзади. Пока мы себя не обозначим – сидеть как мышки. В случае чего, прикроете.
Достав рацию, Сергей сказал:
– Валька, не спать – готовность номер один.
Сергей с Олегом тихо двинулись к ферме. Фонари не горели, только где-то внутри виден был приглушенный свет.
Омоновцы возникли как из-под земли.
– Всем на пол, руки за голову, работает ОМОН, – страшным голосом прокричал Олег.
Люди, которых оказалось трое, выводившие двух буренок, в ужасе попадали на землю. Такого развития событий они никак не ожидали. Только мычали, как объект их преступления, потеряв дар речи.
Сопротивления никакого не оказывали и безропотно дали себя связать. На помощь подоспели Дьяконов и Варварин. Когда выводили грабителей с фермы, раздался выстрел, дробь просвистела у ребят над головой. Грузовая машина резко газанула и взяла старт по узкоколейке.
– Ушел, мерзавец. – Олег доставал ПМ из кобуры.
Но тут на пути у грузовика возник ПМГ, Валентин включил проблесковые маячки и сирену. Водитель грузовика, выскочив из машины, бросил обрез в поле и попытался сделать ноги, но Валька быстро догнал его и, опрокинув на пашню, начал защелкивать на его запястьях наручники. Сергей, подбежав к нему на помощь, осветил лицо бандита карманным фонариком. На него со злостью смотрел их давешний знакомый скотник.
– Ну, вот и свиделись, батя. Я сразу тебе сказал: на выпить водки у тебя деньги есть. Но я отучу тебя от этой пагубной привычки лет на семь, – тяжело дыша, сказал ему Валька Топорков.
Новолакское
Вторую ночь омоновцы провели в спортзале Махачкалинского государственного университета. На третий день двадцать пять человек, во главе с подполковником Звонаревым, колонной уезжали в поселок Дылым.
Вторая половина отряда вертушкой была доставлена в село Новолакское. Старшим группы был назначен майор Слободин. Выгружая вещи из вертолета, Сергей обратил внимание, как из ущелья, находившегося неподалеку, дохнуло осенней сыростью. Со стороны села неслись другие запахи: спелых дынь, гари, кизяка и свежеиспеченного лаваша.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.