- -
- 100%
- +
***
Утро среды не задалось с самого утра. Диана отвела Милу в сад, потом поехала к заказчику на другой конец города, где у неё спустило колесо. Ей пришлось останавливать проезжающие мимо машины, и она с досадой поняла, что неравнодушных людей в этом мире осталось совсем мало. Может быть, это Москва стала такой чёрствой? Удача повернулась к ней лицом минут через пятнадцать её безуспешных попыток автостопа. На обочину свернула совсем молоденькая девушка на огромном внедорожнике, и Диана даже удивилась, что её спасителем оказался не мужчина, позарившийся на её стройные ноги. По крайней мере в фильмах всё происходило примерно так.
– Что у Вас стряслось? – миловидная шатенка вышла из своей машины, широко улыбаясь. На фоне массивной иномарки она казалась совсем крохотной и хрупкой. У Дианы даже возник вопрос, как она умудряется доставать до педалей.
– Колесо спустило, – с досадой призналась Диана. – А оборудования, как на зло, у меня нет.
– Сейчас всё исправим! – девушка-спасительница, как мысленно её назвала Диана, ловко открыла багажник у своей машины и достала оттуда насос. Ловко с ним управилась, и уже через пять минут Диана могла ехать дальше.
– Спасибо Вам большое! – искренне поблагодарила она. – Вы Всё сделали за меня!
– Да это ерунда! – отмахнулась девушка. – Сейчас никого не допросишься помочь!
– Как Вас зовут? – спросила Диана и стала рыться в своей сумочке.
– Екатерина! – с гордостью ответила девушка.
– Катя, возьмите, пожалуйста, мою визитку. Я работаю дизайнером, может быть, Вам пригодятся мои услуги с хорошей скидкой! – Диана ей подмигнула.
Девушка убрала визитку в карман, и помахала Диане, когда выехала на дорогу, опаздывая на встречу с заказчиком. Как и ожидалось, приехать в квартиру Димы вовремя она не успевала. Диана не любила опаздывать и смещаться с графика, потому что всё запланированное она должна была успеть сделать ровно до того часа, как Милу нужно забирать из сада. По дороге она пыталась дозвониться до Марины и предупредить её о своём опоздании, но та настойчиво не отвечала на звонок.
Так и не дозвонившись, Диана приняла решение всё равно прийти к ней с опозданием в полтора часа. Благо квартира была в её доме, и в случае неудачи Диана заберёт Милу пораньше и погуляет с ней на детской площадке чуть дольше обычного.
Дверь открылась сразу. Диана даже не успела убрать палец с кнопки звонка, будто её очень ждали. Скорее всего так и было, потому что перед ней тут же нарисовался Дима:
– Ты опаздываешь, – сказал он без упрёка, но явно нервничая.
– Я звонила Марине предупредить, но она не берёт трубку, – оправдывалась Диана.
– Её нет дома, она уехала по делам. Входи.
Диана нерешительно шагнула в квартиру, и Дима тут же захлопнул за ней дверь, зачем-то закрыв её на внутренний замок. Диане стало не по себе: она не рассчитывала на то, что окажется с Димой наедине, и возникшая неловкость сковала её тело и разум.
– Раз хозяйки нет дома, я оставлю эскизы тебе, чтобы Марина с ними ознакомилась? Ты всё равно не поймёшь, что мы с ней задумали. Не вижу смысла обсуждать это с тобой.
– К чёрту твои эскизы, Диана! – Дима взял её за локоть и потащил в гостиную. Посадил на новенький дорогущий диван, а сам навис над ней грозовой тучей.
– Что ты себе позволяешь? – возмутилась Диана.
– Я позволяю тебе объясниться передо мной!
– Объясниться?! – она засмеялась. – А не много ли ты на себя берёшь?! Я пришла не языками с тобой чесать, а работать!
– Диан, прости, пожалуйста, – Дима опустился перед ней на колени и обхватил руками её стройные ножки. – Я не хотел повышать тон, как-то вылетело случайно.
– Случайно, говоришь, – Диану давила обида. – И именно с такого тона ты начинаешь наш разговор?
– Я же извинился, – посмотрел он на неё щенячьими глазами. – Я не хотел тебя обидеть.
– Знаешь, Дим, – Диана убрала его руки со своих ног, хотя она не могла не заметить, как по телу пробежали мурашки от его прикосновения. – Между нами всё закончилось пять лет назад, и выяснять отношения сейчас мне не хочется.
– По-твоему я не заслужил объяснений, Диана? – Дима стал ходить по комнате, нервно потирая руки. – Это ты решила расстаться ни с того, ни с сего! Ты решила избавиться от нашего ребёнка после чего бесследно исчезла! А затем я встречаю тебя и что же вижу? Что у тебя есть дочь, которая вполне может оказаться и моей тоже! Ты точно не хочешь мне ничего рассказать?!
Хотела. Как же Диана хотела сейчас броситься ему в объятия, расплакаться и рассказать всю правду. Но ей было до чёртиков страшно. Что будет, если об этом узнает Аркадий Петрович? Он – высококлассный юрист, с серьёзными связями. Да, теперь он навряд ли заставит Диану избавиться от Милы, но забрать – вполне вероятно. Она не знала, насколько Дима зависим от отца, и насколько они близки. Потерять свою дочь ради мимолётной слабости Диана не хотела, поэтому молча выложила из сумки свёрнутые эскизы и положила их на диван.
– Я пойду, – мне ещё Милу забирать из сада.
Дима остановил её у двери, крепко схватив за руку:
– Чем я провинился перед тобой, что так противен тебе? – столько тоски было в его голосе, что у Дианы защемило сердце. Ей хотело крикнуть: «Ты ничем не провинился!», обнять его, такого родного и до сих пор горячо любимого, но нет… У него другая жизнь, другая девушка, другая любовь, хоть он и говорил, что до сих пор любит её. Но что значат слова, если они не приведут абсолютно ни к чему? – Хотя бы просто объясни, что я сделал не так?
– Я могу сказать тебе только одно, Дим, – Диана устало вздохнула. – Скажи спасибо своему отцу. За всё.
Дима отпустил её руку и отрицательно покрутил головой:
– Хочешь сказать, что это он подтолкнул тебя на… на всё?
Диана кивнула.
– Почему ты мне не сказала? Я бы поговорил с ним, и с нами ничего бы не произошло!
– Ты ошибаешься! Что бы ты сделал против него? Он угрожал уничтожить бизнес моих родителей, а это дело их жизни! Мама из-за этого попала в больницу! И чёрт знает, чем бы всё это могло кончиться! Я рассталась с тобой, как он и просил, но он захотел опуститься ещё ниже – заставил меня убить моего ребёнка! – Диана сорвалась на крик, прерываемый всхлипами. – Я исчезла, чтобы он больше не смог причинить мне вред, понимаешь? Ни ты, ни я не виноваты в том, что с нами произошло! Я надеюсь, что он сейчас счастлив? Ты стал успешным, как он и хотел, повстречал девушку из приличной семьи! Моя то семья ему не подходила! Кто такие стоматологи по сравнению с хирургами, верно?! Когда он за руку привёл меня в эту клинику, он знал, что моя жизнь будет испорчена! Знал! Но ему было плевать на меня, на свою внучку! Единственное, что ему хотелось – не упасть в грязь лицом! Как он там? Скажи мне! Счастлив за своего сына?
– Он не счастлив, Диана, – ответил Дима, и по его щеке стекла слеза. – А я ещё думал: за что моему отцу такое горе? Оказывается, было за что.
– О чём ты? – не понимала Диана. Её всю колотило, будто она раздетая стояла на морозе, но это всё эмоции, которые она держала в себе столько лет и теперь с корнями вырвала их из своей души.
– Моему отцу досталось сполна. Око за око, как говорится…
– Что случилось, Дим? Что-то с Тарасом? – неприятный ком образовался в горле Дианы, предчувствуя не совсем хорошие новости.
– Передоз. Четыре года назад. Тарас умер, Диана.
ГЛАВА 6.
– Какое горе, – всхлипнула Диана.
– Да, – Дима снял очки и вытер проступившие слёзы. – Жизнь отплатила моему отцу сполна за то, что он сделал с тобой.
– Только это не приносит мне радости. Это слишком жестоко. Тараса так и не вылечили от зависимости?
– Он пошёл на поправку, его отпустили домой, но стоило ему оказаться снова со своей компанией, ему снесло крышу. Однажды ночью Виталина обнаружила его бездыханное тело на полу в гостиной, и с тех пор наш дом превратился в ад.
– Передай Виталине Андреевне от меня искренние соболезнования. Бедная женщина, как она пережила это?
– Останешься на чай? – предложил Дима, и Диана посмотрела на часы.
– У меня есть ещё полчаса. И я люблю зелёный.
Дима довольно улыбнулся и пригласил Диану на кухню. Пока он кипятил чайник, заваривал чай, он рассказывал ей о своей жизни после того, как они расстались:
– В этом кошмаре я прожил год. В доме была невыносимая гнетущая атмосфера, все стены будто пропитались скорбью, Виталина ночами завывала от горя. Отец начал пить, но вовремя остановился, когда понял, что катится по наклонной, как и его умерший сын. Я сдал экстерном экзамены и уехал в Москву. Отец как раз открыл здесь новый филиал своей юридической фирмы, и доверил мне им руководить. Первое время, конечно, он мне помогал, вводил в курс дела, но вот уже два года, как я самостоятельно у руля.
– Ты молодец, – похвалила его Диана. – Я не сомневалась, что ты со своими мозгами далеко пойдёшь.
– Ты тоже поднялась, у тебя свой бизнес. И… Диана, я горжусь тобой, – Дима обжёг её искренним взглядом.
– Какой там бизнес, – засмущалась она. – Так, мелочь.
– Посмотри на себя: из той дерзкой Ди, которую я помню, ты превратилась в успешную, самодостаточную и независимую Диану. Это дорогого стоит. Вот твой чай. Теперь твоя очередь, – Дима сел на стул напротив Дианы и приготовился слушать.
– Моя очередь? – удивилась она.
– Да, теперь ты рассказывай, как жила все годы, чем дышала?
У Дианы последние пять лет связаны с Милой, и делиться этими годами с Димой сейчас она была не готова и не знала, сможет ли когда-нибудь рассказать ему об этом. Поэтому о своей жизни она рассказала буквально в двух словах:
– Приехала в Москву, сняла квартиру, отучилась на дизайнера, открыла своё дело. И вот теперь я купила квартиру в одном доме с тобой, даже не подозревая об этом, – она отхлебнула горячий чай.
– И всё?!
– А что ещё ты хочешь услышать?
– У тебя есть дочь, Диана. Не расскажешь, как она появилась на свет? Ты была замужем? Сейчас кольца у тебя нет…
– Нет, Дим. Замужем я не была, а Мила… она…
– Моя дочь, верно? – перебил её Дима.
– Что ты такое говоришь?! – Диана закашляла, подавившись чаем.
– Когда ты высказывалась мне про моего отца, ты сказала, цитирую: «Ему было плевать на меня, на свою внучку!». Почему именно внучку? Тогда ты ещё не могла знать пол ребёнка.
– Не цепляйся к словам, Дим, – Диана опустила виноватый взгляд. – У меня это вылетело случайно.
– Почему ты не хочешь рассказать мне правду?
– Я говорю тебе правду! У Милы есть отец!
– Тот парень, с которым ты сейчас встречаешься?
– Нет, это не Кирилл! Да какая тебе разница? Всё в прошлом, и мы с тобой в прошлом. Спасибо за чай.
Диана встала из-за стола, собираясь покинуть квартиру, но Дима преградил ей путь:
– Диан, постой! – он прижал её к стене, загоняя в ловушку своего тела и рук. – Я не верю, что ты всё забыла. Не верю, что тебе плевать на наше с тобой прошлое.
– Я не заставляю тебя в это верить. Ты можешь верить во что угодно, но не цепляйся за ложные надежды, что мы когда-нибудь снова будем вместе.
– Поцелуй меня, – потребовал Дима.
– Что? Ты с ума сошёл?!
– Диана, поцелуй меня и скажи, что не любишь меня! Я прошу!
– Дим, отпусти, мне нужно идти. Меня ждёт Мила.
– Поцелуй займёт всего лишь мгновение, – Дима нагнулся и дыханием коснулся её губ.
– Дим, не надо…
Но он не послушал её и требовательно поцеловал. Диана попыталась оттолкнуть его, но он даже не сдвинулся с места, так как она почти сразу перестала сопротивляться и несмело впустила язык Димы в свой рот. По телу мгновенно разлилось сладостное тепло, и она осмелилась обнять Диму за шею. Он сгрёб Диану в свои объятия и стал покрывать поцелуями бархатную кожу на её шее. Ей нравилось это – быть рядом с ним. Это казалось таким правильным и до одури приятным, что руки Дианы сами потянулись к его рубашке и стали расстёгивать пуговицы. Когда она её стянула, то погладила ладонями рельеф мышц, который до сих пор хранился в её памяти. Дима проник руками под короткий сарафан и сжал упругие ягодицы, обтянутые кружевными трусикам.
– Скажи, что любишь меня, – потребовал он. – Ведь любишь?
– Нет, – отрицала Диана, но продолжала реагировать на его ласки, покрываясь мурашками, – не люблю.
– Не ври, – Дима сжал ладонью её грудь, ущипнул пальцем затвердевший сосок, и Диана тихо пискнула:
– Не люблю.
Она не могла признать своё поражение, хотя уже сдалась, когда её тело ответило на ласки таких желаемых губ и умелых рук. Признаться Диме в любви приравнивалось к разрушению того, что она строила все эти пять лет. У неё было два варианта: соврать ему и оставить всё, как есть, или признаться в своих чувствах, и тогда им придётся причинить боль Марине и Кириллу, которые этого не заслужили. Как бы приятна ни была Диане интимная близость с Димой, всё же она переборола себя и отстранилась от него, поправляя одежду и взъерошенные волосы.
– Дим, между нами всё кончено. Давай не будем совершать ошибку, о которой будем жалеть.
– Ты никогда не будешь моей ошибкой, Диана.
– Не нужно всё усложнять.
У входной двери дёрнулась ручка, а затем в замочной скважине повернулся ключ, и Дима выругался:
– Чёрт, это Марина!
Он поднял с пола рубашку и быстро накинул её на себя. Сердце Дианы от дикого волнения и стыда готово было вырваться наружу, громко стуча о грудную клетку. Она чувствовала себя преступницей, посягнувшей на чужое. Поэтому, когда в квартиру вошла Марина, Диана виновато опустила взгляд, стыдясь смотреть ей в глаза.
– Диана! Вы всё ещё здесь? – прощебетала она.
– Да, я как раз собираюсь уходить, – Диана пересилила себя, чтобы посмотреть на Марину. – Я оставила эскизы, чтобы Вы с ними ознакомились. Как будете готовы вынести свой вердикт – звоните.
Она поспешно вышла на лестничную площадку, вызвала лифт, чудом находившийся на её этаже, и, войдя во внутрь стала быстро нажимать на кнопку первого этажа, чтобы скорее скрыться из виду. Когда лифт повёз её вниз, Диана сползла по холодной стенке кабины и заплакала. Она научилась… научилась жить без него. Ей пришлось склеивать своё разбитое сердце, стирать себе память о его поцелуях и прикосновениях, забывать его любовь… И что в итоге? Встретившись с ним вновь, внутри неё всё заново разрушилось. Барьер, который она возвела против любви к Диме, трещал по швам, разрушался, и вот-вот в её сердце лавиной ворвётся любовь, которая снова принесёт страдания и боль.
Ей хотелось кричать, вырвать и выкинуть то, что она снова стала чувствовать к Диме, вот только это не так просто. Она вышла на улицу и подставила солнечным лучам мокрое от слёз лицо. Кожу стало приятно покалывать, и, успокоившись, Диана сказала сама себе:
– У меня есть дочь – смысл моей жизни. Ради неё я должна быть сильной. Я не позволю себе утонуть в той боли, из которой так долго выкарабкивалась. Просто нужно заставить себя поверить в то, что я не люблю его. Так нужно. Так жизненно необходимо.
ГЛАВА 7.
Как только за Дианой закрылась дверь, Марина с подозрением посмотрела на Диму:
– Ты считаешь нормальным щеголять перед едва знакомой девушкой в расстёгнутой рубашкой?
Дима стал смущённо застёгивать пуговицы.
– Как ты это объяснишь? – настаивала она.
– Что я должен объяснить?
– У тебя с ней что-то было?
– Ты рехнулась?! С чего ты это взяла?
– Думаешь, я дура? По-твоему, я не узнала в этой Диане твою бывшую? Провалами в памяти я вроде не страдаю. Всё думала: откуда мне знакомо её лицо, и только сейчас, увидев вас здесь, я вспомнила, откуда знаю её.
Почему-то сердце у Димы стало стучать где-то в горле от волнения, как у маленького ребёнка, которого родители отчитывают за серьёзный проступок. Дима не хотел ей врать, но выкладывать Марине всю подноготную сейчас было нецелесообразно. Даже если он и захочет с ней расстаться, нужно идти к этому постепенно, подготавливая её, а не поступать с ней по-свински.
– Да, дизайнер действительно оказалась моей бывшей девушкой, но это не значит, что между нами что-то было. Мы просто поговорили…
– Дим, – нижняя губа Марины затряслась в преддверии истерики, – не ври мне. Я ни за что не поверю, что ты просто так решил взять выходной именно сегодня, зная, что она придёт. И то, что я попала в парикмахерскую, тоже уже не кажется случайностью. А теперь я прихожу домой и вижу, как ты полуголый стоишь рядом с ней! Я помню, как ты страдал по ней, как любил. Чувства вернулись при встрече, так ведь?
– Марин, ничего не было, – всё, что смог он сказать и попытался её обнять. – Прости меня.
Марина прижалась лицом к его груди и заплакала:
– Я ведь люблю тебя, Дим! Слышишь?! Я не могу потерять тебя!
Уголки его глаз защипали, и он посмотрел в потолок, чтобы не выпустить слёзы наружу. Он понимал Марину, потому что сам любит так же сильно, вот только не её. Всё, что он мог сейчас для неё сделать – крепко прижать к себе и успокаивающе гладить по спине. Когда она успокоилась, Дима поднял её лицо и вытер большими пальцами её слезы.
– Прошу тебя, Марин, не нужно больше плакать. У меня с ней ничего не было, да и не будет. У неё другая жизнь, и у меня тоже. Не накручивай себя, – сам себя без ножа, но ему было нестерпимо видеть слёзы, которые появились из-за него. – Сварить тебе кофе?
Марина шмыгнула носом, встала на носочки и нежно поцеловала Диму. Он прижался к её губам, ощущая их солёный вкус. До него только сейчас дошло, после страстного поцелуя с Дианой, который вскружил голову, заставил трепетать всё тело, что поцелуи с Мариной всегда были какими-то пресными. С самого начала их отношения были построены не на любви, а на сексе, в котором оба они искали утешение. У них не было общих интересов, они не проживали яркую и счастливую жизнь. Дима не мог себя назвать счастливым и влюблённым рядом с Мариной. Просто со временем он к этому привык и воспринимал это как должное, как жизнь нормального человека. Но сейчас… Он не ненавидит Марину, она ему не противна. Они вместе уже больше четырёх лет, просто он… не любит её. Она просто стала привычкой.
– Капучино хочу, – тихо произнесла она.
– Капучино, значит капучино, – улыбнулся Дима. – Идём.
Вечером он ушёл принимать душ, а Марина разбирала постель, когда ей на глаза попался портфель Димы. Он всегда бросал его, куда придётся, а Марина убирала его, вешая на стул. Так и в этот раз. Только сейчас изнутри что-то выпирало – небольшое и твёрдое, и она решила проверить, что это может быть. Открыв портфель, она просунула руку в боковой карман и достала из него коробочку, внутри которой находилось кольцо с бриллиантом. Она округлила глаза от восхищения и прислушалась: вода в ванной ещё шумела. Не сдержавшись, Марина примерила кольцо на правый безымянный палец, и оно пришлось в пору.
– Димка! – пропищала она приглушённо. – Ты всё-таки собрался делать мне предложение!
В ванной вдруг наступила тишина, и Марина быстро убрала кольцо в портфель, с трудом заглушая в себе восторг и восхищение. Она мечтала об этом моменте, вот только не думала, что Дима решится на это так скоро. Стянуть с лица улыбку у неё не получилось, поэтому Дима, войдя в спальню, удивлённо вскинул брови:
– Что с тобой? Ты буквально вся светишься от счастья?
– Правда? – она подошла к нему, погладила влажную спину и скинула полотенце, которое Дима повязал на бёдра. – Просто я так сильно люблю тебя, что сил нет. – Её халатик тоже полетел на пол, когда Дима поднял её на руки, а затем бросил на кровать…
***
На следующий день, возвращаясь с работы, Дима бросил взгляд на портфель, лежащий на соседнем сиденье. С самого утра он думал, что делать с кольцом, ведь делать предложение Марине он окончательно передумал. Решив вернуть его в магазин, он затормозил у ювелирного и уверенно направился к продавцу. Молоденькая блондинка вежливо и быстро оформила все необходимые бумаги, вернула деньги на карту и выдала чек о возврате, который Дима, не раздумывая, закинул в портфель.
У него остался ещё один нерешённый вопрос: является ли Мила его дочерью. Поэтому он заехал в ближайшую частную клинику, разузнал, что от него требуется, чтобы он мог провести анализ ДНК, и только после этого решил поехать домой.
Проезжая мимо детской площадки, находившейся во дворе его дома, он заметил Милу, играющей в мяч с другими детьми. Дианы рядом не оказалось, поэтому он подумал, что это его шанс, и остановил машину. Несколько минут он просто любовался этой голубоглазой девочкой со смешными косичками и думал о том, что она может оказаться его дочерью. Это было маловероятно, ведь он ясно помнил, как Диана вышла из операционной разбитой и подавленной. Всё было написано на её лице. Диме даже слова были не нужны, чтобы понять, что она натворила что-то ужасное. Но шестое чувство подсказывало ему, что нужно проверить. Девочка очень похожа на него, или Дима просто накручивает себя?
Мяч подкатился к его ногам, и он поднял его. По счастливой случайности за ним прибежала Мила, и она сразу узнала Диму:
– Здравствуйте! А я Вас знаю! Мама у Вас работает и делает красивой Вашу квартиру!
– А у тебя хорошая память, принцесса, – Дима добродушно улыбнулся и внимательно всмотрелся в черты её лица, всё больше находя общего с собой.
– А меня дядя Кирилл так называет! – столько восхищения в детских глазах Дима ещё ни разу не видел.
– Правда? Ты действительно похожа на самую красивую принцессу. Как её там звали? – Дима наигранно задумался, а Мила выкрикнула:
– Золушка! Я люблю эту сказку! Мама мне всегда читает её перед сном.
– Точно, Золушка, – согласился Дима и щёлкнул пальцами. – Вот именно её ты мне и напомнила.
– Мила, кажется, я говорила тебе, чтобы ты не разговаривала с незнакомыми людьми!
Дима поднял взгляд и узнал в подбежавшей к ним женщине Ирину Вадимовну – маму Дианы.
– Бабушка, этот дядя живёт в нашем доме! Мамочка работает у него в квартире!
– И это не значит, что ты всё равно должна нарушать правила, – ласково пожурила Милу бабушка.
– Добрый вечер, Ирина Вадимовна, – обратился к ней Дима. – Не переживайте, Диана нас уже познакомила, я не причиню девочке вреда.
Ирина Вадимовна внимательно всмотрелась в Диму и, узнав его, зажала рот рукой, чтобы из неё не вырвался неконтролируемый крик. Отойдя от шока, она опустила руку, завела Милу за свою спину и воскликнула:
– Дима?!
ГЛАВА 8.
Диана подъехала к дому и припарковала машину возле подъезда. Сегодня Милу должна была забрать её мама, так как из-за важного проекта Диана не успевала вовремя приехать домой. Она осмотрела детскую площадку в поисках дочери и ахнула: Дима стоял и разговаривал с её мамой. Диану охватила паника, и она, забыв про высокие шпильки, рванула к дочери.
– О чём разговариваете? – прервала она беседу между Димой и своей мамой и взяла за руку дочь, скрывая её от своего бывшего парня.
– Диана, ты знала, что Дима живёт в этом доме? – удивлённо спросила Ирина Вадимовна.
– Да, мам, знала. Ты уж извини, но нам нужно идти, – обратилась она к Диме.
– Не смею вас задерживать, – согласился он. – Только попрощаюсь с маленькой принцессой. – Он опустился на корточки перед Милой, и Диана крепче её к себе прижала, будто боялась, что Дима отберёт её. – Можно вашу маленькую ручку, леди?
Мила гордо задрала голову и протянула крохотную ладошку, которую Дима нежно поцеловал. От этой картины у Дианы замерло сердце. Он мог бы стать замечательным отцом, и она стала сомневаться в правильности своего решения скрыть от него правду.
– Ты испачкалась, – Дима отряхнул платье Милы и незаметно забрал к себе её волос. – До встречи, Диана, – он грустно улыбнулся ей, а Ирине Вадимовне кивнул на прощанье. Сунул руки в карманы и, ссутулившись скрылся в своём подъезде.
– Диана? Почему ты ему не сказала? – спросила Ирина у дочери, но та лишь молча покачала головой, давясь слезами. – Он догадывается и рано или поздно узнает, что Мила – его дочь. В конце концов он не виноват, что произошло, и ты об этом прекрасно знаешь.
– Мам, пойдём домой, – устало сказала Дина, – выпьем чаю. Я такой вкусный купила на днях. Заодно и поговорим.
***
– И давно ты знаешь о том, что Дима живёт с тобой по соседству? – Ирина отпила горячий чай, от которого исходил фруктовый аромат.
– Около недели. По чистой случайности его девушка наняла меня, чтобы я помогла обустроить их квартиру.
– У него есть девушка?
– Да.
– Именно поэтому ты не сказала ему про Милу?
Диана посмотрела на дверь, за которой её дочь плескалась в ванной и весело смеялась. Перед ней до сих пор стояла картина, как Дима вежливо беседует с Милой. Диане это до чёртиков понравилось и взбудоражило её кровь.
– Я очень хочу ему рассказать об этом, но что-то меня останавливает, – печально вздохнула она, задумчиво глядя на пар, поднимавшийся над её кружкой.