Безжалостное добро

– Странным для тебя будет лишь то, что сам сочтешь за таковое. Старайся ничему не удивляться. Даже если это будет сложно. Договорились?

– Я попробую. Постараюсь, – произнес Андрей. А что еще он мог сказать?

– Значит, договорились. Ладно, не теряй зря времени. Уже три часа. Увидимся вечером.

Андрей понаблюдал несколько секунд за уходящим в направлении стеклянных отделов Сэлтором, потом повернулся в сторону выходов из здания. Постояв еще некоторое время, он направился к одной из дверей. Стоявшие у входа охранники (а может, и не охранники, кто их тут разберет) даже не взглянули на него, двери бесшумно разъехались в стороны, и Андрей вышел на улицу.

Первым делом ему пришлось зажмуриться от яркого солнечного света, который ударил ему по глазам, как только он оказался снаружи. Проморгавшись, Андрей смог наконец как следует осмотреться вокруг. Перед ним простиралась по меньшей мере на километр абсолютно ровная и гладкая поверхность, упиравшаяся в конце (если смотреть повернувшись спиной к выходу из здания ГУК) в многополосную дорогу с оживленным движением. Это была огромная площадь, прежде ему не доводилось видеть площадей подобных размеров, и здание ГУК, по-видимому, стояло прямо в ее центре. Да и само здание действительно впечатляло своей высотой: чтобы посмотреть на самый верх, Андрею пришлось так запрокинуть голову назад, что он едва не достал затылком до спины. В последний раз он такое видел, когда ездил в Шанхай. Но там высоких зданий было не одно и не два, а здесь же, насколько он мог судить, когда смотрел из окна, конкурентов у этого гиганта не было, здание ГУК явно выделялось на фоне всех остальных построек. Андрей вновь направил свое внимание на видневшуюся впереди дорогу. Действительно, машин было очень много, если долго смотреть, начинало буквально рябить в глазах. Его взгляд привлек большой красный автобус, остановившийся рядом с небольшой группой людей, стоявших возле какого-то столба с прикрепленными на нем табличками. Значит, там остановка. Ну что ж, возможность начать знакомство с городом посредством автобусной экскурсии выглядит вполне привлекательно. Если что-нибудь из увиденного покажется ему достойным внимания, можно будет выйти и продолжить осмотр своим ходом. С такими мыслями Андрей направился прямо к предполагаемой остановке.

Когда он смотрел на площадь сквозь стеклянные двери, ему показалось, что на площади полно людей. Теперь он смог убедиться, что не ошибся. Люди равномерно заполняли все пространство огромного прямоугольника, непрерывно перемещаясь в его пределах. Непрерывно хотя бы потому, что никаких скамеек или лавочек на площади не было, не было вообще ничего, на что можно было бы водрузить известную часть тела. Конечно, некоторые время от времени останавливались, в основном для того, чтобы сфотографироваться на фоне здания ГУК, но они ни в коей мере не нарушали картину всеобщего движения. Они просто гуляли, общались, смотрели по сторонам. Среди встречавшихся ему на пути к остановке людей попадались представители совершенно разных возрастных и социальных групп. Были старики со своими внуками и родители со своими детьми, веселые компании, состоявшие из юношей и девушек примерно одного с Андреем возраста, и солидно выглядевшие представители деловых слоев населения, не устоявшие перед возможностью прогуляться в такой теплый и солнечный день. Все они были разными, с разными мыслями и разными планами, с разным кругом знакомых и интересов. Но, несмотря на все это, у них у всех было нечто общее, делающее их пусть совсем немного, но все же похожими друг на друга. И этим общим было выражение их лиц. Нет, нельзя было сказать, что все они смеялись или улыбались, хотя таковых тоже было немало. Их объединяло нечто иное. Что именно? Что… Андрей не мог найти точного определения, четкого описания того, что он сейчас испытывал. Просто… просто это нужно было почувствовать самому. От каждого лица, что он видел перед собой, от каждого взгляда, что он ловил на себе, исходило что-то очень теплое и дружественное. Он не смог заметить ни одного сумрачного или хотя бы просто недовольного выражения лица. И нельзя было просто объяснить это хорошим настроением, которое, возможно, было у каждого из встреченных людей на его пути. Их взгляды, все без исключения, словно говорили ему: «Привет. У меня все хорошо. И я очень надеюсь, что и у тебя тоже». Никогда раньше он не испытывал ничего подобного. Может, ему это просто кажется? Может, он просто уже очень давно не видел столько позитивно настроенных людей сразу? Действительно, кому может быть какое-то дело до ничем не выделяющегося молодого человека, спокойно плывущего в общем людском потоке. Какое вообще человеку может быть дело до других людей, особенно совершенно ему незнакомых?

Поглощенный изучением нахлынувших на него эмоций, Андрей незаметно для себя подошел к остановке. Звуки движущегося транспорта вернули его в реальность (насколько вообще было возможно вернуться в реальность в нереальном мире). Людей на остановке было немного, всего человек пятнадцать-двадцать. На табличке, как он и думал, было расписание маршрутов. И еще штук восемь. Он не стал рассматривать каждый в подробности. Последним значился восемьдесят восьмой. Он был самым длинным из всех. Рядом стояла маленькая группка из четырех человек, два парня и две девушки примерно двадцати – двадцати двух лет. Спрошу у них, пожалуй. Заодно узнаю про маршрут и про периодичность движения восемьдесят восьмого. Он поймал на себе пристальный взгляд одной из девушек. Она смотрела на него чуть насмешливо, с едва заметной улыбкой. Андрей немного смутился, но все же сделал несколько шагов навстречу молодым людям. Остановившись буквально в двух метрах от них, он замер в нерешительности. Его первое общение с людьми из этого мира. Каким оно будет? Так, что у нас тут? Начнем с самого верха. Пятнадцатый, двадцатый, тридцать седьмой, сороковой. Наверное, стоит выбрать его, для первого знакомства с городом лучший выбор. Вот только который сейчас час? Хотелось бы уложиться до вечера, с наступлением темноты шататься по незнакомому городу желания у него не было. У кого бы спросить?

– Ты что-то хотел спросить? – первым подал голос один из парней. Сказано это было приветливо, без раздражения в голосе, поэтому Андрей все же решился начать разговор.

– Да, я просто… Я… Который сейчас час, а? – не слишком вежливо рубанул Андрей. М-да, не слишком удачная фраза для начала разговора.

Однако парень ничуть не смутился и не разозлился, а лишь улыбнулся и спокойно ответил:

– Двадцать минут четвертого.

Поскольку Андрей остался стоять на месте, явно намереваясь спросить что-то еще, девушка, привлекшая его внимание минуту назад, тоже вступила в разговор:

– Ты еще что-то хотел? Ты, случайно, не заблудился? Вид у тебя больно растерянный, – спросила она все с тем же слегка насмешливым выражением на лице.

– Нет, не заблудился. Не успел пока что. Я только что приехал сюда из Влади… из другого места и ничего еще здесь не знаю. Захотел вот город посмотреть. Вы не знаете, восемьдесят восьмой часто ходит? – взяв наконец себя в руки, уже с большей уверенностью сказал Андрей.

– Ни разу не был в Элиниуме? Ты, наверное, издалека. А зачем тебе восемьдесят восьмой? – с неожиданным для него интересом спросила девушка.

– Да, можно сказать и так. Издалека… Восемьдесят восьмой? Просто так, выбрал наугад.

– Наугад? Понятно. Да, он часто ходит. Долго ждать не придется. А ты что, живешь где-то рядом? Если заблудиться еще не успел, – продолжала расспрашивать его не в меру любопытная девушка.

– Я? Да, недалеко. Вон там.

С этими словами он указал на возвышавшееся в центре площади здание ГУК.

После таких слов на него уставились уже все четверо.

– Ты хочешь сказать… ты остановился там? В Главном управлении? Кто же ты такой? – с некоторым недоверием спросила она, буквально вцепившись в него глазами.

– Ну… сложно сказать, я сам пока еще… Я здесь по важному делу, – Андрей уже успел пожалеть о своих неосторожных словах.

Но девушке такой ответ показался недостаточным, и по всему было видно, что она намерена продолжать задавать вопросы и дальше. Черт, ну кто меня тянул за язык?! Действительно, ГУК явно не предназначено для приема постояльцев. Как, интересно, отреагировали бы у нас, если бы я сказал, что решил пока бросить вещи в здании ФСБ? Или в Кремле? Как же теперь выкручиваться?

– Ладно, Алана. Хватит. Не видишь разве, парень смущается. Оставь его в покое, – очень вовремя вмешался парень, сообщивший ему время.

Бросив на своего приятеля несколько раздраженный взгляд, Алана все же отступила.

– Ладно, не буду. Но если еще раз встретимся, я от тебя так просто не отстану. Кстати, зовут-то тебя как?

– Ан… Андрей.

– А меня Ала́на. Было приятно познакомиться.

– Мне тоже. Ну, я пошел. Город ваш хочу посмотреть.

– Давай, давай. Не теряй времени. Пока.

– Пока.

Кивнув головой на прощанье, он направился к остановке. Ну что ж, первый опыт общения с местными оказался вполне удачным. Надеюсь, что и дальше все будет хорошо.

Ждать действительно оказалось недолго. Уже через несколько минут подъехал восемьдесят восьмой, в котором почти не было пассажиров, и Андрей сел на одно из множества свободных мест у окна. Бросив последний взгляд на остановку, он увидел все тех же молодых людей, которые, очевидно, тоже ждали какой-нибудь автобус, и Алана, заметив его в окне, помахала ему рукой.

Автобус скользил по улицам города (ну, не совсем скользил, конечно, пробки иногда возникали, но они были небольшие) уже почти два часа, а ощущения близости к окраинам не было и в помине. Люди входили и выходили, по истечении первого часа поездки входящих стало больше, автобус постепенно заполнился, свободных мест уже не было. Вид за окном мало чем отличался от вида большинства современных мегаполисов. Разве что машин было не так много, как этого можно было бы ожидать от громадного города. Зато было немало велосипедистов. Да, и, конечно, нельзя было не обратить внимания на зеленость города. Повсюду можно было заметить аллеи с ровными рядами деревьев, парки, идеально ровно подстриженные газоны, на которых цветами были выложены разные узоры или надписи. Да, все-таки ты очень большой, Элиниум. Очень красиво. Да что там, просто здорово. Может, уже пора выходить? Вид из окна, конечно, дело хорошее, но надо ведь и пешком пройтись. Хотя, ладно, посижу еще. На схеме маршрута было указано, что конечная остановка где-то в самом конце города. Должен же он когда-то начать кончаться?

Между тем прошло еще полчаса. Количество пассажиров начало уменьшаться, дома вокруг стали ниже, парков стало еще больше. Судя по всему, конечная уже близко. Выйду, похожу немного вокруг и вернусь назад.

На часах, висевших на лобовом стекле автобуса, значилось 6:01, когда автобус наконец достиг конечного пункта своего следования. Пассажиры один за другим начали вставать со своих мест, подходить к водителю, расплачиваться за проезд и покидать автобус. Расплачиваться за проезд. Платить деньги. А я что буду делать? У меня ведь с собой ни копейки (что тут у них вместо копеек, интересно?). Сэлтор мне ничего не дал. Хотя нет, секундочку. Кое-что все-таки есть. Карточка. Правда, он сказал, что это на случай такси. Но, возможно, сработает и здесь?

Тем временем последний пассажир вышел из автобуса. Андрей остался один. Ну что ж, нужно попробовать. Он подошел к водителю и неуверенно протянул ему карточку с буквами ГУК посередине. Водитель, крупный мужчина с густыми черными усами, одетый в синюю форму и с синей фуражкой на голове, внимательно посмотрел на протянутый прямоугольный кусочек пластика, быстро взглянул на Андрея и… отвернулся. Ничего не сказав. Постояв еще несколько секунд, Андрей повернулся и вышел наружу. Хм, сработало. Интересно, в каких еще случаях эту карточку можно использовать в качестве денежного эквивалента? Надо будет уточнить у Сэлтора.

Он огляделся по сторонам. Прямо перед ним уходила вперед узкая дорога, вдоль которой по обеим сторонам стояли низенькие домики, высотой в один-два этажа, не выше. Он выбрал правую сторону дороги и пошел вперед, ступая по тротуару, такому узкому, что на нем с трудом разошлись бы два человека. Было очень тихо. Людей вокруг практически не было. Разве что вон та пара пожилых людей, идущих по противоположной стороне дороги. Домики подходили так близко к дороге, что можно было заглядывать в окна. Рядом на небольшой скорости проехало такси желтого цвета, поравнявшись с ним, водитель сбросил скорость до минимума и вопросительно посмотрел на Андрея. Он махнул рукой водителю, и тот, прибавив скорость, поехал искать других желающих. Через некоторое время Андрей дошел до перекрестка. Направо или налево? И там, и там, в принципе, картина была одна и та же. Все те же низкие дома, редкие машины, еще более редкие пешеходы. А может, вперед? Впереди, в стороне от дороги, находился вход в парк. Довольно высокие решетчатые металлические ворота, выкрашенные в зеленый цвет. Они были открыты. Сам парк был окружен невысокой оградой такого же зеленого цвета, через которую при желании можно было легко перелезть. Ко входу вела тропинка, местами заросшая травой. Видно, парк не пользовался большой популярностью. Зайти и посмотреть, что там внутри? Хотя что там может быть, кроме деревьев, травы и скамеек для любителей посидеть в тишине? Пройдусь, пожалуй. Может, уже пора возвращаться? Не терпится узнать, что же мне расскажет Сэлтор. Но нет, все-таки я пока поброжу еще вокруг. Пожалуй, все-таки пора возвращаться. У меня еще будет время походить по таким местам.

Внезапно его внимание привлекла табличка с названием парка, прикрепленная на воротах: «Манящее спокойствие». Что-то кольнуло его внутри, как только он увидел эту табличку. Теперь он отчетливо чувствовал это. Что-то буквально звало его туда. И он шагнул навстречу этому зову. Это название. Я уже видел это. Но где? Какое сильное чувство дежавю. Такое ощущение, что это было давным-давно. Если то, что Сэлтор рассказывал о дежавю, правда, то тогда, возможно, это вовсе не его воспоминание. Но все выглядит таким… знакомым. Как такое может быть? Как бы то ни было, я должен войти в этот парк.

В самом парке было еще тише, чем у дороги. Казалось, любой звук, подлетавший к ограде парка, натыкался словно бы на неведомую преграду, не позволявшую ему проникнуть внутрь. Возможно, когда дует ветер и шелестит листва, тишина не кажется настолько непроницаемой, но сейчас не было даже ветра. Солнце уже начало постепенно садиться, деревья в парке росли достаточно плотно, поэтому в глубинах парка уже воцарился полумрак. Однако на потрескавшейся во многих местах асфальтовой дорожке, пронизывающей парк от начала и, возможно, до самого конца, деревья не росли, поэтому она все еще была освещена лучами вечернего солнца. Андрей медленно шел по дорожке, оглядываясь по сторонам. Но чувство дежавю пока что не отпускало его, поэтому он продолжал идти вперед. А вот и скамейки, одна по одну сторону дорожки, а вторая прямо напротив – по другую. Впереди виднелись еще, расположенные так же, одна напротив другой. Андрей сел на скамейку по левую сторону от дорожки, деревья росли так близко, что сама скамейка была в тени. Хотя он и сам не понимал, чего он ждет. Чуда? Неожиданного прозрения? Или еще чего-нибудь? Может быть, он вообще зря сюда пришел. Мало ли что ему могло показаться. Тем более в таком странном месте. Он до сих пор не был уверен, что верит во все это. Слишком уж дико это звучит. Вроде бы ничего необычного пока не видно. Просто заброшенный парк. Присяду здесь, пожалуй. Посижу немного, подожду. Как там сказал Сэлтор? Мир, созданный усилиями мысли и воображением всех людей на планете, сотканный из миллиардов сознаний всех человеческих существ, соединяющихся между собой и образующих единое сознание всего человечества. Надо же такое придумать. Но демонстрация Сэлтора была вполне убедительной, человек на такое неспособен, это точно. Но быть в воображаемом мире? Очень сложно поверить в это. Все выглядит таким реальным. Те люди на остановке. Они тоже воображаемые? И тот парень? И Алана? Сэлтор, тебе придется еще многое мне объяснить. И самое главное, то, что волнует меня больше всего. Зачем им я? Он сказал, им нужна моя помощь. Для чего? И сможет ли он помочь? Надеюсь, я получу ответы на все эти вопросы уже сегодня. И чем скорее, тем лучше.

Он посидел еще какое-то время, стараясь ни о чем не думать. Получалось неважно. В голове было слишком много мыслей и вопросов. Он поднял голову и бросил взгляд на скамейку напротив. И увидел ее. Ну все, пора идти. Время не ждет.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, однако его лучи еще по-прежнему падали на дорожку, образовывая полосу света между двумя скамейками. И по другую сторону от этой солнечной полосы сидела она. Черные волосы, спадающие до плеч, синяя футболка, легкая джинсовая куртка, джинсы. Карие глаза. Конечно, отсюда он не мог разглядеть цвет ее глаз, но он точно помнил, что они были карими. Девушка из его сна. Из того странного сна, от которого остались лишь обрывочные воспоминания. Он не помнил, какая роль была ей отведена в этом сне, не помнил, какие между ними были отношения, но он точно помнил ее образ, ее лицо, которые словно отпечатались у него в памяти. У него было чувство, что он знает ее имя. Нужно просто немного напрячься. Нужно вспомнить. То же лицо. В точности такое же, как было там. Во сне. Но это же просто немыслимо… Почему она здесь? Она выглядит явно чем-то подавленной. Кажется, у нее слезы. Как же ее зовут? Сэль… Сэльтана? Сэльфата? Нет, не то. Но очень близко. Может, Сэльва́на? Сэльва́на…

– Сэльвана! – неожиданно для себя самого громко произнес Андрей.

Девушка, сидевшая до этого без движения, вздрогнула и резко встала со скамейки. Значит, он вспомнил правильно. А если она спросит, откуда я знаю ее имя? Сказать как есть? «Привет, не волнуйся, просто я видел тебя во сне, только и всего. И имя твое тоже из сна». Так, что ли? Какой нормальный человек в это поверит?

Девушка постояла несколько секунд около своей скамейки, а затем быстрыми шагами направилась прямо к нему. Ну вот, начинается.

– Чего вам еще от меня надо? А? Вы просто твари. Твари, ясно?! Теперь вы пришли за мной? Или просто следите, как обычно?

Ого, такого он точно не ожидал. Только сейчас он заметил, какое у нее было бледное и измученное лицо. Из глаз, горевших ненавистью, текли слезы.

– Я вас ненавижу! Всех до одного! Оставьте меня, наконец, в покое. Или убейте. Так, как убили его. Передай своим, что я готова!

Бросив на него еще один взгляд, полный ненависти и презрения, она все так же резко повернулась и зашагала прочь, оставив его в состоянии, крайне близком к шоку. Он посмотрел в сторону ее стремительно удаляющейся фигуры. Казалось, она вот-вот побежит. Что здесь происходит? Убийство? И при чем здесь я? Она приняла меня за кого-то, кто мог причинить ей вред. Все это очень странно. Может, догнать ее и расспросить?

Нет, лучше ее не трогать. А вдруг она вообще сумасшедшая? Стресс на работе или в учебе, проблемы в личной жизни, все валится из рук, бессонница. Вот и съехала с катушек. Кто ее знает. Но все-таки нужно будет спросить о ней у Сэлтора. Да, кстати. Сэлтор. Он просил вернуться вечером. А солнце вон уже село. Сейчас начнет темнеть. Нужно возвращаться.

Когда он вышел из парка, солнце уже окончательно скрылось из виду. Небо приобрело характерный для вечера темно-синий цвет с фиолетовым отливом. Андрей оглянулся и еще раз посмотрел на парк, в котором произошла столь странная встреча. Теперь там было уже темно и мрачно, плотно росшие деревья и сплетение их ветвей превратились в сплошное черное пятно. Там не горело ни одного фонаря. Действительно, заброшенное место. И что она там делала?

Он вышел на дорогу и стал озираться по сторонам в поисках свободного такси. Оно не заставило себя долго ждать. Желтая машина неизвестной ему марки остановилась прямо перед ним. Далее все произошло по уже отработанной схеме. Протянутая карточка, внимательный взгляд водителя, кивок головой. Удобно.

Пока они были в пути, уже успело совсем стемнеть. Ночью город выглядел еще более впечатляюще. Повсюду яркая реклама, разноцветные фонари, которые были вставлены даже в ветки деревьев, мигающие огни клубов, ресторанов, магазинов. И идеальная чистота. Андрей обратил на это внимание еще днем. Видно, здесь умеют следить за порядком. Да, кстати, есть еще одна немного необычная деталь. Количество людей на улице. Их было довольно мало. От крупного мегаполиса можно было ожидать несколько более активной ночной жизни. Или здесь гуляют только по выходным?

Доехали они достаточно быстро. Такси остановилось прямо у самой площади. Андрей поблагодарил водителя и вышел из машины. Площадь была пустынна, что представляло собой резкий контраст по сравнению с дневным столпотворением. Андрей торопливым шагом направился к зданию Главного управления. Наверное, Сэлтор уже ждет его.

Стеклянные двери все так же бесшумно разъехались в стороны, едва он приблизился к ним. Стоявшие около дверей охранники ( Он не помнил точно) вновь не сочли необходимым удостоить его взглядом. Внутри обстановка ничуть не изменилась. Все так же много людей, все так же много видимой работы, все так же много перемещений. те же, что и днем, или другие? Все та же стабильность и… одинаковость?

К нему подошли двое сотрудников в черных костюмах. Он узнал их. Это были те двое, что днем стояли у дверей его номера.

– Сэлтор уже ждет вас. Пройдемте с нами.

Снова лифт, нажатая кнопка с числом семьдесят пять, томительное ожидание. Наконец раздался уже знакомый легкий звонок, двери лифта открылись, и те двое вышли, даже не оглянувшись на Андрея. Андрей последовал за ними. Они прошли по длинному коридору, на всем протяжении которого им не встретилось ни одной двери и ни одного человека, и в самом его конце остановились перед большой и на вид очень массивной дверью. Один из сопровождавших его «людей в черном» подошел к двери, повернул ручку и без малейшего напряжения открыл ее, отойдя при этом в сторону и пропуская Андрея вперед. Андрей, немного помедлив, вошел внутрь. За ним с легким щелчком закрылась дверь. Он оказался в очень большой комнате, которая напоминала зал заседаний. В центре стоял большой стол, за которым вполне могли бы поместиться человек двадцать, не меньше. Но сейчас за ним сидел лишь один человек. Человек в белом. Сэлтор. Он сидел во главе стола и при виде Андрея указал рукой на место рядом с собой, приглашая Андрея садиться. Подходя к указанному месту, Андрей успел заметить висевшие на стене пять картин, на которых был изображен путь солнца на небосводе от его восхода и до заката. Солнце на картинах освещало один и тот же город. Элиниум, возможно?

Стоило Андрею занять место за столом, как Сэлтор, наконец, заговорил:

– Хорошо провел время? Как тебе город?

– Хорошо. Город понравился, – у Андрея не было настроения вести непринужденный разговор на отвлеченные темы, поэтому он не стал утруждать себя развернутыми ответами. Больше всего его сейчас интересовало продолжение истории, начатой Сэлтором.

– Я вижу. – Сэлтор на миг посмотрел Андрею в глаза, и, очевидно, этого хватило для того, чтобы понять его мысли. Хотя, скорее всего, он их просто прочел. Как он это уже сделал утром.

– Ладно, не станем зря тратить время. Уверен, скоро Элиниум понравится тебе еще больше. А пока вернемся к нашему разговору. Тебе, наверное, не терпится узнать, о чем мы хотим попросить тебя. (, – подумалось Андрею.) Я не намерен долго держать тебя в неведении. Но сперва мне бы хотелось вкратце ознакомить тебя с историей нашего мира, чтобы тебе было легче здесь ориентироваться. «Легко попадать в точку, когда умеешь читать чужие мысли»

– Хорошо. Я вас внимательно слушаю.

– Не сомневаюсь в этом. Итак, начнем. Как ты уже знаешь, наш мир был создан людьми, я имею в виду людей реального мира. Разумеется, это не произошло мгновенно. Для начала потребовалось, чтобы у людей сформировалось достаточно развитое сознание, способное осуществлять достаточно сложные мыслительные процессы. Это произошло примерно сто пятьдесят тысяч лет назад. Тогда и появились первые люди – Homo sapiens. Однако их сознание еще по-прежнему было довольно примитивным. Кроме того, они не умели главного – мечтать, их воображение было практически не развито. Потребовались еще десятки тысяч лет эволюции, прежде чем на Земле появился Homo sapiens sapiens, обладающий сознанием высшего уровня. Как тебе известно из школьной программы, к этому виду и принадлежит современное человечество. Это произошло примерно семьдесят тысяч лет назад. С этого времени и ведет свой счет история нашего мира. Конечно, первые представители Homo sapiens sapiens все равно были примитивнее современных людей. Поэтому и наш мир в самом начале своего зарождения был довольно примитивен. Как и населявшие его… существа. Давай все же тоже будем называть их людьми. Однако с течением времени человек продолжал развиваться, становясь все сложнее. Я имею в виду с точки зрения психической организации и мыслительных процессов. Постепенно увеличивалась и численность людей на планете. Рождалось все больше людей, появлялось все больше мыслей, желаний, мечтаний. Человеческое воображение стало развитым и мощным, как никогда раньше. Вместе с человеком менялся и наш мир, становясь все больше, сложнее, разнообразнее. Люди нашего мира поначалу ничем не отличались от людей мира реального. Но около семи тысяч лет назад в человеческом сознании произошли какие-то изменения. Я не знаю, что именно произошло. Мне также неизвестно, чем это было вызвано. Но я точно знаю, что именно в это время на Земле появились первые люди с экстраординарными способностями. Я не говорю о шаманах, плясавших у костра и разукрашивавших себя во что только можно, которые, конечно, существовали и десятки тысяч лет назад. Я говорю о действительно необъяснимых вещах: экстрасенсорные способности, телекинез, предсказание будущих событий. Да, да, такие люди действительно существовали, и тебе придется в это поверить. И существуют до сих пор. Никто пока не в состоянии адекватно объяснить причину подобных необычных способностей, открывающихся у некоторых людей. Но сейчас это и неважно. Причина, по которой я упомянул про это, заключена в следующем. Как ты уже знаешь, мир – продукт деятельности сознания. Каждый из вас привносит сюда что-то свое. В том числе и люди с подобными способностями. Однако то, что проникает сюда из вашего мира, зачастую принимает несколько иные формы – измененные, искаженные или… гипертрофированные. Так произошло и в тот раз. У нас тоже появились такие… люди. И их способности были несколько более… необычными. И пугающими. Они могли свободно читать чужие мысли, даже на очень больших расстояниях, могли находить других людей, следуя лишь за следом их мыслей, могли жить сотни лет. И могли убивать людей, в одно мгновенье уничтожая их внутреннюю сущность. Их сознание. Их душу. Один такой человек мог одновременно умертвить сразу нескольких обычных людей. А наиболее способные могли косить людей сотнями, даже тысячами. Разумеется, объединившись, такие люди смогли быстро захватить власть в этом мире. Но их единство было недолгим. Как и в реальном мире, где у людей всегда существуют различные взгляды относительно направления и характера развития человечества, так и в нашем мире мы не смогли договориться между собой. Возникли две основные точки зрения относительно будущего устройства нашего мира. Произошло разделение на два враждующих лагеря. Так появились альтáры и шайсáды. Первые видели наш мир как место, свободное от пороков и темных сторон человеческой души. Они верили в стабильность, единство и процветание всех людей без исключения. Их идеалами были благородство, честность, любовь людей друг к другу. Но шайсадов такой порядок не устраивал. Они не верили в создание столь прекрасного и идеального общества. Их вполне устраивали все пороки и недостатки людей нашего мира. Они пытались прикрыться разговорами о предоставлении людям свободного выбора. Их идеалом была свобода. На первый взгляд, достойная и понятная позиция. Но есть одно но. Да, они хотели свободы. Но в последнюю очередь их волновала свобода других людей. Упиваясь своей силой и властью, они хотели свободы лишь для самих себя. Они не хотели ничего менять, желая и дальше жить в мире, где им будет дозволено абсолютно все. Альтары же в первую очередь думали о других людях. Они хотели изменить мир во имя блага всего человечества. Между двумя сторонами, оказавшимися неспособными прийти к компромиссу, началась война. Я в тот момент командовал одной из армий альтаров. А возглавлял нас Элиниум, прирожденный лидер, который был готов умереть за наши идеалы. Это была чудовищная война немыслимой жестокости. Жестокости с обеих сторон. Она продолжалась двести лет. Элиниум погиб незадолго до ее окончания. Командование перешло ко мне. Мне удалось довести до конца то, что было начато во имя построения лучшего будущего для нашего народа. Война закончилась победой альтаров. Полной победой. Практически все шайсады были уничтожены. Остались лишь единицы, которые до сих пор продолжают скрываться. Но когда-нибудь найдут и их. Война закончилась пятьсот лет назад. С этого момента началась новая эра нашего мира. Эра правления альтаров. Потребовалось более сотни лет, чтобы создать новое общество. Конечно, не обошлось без жертв. Не все были согласны принять новые условия. В конце концов, всегда находятся те, кто не хочет меняться. Мы пытались, насколько это было возможно, действовать мирно. Но иногда мы наталкивались на особо упорное сопротивление. Нам пришлось избавиться от несогласных. Это трагическая страница эры нового мира. Но у нас не было выбора. Коренные изменения никогда не происходят безболезненно. Иногда преграды, стоящие перед целью, невозможно обойти. От них приходится избавляться. Через боль, через страдания, через человеческие жизни мы смогли достичь своей цели. Мы построили новое общество. Создали новый мир. Мир, в котором уже нет места боли и страданиям. Мир, в котором царят стабильность, спокойствие, терпимость, взаимопонимание, любовь. И самое главное, это мир, в котором люди счастливы… (Черт, он опять заглянул мне в голову. Меня это уже начинает раздражать.) наш вашего