Маленький сюрприз для большого босса

Глава 10. Новая жизнь, новая я, и…

Три года спустя

Москва

Ресторан «Тахмин»

Ангелина

– …Новый график работы составила, бронь на новогодние банкеты проверила, ― идя по коридору, загибала пальцы Геля. ― Заказала цветы в холл и новые столовые приборы. А ещё позвонила электрику и попросила повесить гирлянду у входа.

– Что бы я без тебя делала, ― бегло взглянув на неё, улыбнулась Аня.

Распахнув дверь в свой кабинет, она процокала на высоченных каблуках к овальному массивному столу, бросила на диван белый пиджак и села в кожаное кресло.

– Вечером всё в силе? ― спросила она и, прикрыв глаза, прижала пальцы к вискам. ― Мне необходимо провести пару часов в СПА. Просто необходимо…

– Если Ксюшина няня присмотрит за Дашей, то всё в силе, ― сев напротив, ответила Геля.

– Ну я же сказала, чтобы Дашка оставалась у нас с ночёвкой, ― устало проговорила Аня. ― Ксюха накачала на планшет кучу игр, собралась с Дашкой снимать какой-то клип и строить шалаш. Короче пусть играют хоть до утра. Завтра всё равно в садике выходной.

– Окей. Даша обрадуется.

Даша обожала бывать в гостях у Ани. Ну, ещё бы! Ведь в её трехэтажном особняке, расположенном в элитном коттеджном посёлке, чего только не было: и бассейн, и навороченная детская площадка, и батутная комната.

С тех пор, как Геля спасла Ксюшу от падения в пруд, они с Аней очень сдружились. Правда, поначалу Геля никак не могла привыкнуть к тому, что к ней в гости приезжала московская бизнес-леди на кошмарно дорогой тачке и заводила с ней абсолютно простые бытовые разговоры: о садике, о взрослении дочери и дурацкой моде.

– Ты знаешь, с тобой я могу отвести душу, ― призналась Аня, когда они только начали общаться. ― Вокруг меня каждый день вьётся куча народу, под нос подсовывают документы, все от меня чего-то хотят, а здесь, ― обвела она взглядом Гелину кухню, ― так спокойно, чёрт побери! И девочки наши вроде поладили.

Чего она только не предлагала Геле за спасение дочери: деньги, ремонт в квартире, машину ― словно золотая рыбка была готова исполнить любое её желание.

В тот момент Геля проклинала себя за то, что была не меркантильной, ведь любая другая на её месте с большим удовольствием взяла бы всё, что было предложено. Но именно своей простотой Геля всё больше и больше располагала к себе Аню и в итоге вытянула свой счастливый билет в жизнь.

– Давай-ка завязывай со своей работой и ночными выпечками, ― сказала Аня, спустя пару месяцев после их знакомства. ― Какой пример ты подаёшь своей дочери? Пахать, чтобы выжить? Хочешь, чтобы Дашка потом не могла смотреть на имбирные пряники, потому что перед глазами будет стоять измотанное лицо мамы? Гель, я хочу, чтобы ты переехала в Москву! ― заявила она, энергично тыча в неё вилкой. ― Возьму тебя к себе в ресторан, научишься всему и заступишь на должность управляющего.

– Жизнь в Москве мне не по карману, ― вздохнула Геля. ― Я уже пробовала там, и ты сама знаешь, чем всё закончилось.

Геля не рассекречивала имя Дашиного отца и держала в тайне компанию из которой её выгнали, а обо всём остальном рассказала Ане как на духу.

– Милая, ты просто нарвалась на козла, ― уверяла Аня. ― И если поведаешь мне, кто он, то я превращу его жизнь в незабываемую „сказку“, ― показала она кавычки.

«Навряд ли, ― подумала тогда Геля. ― Ты просто не знаешь, какого высокого полёта эта птица».

Аня была уверена, что Гелю предал директор какой-нибудь небольшой московской конторки. Она даже не рассматривала такие фигуры, как Горячев.

Хотя, чем чёрт не шутил: возможно и сам Горячев был бы ей по зубам, учитывая, с какими московскими шишками и чиновниками она была на короткой ноге.

И всё это благодаря её покойному мужу.

– Знаешь, я бы каждой женщине пожелала такого мужа, каким был мой Руслан, ― однажды сидя у Гели в гостях, сказала она. ― Жаль, что я поняла это только после его смерти.

Аня рассказала Геле, как муж три года скрывал от неё, что смертельно болен.

– Он заставил меня уйти из музыкальной школы, где я преподавала несколько лет, и зачем-то начал знакомить меня со своим бизнесом. Рассказывал обо всех тонкостях, постоянно возил меня с собой на деловые встречи, знакомил с очень важными людьми.

Аня посмеялась и развела руками.

– Мне, как учителю фортепиано, всё это казалось очень глупым. Я не понимала, зачем он решил погрузить меня в свой бизнес, ругалась с ним, протестовала. И только когда он ушёл, догадалась, чего он хотел добиться.

– И чего же? ― с любопытством смотрела на неё Геля.

– Хотел, чтобы его бизнес остался в семье, а не был продан его конкурентам.

– Почему тогда он сразу не сказал, что болен и хочет передать тебе бизнес?

– Наверное, понимал, что я не смогу ни о чём думать, кроме того, что мой муж скоро умрёт, ― грустно улыбнулась Аня. ― Он сделал всё, чтобы я все эти три года была сконцентрирована на деле, а не на его болезни.

– Как давно он умер? ― взяв её за руку, спросила Геля.

– Я была на пятом месяце беременности… ― едва слышно обронила Аня. ― Он очень хотел, чтобы рядом со мной осталась его частика ― его продолжение…

Резко взбодрившись, она потрепала Гелю по руке.

– Именно благодаря ему я стала такой, какой ты меня знаешь! ― подмигнула она. ― А могла бы продолжать барабанить по клавишам в музыкальной школе, даже не догадываясь, какой прекрасной бывает жизнь, если весь мир лежит у твоих ног.

Аня закинула за плечо тёмные волосы, выгнула идеально очерченную бровь и безапелляционно заявила она:

– И тебя я намерена вытащить из этой дыры, хочешь ты этого или нет!

Спустя неделю после этого разговора Геля и Даша распаковывали чемоданы в Аниной квартире, расположенной в Москва-сити, которая, как и другие её квартиры, была предназначена под сдачу.

Даша с удовольствием стала ходить в московский сад, а Геля ― осваивала новую должность и пыталась привыкнуть к бешеному ритму жизни: тренировки в зале с личным тренером, еженедельный шоппинг с Аниными стилистами, утренние пробежки, косметологи, парикмахеры, маникюрные салоны, стоматологи.

– Нет-нет, волосы я не дам! ― однажды протестовала Геля, сидя в парикмахерском кресле. ― Можете убрать длину, изменить стрижку, но только не цвет! У меня же натуральный русый!

– Натуральный серый! ― поправила её Аня. ― А будет роскошный тёмно-коричневый! А если продолжишь сопротивляться, то вместо управляющего рестораном пойдёшь в официантки! ― прищурившись, пошутила она.

С каждым днём отражение в зеркале радовало Гелю всё больше и больше: она даже не догадывалась, насколько сильно ей идёт тёмный цвет волос, не думала, что брекеты и супер-дорогое отбеливание зубов способны сделать её улыбку идеальной, что косметологи словно волшебники способны избавить её лоб от сыпи, что после лазерной коррекции зрения можно выбросить очки в урну, и что после трёх тренировок в неделю за пару лет можно изменить своё тело до неузнаваемости.

– Ты видела, как он смотрел на твою задницу? ― однажды спросила Аня, когда они с Гелей шли по спортивному залу. ― Чуть шею не свернул!

Задница и правда была что надо: крепкая, подтянутая, как и живот, и ноги. Это очень нравилось мужскому полу, особенно, когда Геля надевала обтягивающие платья.

Поначалу она реагировала на мужчин как пугливая лань: никак не могла привыкнуть к повышенному вниманию и к навязчивым попыткам познакомиться, а как только вступала в беседу, то жутко стеснялась, одёргивала юбку, поправляла глубокий вырез платья или кофточки.

Но чем больше времени она проводила с Аней и обитала в её тусовке, тем быстрее знакомства с мужчинами и повышенное внимание к себе вошло в привычку.

Она ходила на свидания с понравившимися мужчинами, принимала цветы и подарки, но при этом не верила в принцев, не растекалась лужицей от комплементов и не заводила серьёзные отношения с первым встречным.

Геля решила: подбирать мужчину нужно не только под себя, но и под Дашу, поэтому он как минимум должен любить детей и быть готовым к тому, что в его жизни появятся сразу две женщины.

Одного ухажёра сразу спугнула такая перспектива. Потом Геля узнала, что он попросту испугался Дашиного родного отца, который, как он предполагал, будет неотъемлемой частью её жизни.

Геля не стала себя утруждать объяснениями, что Дашин отец даже не в курсе о существовании дочери. И уж тем более не подозревал, что она жила с ним в одном городе.

Она периодически следила за ним в интернете, знала, что он был до сих пор не окольцован и являлся одним из самых богатых и завидных холостяков России.

Признаться честно, Геля много раз представляла их встречу. Сама не понимала для чего это делала, но всякий раз погружаясь в мечты она стояла напротив Горячева в роскошном платье, с красиво-уложенными волосами, держала за руку Дашу, и молча смотрела в его глаза, в надежде увидеть в них сожаление о том, что упустил их.

***

– Пойдём выпьем кофе, ― предложила Аня и, встав с кресла, накинула не плечи пиджак.

Спустившись в ресторан, они расположились за столиком в вип-зоне. Аня заказала эспрессо, Геля ― молочный коктейль.

– О, кстати, сегодня ровно три года, как я переехала в Москву, ― сказала Геля, глядя на дату в телефоне, и втянула в себя ванильную вкуснятину.

– Ты даже помнишь дату? ― выгнула бровь Аня.

– Ты приехала за нами в день рождения моей бабушки, двадцать девятого декабря, ― пояснила Геля и покрылась мурашками. ― Помню, как вечером, разбирая вещи в твоей квартире, я разговаривала с ней.

– И о чём, если не секрет?

– Я сказала ей, что пусть начало моей новой жизни станет подарком на её день рождения, ― прослезилась Геля. ― Уверена, она там очень порадовалась за нас с Дашкой.

– Даже не сомневайся! ― выставила указательный палец Аня и, приложив ко лбу ладонь, помотала головой. ― Господи, как вспомню нашу первую встречу, так дурно становится!

– О, да-а! ― рассмеялась Геля, запрокинув голову так, что можно было пересчитать все зубы ― идеально ровные и белые. ― Вышло немного сумбурно, правда?

– Сумбурно? ― вытаращилась на неё Аня. ― Ты носилась по квартире с какими-то пряниками, убирала с пола игрушки, одновременно принимала по телефону заказы, обещая сделать их к утру. Потом тебе позвонил начальник, попросил скинуть на почту какие-то документы. О-о… ― смеясь, протянула Аня, ― детка, ты бы знала, как я тебе сочувствовала в тот момент.

Она глубоко вздохнула и посмотрела на Гелю как на своё лучшее капиталовложение.

– Я так рада, что всё это позади. И так счастлива, что ты у меня есть, ― искренне сказала она.

Теперь Геля относилась к подобным заявлениям с пониманием. Ведь Аня не раз рассказывала ей, как её предавали близкие друзья, как заводили с ней общение только для того, чтобы подобраться к её деньгам или занять вакантное место в одной из её фирм.

Геля вспомнила её слова:

«Я люблю простых людей, понимаешь? Бескорыстных, как ты. Ведь когда ты бежала спасать Ксюху, не знала, что её мать владелица крупного холдинга, верно? Ты делала это потому что в тебе есть человеческие качества, и эти качества мне важны гораздо больше, чем стоимость машины или длина яхты».

– Слушай, а может махнём в Милан, а? ― внезапно предложила Аня. ― Шлёпнем тебе визу, я договорюсь, чтобы всё сделали в кратчайшие сроки. Съездим, пошопимся, девчонок хоть вывезем.

– Когда ты хочешь?

– Да хоть на следующей неделе, ― отпив кофе, пожала плечами Аня. ― Потом у нас начнётся вся эта подготовка к школе, репетиторы, все дела. Ну что я тебе рассказываю, сама всё знаешь. У тебя ж Дашка тоже с первого сентября в первый класс.

– До сих пор в это не верится, ― ошарашенно проговорила Геля. ― Нашим девочкам уже седьмой год! Я, кстати, тоже договорилась с репетитором по английскому и математике, ну, с теми, которых ты посоветовала.

Зажав трубочку ногтями, покрытыми гель-лаком, Геля допила остатки коктейля, отодвинула на край стола стакан с отпечатком тёмной помады, достала из сумочки зеркальце, оценила чёткие чёрные стрелки, слегка поправила щёточкой идеальные брови, обвела губы в сливовый цвет и, захлопнув зеркальце, перевела взгляд на подошедшую к ним официантку:

– Ангелина Алексеевна, там один столик требует управляющего, ― виновато проговорила девушка. ― Сомелье перепутал вино и…

– Пойдём, разберёмся! ― вставая с дивана, сказала Геля и, одёрнув чёрный пиджак, пошла за официанткой к столику.

Но когда увидела, кто за ним сидел, резко остановилась.

Всё вокруг перестало существовать. Исчезли голоса, музыка, запахи. Остался только Горячев, сидевший на диване вразвалочку и о чём-то беседующий с мужчиной напротив.

Глава 11. Триггер. Заставь его пожалеть

― Гель, что с тобой? ― подоспела к ней Аня. ― Ты вся горишь! Тебе плохо?

Она перевела взгляд на Горячева и нахмурилась.

– Как будто увидела там врага.

– Я… Я просто… Голова, ― соврала Геля, внезапно потеряв голос. ― Голова резко закружилась.

– Иди в мой кабинет, ― погладив её по спине, сказала Аня. ― С гостями я сама разберусь.

Геля, держась за стену, медленно передвигалась по коридору, словно впервые в жизни встала на ролики. Войдя в кабинет, села на диван и обхватила голову руками.

«Господи, да что со мной такое? Почему я на него так отреагировала?» ― поражалась самой себе.

Ведь она часто представляла встречу с Горячевым. Признаться даже ― ждала её. Желала, чтобы он увидел её в совершенно ином образе, чтобы посмотрел на неё другими глазами, но стоило только взглянуть на него, и внутренний штиль мгновенно сменился бурей.

Перед глазами замелькали обрывки фрагментов из прошлого: как она стояла перед ним с тремя тестами, зажатыми в кулак, как он выставил её из кабинета, как она три дня рыдала в подушку.

– Это он?! ― влетев в кабинет, уставилась на неё Аня. ― Это же он, верно?

– Кто? ― нахмурилась Геля. ― Не понимаю, о чём ты.

– Всё ты прекрасно понимаешь, ― недоверчиво смотрела на неё подруга. ― Горячев отец Даши, да?

– С чего ты взяла? ― глупо улыбнулась Геля, проклиная себя за неумение врать. ― Я же сказала, что мне стало нехорошо. Видимо, после коктейля.

– Коктейль? ― хохотнула Аня и присела с ней рядом. ― Да ты бы видела себя, Гель! Смотрела на него, как заколдованная! Я тебя ещё ни разу такой не видела! Да ты… ты даже на своё отражение после кардинальных изменений не смотрела так, как на Горячева!

– Ты знакома с ним? ― хрипло спросила Геля.

– Лично незнакома, но его знает вся Москва.

Аня зашла в интернет, нашла фотку Горячева крупным планом и, расплывшись в улыбке, зажала ладонью рот.

– Неужели это он?.. ― в шоке проговорила она. ― Точно! Дашка даже чем-то похожа на него, то ли глазами, то ли взглядом. Бли-и-ин, ― пропищала она и потрясла Гелю за плечи. ― Гелька, а ну колись, как тебе удалось переспать с самим Горячевым! Ну, давай-давай, рассказывай! Только не говори, что это не он, я тебя умоляю! Он же, да? ― заглянула она в лицо. ― Ну, Ге-е-ель! Ну, мне-то можешь же рассказать, м? Знаешь же, что я ― могила.

– Он, ― спустя пару секунд вздохнула Геля, и вздрогнула от Аниного крика.

– Обалдеть! ― подпрыгнула она и, глядя на неё во все глаза, рассмеялась. ― Ты не перестаёшь меня удивлять, честное слово! В тихом омуте чертовки водятся, да? ― пихнула её плечом. ― Как ты вообще умудрилась оказаться с ним в одной пастели, ка-а-ак? ― потрясла она руками.

– Ань, ну я же говорила, что он был пьян. И вообще, давай закроем эту тему, ладно? Ты узнала кто Дашкин отец и на этом мы прекращаем разговоры о Горячеве.

– Хорошо-хорошо, как скажешь, ― Аня показала на губах замок, затем, встав с дивана, прошла к своему креслу и плюхнулась в него с широченной улыбкой. ― Офигеть, я в шоке! ― не унималась она. ― Сам Горячев Дашкин оте…

Резко замолчав, она оторвала спину от кресла и, округлив глаза, хлопнула по столу ладонью.

– Так он же новый холостяк, Гель! ― воскликнула она.

– Ты о чём? ― непонимающе уставилась на неё Геля.

Аня быстро защёлкала пальцами.

– По телику идёт шоу про холостяка, не помню, как называется, но суть в том, что богатый мужик должен выбрать из нескольких девушек только одну, ― тараторила Аня. ― До начала проекта никто не знает кто будет новым холостяком, а так как я хорошо общаюсь с продюсером этого шоу, то давно в курсе, что им будет Горячев. Там очень длинная история о том, как они его уговаривали, но это неважно, ― махнула она рукой и внезапно выдала такое, что у Гели отвисла челюсть: ― Короче ты просто обязана пойти на этот проект!

– Совсем сдурела? ― рассмеялась Геля. ― Он же меня знает.

– Пф… ― закатила глаза Аня. ― Сколько лет прошло с вашей последней встречи? Семь? И ты правда веришь, что он помнит о существовании Гели, которая когда-то работала в его фирме? Не смеши, умоляю, ― ухмыльнулась она, откинувшись на спинку кресла. ― Если бы я запоминала лица всех своих сотрудников, то у меня давно бы взорвался мозг. Гель! ― серьёзно сказала Аня. ― передо мной сидит роскошная женщина, знающая себе цену, а не чудо в очках с толстой оправой и с занавеской на лбу. Ты же понимаешь, что тебя теперь и родная мама не узнает, ну а Горячев ― тем более.

– Допустим, он меня не узнает, ― Геля скрестила руки на груди и вопросительно выгнула бровь. ― Ну а зачем мне это телешоу?

– Как это зачем? ― всплеснула руками Аня. ― Чтобы влюбить его в себя, а потом разбить ему сердце. А если быть точнее, то отплатить ему его же монетой, ― выставила она указательный палец. ― Ты же сама не раз говорила, что Дашкин отец ничтожество, которое пользуется людьми как ему вздумается.

– Говорила, ― кивнула Геля. ― Но я не собираюсь ему ничего доказывать, ― соврала она.

На самом деле в ней давно сидело желание утереть ему нос. И она много раз в красках представляла себе этот момент.

– Признайся честно, ― прищурилась Аня. ― Ты хочешь, чтобы он узнал, что ты всё-таки не обманывала его тогда? Что ты и правда была беременна, и что ты родила от него дочь.

Подруга вздохнула и принялась загибать пальцы.

– Человек сначала воспользовался тобой, потом в лицо сказал, что ты лгунья, а затем добил, вышвырнув тебя из фирмы с ребёнком под сердцем! Ты вообще допускаешь мысль, что если бы на твоём месте была какая-нибудь модель, то он бы так не поступил? Ты никогда не думала, что он не захотел иметь с тобой ничего общего только потому, что ты, как бы это сказать помягче, не его формат? Ему же важна оболочка, Гель! ― твердила она. ― Вот это вот всё, ― обвела пальцем своё лицо. ― Губки, реснички, загарчик. А у тебя в тот момент ничего этого не было. Душа была огромная, добрая, ― поморщилась Аня. ― Но это же пустяк, верно? Это давно не в моде. А теперь к твоей огромной душе прилагается потрясающая внешность и чудесная дочь.