Они (не) ваши, босс

Глава 1

Перескакивая через лужи на высоченных каблуках, Алина спешила в ресторан, где ее ждал любимый.

Тело казалось невесомым, как воздушный шарик, и даже тесные туфли-лодочки на этот раз не доставляли никакого дискомфорта. Как, впрочем, и коротюсенькое синее платье, которое приходилось без конца отдергивать. Разве будешь думать о боли в пальцах и о том, что сверкнешь нижним бельем, когда в голове кружится целый вихрь радостных эмоций?

Одно могло подпортить ее припудренное настроение – моросящий дождь.

Прикрывая голову маленькой лаковой сумочкой, Алина сердилась:

«Блин… Два часа просидела в салоне красоты и вышла под дождь! Сейчас точно все мои локоны превратятся в мокрые ниточки».

Слава богу, от парикмахерской до ресторана было каких-то двести метров, и это давало ей надежду на сохранение сногсшибательного образа.

В груди разрасталось нешуточное волнение, а в мыслях уже витали картинки, как она стоит напротив любимого в свадебном платье и он надевает на ее палец обручальное кольцо.

«Сегодня он точно сделает мне предложение», – взволнованно думала Алина и вспоминала, как утром Матвей написал в СМС:

Милая, у меня к тебе есть очень важный разговор. Будь в «Рандеву» в шесть.

Алина, покрываясь мурашками, представила:

«Сейчас войду, а Матвей ждет меня за столиком, на котором горят свечи. Я сяду напротив, и он достанет из кармана футляр с колечком, у-и-и-и».

В ее животе закружились бабочки, стрекозки, мотыльки, а лицо озарила счастливейшая улыбка.

Сомнений не было: Матвей наконец-то созрел!

Они уже больше двух лет в отношениях, и большую часть этого времени жили вместе. Чего, спрашивается, тянуть?

Детей есть где растить: двухкомнатная квартира Матвея довольно просторная, да и с его теперешней зарплатой можно вообще не переживать за будущее потомства.

«Наверное, я точно расплачусь, когда отвечу „согласна!“» – Алина прикрыла ладонью губы, ее янтарные глаза стали влажными.

Разговоры о свадьбе и детях не раз поднимались за последние полгода. Алина давно была готова к этому серьезному шагу, Матвей, казалось, тоже, но перед женитьбой у него стояла одна очень важная задача.

– Для начала я хочу дорваться до должности начальника отдела, и тогда можно смело играть свадьбу, – говорил он три месяца назад. – Сама понимаешь, дети – это дорогое удовольствие. А у наших должно быть все самое лучшее. Значит, и моя зарплата должна быть соответствующей.

Матвей – чистокровный карьерист. После института работал в банке кредитным специалистом, затем дорос до главного специалиста, год назад занял должность замначальника отдела, а потом поставил себе цель забраться на вершину айсберга и стать начальником.

Но вся карьерная лестница, по которой Матвей упрямо карабкался столько лет, рухнула вместе с уходом из жизни его отца.

Александр Романович с нуля построил в Подольске семейный ресторан «Рандеву», и бизнес не пошел, а попер в гору. Но насладиться успехом он толком и не успел: три месяца назад умер от сердечного приступа, а все его наследство перешло единственному сыну.

Сначала Матвей подумывал продать ресторан – не разбирался он в ресторанном бизнесе, да и вникать не особо-то хотелось. Но предсмертные слова отца царапали сердце.

– Только «Рандеву» не загуби! – проговорил он на последнем вздохе.

Мотивирующие тренинги, нужные люди, знающие обо всех тонкостях этого бизнеса, и общение с рестораторами сделали свое дело – Матвей плавно вошел во вкус.

А теперь он с головой ушел в отцовский бизнес, позабыв, что еще совсем недавно грезил занять место начальника кредитного отдела в банке.

Алина остановилась у входа в ресторан, судорожно выдохнула и вошла внутрь.

Перед зеркалом в холле поправила каштановые волосы, оценила макияж.

Она знала: в такой день нужно выглядеть бесподобно.

Раньше Матвей был не столь требовательным к ее внешнему виду: не придирался к толстовкам оверсайз, рваным джинсам и кедам. А теперь, когда стал владельцем «Рандеву», передумал: будь добра радовать его платьями и каблуками. Даже нижнее белье на ней было его любимого цвета морской волны.

Хостес с приветливой улыбкой проводила Алину в зал.

«Дыши, Алина, дыши», – приказала она себе и с улыбкой зашагала к дальнему столику.

Матвей тонул в огромном велюровом кресле и вдумчиво смотрел в окно. На нем не было парадной белой рубашки и галстука – крепкое жилистое тело как обычно обтягивала футболка, а темные волосы были немного взъерошены.

Заметив Алину, Матвей резко оживился, выпрямил широкие плечи, оценил взглядом ее образ и, проведя ладонью по аккуратной бородке, помотал головой.

Не понимая его реакции, Алина сокрушилась:

«Ему что, не нравится это платье? Слишком короткое? Чересчур обтягивает? Блин! Как знала, что нужно было надеть бирюзовое в пол!»

Она не на шутку разнервничалась и невольно прикусила до боли губу.

– Привет! – наклонившись, она поцеловала Матвея в щеку. – Прости, задержалась в парикмахерской.

Сев напротив, покрутила головой и широко улыбнулась.

– Ну, как тебе мои кудри?

А в ответ получила лишь равнодушное пожатие плечами.

– Кудри как кудри, – бросил Матвей и, глубоко вздохнув, отвел от нее взгляд.

К ее горлу подступила обида, к глазам – слезы.

«Кудри как кудри? Я ж полдня провела в салоне красоты! Так старалась тебе понравиться!»

Что-то уже подсказывало, что она глубоко ошиблась, решив, что разговор пойдет о бракосочетании. В темных глазах любимого ни блеска, ни волнения. На столе – ни свечей, ни цветов…

Алина накрыла его руку своей ладонью и наклонилась вперед.

– Что-то случилось? – шепнула она, переживая за его состояние.

– Алин, – вздохнул Матвей и наконец-то удосужился посмотреть на нее. – Мы не чужие друг другу люди, поэтому я буду говорить начистоту.

Матвей убрал руку, и тонкая кисть Алины легла на мраморную столешницу, а в следующее мгновенье его глаза смотрели на нее не моргая.

– Ты хочешь замуж? – неожиданно спросил он.

Алина на короткое мгновение впала в ступор.

Все-таки она не ошиблась? Он собирался сделать ей предложение? Но почему говорил таким тоном, словно дальше последует фраза: «Но тебе не видать замужества как своих ушей».

Алина несмело кивнула, ее пульс участился.

– И детей хочешь? – серьезным тоном спросил любимый.

– К-конечно… – выдохнув, ответила она.

– Тогда нам нужно расстаться!

Глава 2

Решив, что это шутка, Алина рассмеялась и погрозила Матвею пальцем.

– Остряк! Очень смешно!

Она откинула за плечи волосы, положила локти на стол и игриво посмотрела на него.

– И что же дальше в твоем сценарии, м? Сначала испытаешь меня на прочность, а затем сделаешь предложение?

Накрутив на палец локон, смущенно заулыбалась.

– Моть, ну я ж догадываюсь, к чему ты ведешь. Итак жутко волнуюсь, давай уже скорее.

Алина прерывисто выдохнула и замерла в ожидании заветных слов.

– Я не шучу, Алин! – серьезно сказал Матвей. – Пойми, ближайшие лет пять я точно не собираюсь создавать семью, и…

– Подожди, подожди… – Алина выставила перед ним ладони и быстро замотала головой. – То есть как не собираешься? Матвей, мы же говорили о детях, мечтали пожениться…

– Да, говорили. – Он откинулся на спинку кресла, с деловым видом постучал пальцами по столу. – Но это было до того момента, как отец оставил мне наследство. И перед смертью он взял с меня слово, что я не загублю то, во что он много лет вкладывался.

– Хорошо… – терпеливо изрекла Алина. – Но как семья тебе может помешать?

Матвей поставил на стол руки, сомкнутые в замок, и заговорил таким тоном, словно обсуждал со своими подчиненными рабочие моменты.

– Я все распланировал: лет до тридцати трех я буду упорно заниматься «Рандеву» и мне никто не будет мешать: ни жена, ни дети, – подчеркнул он, выгнув бровь. – Я целиком посвящу себя бизнесу, открою сеть ресторанов и только потом, когда буду крепко стоять на ногах, подумаю о создании семьи.

Пока Алина хлопала глазами, не веря услышанному, Матвей подался вперед и взял ее за руку.

– Милая, так сейчас нужно, понимаешь? Чтобы не разрываться между семьей и работой, я должен выбрать, что мне важнее. И я выбираю бизнес.

Он потрепал Алину за ледяную руку и дал совет, от которого на ее голове зашевелились волосы.

– Выходи замуж и рожай детей. Тебе и правда уже пора, Алин. И так стукнуло двадцать восемь. Немолодая, согласись? Зачем тратить на меня драгоценное время? Мне дети сейчас не нужны, а тебе тянуть некуд… – и Алина заткнула ему рот мощной пощечиной.

Такси тронулось, Алина перевела влажный взгляд на окно ресторана и увидела, как Матвей заигрывающе хлопнул по попе официантку.

Всю дорогу до дома она прорыдала. Истратила все свои нервы и пачку влажных салфеток, которые услужливо дал ей водитель.

«Немолодая, согласись?» – царапнули по сердцу болезненные слова и по щекам снова хлынули слезы.

После того как Матвей стал владельцем ресторана, он часто был уставшим и раздраженным, взрывался на нее по малейшим пустякам, но еще никогда прежде не переходил на личности.

Пару дней назад он тоже вспылил, и Алина до сих пор не могла понять, что на него нашло.

– Алин, оторвись от готовки. Иди сюда, – велел Матвей и стал выкладывать из сумки рыболовные снасти. – Смотри, это крючки, – положил он их на кухонный стол. – Это леска. А это эхолот.

Он потряс прибором перед лицом Алины и продолжил.

– Это подставка для удочки, а это приманка. Она нужна для того, чтобы…

– Милый, – криво улыбнулась Алина. – А зачем ты мне все это показываешь?

– Как зачем? – округлил глаза Матвей. – Ну ты же думаешь, что мне интересно знать какие чистящие средства ты купила в квартиру, какие занавески, какую скатерть. Ты же первым делом приходя из магазина все это выкладываешь передо мной и рассказываешь что, куда, зачем.

– Так я ж для дома, для уюта, для нас с тобой… – вымолвила Алина и ее глаза зажгли слезы обиды.

Тогда она подумала, что у Матвея снова что-то не срослось в ресторане и он решил выместить всю злобу на ней. Алина в сотый раз пожелала, что любимому свалилось наследство, из-за которого у него почти нет свободного времени и потрачены все нервы.

Ресторан достался Матвею в самый разгар ремонта и строительства летней веранды.

«Вот когда там все устаканится, тогда он и выдохнет. И мы наконец-то будем планировать свадьбу», – наивно надеялась Алина.

А теперь ехала в такси давясь слезами и закрывала в телефоне вкладки со свадебными платьями, которые в мечтах примеряла на себя сегодняшним утром.

«Выходи замуж и рожай детей… – горько улыбнулась она и громко всхлипнула. – Сделал вид, что проявил ко мне заботу? Угу… Так бы и сказал, что нашел мне замену в лице грудастой официантки…»

Положив руку на живот, Алина поморщилась. К горлу снова подступила тошнота.

«Это, скорее всего, из-за переживаний», – подумала она, не подпуская к себе мысль о возможной беременности. Ведь «любимый» ясно дал понять, что дети ему сейчас не нужны.

Глава 3

Водитель такси высадил Алину у подъезда и помог достать из багажника ее большой красный чемодан.

– Ну, здравствуй, дом родной… – со вздохом пробормотала она, с тоской глядя на серую панельную пятиэтажку.

Взялась за ручку чемодана и медленно пошагала к подъезду.

Она отсюда переехала… Точнее, сбежала четыре года назад и с тех пор очень редко наведывалась в гости к матери. Отношения у них как-то совсем не складывались. Ирина Андреевна всю жизнь была очень строга к своей единственной дочери. Каждое утро Алины начиналось с готовки и уборки, а про школьные годы она и вспоминать не желала.

– По дворам шариться особого ума не надо, – ворчала мать. – Сначала получи образование, а потом и гуляй сколько влезет. Тетради и учебники – вот, кто твои друзья, ясно?!

Ирина Андреевна из тех людей, кто дома ходит с кнутом, а перед посторонними лебезит так, словно ее подменили. Она всегда с улыбкой расхваливала продавцам их продукцию, расстилалась перед своей начальницей в продуктовом магазине, учителям в школу носила то чай, то конфеты. Всем старалась угодить кроме собственной дочери.

А после развода с отцом так и вовсе стала невыносимой. Всю свою злобу вымещала на Алине.

Отучившись в институте и начав зарабатывать деньги, Алина первым делом накопила на съем жилья и наконец-то съехала от сварливой матери.

Ей нравилась скромная съемная квартира на окраине Подольска, в которой она могла делать все, что вздумается. Хоть голышом ходи, хоть песни пой, хоть танцуй. Свобода, одним словом.

Благодаря той квартире она и познакомилась с Матвеем, когда он однажды пришел в гости к ее соседу. Они встретились на лестничной клетке и смотрели друг на друга так, как будто были знакомы тысячу лет.

Матвей зачастил приходить в гости в квартиру напротив, а позже набрался смелости и пришел с цветами. Только уже в квартиру Алины.

Их отношения вспыхнули как бенгальский огонь и горели они так же ярко.

Надо признать, Матвей действительно умел очень красиво ухаживать. Так красиво, что Алина влюбилась в него по уши и уже через месяц перевезла к нему свои вещи.

Выйдя из лифта, Алина подкатила чемодан к железной двери и, задержав дыхание, нажала на звонок.

Она заведомо знала: реакция мамы на ее приезд будет мягко сказать не очень. А если говорить в лоб, то это будет расцениваться как вторжение в личную жизнь.

Ирина Андреевна уже полгода жила не одна. Ее гражданского мужа звали Юрий и в этой квартире он чувствовал себя полноправным хозяином. В прошлый приезд Алины он велел ей снять обувь чуть ли не на пороге квартиры. А еще он долго ворчал, когда Алина на секунду оторвалась от мытья посуды и при этом не выключила воду.

Алина заметила, как в глазке потемнело, через пять секунд там снова появился желтый огонек, но дверь открывать не торопились.

– Кхе, кхе! – раздалось с той стороны.

Послышался скрежет замка и на пороге появился мамин сожитель.

Сведя рыжие брови к переносице, Юрий обвел взглядом заплаканное лицо Алины, затем сердито взглянул на чемодан.

– Жить что ли к нам? – проворчал он, нехотя отходя с порога.

«Не к вам, а к себе домой. Где я и прописана, между прочим!» – подчеркнула она про себя, но вслух не проронила ни слова.

Знала: они снова заскандалят, потом и мать начнет истерить, вступаясь за своего Юрочку.

В этой квартире действует золотое правило: меньше разговоров – меньше нервов.

– Ой, Алиночка! – выйдя в коридор заахала мама и сделала вид, что рада ее приезду. – Ты б хоть предупредила, что заглянешь в гости. А не то у нас даже к чаю нет ничего.

– А я не в гости, мам, – снимая туфли, отрезала Алина. – Я к вам пожить.

И, под грохот челюстей мамы и отчима, она покатила чемодан в свою комнату.

Которой, как оказалось, и нет уже…

Вместо ее дивана и компьютерного стола в центре комнаты стояла большая двухспальная кровать. Обои были переклеены, шкаф, комод, трюмо – все это тоже было новое.

«Ясно… Отныне здесь спальня», – вздохнула Алина и развернулась к матери.

– Где я могу остановиться?

– Так это… – развела руками мама. – Ну в зале давай. Мы там правда по вечерам телевизор смотрим. Или на кухне. Только там диван заклинило, не разбирается.

И колесики чемодана поехали в сторону зала.

Алина столько напереживалась и так устала за этот день, что готова была лечь на первую попавшуюся горизонтальную поверхность. Без разницы где: в зале, в кухне, в коридоре. Да хоть в ванной комнате. Дайте только побыть одной хотя бы пару часов, чтобы привести себя в чувство.

– С Матвеем поругалась? – прицепилась мать.

– Угу, – доставая из чемодана халат, буркнула Алина.

– Так может еще помиритесь, – с надеждой пролепетала мама.

– Мы расстались мам, – устало взглянула на нее Алина. – Да не переживай ты так, я надолго не задержусь. Подыщу съемную квартиру и съеду. А сейчас выйди, пожалуйста. Мне нужно переодеться.

Мама заулыбалась и предложила Алине чаю. А у нее на лбу загорелась табличка: «фух, слава богу, что ты к нам не на постоянку».

Весь остаток дня Алина лила слезы в подушку. В ее голове была смесь картинок с прекрасными моментами, проведенными с Матвеем и параллельно звучали слова-уколы:

«Нам нужно расстаться», «Выходи замуж и рожай детей», «Ты ведь немолодая, согласись?»

Еще и этот кирпич на желудке никак не давал ей покоя. Вроде и есть хотелось, а вроде и воротило от одного запаха еды.

Вечером, как и было обещано, диван в зале оккупировали мама с отчимом. Они включили какую-то комедию, смеялись как сумасшедшие. Особенно дядя Юра. Он словно нарочно гоготал во весь голос, чтобы доставить Алине максимум дискомфорта.

А самое интересное, что она понятия не имела, когда сможет позволить себе снять жилье. Ведь неделю назад она потратила все свои накопления на покупку подарка для Матвея.

Любимый давно мечтал о хороших часах, но руки никак не доходили купить их. Вот Алина и решила подарить ему на день рождения. Долго искала, советовалась с продавцами, серфила на форумах, изучая разные марки часов и нашла те самые – идеальные для Матвея. Стоили они, конечно, прилично, но что не сделаешь ради любимого.

«А это, между прочим, целых три месяца оплаты за съемную квартиру!» – сердилась она теперь.

Алина удаленно работала бухгалтером и вела несколько организаций. На свой доход она никогда не жаловалась, хватало сполна. Даже умудрилась за два года накопить на машину. Бюджетную, правда, но все же. А еще ее приходилось часто ремонтировать. Вот и сейчас она уже вторую неделю стояла в автосервисе. Как раз сегодня Матвей должен был забрать ее и оплатить ремонт. Но, видимо, и эти финансовые траты лягут на хрупкие плечи Алины…

Фильм наконец-то закончился, Алина пристроила голову на подушку, но отчим вдруг выдал:

– Ир, а может еще что-нибудь глянем, а? Я пока спать не хочу.

Мама охотно согласилась, а Алине ничего не оставалось делать, как накрыть голову одеялом и, заткнув уши, попытаться уснуть.

Уже наутро она поняла, что долго так не протянет. Мало того, что вчера не дали поспать, так еще и разбудили в шесть утра громкими разговорами и шумом фена. Ей срочно был необходим свой угол. А деньги будут дай бог только через пару недель.

Лежа в ванной – единственном месте, где можно побыть одной, Алина вспоминала слова своего отца.

– И зачем мыкаться по чужим квартирам, когда в Москве есть свое жилье? – говорил он, когда Алина снимала квартиру. – Тебе ж терять нечего, работа тоже не держит. Переезжай давай.

У Алексея Игоревича простаивала двушка в хорошем районе Москвы. Квартира досталась ему в наследство, а сам он со второй женой и дочкой жил за городом. Алексей Игоревич сделал в квартире ремонт, обновил там мебель, но сдавать ее напрочь отказывался.

– Загадят! – говорил он Алине. – Я ведь не для чужих людей ремонт делал, а для дочерей. Пока Полька маленькая, живи сколько нужно. А когда подрастет, так сами и решите, что с этой квартирой делать. Я ее на вас двоих запишу.

И Алина задумалась:

«Поле сейчас четырнадцать. Думаю, ближайшие лет пять она не будет претендовать на эту квартиру. Тогда почему бы мне там не пожить? И правда же, квартира хорошая, светлая и с красивым видом на город. Метро, парки, магазины – все под боком. Здесь меня ничего больше не держит. Кроме печальных воспоминаний…»

Еще немного поразмыслив, Алина вылезла из воды, надела халат и, глядя на себя в зеркало опухшими глазами, решительно шепнула:

– А вот возьму и уеду в столицу. Уеду и начну жизнь с чистого листа!

Глава 4

– Ну, ё-моё, Та-а-сь! – протянула Алина, глядя на пассажирское сиденье.

Она подцепила пальцем ярко-розовую слизь, которой была вымазана светлая обивка, и, сжав губы, обернулась назад.

– Это твой слайм?! – прикрикнула Алина, глядя на Тасю и выставила перед ней розовый палец.

– Угу, – спустя паузу ответила Тася, и невинно похлопала темными ресничками. – Плости, мамочка…

А Соня, закатив глаза, поцокала языком.

– Сколько лаз мама говолила, чтобы мы иглали слаймом только дома за столом! – потрясла она рукой, а затем пихнула сестру плечом и защелкнула ремень безопасности.

Тасе часто доставалось от сестры. Ведь Соня родилась на две минуты раньше и по праву считала себя старшей.

– А ты вчела испачкала шоколадом диван! – припомнила Тася.

– А ты сломала пылесос! – тут же ответила Соня.

– Это не я! – обиженно вскрикнула Тася. – Он сам засосал голову куклы! Да, мам? Мам, скажи ей, что я не виновата!

– Не виновата, бусинка, – выезжая из двора, кивнула Алина. – А пылесос мы починим. Нечего из-за него переживать.

Ее маленький «Опель» выехал на трассу, умело вписался в поток машин и слава богу вовремя остановился на светофоре. Потому что в следующую секунду Алина едва не поседела.

– Мне исполнилось семь лет! – раздалось из ее сумки и коротко проиграла торжественная музыка.

Алина приложила руку к груди и, задержав дыхание, достала телефон из сумочки.

– Вы точно меня когда-нибудь сведете с ума… – выдохнула она, глядя на экран, с которого ей махал лапой серый котик.

Алина сердито взглянула в зеркало, в котором отображались две пары темных глаз-бусинок и потрясла телефоном.

– Опять скачали своего Мурзика?

– Это говорящая Полли, мам, – хихикнула Тася.

– То, что она говорящая, я еще в прошлый раз поняла. Когда она среди ночи попросилась в туалет. – Алина снова сердито взглянула на девочек.

– Мамочка, а дашь нам пока телефончик, м? – Соня сомкнула ладошки в молитвенном жесте и, мило улыбнувшись, захлопала глазенками. – Пожалуйста, ну, пожа-а-а-луйста.

– А вы из-за него не подеретесь? – прищурилась Алина.

Девочки решительно помотали головой. Как будто они никогда-никогда не боролись за мамин телефон.

– Поиграйте, а потом сразу удалите эту игру, договорились? Может, куплю вам на Восьмое марта планшет. Туда и будете скачивать все свои игрульки.

– Ты нам его еще на Новый год обещала, – напомнила Тася.

– Знаю, – вздохнула Алина. – Но мама лишилась премии.

Она невольно вспомнила неприятный случай, который произошел за неделю до Нового года и ее руки покрылись мурашками.

Две проказницы погрузились в игру, а Алина в кои-то веки в полной тишине добралась до детского садика.

Алина поправила на дочках желтые платья, проверила опрятность их длинных косичек и присела на корточки.

– Открываем кармашки, – улыбнулась она.

Затем по очереди чмокнула свои ладошки, сжала руки в кулаки, как бы спрятав в них поцелуйчики, донесла их до кармашков и положила внутрь.

– Готово! – подмигнула Алина и, поднявшись на ноги, поцеловала две темные макушки.

Об этом приеме с поцелуйчиками, как ни странно, давным-давно рассказывал ей Матвей. Он так делал своей племяннице, когда отводил ее в сад.

Наверное, Алина ни за что бы этим не воспользовалась, учитывая, кто был автором этой идеи. Но, как оказалось, «поцелуйчики, которые будут лежать в кармашках до прихода мамы», стали для нее настоящим спасением. Ведь первое время девочки напрочь отказывались оставаться в саду.

Выходя из садика, Алина лоб в лоб встретилась с мамой девочки из их группы.

– Ой, Алина, здравствуйте! – растерянно смотрела на нее девушка. – Вы не постите пару минут с коляской. Я только Леру до группы доведу.

– Конечно, – согласилась Алина несмотря на то, что уже опаздывала.

Воспитывая дочерей в гордом одиночестве, она и сама не раз сталкивалась с подобными ситуациями. Иногда даже не могла зайти в магазин со своей огромной коляской. Вот и приходилось просить помощи у прохожих. Детей, конечно, не рисковала оставлять с чужими, а вот попросить купить продуктов вполне могла.

«Ну, в конце концов, если сопрут карточку, то это еще как-то можно пережить. А если не дай бог что-нибудь случится с детьми…» – думала она тогда.

Даже не перечислить все случаи ее «выживания» с двумя детьми. Пока дочки были совсем маленькие, Алине пришлось пройти и огонь, и воду, и те самые заветные медные трубы.

Вспомнить только как в ее доме заклинивало лифт и он переставал работать. Тогда Алине приходилось доставать соседа с первого этажа и на пару с ним поднимать на пятый этаж две люльки и сумки с продуктами.

Стоя у садика, Алина смотрела на личико грудного малыша и улыбалась во все лицо. Вспоминала, как после переезда в Москву сделала тест. Как испугалась, узнав о беременности. А потом собралась с духом и решила рожать.