Непридуманный мир Дэя Олана

– Если мы проберемся на самый верх этого дома, то сможем дотянуться до того места, где соединяется древний мир с новым, – придумал я.

– Идея неплохая. Но кто знает, что может поджидать нас внутри.

– А ты думаешь, идти вот так, в полной темноте, лучший вариант?

– Хорошо, – фыркнула девушка. – Но, будь так добр, держись за моей спиной.

– Ты сомневаешься в моём профессионализме?

Я выхватил у неё фонарик и начал искать вход в здание. Она что-то пробубнила, но всё же пошла за мной. Вскоре нам открылся проём, а за ним – лестница наверх. Похоже, этот дом почти не отличается от наших. Значит, в архитектуре мы недалеко ушли от предков. Местами ступени крошились, но всё же выдерживали нас, несмотря на свою древность. На каждом этаже было по три квартиры, в которые мы решили не заглядывать, чтобы не нарваться на что-нибудь опасное.

Мы с легкостью поднялись на девятый этаж (пришлось считать, чтобы отвлечься) и через люк выбрались на крышу. Свет фонаря не смог дотянуться до чего-либо над нашими головами. Одна сплошная темнота. Зато, каково было наше удивление, когда мы прошлись по почему-то хрустящему, и оно вдруг начало светиться слабым зеленоватым светом.

– Ого! – воскликнула Калли. – Это же флуоресцентный мох! Я читала о таком. Когда он высыхает, то при измельчении начинает испускать свет. Если собрать его в прозрачную ёмкость, можно сделать пару фонарей.

Мне приходилось только удивляться находчивости этой девушки. Я даже представить себе не мог, насколько сложна её жизнь, что она столько знает и так легко находит выход из сложных ситуаций.

– Значит, нам придётся поискать в квартирах то, что пригодится для создания фонарей, – сказала Калли. – Если пойдём сверху вниз, то так больше шансов.

– Ты предлагаешь заходить в каждую? – признаться, я был немного напуган.

– Ты хочешь домой? Хочешь выбраться отсюда?

Я поёжился от такого начальственного тона, но согласился.

– Только я пойду первым, а ты держись за мою руку, чтобы не потеряться в темноте.

Девушка молча протянула мне то, что осталось от её левой руки. В свете фонаря Калли выглядела загадочным существом. Большие яркие глаза, хрупкое на первый взгляд тело и густые длинные волосы, которые успели высохнуть и делали её… красивой.

Я осторожно взял Калли за культю и потянул в сторону ближайшей квартиры. Толкнул дверь, подёргал за ручку – она была заперта. Единственное, что мне удалось, так это испачкаться в слизи, которая покрывала всю эту дверь. Следующая попытка тоже не увенчалась успехом. А вот третья дверь нам поддалась. Когда я начал её открывать, то верхняя часть слетела с петель и чудом на нас не обрушилась. Я аккуратно отодвинул её к стене и посветил фонариком в глубину квартиры. Там были видны очертание мебели, которая стала трухой и составляла небольшие горки в разных местах квартиры. Только я переступил порог, как пол подо мной начал крошиться, с шумом падая вниз. Мне повезло, что Калли оставалась на месте и вытянула меня обратно, иначе быть мне на этаж ниже.

– Верхние этажи слишком неустойчивы. Придётся спуститься вниз и поискать там.

– Хорошо, – ответила Калли. – Так и сделаем.

Мы аккуратно спустились до первого этажа и проверили двери. Все три квартиры на первом пролёте оказались открытыми и пустыми, словно из них вынесли всё, вплоть до мелочей. Но на одной из кухонь нам всё-таки удалось найти стеклянные прозрачные тары. Калли в каком-то мусоре откопала проволоку, ещё не рассыпавшуюся от ржавчины. Она обмотала ею горлышко стеклянной посуды и закрепила дугой на манер ручки.

– Так будет удобней нести, – сказала она и повесила самодельные фонари на свою культю.

Мы снова поднялись на девятый этаж и набрали по половине тары флуоресцентного мха. Его свечение длилось недолго, но стоило потрясти наш самодельный фонарь, как сухие стебельки ломались друг о друга и снова начинали излучать слабое сияние.

Мы спустились вниз, уселись отдохнуть около здания и только в этот момент поняли, что если не найдём выход, то можем умереть от голода. Урчание моего желудка было слышно, наверное, на километры вокруг.

– Итак, – сказал я. – У нас есть свет, есть вода, которая куда-то бежит, и есть наше терпение, которого, надеюсь, хватит надолго.

– Да ты оптимист, Дэй Олан! – восхитилась девушка.

– Для меня это словно страшный сон. И очень хочется быстрее проснуться. Только и всего, – сказал я и встал с намерением продолжить путь.

Мы успели пройти лишь несколько метров вдоль здания, как за нашими спинами раздался жуткий вопль, переходящий в рёв. От этого звука волосы встали дыбом. А Калли вцепилась в меня с такой силой, что чуть не сломала запястье.

– Надо бежать, – почти неслышно произнесла она. – Оно пойдёт за нами по запаху или шуму.

Я кивнул силуэту, слабо виднеющемуся в свете мха, и, стараясь не шуметь, потянул её дальше. Однако среди всего, что встречалось на пути, было весьма сложно двигаться тихо.

– Мы так далеко не убежим, – сказал я, наклонившись к девушке. – Надо спрятаться.

Судя по всему, раньше тут была улица с домами, как в районе Г, только здания намного выше, шире и расположены по порядку. Рёв приближался, сменяясь громкими всплесками воды. Существо явно было крупным и агрессивным. Даже будь у меня сумка с оружием, я бы ни за что сюда не сунулся.

Мы уже не бежали, а медленно шли по крупной квадратной плитке, стараясь не шуметь. Внезапно наш путь преградил невысокий бордюр, за которым обнаружилась квадратная яма. С другой стороны ямы я увидел ступени, ведущие вниз.

– Что скажешь? – спросил я у девушки, наклонившись в попытке разглядеть что-то в тёмной глубине.

– Дэй, ты предлагаешь спрятаться там?! – в её голосе звучали нотки паники.

– А что?

– Это безумие! А если там водится что-то страшнее того, что гонится за нами?

– Предлагаю проверить это, – откуда-то у меня появилось мужество и уверенность, что я полностью контролирую ситуацию. Я словно знал о безопасности этого места. – Оставить тебя здесь?

– Нет. Я пойду с тобой.

Не успели мы обойти бордюр, как услышали рычание существа совсем рядом. Я снова прижал к себе девушку, резко шагнул в сторону и, поскользнувшись на чём-то склизком, не удержался на ногах. Словно куклы, наши тела покатились по ступеням в новую пропасть подземного мира. Помню звон стеклянной тары и разлетающийся вокруг мох, а потом резко наступила тишина.

Когда я всё-таки смог открыть глаза, вокруг снова была темнота. Где-то капала вода, что-то шуршало, словно листья на ветру, но зверя слышно не было. Левой рукой я продолжал прижимать к себе Калли, которая не шевелилась.

– Эй, – я прикоснулся к щеке девушки. Она застонала и пошевелилась. – Ты как?

– Больно. Словно ты сбросил меня с лестницы.

– Шутница. Я своим телом всё время смягчал твоё падение. Так что можешь просто сказать спасибо.

– Хорошо. Спасибо, что сбросил меня с лестницы.

Лёгкая тень улыбки скользнула по моему лицу. Странно, раньше я вообще не думал, что меня можно заставить улыбаться. А что, если по возвращению домой я сам себя не узнаю? Что, если район полностью меня изменит?

– Отдохнул? – спросила Калли, выбираясь из моих объятий и вставая на ноги. – Идти можешь?

– Идти-то я могу, знать бы ещё в какую сторону.

– Ну наверх точно не стоит. Вдруг то существо притаилось за углом, дожидаясь нас?

– Значит, – сказал я, опираясь на скользкую стену, – проверим нижний уровень. – А сам с содроганием подумал о том, что нам придётся спуститься ещё ниже, хотя выход из этого мира находится намного выше, чем мы сейчас.

Калли вновь достала свой фонарик и включила его. Наши стеклянные светильники были разбиты вдребезги. Столько стараний на ветер! Голубой луч света прошёлся по ступеням, кучам мусора и был съеден тёмной пастью глубины подземелья. Лестница вела дальше вниз.

– Пошли, может, там есть ещё один выход, с другой стороны, – девушка взяла меня под руку своей культёй и потянула дальше. Звуки капающей воды окружали нас со всех сторон. Внутри пахло не так, как снаружи. Здесь стоял запах тухлой кислятины вперемешку со сладковато-приторным душком.

Когда ступени закончились, перед нами открылся широкий холл. С потолка свисала большая лампа странной конструкции, кажется, больше для красоты, чем для освещения. По центру находилось несколько разрушенных скамеек, а вдоль обеих стен параллельно друг другу тянулись пути, как у наших электровагончиков.

– Ого! – воскликнула Калли. – Кажется, я догадываюсь, что это такое!

– И что же? – с поддельным воодушевлением спросил я.

– Это метро! Я читала о нём в книгах. Люди спускались под землю, садились в длинные вагоны и перемещались в нужную точку города.

– Подземный транспорт? Да ладно?! Неужели кому-то не хватало наземного, или у них его не было?

– Если судить по книгам, которые я успела прочесть, то у людей прошлого было абсолютно всё.

– Ага, и от переизбытка средств к существованию они уничтожили свой мир, а потом построили другой, только хуже. Так получается? – от её рассказов о прошлом мне становятся не по нраву те, кто жил до нас. Судя по всему, они совсем не берегли планету и питали страсть к разрушению.

Мы говорили тихо, но наши голоса разносились эхом по арочному своду и возвращались тройным отголоском.

– Давай попробуем пройти вдоль платформы и посмотреть, что с другой стороны, – предложила Калли.

Я согласился. Хоть мне и казалось, что наверху, несмотря на страшное существо, было намного уютнее, чем в этом холодном подземелье. Точно, сейчас я заметил, что температура воздуха была очень низкой, пальцы рук совсем заледенели.

– Давай быстрей! – девушкам снова тянула меня вперёд, словно я был не взрослый мужчина, а маленький ребёнок.

– Да подожди ты! – прикрикнул я. В ответ она шикнула, резко остановилась, шлёпнула меня по щеке ладошкой и повернула мою голову немного вправо.

Даже не прислушиваясь и не подсвечивая фонарём, легко было понять, что там что-то шевелилось. Множество крохотных ножек или лапок своими коготками лязгали по металлу.

– Дэй, – прошептала мне на ухо Калли. – На счёт «два» бежим как можно скорее вперёд, а там по лестнице наверх. Если вдруг отстанешь или упадёшь, я тебя брошу. Своя шкура мне дороже.

И после этих слов она, даже не считая до двух, бросилась бежать с такой скоростью, что наши спортсмены могли бы ей позавидовать. Я старался не отставать, мысли о том, что она меня бросит, действовали как отличный стимулятор. Обладатели лапок сначала замерли, а потом кинулись за нами со страшным писком.

Вот уже и лестница. Разбитые ступени крошились под ногами и постоянно грозили переломать кости, оступись мы хоть немного. Я едва поспевал за Калли, она взлетала вверх, словно ничего не весила. Вдруг в том месте, где раньше было небо, я заметил оранжевый луч света. Мы не просто выбрались из метро, как его назвала девушка, кажется, мы нашли выход.

– Дэй, что это? – на бегу спросила Калли.

Я хотел ответить, но внезапно топот позади нас прекратился, остался только звук нашего сбитого дыхания, и мы остановились. Калли медленно подняла фонарь и высветила из темноты огромную зубастую голову, покрытую слизью и совсем не имеющую глаз. Зубы располагались в три ряда по кругу и имели по два острых края на каждом из клыков. Существо приподняло голову, словно принюхиваясь, и начало приседать на задние отростки, совсем не похожие на лапы или ноги.

– Дэй, оно готовится к прыжку?

В считанные секунды я оценил обстановку и принял решение.

– Калли, беги влево и не останавливайся. Встретимся у луча света. Если через час я не вернусь, выбирайся одна, – я сказал это тихо и очень быстро. Потом оттолкнул девушку и с криком побежал вправо, стараясь привлечь всё внимание монстра на себя. Чувство страха полностью исчезло, уступив место чему-то новому. Оно оценивало ситуацию, комбинировало прыжки и помогало уворачиваться от зверя. Не учло только одного: я остался в темноте. Фонарик до сих пор был у Калли, она нуждалась в нем больше.

Бежать, не видя дороги, казалось абсолютно невыполнимым. На пути попадались ямы, ограждения, здания. В одно из них я и врезался, чуть не сломав нос. Наощупь пробрался внутрь и начал быстро взбираться по лестнице наверх. В голове созрел план, которому требовалась немалая доля везения. Выбравшись на крышу, я упал на колени и проехался с хрустом по мху, а потом аккуратно откатился в сторону. Удача была на моей стороне. От выхода тянулась светло-голубая полоса тусклого света. Этого мне вполне хватит, чтобы видеть, как и куда будет двигаться зверь. У края крыши я заприметил острый кусок железного прута, который прямо просился в руку.

У выхода послышалась возня. Медленно, принюхиваясь появился зверь. Он был ещё омерзительнее, чем я успел рассмотреть до этого: кожа рваными кусками свисала с боков, словно он линял или был потрёпан хищником покрупнее. Слюна капала с зубов, с дымом и шипением падала на крышу, оставаясь там пузыриться.

«Так, – подумал я, – лучше бы мне не касаться этой слюны».

Замереть на одном месте было сложно. Но идти, похрустывая мхом, это всё равно, что добровольно броситься к нему в пасть. Поэтому я неподвижно стоял в нескольких шагах с прутом наготове. Только бы не промахнуться! Второй попытки у меня не будет. Внезапно зверь застыл, запрокинул голову, издал протяжный вой, а потом резко кинулся в мою сторону. Больше времени на размышления у меня не было. Я тоже закричал, не то от страха, не то от боли, потому что правая моя нога с хрустом провалилась в пол. Выставив вперёд своё оружие, я с силой вдавил его в мягкую плоть. Существо пронзительно завизжало, дернулось в сторону, утягивая меня за собой и валя на пол. Я чудом не оказался прямо под ним, иначе бы одному мне не выбраться. Отлетев на несколько метров и ударившись головой, я потерял сознание, а когда открыл глаза, вокруг было темно и тихо.

Немного побыть в покое явно не помешает. Хорошо, что зверь затих, но мне тоже здорово досталось. В голове гудело и пульсировало, нога отекла и не двигалась.

– Ну вот, Дэй Олан, так и закончится твоя история великих достижений. И никто ничего не узнает. Кости твои будут навеки погребены глубоко под землёй в древнем мире, о существовании которого большинство даже не подозревает.

– Сам себе читаешь надгробную речь? – спросил в темноте женский голос.

– Не мешай мне прощаться с этим миром, или не с этим, а с моим, но он не здесь. Ох, Калли, ты меня запутала. Калли?! – до меня вдруг дошло. – Что ты здесь делаешь? Я ведь сказал тебе уходить!

– А я и ушла, – сказала она, усаживаясь рядом, подсвечивая себе фонариком. – Я прождала тебя час, а потом, увидев свечение и крики, вернулась. Я думала, ты погиб!

И она обняла меня, словно мы не виделись много лет.

– Почти живой, как видишь, – произнёс я и отстранил её. Странное чувство возникло от прикосновения Калли, такое тёплое и желанное. А ещё я заметил, что она стала вкусно пахнуть.

– Чем это от тебя пахнет?

– Ты не поверишь! Там действительно есть выход, и я нашла ягоды, выросшие в неярком свете с поверхности. Попробуй! – она положила в мою ладонь три крупные тёмные ягоды.

– А они съедобные?

– Я съела штук пятнадцать час назад и пока жива.

– Пятнадцать? – переспросил я. – А мне принесла всего три!

– Я сейчас принесу ещё, только никуда не уходи, – она попыталась встать, но я удержал её за левую руку. Калли была очень взволнована, чем вызвала очередную улыбку на моём лице. Обо мне ещё никто так не заботился.

– Мне этого хватит. Просто посиди, пожалуйста, рядом.

Девушка уселась, прислонившись спиной к моему левому боку и провела рукой по хрустящему полу. Появилось свечение, которое сделало бы момент самым приятным в моей жизни, если бы не ноющая правая нога. Я слегка приобнял Калли левой рукой за талию и пытался наслаждаться жизнью. Случайно дотронулся до её покалеченной руки, но в этот раз без брезгливости.

– Как это произошло? – спросил я.

– Ты имеешь в виду мою руку?

– Да.

Она поднесла её к своему лицу, словно на коже были записаны те самые страшные моменты, и с грустью произнесла:

– Я тайно проникла в район Б, чтобы перевезти партию себельного мха для наших людей. Но там нас уже ждали, и у меня был выбор: сдаться и отправиться в корпорацию ОМОТАЛ или лишиться руки. Я выбрала жизнь. А недавно узнала, что мой отец погиб. Теперь у нашего района стало на одного поставщика меньше.

– А как звали твоего отца? – спросил я, уже догадываясь, каким будет ответ.

– Пьон Лаво. Я – Каллисто Лаво, его старшая дочь! – произнесла девушка с гордостью.

Я молчал, пытаясь осмыслить то, что рассказала Калли. Разве бывают такие странные совпадения: из всех заданий мне дали именно дело Пьона Лаво, а попав в этот район, я сразу же наткнулся на его дочь? Старшую, как она сказала. Девушка даже не подозревает, что её отец погиб из-за меня. Мне вдруг захотелось сказать ей что-то ободряющее, но язык не поворачивался, скованный чувством вины.

Каллисто сидела молча и смотрела на узкий луч света вдалеке, потом спросила:

– Ты сможешь идти дальше?

– По-моему, нет. Кажется, сломал ногу.

Я нагнулся, пытаясь подтянуться к правой больной ноге, но тут же с криком выпрямился.

– Походу, дело дрянь!

– Дай, я взгляну, – сказала она.

Калли потопталась вокруг меня, чтобы мох поярче разгорелся, и принялась осматривать ногу. В неярком свете было видно, что нога опухла и посинела. Девушка что-то пробормотала, но я не расслышал.

– Что, всё так плохо? – спросил я.

Она кивнула, встала и, подсвечивая себе фонариком, ушла.

Ого! Я, признаться, такого не ожидал. Бросить меня тут и даже не попрощаться. Мне стало горько на душе, хоть разумом я и понимал, что с такой ногой не смогу добраться до выхода. А если нападет ещё одно существо, то вместе со мной может пострадать и Калли. Этого я не хотел. У неё и без меня хватает проблем.

Поэтому я поудобнее устроился на куче мусора в ожидании голодной смерти. Не так я представлял конец своих дней. Я мечтал о пенсии, красивых проводах с работы. В конце концов, возможно, остепенился бы и завёл маленького непослушного ребёнка. Проводил бы свои длинные дни ни о чём не заботьтесь, не жалея и совершенно не зная другой жизни.

В животе снова заурчало, трёх ягодок ему не хватило. И тут я подумал, что голодная смерть будет мучительной. Может, стоит начать кричать, на звук придёт какое-нибудь чудище и быстро расправиться со мной? Это лучше, чем растягивать страдания на несколько дней. Я решился и закричал.

– Ты что орёшь? – услышал я суровый голос Калли. – С ума сошёл?

– Решил таким образом свести счеты с жизнью.

– Зачем? – мягко спросила девушка, словно я действительно был умалишенный. – О нет! – поняла она. – Ты думал, что я тебя бросила?!

Теперь в её голосе появились нотки злости.

– Думал, если случилась беда, то я отправлюсь дальше одна? Знай же, Дэй Олан из района А, мы – жители района Г – никогда никого не бросаем! Мы – люди, а значит заботимся друг о друге. Это такой же факт, как и то, что зимой идёт снег.

– У вас идёт снег? – удивился я.

– А у вас нет?

– Нет. Парламент планеты и корпорация ОМОТАЛ посчитали, что это абсолютно ненужное свойство облаков. Только дождь и только по расписанию.

– Знаешь, – произнесла Калли, складывая около меня какие-то железки, – мне кажется, что мой мир, хоть и не идеален, но намного лучше вашего.

– Ты сама сказала «кажется»…

– Ты хочешь со мной поругаться? – замерев, спросила она.

Я тяжело вздохнул.

– Нет, конечно, просто я буду тебе обузой.

– Молчи! – и она начала что-то мастерить из железок и кусочков, оторванных от своего плаща.

– У тебя странное имя – Каллисто!

– Отец рассказывал мне историю про богов. Так вот, девушка по имени Каллисто родила ребёнка от главного бога, но потом её постигла кара, и она оказалась в виде созвездия Большой Медведицы на небе. Меня назвали в честь неё, чтобы я всегда помнила, что за жизнь надо бороться.

– А кто такие боги?

– Ах да! Я и забыла, что умный и просвещённый народ вашего района совсем ничего не знает о прошлом человечества.

Калли резко дёрнула мою ногу, затем сдавила с двух сторон железками и всё это обмотала тканью.

– Ты заблуждаешься, так поверхностно осуждая нас, – мне вдруг стало обидно за свой дом.

– Попробуй встать. Обопрись на меня.

Вскрикнув от боли, я всё-таки смог подняться.

– Так, хорошо. Теперь мы с тобой аккуратно спустимся и выберемся навстречу свету.

– Калли, расскажи мне про богов, какие они были? – спросил я не столько из интереса, сколько желая отвлечься от боли.

– Они были прекрасны, огромны и величественны! – с восхищением начала Каллисто свой рассказ. – Они жили на небе, на высоких горах и под землёй. Люди земли поклонялись им, у каждого народа были свои божества. Потом зародилась религия.

– Стоп, ты сейчас о чём?

– О богах.

– Нет. Что за религия такая? – это были странные слова. Они казались до боли знакомыми.

– Религия – это когда люди верят во что-либо ради спасения души. Душа – это наш внутренний мир, который остаётся существовать после нашей смерти. Есть ещё ад, или преисподняя, куда попадают души тех, кто вёл плохую жизнь.

– Не понимаю, Каллисто, – покачал я головой. – Зачем выдумывать столько ненужных правил, когда можно просто жить?

– Поверь, это как раз облегчает понимание мира и жизни.

– Я ничего не понял! – мне не понравилась эта тема. Словно я был человеком всю жизнь, а теперь меня тащат на бойню, так как я, видите ли, мясное животное, которое только для еды и выращивалось. И нет у меня чувств и собственного мнения.

– Т-с-с, – произнесла Калли. – Ты слышал?

– Кажется, это далеко от нас, но похоже на того большого зверя.

– Давай дальше пойдём молча и побыстрее.

Я опирался на неё почти всем своим весом, но она даже вида не подавала, что ей тяжело. Сильная и красивая. Почему я именно сейчас подумал о её красивом личике?

Меня раздирали противоречивые чувства: с одной стороны, страх перед существами древнего мира, а с другой, мне было приятно находиться рядом с Калли Лаво. И хотя эта фамилия каждый раз была мне острым напоминанием об её отце, я вскоре признался себе, что девушка мне нравится. Сила, твердость характера, моральные принципы, а также тяга к знаниям делали её настолько удивительной, что раньше я даже не смог бы себе представить такого идеала.

– Куда дальше? – спросил я, когда слабый луч света пропал из поля зрения.

– А теперь нам нужно подниматься вверх. Тут этажей больше ста, но мы же их осилим, правда?! – спросила Калли, заглядывая мне в глаза и словно наполняя меня уверенностью из своего тайника в глубине души. Признаться, я полностью выбился из сил ещё метров двадцать назад, но никак не мог сказать об этом. Не хотел выглядеть в её глазах слабым и недостойным.

Молча, чувствуя, как горькие слёзы стекают по небритым щекам, я продолжал ковылять, держась за девушку. Лучше упаду замертво, решил я, чем признаюсь, что устал и мне тяжело идти.

Трудно равняться на Каллисто. Интересно, а какими были её сёстры? Я вдруг представил, что эти три светловолосые красотки очень умны. Почему именно три, а не две или четыре, я себе объяснить не мог. Но мне определённо хотелось, чтобы их было трое. И все очень похожи на Калли мужеством и красотой, а на отца преданностью.

В этот момент я увидел, как Пьон Лаво подошёл ко мне и начал помогать идти. Я, конечно, стал сопротивляться, говорить, что справлюсь сам. Но Пьон крепко схватил меня за руку и начал дергать в другую сторону от Калли. Я испугался, что если отпущу её, то больше никогда не увижу, и мне придётся целую вечность жить в этом подземном мире вместе с человеком, который погиб при взрыве в районе Б.

Моё тело совсем расслабилось и не хотело подчиняться. Только рука имела связь с реальностью, потому что за неё крепко держались и тянули. А потом отпустили, и я наконец-то заснул.