- -
- 100%
- +
Лео, кажется, этого даже не услышал.
Из окна хижины выскочил волк, и, запинаясь, пронесся в лес. Ни у кого не было сомнений, что это была Иви. Возникший рядом Ноа, постепенно меняя обличие на волчье, отдавал приказы:
«Лео, ты останешься в лагере».
Собравшийся было кинуться в лес Лео, замер и поник.
«Артур, Тимоти, вы со мной. Разделимся. Нужно найти ее до того, как она дойдет до города. Эван, пригляди за Лео».
И Эван, и Лео еще пару минут смотрели вслед волкам. Затем, не сказав ни слова, Лео развернулся и ушел к себе в хижину. Как только дверь за ним закрылась, Эван принялся мерить лагерь шагами. Лео слишком расстроен, чтобы отправиться на поиски Иви, и наверняка понимает, что сделает только хуже, если встретит девушку в волчьей форме. Возможно Ноа просил присмотреть за Лео, чтобы тот ничего с собой не сделал, но разве он мог?
Эван слышал мысли Ноа и Артура, которые пытались дозваться Иви, спрашивали друг у друга, не нашел ли ее кто. Тимоти молчал, как и обычно, но Эван был уверен, что парень сделает все возможное, чтобы найти Иви. Но прошло уже примерно полчаса, а изменений не последовало. Эван метался по лагерю, пугая оставшихся волчат еще больше, отчего те стали разбредаться по своим хижинам. Лео не появлялся на улице, и в конце концов Эвана одолели мысли о том, что он тоже должен искать Иви. Втроем весь лес не прошерстить.
Он шел и звал ее про себя. Надеялся, что за то короткое время, пока Эван ухаживал за Иви, между ними могла установиться мысленная связь, но каждый его зов оставался без ответа. Ноа отреагировал спокойно на то, что Эван ушел из лагеря, и обозначил территорию, на которой они уже были.
Эван пытался мыслить как она. Куда бы Иви бежала в первую очередь? В город, хоть тот и находился в противоположной стороне от той, куда она рванула? Может даже к своему дому. Маленький город тоже издает шум, что способен напугать волчицу, которая и так находится в ужасе. Эван успокаивал себя так: Иви не убьет никого, не поднимет на уши целый город. Зато была возможность, что она будет на знакомом ей месте, но в лесу. Туда Эван и решил отправиться, переходя на бег. Жесткие ветки хлестали по телу, порвали рукав пиджака, но парень не сбавлял скорости. Любая рана казалась ему царапиной, после сегодняшней ночи. Ее раны были страшнее.
Оказавшись на той поляне, где они впервые встретились, Эван замер. Он прислушался к звукам, прикрыв глаза. Кроме шума реки, услышал скулеж. Гарантий не было. Это мог быть и обычный волк. Подгоняемый надеждой, что нашел Иви, Эван поспешил на звук.
Возле реки лежала она. Волчица, сбежавшая из его дома. Меньше, чем типичный оборотень, но больше, чем обычный волк. Ее окрас был иссиня-черным, словно ночное небо. К ней тянулась дорожка крови. Причина нашлась сразу же. Из задней лапы торчала заостренная палка. Потому волчица так скулила. Ей было не только страшно, но и больно. Снова.
Эван сбежал по каменистому склону, побежал к волчице, но замер, когда она зарычала. Правда смотрела при этом она совсем без агрессии. Наверное, чувствовала себя загнанной. Эван присел и примирительно поднял руки. Она могла и укусить его, но убить — нет. Пока он жил в их родной общине, многие волчата впервые обратившись кусали и царапали его. Руки Эвана были в шрамах, поэтому еще один вряд ли мог его хоть как-то обидеть.
— Иви, — позвал он ласково. — Это я — Эван.
Она внимательно слушала его, оскал исчез. Эван сделал пару осторожных шагов ближе, и когда понял, что Иви не против него, быстро оказался рядом.
— Я помогу тебе, ладно? Вытащу эту палку. Если укусишь, то ничего страшно, — улыбнулся Эван. Она и не вспомнит этот разговор, когда вернется в человеческий вид.
Эван знал, что лучший вариант, это резко выдернуть палку. Боль будет недолгой и не такой сильной, как если медленно вытаскивать ее. Где Иви вообще умудрилась найти такую острую? Без предупреждения взявшись за палку, Эван резко вырвал ее. Волчица вскрикнула от боли, попыталась укусить, но клацнула зубами рядом с рукой.
А затем конечности волка стали приобретать человеческий вид. Постепенно шерсть исчезла, а мышцы и кости уменьшались. И вот перед Эваном на камнях лежала не волчица, а Иви. Она затравлено огляделась по сторонам, попыталась вскочить на ноги, но не смогла. Увидев кровь и сквозную рану, она шумно выдохнула:
— Опять кровь…
— Оно быстро заживет.
Только сейчас Иви поняла, что была не одна. Она вздрогнула, отползла к огромному валуну, у которого устроилась будучи волчицей. Заметив, что была без одежды, Иви поспешила прикрыть руками грудь, изуродованную шрамами. Эван снял с себя пиджак. Отдавать его живой Иви было куда приятнее, чем накрывать им ее мертвое тело…
— Ты привыкнешь к тому, что всякий раз обращаясь в волчицу будешь оставаться без одежды. Каждый оборотень проходит через такое, — но сказав это, он отвел взгляд в сторону. — Мы привыкли видеть друг друга нагими.
— Не уверена.
Кровь залила все ближайшие камни, но рана затягиваться не спешила. Видимо Иви еще не до конца перестроилась в оборотня и не обладала быстрой регенерацией. То, что она так быстро вернулась в обличие человека, уже было чудом, а чудес на сегодня было явно достаточно.
Эван оторвал край своего рукава и, намочив его в реке, промокнул кровь. Иви дернулась.
— Прости.
— Ты на меня все рубашки переведешь, — сказала Иви, наблюдая, как Эван оторвал и второй рукав, чтобы перевязать первый кусок ткани.
— Ничего. Найду новые.
Иви вся сжалась, прикрываясь пиджаком.
— Так больно…
— Обращаться?
— Да. Будто все кости сломали.
— По сути, так и есть. Сначала ты разрываешь свою человеческую оболочку, чтобы выпустить звериную, а затем наоборот. Одно умирает, чтобы появилось другое, и так может быть несколько раз за день.
— Ты выглядишь как человек, — сказала Иви. Эван кивнул.
— Сейчас я и есть человек.
— Но я ни разу не видела тебя волком. Почему ты не обратился в полнолуние? — спросила она. Эван ждал этот вопрос, но позже и в других обстоятельствах. Неловко улыбнувшись, он не сразу нашел, что сказать. — Ты так хорошо контролируешь это?
— Нет, — сдался он. — Кажется у обычных людей это называют инвалидностью? Когда у кого-то серьезные проблемы со здоровьем, из-за чего он сильно отличается от остальных людей.
— Ты не можешь обращаться?
— Да. Я родился слабым и больным. Мама выходила меня, но... Я не такой сильный и быстрый, как другие оборотни. И обращаться я тоже не могу. Может быть дело в том, что я родился сразу человеком…
Иви будто пропустила это мимо ушей, а может просто не придала особого значения.
— Ты слышишь ее зов в полнолуние?
Ей не нужно было уточнять чей именно, чтобы Эван понял. Луны.
— Да. Но даже это не помогает мне обратиться. Нам нужно вернуться в лагерь, — сменил он тему, давая понять, что пока задавать вопросы по этой теме больше не стоит. — Я могу предложить тебе два варианта. Первый: я могу понести тебя на руках. Второй: я отдам тебе свою обувь, — он глянул на кроссовки. — Сам я смогу дойти и босиком. Тебе пока не хватает инстинктов и привычки. Но твоя нога вряд ли позволит идти.
Иви молчала, смотря куда-то в сторону. Она плотно укуталась в пиджак, надев его, но у Эвана даже мысли не возникло, чтобы смотреть куда-то кроме ее огромных напуганных глаз… Потому что красивее их он еще никогда не видел. Он пытался одернуть себя, заставить думать о чем-то еще, но вместо этого продолжал вглядываться в ее лицо, изучая и запоминая. Эван не мог отбросить и противную ему мысль о том, что он даже немного рад тому, что Иви стала оборотнем. Ведь теперь у него не будет причины прогонять девушку из лагеря… Лучше бы она жила и дальше своей обычной жизнью, чем приняла такую судьбу.
— Первый, — наконец сказала Иви. — Я и правда не смогу идти сама.
Эван с легкостью поднял ее на руки. Он тяжело вздохнул, так не вовремя вспомнив, как нес ее в лагерь этой ночью. Иви закинула руку ему на шею, некрепко сжав пальцы на плече, и это отрезвило Эвана. Теперь она была живой и почти здоровой.
До лагеря дошли без происшествий. А получившие мысленное сообщение Ноа, Тимоти и Артур уже ждали их. Убедившись, что Иви вернулась, все кроме Ноа ушли.
— Твое обращение произошло так быстро, — задумчиво произнес Ноа, пока Эван осматривал начинающую заживать рану. Все в порядке, просто медленнее, чем у других волков. Он заставил Иви выпить еще немного той настойки, которой он пичкал ее ночью. — Но мы почти никогда не видели обращенных волков.
— Я хочу домой, — тихо сказала Иви, а затем шмыгнула носом. Они впервые видели, как девушка плачет. — Я хочу домой…
— Прости, Иви, — сказал Ноа. — Но ты обратилась, увидев Лео…
— Потому что он убил меня.
Несмотря на слезы голос ее стал жестким.
Конечно Иви поняла. Она единственная из трех девушек различала их в волчьем обличии. Лейла так и не поняла, кто именно убил ее подругу. Ноа она узнала лишь потому, что тот мог себя контролировать.
— Но ты обратилась, — парировал Ноа. — Испугалась и обратилась. Разве ты помнишь хоть что-то?
Иви качнула головой, поджав губы.
— Твои родители не оборотни, они не смогут защититься от тебя, когда ты внезапно обратишься. Разве тебе хочется подвергать их опасности? Мы научим тебя контролировать себя. Свои инстинкты и реакции. Каждый из нас когда-то спонтанно обращался. Скажу по секрету, но некоторые до сих пор делают так, — Ноа улыбнулся. — Но мы научились. И ты сможешь. Я не смогу держать тебя в заложниках, но думаю, ты и сама понимаешь, что опасна для людей. Останься на время, пока не научишься контролировать себя. Затем сможешь вернуться домой.
— Ладно, — глухо ответила Иви. Выбора у нее все равно не было. Эван был уверен, что она согласится.
Солнце уже садилось, и пускай было не поздно, за окном хижины царила тишина. Все волчата сидели у себя, боясь высунуть нос. Мрачная и скорбная атмосфера накрыла лагерь.
Эван выдал Иви новую одежду.
— Оставайся здесь, — сказал он. — Я поживу с Ноа.
— Но это же твой дом…
— Он им и останется. Тут много моих вещей, но я не стану мешать тебе ночью.
— Сегодня мы закроем тебя, — вмешался Ноа. — На случай если ты внезапно обратишься.
— Я понимаю.
Эван был уверен, что Ноа корит себя за случившееся. Он оказался недостаточно сильным и надежным, чтобы не дать волчатам натворить бед. Теперь, как главный, Ноа расхлебывал то, что получилось.
Пожелав спокойной ночи, Ноа вышел из хижины. Эван последовал за ним, но на пороге задержался. Иви испугано смотрела на него, сидя на краю стола. Чего именно она боялась? Его ли? Будущего? Или все еще не могла отойти от уже произошедшего?
Может ему не стоило оставлять ее одну?
— Болит? — спросил он.
— Да.
— Если дам тебе еще больше отвара, то может начать тошнит. Кстати, ты ведь не ела весь день…
— Я не хочу.
Еще бы. После пережитого она еще несколько дней могла бы отказываться от еды только из-за переживаний.
— Раз ты теперь одна из нас, то тебе можно узнать об оборотнях больше.
Эван думал, что Иви может отреагировать на это плохо: скажет, что не такой ценой ей хотелось бы удовлетворить свое любопытство, но девушка просто смотрела на него в ожидании.
— Мы обладаем силами, которые в книгах называют магией.
— Говорите заклинания?
— Нет, — усмехнулся Эван. — Оставим это ведьмам. У каждого что-то свое. У тебя тоже появится.
— А твоя какая?
— Я покажу.
Эван протянул Иви руку. Она не колебалась, тут же вложив в нее свою. Значит боялась Иви вовсе не его. Эван улыбнулся.
— Так и? — спросила она. — Что я должна увидеть.
— Ты ничего не увидишь. Только почувствуешь.
Иви нахмурилась. Эван давно привык к боли, и едва ли ощущал ее в своей ноге. Не больше, чем комариный укус. Но Иви ощущала все совсем иначе. Ее вдруг осенило.
— Не болит… Но почему?..
Эван прервал ее ответом:
— Ты просто не поняла, что я забрал твою боль, когда мы шли по лесу. Может мыслей было много.
— Спасибо…
Впервые за этот день, на лице Иви появилась слабая улыбка. Эван не хотел отпускать ее руку, лишь бы она снова не почувствовала боль, но пришлось.
— Спокойной ночи, — сказал он, остановившись в дверях.
— Спокойной ночи…
Закрыв двери на замок, Эван поспешил зайти в дом Ноа. Останься он, то провел бы всю ночь на пороге дома, карауля сон Иви. И когда он успел к ней так привязаться?
Глава 5
Ночью Иви все же заснула, укутавшись в вещи, которые пахли домом, и покрывало, напоминавшее об Эване. Запахи усилились. Никогда еще девушка так отчетливо не чувствовала каждую ноту, хоть и не могла описать чем именно пахло.
Снился дом и обращение. Сначала то, как Лео убивал ее, потом то, как кости и мышцы росли заново. То ли фантазия была такой бурной, то ли Иви и в правду помнила даже это. В какие-то моменты боль уходила, и девушка вспоминала о чудесной способности Эвана.
Просыпаясь в поту, Иви выглядывала из окна, которое заколотили, пока волчата искали ее по лесу, и смотрела на соседнюю хижину, где были Эван и Ноа. Честно говоря, она бы предпочла, чтобы кто-то из них остался с ней, потому что быть одной внезапно оказалось страшно. Иви боялась, что обратится, потом боялась, что все это страшный сон и после роковой встречи в лесу, она не выжила. Казалось, что сейчас она откроет глаза, а впереди белый свет и ее определят то ли в ад, то ли в рай
Размышляя о произошедшем, Иви почти смирилась с тем, что она теперь оборотень. Хлопот не оберешься, но все лучше, чем быть мертвой. Пару дней она побудет в лагере, а потом ее наконец-то отпустят домой. Точно, так и будет.
Прокручивая в голове события после воскрешения, Иви снова подумала об Эване. Он совсем не пугал ее. Если Ноа все же вызвал у девушки опасения, то появление Эвана стало скорее спасением. Может все дело было в том, что в полнолуние Иви не видела его в волчьем обличие? Он будто был для нее таким же человеком, попавшим в необычные обстоятельства. Правда на деле он был оборотнем, и тоже опасным. Но Иви теперь одна из них, а значит и бояться ей нечего, верно?
И зачем только она пошла тогда в лес? Нужно было бросить Лейлу и Клару на произвол судьбы. Не делай добра Иви была уверена, что обе в порядке. Волчата бы их не бросили, случись и с ними что-то. Ее же выходили. Обе сейчас были дома, целые и невредимые. Может быть они договорились оставить все в прошлом? Забыть об Иви?
Обнимая покрывало, Иви вспоминала о том, как Эван нес ее на руках от реки. Эти воспоминания были куда приятнее, чем собственная смерть. А потом внезапно наступило утро.
Первым Иви услышала чьи-то мысли. Но они были такими расплывчатыми, совсем не оформившимися, будто бы говорили из под толщи льда. Но это означало, что кто-то проснулся. Затем услышала голоса. Выглянув в окно, Иви увидела, как Шон и Фрэнк умывались. Решив, что скоро вспомнят и о ней, девушка вернулась на стол. Ждать и правда пришлось недолго.
Двери отворились, и на пороге оказался Эван. Впервые он выглядел будто совсем не спал. Под глазами залегли темные мешки, плечи опустились вниз, но несмотря на это, на губах была легкая улыбка. Засмотревшись на седые пряди в волосах парня, Иви задалась вопросом: было ли это следствием проблем с его рождением?
— Спала? — спросил Эван, заходя внутрь. Иви думала, что он будет осматривать свое жилище, вдруг она что-то натворила, но парень не обращал внимания ни на что кроме нее.
— Да, наверное. Снились кошмары всякие. А ты?
— Не особо. Со временем ты привыкнешь к новой жизни. Но пока есть вероятность, что от любого выплеска адреналина ты обратишься. Честно говоря, это может произойти даже не из-за страха. Организм может просто не справиться. Так что, — Эван прошел вглубь помещения и взял с полки какие-то травы. — Пока стоит попить успокаивающие травы. Не скажу, что это будет вкусно.
— Ничего. Я не хочу снова обратиться.
— Я буду учить тебя, — улыбнулся Эван, насыпая травы в деревянную кружку. — И заодно следить, чтобы ты не обратилась.
— Ты? — удивилась Иви. — Но ты ведь не обращаешься.
Уже после того, как слова вылетели из ее рта, Иви осознала, что сказала. Это могло задеть Эвана, а портить с ним отношения точно не входило в планы девушки. Вряд ли он гордился тем, что был единственным, наверное, оборотнем в стае, который не мог принимать волчье обличие. Эван заговорил раньше, чем Иви открыла рот.
— Несмотря на это, я многое знаю об обращении и том, как научиться себя контролировать. Что тебе снилось? Тебе нужно спать, потому что от усталости тоже есть шанс обратиться. Нужно понять, что именно тебя тревожит. Помимо того, что ты теперь оборотень.
— Как я умирала. Я помню все в мельчайших подробностях
— Не рассказывай, чтобы не зациклиться. Что-то еще?
— Было больно, будто кости и мышцы заново росли
— Странно, что ты это тоже помнишь.
— Так и было?
— Да Лео Разорвал тебе грудную клетку. Твои органы, кости и мышцы росли заново. Из-за того, что рана серьезная, несмотря на волчью регенерацию, останутся шрамы.
— Подумаешь Всяко лучше, чем смерть.
Эван покрутил кружку в руках, задумавшись.
— Как будто, — продолжила Иви, — мне и сейчас жарко. Органы будто гуляют внутри, а под кожей огонь горит. Может потому что не выспалась
— Тебе всегда так плохо, когда не высыпаешься?
— Нет
— Ладно, давай нальем тебе чай и накормим тебя.
— Я не хочу есть.
— Но тебе нужно. Не будешь есть, не восстановишься.
Пока Иви пила, Эван справился о состоянии ее ноги, и размотав повязку, довольно улыбнулся. К удивлению Иви, не осталось даже шрама.
Иви хотела слезть со стола, но не успела, закашлявшись. Горло будто сдавило, хотелось выплюнуть что-то. На руке осталась кровь вперемешку со слизью. Иви испугалась, сердце забилось быстрее, и Эван поспешно обнял ее. Кружка упала на пол и разбилась, хоть и была сделана из дерева.
— Кровь
— Ничего страшного, — попытался успокоить девушку Эван.
— Ничего?.. Как часто вы кашляете кровью?
— Обычно никогда. Но я думаю, что знаю почему это с тобой происходит. У оборотней родное тело волчье. Твое родное тело — человеческое. Раз ты стала оборотнем, то твое волчье тело отвергает человеческое
— Я умираю?
— Нет — прозвучало неуверенно. Иви заволновалась. — Успокойся. Сейчас ты точно не умираешь. И не умрешь в ближайшее время. Я ведь не для этого вытаскивал тебя с того света. Да, тебя обратил Ноа, но даже так от таких ран ты могла умереть, но я тебя столькими отварами напичкал, столько мази намазал, что ты из-за этого не умерла, а не от укуса, — тараторил Эван. Иви даже не заметила, в какой момент обняла его и прижалась к груди щекой. Теперь она слышала, что и его сердце бьется быстрее, чем обычно должно у человека. — Думаешь, что какой-то кашель кровью сможет тебя убить, после того, как тебе буквально грудь вскрыли? Сомневаешься, что я тебя с того света во второй раз не вытащу?
Его пыл немного поутих, и теперь они стояли в тишине.
— Ты тоже переживаешь? — спросила Иви. — Твое сердце быстро бьется.
— Сердцебиение у оборотней быстрее, чем у людей. У тебя тоже оно бьется быстрее.
Иви прислушалась к ощущениям. И правда. В руках парня она успокоилась, кровь перестала казаться такой уж проблемой. Но сердце стучало быстрее обычного.
— Я бы спросил у кого-то о том, что происходит с обращенными и как им помочь, но не знаю у кого. Здесь нет никого из взрослых
— Ты сказал, что родное тело для оборотня — волчье.
— Да.
— Но ты ведь родился человеком
— И, как я и говорил, в этом и проблема.
— Ты никогда не кашлял кровью?
— В сознательном возрасте — нет. В первые года — не знаю.
— Почему среди вас нет взрослых?
Эван замялся. Вероятно, это была одна из тех тайн, о которых им запретил рассказывать Ноа. Но ведь Иви теперь тоже была оборотнем Ей можно было узнать то, что раньше было скрыто от любопытных глаз, верно? Но была ли Иви частью стаи?
— Мы сбежали из своей от них, — наконец ответил Эван.
— Что? — Иви от неожиданности отстранилась. Эван выглядел униженным.
— Ни я, ни Ноа бежать не должны были. Остальные договорились о побеге, чтобы вырваться из контроля старших. Решили, что достаточно самостоятельные. Я узнал об этом благодаря Артуру. Он рассказал мне, как своему лучшему другу, но попросил не рассказывать об этом Ноа, и тем более взрослым. Предложил с ними — Иви представила, что должно быть Эвану в стае приходилось несладко, он ведь был «инвалидом». Такое предложение, вероятно, было просто спасением. — Но я рассказал Ноа. Я думал, что он расскажет обо всем родителям, но он предложил нам пойти вместе с ними. Какой-то контроль им все равно нужен. Но как видно, мы плохо с этим справились.
Иви села на лавку, чтобы переварить услышанное. Значит сбежали
— Теперь я понимаю, что нужно было рассказать обо всем маме, — сев на корточки рядом, сказал Эван. — Они бы остановили нас, и ничего страшного бы не произошло.
— Значит, если бы Артур не рассказал тебе об этом, то все могло быть еще хуже?
— Возможно. Все почти сразу пошло не так. Ты же знаешь, что когда мы встретились, мы были здесь всего две недели. Нам понадобилось так мало времени, чтобы раскрыть свою сущность обычным людям. Возможно, будь волчата тут без нас с Ноа, то это произошло бы в первый день.
Он хмыкнул, будто это было смешно, но Иви весело не было. Честно говоря, она не сильно задумывалась над тем, почему стая оборотней состоит исключительно из подростков, но если такая мысль и проскальзывала, то сводилось все к трагедии. Ведь дети могли остаться без родителей, только если те погибли Но все оказалось и проще, и сложнее одновременно. Они сбежали. Подростковый бунт, вероятно.
Эван сел рядом с Иви, больше ничего не сказав.
Время назад не повернуть. Эван мог сожалеть, что не рассказал об этом взрослым, что Ноа не сделал этого за него Результат был один. Иви была обращена и теперь, как и они, была оборотнем. Процесс вряд ли обратимый, иначе они бы сразу вернули ей человеческую жизнь...
— И ни одной девчонки, — сказал Иви, вдруг подумав об этом.
— Они им не рассказывали.
— Почему мы сразу не подумали, что это странно, что в лагере только парни?
— Вряд ли эта мысль помогла бы вам понять, что мы сбежали из своей стаи. Мало ли почему среди нас нет ни одной девочки. Правил нашего мира вы не знаете.
— Только из книг.
— Не могу сказать, что в книгах врут. Везде по-разному.
— Ты читал?
— Иногда попадалось и такое.
Иви слабо улыбнулась, и снова наступила тишина.
— Не вини себя, — сказала она, спустя минуту. — Время все равно не отмотать. Или можно?
— Такого я не знаю.
— Ты не скучаешь по маме?
Эван ответил не сразу. Иви подумала, что вскрыла больную рану.
— Иногда. Тебе лучше?
— Немного.
— Есть не хочешь?
Иви прислушалась к ощущениям. Прошло немного времени, но почему-то теперь она сильно ощущала голод. И если бы Эван не спросил, точно не замечала бы этого еще какое-то время.
— Очень.
Эван хмыкнул, задумавшись.
— Видимо адаптация проходит неплохо. Тогда идем.
Стоило выйти из хижины, как в глаза Иви ударило солнце, которое показалось ярче обычного. Пришлось зажмуриться. В нос ударили разные запахи: дуб, липа, даже немного пахнуло ивой, ручьем, жухлой травой, которая осталась с прошлого года, и новой, свежей. Затем Иви учуяла еду. Сырое мясо по привычке вызвало тошноту, и пришлось наконец-то открыть глаза. Но одного зайца точно запекли на костре. До слуха долетали разные звуки: голоса волчат смешивались в тихий гомон, в лесу бегали белки и лисы, шелестела листва.
А потом Иви почувствовала на себе множество взглядов, что впивались в кожу, покалывая ее мелкими иглами. Будто ее, как экспонат, выставили перед десятками глаз публики. Стало неприятно. Иви ведь не была какой-то диковинкой. Она знала в лагере каждого оборотня, и они тоже были в курсе кто она. Так зачем так внимательно смотрели? Что хотели увидеть?
Также резко, как уставились, каждый ответ взгляд. Эван, вставший за спиной Иви секунду назад, едва слышно рыкнул. Иви и раньше слышала, как оборотни рычат в человеческом обличие, чего только стоили ссоры Тимоти и Фрэнки, которые, как поняла девушка, иногда даже перерастали в разборки в волчьих шкурах, но вот то, как таким образом злился Эван, Иви слышала впервые.
— Это ты?..
— Я сказал им перестать пялиться.
Мысли, точно.
— Кстати, сегодня утром, я будто слышала чьи-то мысли.
— Правда? — злость тут же пропала с лица Эвана. — Что слышала?
— Ничего конкретного. Просто голоса. Ты можешь научить меня этим управлять?
— Не так быстро, — улыбнулся он. — Эта связь, с помощью которой мы можем общаться мысленно, устанавливается сама по себе. Мы не знаем, как она работает.