Бегущий сквозь тени: хижина в лесу

Вступление

Приветствую Вас, дорогие читатели. Эта книга — ответвление главного повествования, известного как «Бегущий сквозь тени: призрак надежды». Её события происходят в той же вселенной, и их нити — явные или скрытые — переплетаются. Как именно? Это Вам предстоит узнать самим, прочитав данную историю.

Хорошего Вам путешествия в загадочный мир теней!

«Человеческий дух силён не только умением побеждать, но и умением жить с тем, что победить невозможно.»

Глава 1: Тишина леса

Хижина стояла посреди небольшой рукотворной опушки, окружённой плотной завесой безмолвия. Старик раздувал угли под старым чугунком, висевшим на треноге из сырого сука. Камни, обложенные по кругу, хранили тепло. Внутри булькала похлёбка — дикий лук, куски зайчатины и горсть ячменя из последнего мешка. Воздух пах дымом, хвоей и весенней сыростью. Ему нравилось готовить под открытым небом неподалёку от дома — отсюда была видна вся окрестность.

«Странно... — подумал старик, помешивая еду деревянной ложкой. — Воронья нет».

Утром над полянкой кружила серая стая. Теперь — пустота. Даже кузнечики в сухой траве притихли. Тишина ощущалась не как отсутствие звуков, а как нечто густое и насыщенное, словно мягкий покров лесного мха.

Он набрал сухих веток — берёзовых да осиновых прутьев, чтобы дым ароматнее был, и бросил их в костёр. Пламя засвистело, напитавшись влагой, после чего заговорило знакомым, глубоким потрескиванием углей — ровным, насыщенным, родным. Старик присел на поваленное дерево рядом с костром, вытер руки о холщовые штаны и принялся трапезничать.

Спустя некоторое время он поднял взгляд к небу, внимательно изучая его. До наступления темноты оставался примерно час. Нужно было успеть проверить петли у ручья.

С лёгким кряхтением старик поднялся, покосившись на затухающий костёр. Подойдя к хижине, он взял с крыльца небольшой старый топорик с деревянной ручкой, всё ещё слабо блестевший на солнце. Легко поднял его и закинул на плечо. Осмотревшись, он почувствовал что-то неестественное.

— Тихо... — Слегка нахмурившись, промолвил старый охотник. — Слишком тихо...

После чего двинулся в путь, углубляясь в мрачную чащу леса. Ни рыжей плутовки-лисы, ни голосистой птицы не встретилось на пути — вокруг стояла странная тишина, словно вся живность затаилась...

Прибыв на место, старик тяжело вздохнул. Все петли оказались пусты, а некоторые и вовсе порваны, будто поймали нечто огромное, с чем справиться не смогли.

Посмотрев вокруг, он нашёл неподалёку обломанную палку, поднял её и присел на землю, облокотившись на ближайшее дерево. Взяв топор за основание лезвия, он начал затачивать конец палки, будто собираясь соорудить копье.

Закончив заточку, старик скинул с себя тяжёлую, теплую одежду, и сразу же направился в ручей. Тот был метра три в ширину, поэтому рыба там часто проплывала, и он это прекрасно знал.

Войдя в воду, он не дрогнул, несмотря на её ледяной холод. Дойдя примерно до середины, замер, слегка приподняв копьё — вода едва доходила до колен, мягко обволакивая икры. Затем терпеливо застыл, внимательно наблюдая за течением у ног.

Стоял он минуту, потом вторую, третью — ни единого движения. Внезапно старик резко метнул копьё в воду и осторожно вытащил его, подняв сначала наконечник. Остриё пронзало крупную форель, судорожно бившуюся из стороны в сторону.

— Ну вот... Другое дело... — слегка улыбнувшись, произнёс он, разглядывая добычу.

Выбравшись на берег, охотник начал неспешно одеваться, прислонив копьё с пойманной рыбой к ближайшему дереву остриём вверх. Одевшись, двинулся обратно к хижине, положив копьё с уловом на левое плечо, а в правую руку взяв топор.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, наступали сумерки. Последние лучи света окончательно утонули в густых кронах деревьев, погружая всё вокруг во мрак. Размеренно шагая по привычной, утоптанной тропинке, старик не переставал отмечать, что лес оставался неестественно спокойным. Глубокая, абсолютная тишина, лишь изредка прерываемая слабыми дуновениями ветра.

Как вдруг он остановился, начав пристально прислушиваться... Старик уловил едва доносящийся звук треска откуда-то издалека.

«Костер?», — Мелькнуло в сознании.

Но костёр горит неспешно, лишь изредка тихо потрескивая. А этот звук был... целенаправленным и одиноким.

«Лось ветки ломает?».

Но лось шёл бы тяжело, с грохотом. А этот треск был лёгким, почти бестелесным, но оттого ещё противнее.

За два десятилетия, проведённые здесь, он изучил уже все звуки, наполняющие лесную тишину. Однако этот казался чуждым и раздражающим для его слуха.

Треск не прекращался, становился всё отчётливее, ближе. Справа, метрах в двадцати. Потом, через несколько секунд – слева, чуть дальше. Не эхо. Отдельные щелчки, будто два пылающих уголька блуждали вокруг него.

Мурашки побежали по спине. Не страх еще. Настороженность. Охотник знал: звук без источника – хуже воя волка. Волка видно.

Сжав топор покрепче, спокойно изучая лес вокруг, он аккуратно и очень медленно присел, сойдя с тропинки в высокую траву неподалеку. Затаившись, замер в ожидании, всё пытаясь обнаружить источник этого жуткого треска. Он висел в воздухе – колючий, назойливый, как зубная боль.

— Не зверь... — нахмурившись, тихо произнёс старик. Зверь оставляет след, запах, хотя бы движение листвы. А здесь царила кромешная тишина, нарушаемая лишь этим тихим, навязчивым звуком. Кусты стояли молчаливо и неподвижно, сухие ветки не хрустели, листья не шевелились даже при слабых порывах ветра. Ничто не двигалось — кроме медленно расползавшегося страха внутри сознания.

«Живое...», — мелькнула тяжёлая мысль. Источник странного шума двигался, перемещался, но не показывался, других звуков не издавал.

В очередной раз скользнув глазами по знакомой местности, он уцепился взглядом за что-то неестественное. Вглядываясь в тёмный силуэт дерева и чего-то рядом, старика не покидало чувство, что этого тут раньше не было. Слегка прищурившись, он заметил странности. Это что-то будто дымилось. Нет, не серым, не белым... Зловеще чёрным цветом.

Неожиданно прямо сзади раздался резкий хрустящий звук, мгновенно отвлёкший его внимание от загадочного объекта. Он резко повернул голову назад, раскрыв глаза настороженно и удивлённо.

— Ц... Олень... — произнёс он, глядя на животину в метрах десяти за спиной.

Медленно переведя взгляд обратно, старик вздрогнул: силуэт исчез. Лишь одиноко стоящее дерево — молчаливый свидетель мгновения ужаса.

Треск стал тише... Словно уплывал вдаль. Старик всё ещё слышал отголоски, но они быстро сходили на нет.

Он ждал. Минуту. Две. Дышал ровно, грудью, чтобы руки не дрожали.

Ничего. Лишь напряжение, висевшее в воздухе, как перед грозой.

— Ушло... Или притаилось? — прошептал старик, осторожно вставая, опираясь рукой на колено.

Неподалёку от дома, во мраке непроглядной лесной тьмы, появился зловещий силуэт, похожий на человеческий. Это старик, усталый, возвращался домой.

Неожиданно где-то за домом, с другой стороны, послышался лай. К нему подбежал красивый лабрадор с мягкой белой шёрсткой, держащий в зубах мёртвого кролика, радостно помахивая хвостом.

— С охоты вернулся, дружище? — Аккуратно присев на колено, произнёс старик, поглаживая своего единственного друга в этом лесу.

Глаза у собаки были добрые, яркого голубого цвета.

Поднявшись, он подошёл к костру, прислонил копьё с рыбой к поваленному дубу, поднял слегка остывший ужин с давно потухшего кострища и направился за дом. Собака радостно шла следом, бегая из стороны в сторону, будто предвкушая что-то интересное.

Зайдя за угол хижины, взору открылась небольшая самодельная будка. Старик поставил чугунный котелок на землю рядом с ней, будто приглашая своего друга к трапезе.

— Ну... Сегодня у нас кролик, — с легкой улыбкой на лице произнёс он, вновь поглаживая своего спутника.

Собака радостно залезла носом в котелок, понюхала и приступила к трапезе. Старик, немного посмотрел на это, и произнёс:

— Устал я что-то, дружок, пойду-ка я спать... — развернувшись, он захватил по пути рыбину и медленно направился к крыльцу, вновь уловив отголоски странного треска где-то вдалеке. Окинув взглядом лес, старик открыл дверь и вошёл внутрь.

— Дыма надышался, что ли? — буркнул он себе под нос, положив топор с копьем на стол.

Старик привычно сел на кровать, зажёг свечу в лампе и взял своё любимое ружьё ИЖ-54, начиная его медленно протирать тряпкой — так проходило каждое его вечернее время перед отходом ко сну, когда он аккуратно приступал к чистке оружия. Слегка прислушиваясь, старик получал легкое удовольствие от звуков, доносящихся снаружи — там его собака с аппетитным урчанием уплетала еду, иногда негромко порыкивая.

Покончив с делом, он, не раздеваясь, улёгся в кровать, положив возле неё аккуратно вычищенное ружьё, и уснул. Под подушкой у него всегда лежал охотничий нож, а возле кровати к стене были прислонены заточенные копья разных размеров.

Прошло немало времени. Хижина утонула в глубокой, звенящей тишине, едва нарушаемой мерным сопением старика. Сквозь небольшое окошко падал мягкий синеватый лунный свет, еле заметно подсвечивая пространство вокруг.

Тихо, неспешно тишина начала нарушаться новым звуком. Откуда-то издалека, едва слышным уху человека. Это был тот жуткий, ни на что не похожий треск.

Старик медленно открыл глаза, будто и не спал вовсе.

«Приближается...», — мысль мелькнула в его опустошённом разуме.

Звук становился всё громче, всё ближе... Было ощущение, что это нечто уже у двери. Неожиданно тишину прорезал новый звук — собачий лай. Он напрягся, широко открыв глаза.

«Нет... Не сейчас!», — тревожно осмыслил старик, переживая за друга.

Что-то тяжёлое ступило на крыльцо старого деревянного дома. Скрип половиц разнёсся таким тяжёлым и протяжённым, словно древняя конструкция вот-вот прогнётся и рухнет под невыносимой тяжестью.

Собака больше не могла сдерживаться: её вой перерос в бешеный, хаотичный лай, почти истошный крик животной ярости. В этот голос вплеталось низкое угрожающее рычание. Глухие звериные звуки вырывались наружу с невероятной силой, словно животное потеряло рассудок и подчинялось чему-то чуждому, злобному и непостижимому.

Неизвестное создание неспешно двинулось вдоль деревянной стены дома, приближаясь к окну. Наконец оно показалось. Старика охватил страх. Существо своим телом полностью перекрыло лунный свет, продвигаясь дальше.

Он различил, как под тусклым сиянием тело неизвестного окутывалось чёрным дымом. Картина, складывающаяся в голове старика, совсем его не радовала.

Массивная, огромная фигура, совершенно незнакомая человеческому глазу.

Глядя в окно, казалось, что существо под два метра ростом, хотя оно передвигалось на четвереньках. Насколько огромным бы оно было, выпрямившись? Пока старик обдумывал увиденное, лай собаки стал ещё более жутким и давящим на слух, словно испуганным...

Как вдруг старый охотник услышал ещё более пугающие его звуки: собака начала лаять так, будто ей пережимали горло, вслед за этим она заскулила, и в мгновение все звуки оборвались громким, насыщенным хрустом.

Старик резко вскочил с кровати, напрягая каждую мышцу в своем теле, уставившись в окно огромными, испуганными глазами. Он прекрасно знал этот звук... Звук ломающихся костей…

Совершенно не понимая происходящего, старика охватил неподдельный страх, смешиваясь с нарастающей яростью. Глаза начали судорожно бегать из стороны в сторону, а дыхание стало частым и глубоким. Сердце стучало так громко, что глушило даже звук зловещего треска твари. Казалось, будто он вот-вот впадёт в состояние паники.

На мгновение старик задержал дыхание и резко дернулся, схватив ружьё. Подойдя к столу, он выдвинул ящик, взял горсть патронов, сунул их в карман штанов и начал заряжать оружие. Закончив с приготовлением и направившись к выходу, по пути стащив за рукоять со стола топор, старик подошел к двери.

Щелчок, скрип.

Дверь открылась, обдув старика холодным, мрачным ночным ветром. Аккуратно ступив на улицу, он направил ружьё в ту сторону, куда собирался идти, словно готовясь в любой момент выстрелить.

Движения были плавными и почти бесшумными. Продвигаясь вдоль стены, его глаза не переставали бегать из стороны в сторону, замечая колебание каждой травинки, падение любого листочка с дерева. Даже спокойно покачивающиеся на ветру ветки деревьев вызывали ощущение движения чего-то живого.

Дойдя до угла дома, старик сделал резкий глубокий вдох, рывком выскочил из-за стены, приготовясь стрелять и...

Ничего... Он не увидел абсолютно ничего, кроме одиноко лежащего на боку казана рядом с будкой. Опустив взгляд на землю, прищуриваясь в темноте, его глаза застыли в невыносимом ужасе...

Недалеко от будки виднелась почти чёрная лужа крови, медленно впитывавшаяся в холодную землю.

Опустив ружьё и выронив из руки топор, взгляд старика потускнел… По щекам медленно покатились слёзы отчаяния, заставив свалиться на колени.

Он застыл лицом, искажённым от невыносимой боли и глубокого непонимания. В глазах металась растерянность: ни один знакомый ему зверь раньше так не охотился.

Неожиданно он услышал уже знакомый зловещий треск где-то в лесу. Метнув туда взгляд, глаза старика наполнились огромной ненавистью и злобой, которая сподвигла его на возможную глупость. Он резко ринулся в сторону звука, крепко сжимая в руках ружье, но забыв у конуры топор.

Он осознавал, что отныне жертвой мог стать именно он, и скорее всего мчится прямо навстречу своей гибели, однако дикая ярость и нестерпимая боль захлестнули его, вытеснив трезвый расчет и осторожность охотника.

Следуя прямо к источнику звука, неожиданно он потерял его, словно нечто просто испарилось в воздухе. Крутя головой вокруг, пытаясь заметить хоть что-то, он вновь услышал треск — на этот раз откуда-то справа. Едва начав движение в ту сторону, он резко замер: с противоположной стороны отчетливо повторился ещё один звук.

Казалось, будто прямо сейчас его окружают. Звуков треска было три... Нет, четыре. Его непреодолимая злоба начала испаряться, сменяясь на страх. Всё ещё крутясь из стороны в сторону, он не видел ничего, кроме деревьев и редких кустов.

— Не звери... — пугливо промолвил старик. — Нечисть...

Вдалеке, за деревьями, он начал различать фигуры, выглядывающие из самой гущи леса. Огромные, мускулистые и дымящиеся. Словно каждая из них пылала чёрным пламенем, а в силуэте светились белые, словно светлячки, глаза... Глаза хищников, не иначе.

Старика мгновенно переполнил страх неизвестности, а руки затряслись. Хоть он и был охотником со стажем, но даже близко с подобным не сталкивался.

Осторожно, отступая назад, в сторону дома, он понимал, что единственное правильное решение сейчас - бежать.

Как вдруг со спины послышался нарастающий шорох.

Одно из существ, которое он успел разглядеть, резко ринулось вверх, цепляясь когтями за ствол дерева и быстро исчезая из поля зрения.

Листва начала беспокойно шелестеть, верхушки деревьев дрожали — становилось ясно: нечисть стремительно движется прямо к нему.

Увидев явное приближение, он резко бросился бежать в ближайшую, не заполненную звуками сторону, слыша, как листва за спиной шумит все четче. Оно приближалось. Как бы быстро он не бежал, звук становился всё ближе.

Как вдруг слух уловил нарастающий тяжёлый гул леса откуда-то слева. Повернувшись, он увидел, как его пытается перехватить другое создание — словно охваченное чёрным пламенем, оно двигалось прямо к нему по сильнейшей дуге, намереваясь поймать где-то впереди.

Осознавая весь ужас ситуации, в которой оказался, старик бежал изо всех сил, чувствуя, как одна тварь настигает его сзади, и замечая другую чуть впереди слева.

Его разум словно пронзила внезапная догадка — осознав манеру передвижения чудовища по земле, он мгновенно понял, что именно так ведут охоту волки, предчувствуя заранее точку, где произойдёт нападение.

Продолжая нестись изо всех сил, его взгляд постепенно менялся, уступая место уверенности — страх отступал. Внутри снова пробуждался охотник, тогда как неведомое зло оставалось в неведении.

— Наступает... — хрипловато прошептал старик, жадно глотая воздух.

Существо слева стремительно ускорилось, неумолимо приближаясь именно к той точке, куда переместится старик спустя считанные секунды. Расстояние сократилось до минимума.

Четыре метра... два... один...

Монстр делает стремительный выпад вперёд, намереваясь схватить добычу, однако старик внезапно застыл на месте, едва удерживая равновесие. Подняв ружьё, он нажал курок...

Щелчок, выстрел...

Старик точно поймал на мушку промелькнувшую перед ним морду чудовища и всадил пулю прямо в череп. Мгновенно развернувшись вслед первому выстрелу — сперва голова резко дёрнулась назад, следом плечо и рука, плавно поднимая оружие вверх, — старый охотник увидел, как с деревьев на него уже летит массивное тело второй твари, и снова нажал курок.

Щелчок, выстрел...

Старик выстрелил существу так же ровно в голову, делая рывок в сторону, пытаясь избежать столкновения с падающим чудовищем. Однако в последний миг нечисть успела задеть охотника когтистой лапой, рассекая глубоким разрезом почти всю верхнюю половину тела — от левой ключицы и вплоть до правого бока внизу живота.

Он рухнул наземь, неловко откатываясь в сторону.

С превеликим усилием, тяжело дыша, он поднялся и уставился на странных существ, которых раньше никогда не видел.

Их массивные, чудовищные силуэты, словно состоящие из самой тьмы, медленно вырисовывались во мраке – это были практически полностью черные, дымящиеся тела, напоминающие помесь медведя и волка, но превосходящие их размерами.

— Точно... Нечисть... — прерывисто прохрипел старик, пытаясь отдышаться.

Он едва успел выдохнуть, когда краем глаза заметил нечто такое, во что разум отказывался верить. Огромное тело чудовища медленно пришло в движение — конечности дёрнулись, а когти вцепились в землю. Но хуже всего было другое: глубокая дыра от выстрела в черепе начинала затягиваться, словно жадная рана всасывала в себя кромешную тьму из окружения.

Старый охотник почувствовал, как ледяной ужас вновь охватывает сердце. Его взгляд метался по сторонам, мозг лихорадочно искал решение. Никогда ничего подобного не случалось — никакие звери, никакие враги не оживали после смертельного удара.

И тогда, среди всей этой путаницы мыслей, возник единственный правильный вывод, понятный даже ребёнку… БЕЖАТЬ.

Старик вновь рванул вперёд, стремительно приближаясь к ручью. За спиной раздалась жуткая возня — обернувшись краем глаза, он успел заметить мерзкую тварь, медленно поднимающуюся на дрожащие лапы. Внезапно существо замерло, словно прислушиваясь, и резко закрутило головой, будто мокрая дворняга, стряхивающая воду.

Сердце бешено колотилось где-то возле горла, воздух обжигал лёгкие раскалёнными иглами. Ноги сами несли сквозь лесную чащу, цепляясь за корни, но уже ничего не могло остановить бегущего: старик понял — преимущества перед ними больше нет. Существо догонит… И растерзает своей ужасной пастью, которую оно ещё даже не раскрывало до конца. Убьёт, раздавит, разорвет! Мучительно больно, страшно, смертельно быстро…

Побег был бессмысленным. Но тело продолжало бежать, пока оставались дыхание и призрачная надежда.

Добравшись до реки, он даже на секунду не задержался — ринулся прямо в поток, хрипло дыша от напряжения и леденящего сопротивления воды. Ступив на противоположный берег, вновь бросился бежать, чувствуя нарастающий гул позади: жуткий, пронзительный, узнаваемый...

Оборачиваться не хотелось, но инстинкт заставил взглянуть назад.

Уже оба создания мчались стремительно и неумолимо, приближаясь всё ближе, когда вдруг резко замерли у самой воды. Монстр склонил голову над зеркальной гладью, будто намереваясь напиться, однако тут же распрямился и пристально уставился на реку. Казалось, вода вызвала у существа замешательство, сомнения... Затем оно оглядело противоположный берег и прыгнуло вперёд, преодолевая преграду одним мощным рывком, пока другое существо ринулось через лес, следуя за охотником с другого берега.

Тварям больше ничего не мешало охотиться.

А старик больше не мог бежать — лёгкие горели огнём, голова кружилась до тошноты, ноги становились подобными свинцу. Каждое движение давалось мучительно тяжело: ещё мгновение — и тело окончательно откажется слушаться.

Однако знакомый нарастающий гул где-то впереди словно гипнотизировал, дарил надежду. Это было чудовищное, чуждое человеку ощущение — сила воли сражалась с отчаяньем и усталостью, медленно вытягивая остатки энергии из старого тела. Но старику оставалось лишь одно — бежать вперёд, навстречу неизбежному, потому что остановиться означало погибнуть прямо сейчас, среди кромешной тьмы.

«Ещё чуть-чуть... Только бы продержаться...», — поддерживал себя старик, уже не видя, куда бежит.

Тяжёлый топот гулко раздавался позади.

Смертельно бледный от ужаса, старик ощущал дыхание смерти буквально на своей шее — монстр со спины яростно и с огромной скоростью нагонял его. Ещё мгновение назад он был уверен: сможет убежать. Но теперь... Эта ужасная ситуация повторялась вновь.

Десять метров... пять... уже прямо за спиной!

Громадное чудовище занесло когтистую лапу, словно лезвие топора, готовое разрубить жертву пополам. Ещё секунда — и конец.

И тут старик совершает прыжок в пустоту. Он резко сорвался с края отвесной скалы, покрытой густым мраком ночи, откуда низвергался шумный водопад. Сердце бешено колотилось, лёгкие горели огнем, а воздух наполнился звоном капель воды, разбивающихся внизу.

Нечисть резко замерла на краю пропасти, уставившись пустым взглядом туда, где исчезла стремительно мелькающая фигура человека. Сквозь рев водопада донесся лишь глухой звук удара о воду далеко-далеко внизу...

---

Конец главы 1

Гла

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.