Жнец 3. Снайпер.

Мне удалось подъехать вплотную, и дальше убрав велосипед, и используя амулет отвода глаз, я спокойно перерезал колючку, не потревожив звуковые сингалки, и оказавшись на территории направился баракам. Кто там находился, я особо и не сомневался. На тихоокеанском театре боевых действий американцы воевали только с японцами, так что они там и должны быть. Хм, а у меня идея есть, освободить японцев и отправить их в Японию, через одного из старших офицеров передав послание их императору с просьбой о встрече. В послании будет кратко изложено от моего лица, отмечу частного, что я предлагаю и что прошу. А такой жест доброй воли, с освобождением опытных моряков, которых у Японии и так не хватает, думаю будет в мою пользу. Вот такая идея мне пришла, и та мне очень понравилась. Битва, которую японцы продули, произошла не так и далеко, поэтому не удивительно что один из лагерей находится тут на этом острове. Оказалось, лагерь был офицерский.

Стояла глубокая ночь, все спали, кроме полусонной охраны. Мне не стоило большого труда зайти в один из малых бараков, решив, что раз там условия слегка получше, то и офицеры имеют звание повыше, так и оказалось, тут даже полковники были, да один генерал. Адмиралов, к сожалению, не было. А поговорить удалось легко, из барака вышел один из постояльцев и направился к ряду туалетов, внутри бараков их не было, даже душевые стояли отдельно. Аккуратно его спеленав, узнал, что тот говорит по-английски, хотя и не так хорошо, как хотелось бы, и вот тихо шёпотом пообщались. Это был капитан второго ранга, фамилию я не запомнил. Подложил всему лагерю бежать, даже мол, судно предоставлю с запасами угля, но с одним условием, передать императору послание, частное, где будет также обговорено время встречи в императорском дворце в Токио, я туда прибуду. Тот пообещал поговорить со старшими офицерами, ответ они дадут следующей ночью, будут ждать моего возвращения. На этом и расстались. Я его развязал, тот к туалету заторопился, видать терпеть мочи не было, а я покинул лагерь и на велосипеде покатил к базе.

Вот она меня откровенно сказать разочаровала. Может учения у американцев? Всего три подлодки, два эсминца, четыре минных тральщика и один старенький линкор. Пять грузовых судов, четыре пустых и один в стадии разгрузки, это я не считаю. Как и те повреждённые боевые корабли что в доках находились или в ожидании своей очереди «отдыхая» на отмелях. Хотя парочку судов прихватить можно, японцам отдам с напутственным пинком, может и доберутся до Японии. Кстати, у потопленных кораблей видимо велись какие-то работы, до сих пор проводят их, не успев поднять со дна бухты. Сейчас конечно ночь, спят, но что-то делают. Я же достал «Виллис», и под видом патруля стал объезжать остров. Всё не объехал, но зато взял настоящий патруль и хорошенько допросил. На острове было четыре лагеря для военнопленных, остальные на других островах, так что тут на острове два офицерских, и два для унтер-офицеров лагеря были. Я взял их на заметку, хотя и не посещал. А патрулю устроил автоаварию, где оба солдата якобы погибли. Это чтобы оттянуть на время подозрения, не искали криминала в их гибели. Ну не въехали на мост, перевернулись и захлебнулись в воде, бывает. Этой ночью я больше ничего не успел сделать, только провёл такую вот разведку, ну и некоторые переговоры. Надеюсь тот офицер крысой не окажется и не побежит докладывать своей охране. Вроде не тот тип. Так и полыхал ненавистью и злобой к тем, кто его пленил, это пробивалось даже через его невозмутимую маску. Нет, точно не побежит.

После днёвки, а она для меня именно днёвка, ведь сплю я не ночью, а днём, я ещё часа четыре бодрствовал, пока не наступил закат. Причём бодрствовал не сидя в укрытии, а пробравшись в бухту военно-морской базы, готовился к работе. Как стемнело, для начала я убрал в хранилище все субмарины, тральщики, эсминцы, линкор и грузовые суда, разбитые меня не заинтересовали, потом по складам прошёлся, по двум аэродромам, всё забрал, вычистил бухту от и до. А тревоги не было, все патрули и бодрствующие смены были мной зачищены, а остальные просто спали. Я ещё вчера, когда проводил разведку, отметил что тут насчёт моей такой работы будет просто. Потом я рванул к берегу, ближайшему от нужного лагеря военнопленных. Там достал два грузовых судна, поставив их на якоря. Пополнил углём и продовольствием. Потом подумав, достал и третий, этот палубные орудия имел и видимо являлся вспомогательным крейсером. Если все лагеря освобожу, будет не так тесно. Шлюпки приготовил, на берегу их разместил, ну и к тому офицерскому лагерю погнал. К счастью, меня не сдали и уже ждали. Я у лагеря тридцать грузовиков поставил, часть офицеров были отправлены к пляжу, пусть суда принимаю и готовят к отплытию, а на остальных сопроводил часть офицеров к другим лагерям. Там также уничтожил охрану и в три приёма всех вывез. Две тысячи триста военнопленных были освобождены. В основном моряки и лётчики. Кстати, несколько лётчиков участвовали в том налёте на Перл-Харбор в декабре прошлого года и которым не повезло попасть в плен. Уже на рассвете суда с пленными были далеко от берега, шли на максимальном ходу в сторону Японии. Я это точно знал, мало того что самые быстроходные суда выделил, так ещё незаметно сопровождал их на субмарине, двигаясь на горизонте, чтобы не увидели, это чтобы никто их не обидел. Послание-то я написал, на английском, так что оно должно быть доставлено. А флота американского тут действительно нет. Ушёл освобождать те земли что японцы захватили, ну и десант на транспортных судах прихватил. То-то база такая пустая и безлюдная была. Сам я в отплытии не участвовал, разносил артиллерией базу, чтобы скрыть пропажи. Пусть на японцев думают. А потом догнал эту тройку.

Сопровождать беглых японцев было скучно. Тем более на субмарине. Вскоре я сменил её на свою яхту, там комфорта больше, и всё также держась подальше, весь световой день старался следовать за тремя судами. К пяти вечера переведя яхту на малый ход, зафиксировал штурвал, рискнул, и завалился спать, очень хотелось. К счастью, никаких происшествий не было. «Наталья» как шла, двигаясь на нужном курсе, так и шла. Вокруг никого, сканер показал, лишь луна освещала воды, стемнело ещё час назад. Поэтому позавтракав, я сменил яхту на «Каталину», и поискав, нашёл японцев. К счастью те в порядке были, двигались всё так же группой километрах в трёхстах от последнего местоположения моей яхты. Так что облетев их стороной отправился на охоту, пока ночь вокруг стояла.

Поначалу не везло, три встречных судна оказались нейтралами. Хотя одно вызвало у меня подозрения, явный американец, но флаг нейтрала. Может сменил для маскировки? Пиндосы ничем не брезгают. И всё же мне повезло, перед самым рассветом встретил американский линейный корабль что шёл на двадцати пяти узлах к родным берегам, вроде от Китая. Я подивился отчего тот один, и без сопровождения из разной мелочи в вроде миноносцев. Поэтому сел впереди, и уже через час избавившись от команды изучал ящики с золотом в бронированном помещении на борту линкора. Японское золото-то, откуда оно у американцев, где успели перехватить? Золото я ещё при захвате обнаружил, поэтому направился пообщаться с капитаном, он без сознания, но единственный кто выжил на борту линкора. Кстати, тот уже повернул и последовал в сторону Японии. Пока я на борту нахожусь, часть пути сокращу. Уже давно рассвело, час как, сейчас пообщаюсь, узнаю откуда золото, его на борту уже не было, в другое хранилище убрал, сменю корабль на «Каталину» и полечу дальше нагоняя моих подопечных. А золото много было, без малого двадцать тонн, половина в слитках, остальное в монетах и золотой посуде. По чеканке стало ясно, что большая часть точно раньше принадлежала китайцам.

Капитан поведал, что они перехватили японский эсминец, шедший в сторону Японии, который был повреждён артиллерийским огнём, и несмотря на попытки капитана его утопить, тот ход потерял, его удалось спасти. Да и не глубоко там было, по палубу тот погрузился. Так что золото достали, и вот отправили в Метрополию. К слову, всех японских моряков с того эсминца отправили на дно, свидетелей зачищали. Посадили на шлюпки и расстреляли из пулемётов. Это был приказ того адмирала что командовал той операцией. Да и в корабельные журналы эту историю не внесли, кроме того, что потопили японский эсминец и тот ушёл на дно. Всё. Капитана в результате я отправил следом за командой, сменил линкор на гидросамолёт и полетел нагонять тройку беглецов. А там неожиданно обнаружил японский лёгкий крейсер что их сопровождал. Оказалось, используя мощную радиостанцию на вспомогательном крейсере, те смогли вызывать своих, и вот получили боевое сопровождение. В общем, те в моём охранении больше не нуждались так что облетев их по большому кругу, с крейсера за мной с подозрением следили, но я был за дальностью прицельного открытия огня зенитной артиллерией, и только проводили взглядами. Ну а я полетел в Японию. Время для встречи я сообщил, назначил на первое декабря, это через восемь дней. Должны успеть.

Сам я так и летел, сел на дозаправку, переночевал на борту яхты и полетел дальше, пока не добрался до берегов Японии. Постарался поближе к Токио высадится на берег. В этот раз я поступил умнее, провёл высадку тихо, ночью, незаметно. Уже на берегу, найдя дорогу, достал машину и покатил к местной столице. Хм, ошибочка вышла, в первом же селении я по карте определился что Токио находится за спиной. Развернулся, и покатил обратно. До столицы Японии ехать километров тридцать. Не так и далеко промахнулся. Можно сказать, почти попал. Не доехал, на окраинах сделал землянку, убрал машину и завалился спать. Тем более вон, рассвет наступал.

Следующие семь дней до назначенной мной даты я так и провёл в делах. То в землянке, изредка выбираясь, тут зима была, уже снег выпал, то за пределами Японии. А я слетал и осмотрел оба острова, изучив их, и тот что крупнее мне больше понравился. Буду на него торговаться. Ну и составлял планы и делал списки имущества из того что у меня есть, прикидывая чем я смогу заинтересовать императора. И да, я амулетами изменил свою внешность. Серьёзно, никто во мне Кирилла Крайнова или Алекса Белова не опознает. Она мне нужна только для этой встречи, потом всё верну обратно. Также подготовился встретиться как положено. Роскошный и дорогой костюм, отлично подогнанный по фигуре, трость в тон, она как раз для моего образа, такой же роскошный чёрный лимузин марки «Мерседес». Ну и вот, когда наступил срок, время встречи первое декабря тысяча девятьсот сорок второго года в час дня, я заранее покинул убежище, достал машину и поехал к городу. Между прочим, марка машины, на которой я прибуду, в послании указана, как и то что номеров нет.

Это я к чему, а к тому что на въезде в город на посту меня проводили внимательными взглядами, но не остановили, а офицер бросился к телефону, докладывать, так что до дворца императора я доехал без проблем. Там меня встретили гвардейцы, осмотрели машину, проверили документы, они были на англичанина Джона Паркинсона, чистые и настоящее, взятые мной у убитого англичанина, тот погиб не от моих рук, от бомбардировки. Я помнится тогда под видом поляка в пожарной команде в Лондоне работал, вот и набрал так документов. А погибших со статусом неизвестных стало больше. Этот Паркинсон сирота, то что мне нужно для левого оформления острова, именно на эти документы всё оформление и будет происходить. Прибыл я вовремя, и адъютант, в звании полковника, проводил меня в нужный кабинет, сразу же его покинув. Я просил провести встречу максимально скрытно, только с доверенными людьми. Поэтому кроме самого императора, тут был один генерал, один адмирал, и три сановника, явно из советников. Это действительно тот максимум что император решил держать при себе во время этой встречи.

– Вы действительно, Джон Паркинсон? – спросил император, когда мы были официально приставлены друг другу и тот мне пожимал руку.

Сейчас же тот продолжая держать мою кисть, без всяких детских попыток пережать, проверить кто сильнее, задал этот вопрос. Тот говорил на английском чисто, и мы спокойно общались с ним на этом языке. Я несколько секунд смотрел ему в глаза, кстати, у меня были разноцветные глаза, зелёный и голубой, сделал так, и после недолгого молчания, тихо ответил:

– Это не настоящее имя, но по ним мы будем всё оформлять, если договоримся, – и зашептал. – Честно вам признаюсь, я… русский.

О да, ради такого стоит чуть приоткрыть завесу тайны, чтобы увидеть, как у императора совершенно по-детски округляются глаза. А если учесть, что тут имеется разрез глаз, смотрится довольно забавно. Правда, тот быстро взял себя в руки, и отпуская мою, вежливо склонив голову, сказал:

– Думаю пора приступать.

Мы устроились за столом для переговоров, после чего я сообщил:

– Господа, я говорю от себя, как третья сила в этой войне, что захватила полмира. Я не представляю никакое государство, но имею достаточно сил чтобы склонить сражения, и даже битвы, на нужную мне сторону. Однако пока мои действия направлены на помощь русским, это стоит учесть. Судьба Румынии тому пример. Тут я нахожусь частным визитом. Я хочу прибрести в собственность остров, меня интересует Йонагуни. Я уже побывал на нём, три дна назад, и он меня полностью устроил. В отличии от второго острова. Я его хочу в личную собственность, без всяких аренд, навсегда мне и моим потомками. Территориальные воды закрыты для посещений, жителей там не должно быть. Прошу в документах указать, что наш договор на приобретение острова бессрочный, и действует в любое время, хоть через пятьдесят лет, хоть через триста. Теперь, чем я готов за него заплатить. На этих листах, находятся списки имущества, вооружения, боевых кораблей и транспортов с полными трюмами. Топливо, уголь, металлы для заводов, продовольствие, всё есть. Оплата разовая, сразу, и остров мой.

Папка с листами списков ушли императору, и по мере чтения их, они расходились по рукам советников и адмирала с генералом. Генералу вооружение, артиллерия, танки, что по флоту, изучал адмирал. Материальное обеспечение, уже советники. Надо сказать, списки явно заинтересовали, и более того, возбудили как советников, так и императора. Всё что я им предлагал, им было остронеобходимо. А моряки для них прибыли, те что я освободил. Этого конечно мало, но как костяк подойдёт для любой команды, тем более среди освобождённых, было практически в полном составе две команды японских авианосцев с их командирами. Я действительно выложил в списках всего что захватил у англичан и у американцев. Про наших и немцев не говорю, этими трофеями делится я не собирался. Да и себе оставил пять «Каталин» и пять «Маринер». Хорошие гидросамолёты, отличные даже. Кроме них ещё отложил тот эсминец и большую океанскую подлодку, что захватил у британцев первыми в прошлом году в один день. Также британскую плавбазу с запчастями к моей лодке, топливом, припасами и торпедами со снарядами к ней. Ну и одно судно, новенькое «Либерти», сошедшее со стапелей три месяца назад. Судно чистое, я изменил название и вид надстроек, трюм пустой. Ходит на мазуте, а не на угле, что редкость, но тут видимо был отдельной пробный проект. Тем более скорость хода на максимуме у этого судна пятнадцать узлов, а не одиннадцать как у других «Либерти», что ходят на угле. Бункера мазутом полные, так что можно использовать. Тут одна проблема, транспорт свежий и поставляется пока в только Британию, в частных руках отсутствует. Но это не страшно, подожду окончания войны и оформлю на себя. Ну или продам. Посмотрим.

Изучали те списки около трёх часов, составляя свои выписки, о чём-то споря на японском, но в принципе недовольства не было, скорее радостное волнение и предвкушение. Наконец решили прерваться, меня пригласили на лёгкий полдник. Японская кухня мне нравилась, но тут ничего серьёзного не было, однако я всё равно отдал дань японской кухне. После этого мы вернулись обратно в кабинет, и император, когда закончил общаться с советниками и военными, а я задержался в столовой, меня попросили дать немного времени подумать, вот какой огласил вердикт:

– Мы готовы обменять то что вы предлагаете на остров Йонагуни по вашим условиям.

– Отлично, – улыбнулся я. – Что именно из представленного списка вас устроило?

– Вы не поняли, всё что вы нам предложили, всё это идёт в оплату острова.

У меня возникло такое чувство, что меня хотят нагреть. Я конечно понимаю, что всё это японцам необходимо, но и совесть стоит иметь, остров стоит куда меньше. Эти мысли я и озвучил, но более сглажено. В общем, у нас начались активные торги, которые я вполне понятно продул. Да особо и не торговался. Что мне это всё? Я же не сам всё это создавал, строил, деньги и труд использовал. Нет, конечно поработать пришлось, чтобы это всё добыть, но мне не трудно ещё подобные запасы сделать. Тем более я планировал половину из того что имелось в списках отдать за остров, а остальное, скажем так, продать. Не за деньги, они меня не интересуют, а за некоторые договора или привилегии. Да вон хотя бы за акции некоторых японских заводов. Желательно из тех что выпускают гражданскую продукцию. То есть, я так и так собирался использовать всё что имелось в списках, не зря же часть имущества отложил, вроде эсминца, субмарины, пары судов и гидросамолётов, с некоторыми запасами к ним.

В общем, я немного потянул, выбивая дополнительные преференции, но всё же дал согласие, чем порадовал принимающую сторону, мы скрепили сделку рукопожатием, и началось оформление документов на двух языках, английском и японском. Всё будет готово завтра, а сейчас мне предложили устроится во дворце, комната уже готова, ну и поинтересовались, не нужна ли гейша:

– Сисястую, – ответил я таким же заинтересованным тоном, как Иван Васильевич в одноимённом фильме Гайдая говорил про анисовую водку.

После ужина меня действительно проводили в комнату и вскоре прибыло аж две гейши, так что наполовину ночи я был занят. Меня так укатали, что зелье пришлось принимать, и я не осрамился. Это не они меня укатали, это я их так заездил, что те уснули у меня по бокам полностью загнанные. Хотя надо сказать обе гейши мне понравились, теперь я знаю, пусть пока и первый опыт, что те умеют, и для чего предназначены. Жаль поговорить нельзя, английский те не знали, больше жестами общались. У одной был восхитительный третий размер, у другой твёрдая двоечка. Видимо и она для японцев считается крупной грудью, раз её также прислали. Да нормально отработали девчонки, я доволен. Правда, не разобрался в каком те возрасте, им и восемнадцать, и двадцать по виду дать можно. Когда те уснули, я не поленился, достал амулет-диагност, зарядил его и проверил девчат. Н-да, неожиданно. Та у которой троечка, ей девятнадцать, второй едва восемнадцать исполнилось. Правда, разницы я особо не заметил, обе девчонки опытные, работали со знанием дела. Опытные-то они опытные, но с нашими русскими девчатами не сравнить. Я тут задержатся собираюсь, остров обустраивать буду, вот и решил попробовать девчат других наций. Тех же китаянок или кореянок. Кто там ещё есть? На индианок не замахиваясь, легче иголку в стоге сена сыскать, чем у них красавиц, которые мне придутся по нраву.

Следующим днём, ближе к одиннадцати дня, мы снова встретились в кабинете той же компанией. После изучения документов, я читал английскую и русскую версии, японские иероглифы не знал, мы подписали их, и подали друг другу руки, окончательно скрепляя так сделку. Свою копию документов я забрал, остальное забрал император, убирая в ящики стола. На этом всё, мы стали обговаривать как я буду передавать всё это имущество. И тут работа адмирала. Я договорился так, что он успеет набрать из перегонных команд для тех судов и боевых кораблей что имеются по списку, то первой партией мои «люди» и пригонят. Всё за раз тот вряд ли принять сможет. Ну а пока тот готовится, я во дворце поживу, это император предложил, да и гейши мне его по нраву.

Вот так мы разошлись, те по своим делам, а я на обед, император с семьёй присутствовал, ну а потом к себе. А через два дня довольный адмирал сообщил, что перегонные команды, да и даже полные команды для некоторых боевых кораблей, в частности, авианосцев, он уже подготовил. Мол, можно перегонять и принимать всё сразу. Ну и поинтересовался, когда можно провести окончательную сделку. Меня оторвали от моих девчат, пусть и временных, но пока моих, поэтому накинув халат с китайскими драконами на нём, я вышел к адмиралу и выслушав его, вот что сообщил: