Перевертыш

– У нас вещевой склад, а не технический. Стержней нет.

– А что у вас вообще есть?

– Раньше комбезы, но сейчас пусто, немного вещевого довольствия, пайки – этого хватает, включая офицерские. Скафы есть, но в простейших комплектациях, и много, я как раз ревизией занимался, шестьсот единиц с мелочью в баулах, новенькие. Не вскрытые, не пользованные. Электроника разная, но без фанатизма. Похоже, трофеи бессистемно собирали. Много поврежденного. Специализированного оборудования нет, это надо на медицинских или технических складах искать. А так разные картриджи есть, несколько контейнеров плюс отдельно в кофрах. Дроиды-стюарды есть, уборщики законсервированные, но нет кодов к ним, – обломал я собеседника, возрадовавшегося было.

– Все равно бери, продадим на станции, а то вообще денег нет. Это хоть что-то.

– Ага. Стоит нам появиться на станции, как быстро выяснится, что мы беглые. Если информация о нас еще не разошлась, то скоро разойдется.

– Ничего, укроемся в глубине Фронтира, охотники нас не найдут, – отмахнулся тот, похоже, прекрасно сознавая эту проблему.

– Ладно, это дело будущего, – согласился я. – Только вот через два часа отбыть вряд ли получится. Вечер, склад закрыт до утра, интендант наш ушел к себе.

– У тебя нет доступа на склад? – поднял тот брови в удивлении и тут же с досадой скривился.

– Ни у кого нет, кроме интенданта.

– Плохо, – задумался собеседник, но быстро очнулся. – Значит, нужно сделать так, чтобы он оказался на рабочем месте. Есть какое предложение?

– Аврал если только, – задумался теперь уже я. – Как я уже говорил, у нас на складе сегодня началась инвентаризация. Среди разного барахла отсутствуют три пищевых синтезатора, хотя по смете в списках они числятся на месте. Интендант, узнав об этом, разорался, видимо, принимал имущество не глядя у прошлого кладовщика. Он не успел убрать их из списков. Если сейчас отправить запрос на установку этого синтезатора, купив его в кредит, то тот вынужден будет оказаться на рабочем месте, чтобы разобраться с этой проблемой.

– Нормально. Подходит. Дальше мы его спеленаем и выносим все, что интересно нам, со склада. Задействовано кроме меня будет еще четверо, один бывший абордажник.

– Старик не так прост, как кажется на первый взгляд. С ним осторожно нужно. Что я соскочил с наркоты, наверняка знает. Однако есть проблема. Он сто процентов вызовет всех подчиненных. Ну, шестнадцати можно не опасаться – под наркотой бузить не будут, а вот семнадцатый с наркоты соскочил. Похоже, его придется брать. Из всех возможных вариантов этот единственный может получиться.

– Нормально. Я уже передал, заявку на синтезатор оформил – покупка в кредит. Ожидай вызова.

– Хорошо.

Почти сразу к нам подошел один из сержантов, которого мы привычно поприветствовали, и велел мне двигаться на рабочее место. Большая часть моих коллег были тут же, в столовой, остальные, видимо, в других – таких столовых на борту крейсера было три. Им передавали тот же приказ. Поэтому я молча кивнул медику – все, что надо, мы обговорили – и энергично двинул в сторону склада. Такой шанс упускать нельзя. Похоже, план побега подготовили профи из бывших пиратов, и раз они решились, значит, побег с крейсера возможен, а это не может не мотивировать.

Когда я подбежал к дверям склада, интендант как раз подходил к ним. Как и часть моих коллег по несчастью. Я был четвертым, но еще двое уже вынырнули из-за поворота. Пока завскладом подходил – при его приближении калитка стала открываться, видимо, через нейросеть отдал приказ, – я осмотрелся. Ну да, все логично. Те, кто прибыл первым, особо на наркоту не налегали – балдели, но старались все же сдерживаться, потому и успели первыми. Остальные все еще были под кайфом, наверняка закинулись в столовой, где раздавали вечерние капсулы, и сейчас находились в легком отупении, отчего и запаздывали. Вот только парня, который, по моему мнению, как и я, капсулы не глотал, не было, и это настораживало. За два дня я успел его немного изучить. Видимо, что-то случилось, иначе тот был бы на месте. Спалился на утилизаторах? Вполне может быть.

Когда мы прошли на склад, то завскладом сразу же развил бурную деятельность, ну а я, незаметно уйдя за дальние стеллажи, занялся делом. Глупо думать, что искины корабля не заметят наши приготовления, это освобожденные под наркотой, ну и часть революционеров, в их среде наркотики вообще пропагандируются как величайшее благо, так что, чтобы искины не подняли тревогу, мне нужно отключить на складе сенсоры, а их тут четыре. Тревога все равно поднимется, искины забьют ее, когда я отключу сенсоры, но не сразу, что даст нам время свалить с этой галоши. Пока те свяжутся с техниками, а те выйдут на связь с завскладом, пройдет уйма времени, мы успеем и склад покинуть, и перебраться на летную палубу. Дальше не от меня зависит. Однако отчаянность той группы, что решилась на побег, мне импонировала. Как-то на лету открыть бронестворку летной палубы и на боте покинуть борт во время гиперпрыжка, пробив гиперпузырь, – это надо быть отчаянными сорвиголовами. Я точно не знаю, к чему это приведет, но чувствую, что очень опасно.

Проблемы от стирания знаний вставали на каждом шагу. Например, я не знал, на каком типе корабля мы летим. Понятно, что авианесущий крейсер – слышал из разговоров других пассажиров, как и то, что он четвертого поколения. Да я все узнавал из слухов! Например, то, что в нападении на тюремный транспорт участвовало шесть кораблей, не считая этот крейсер, и все они одной группой летели на базу.

Теперь по сенсорам. Я снова возвращался к той же проблеме: мне было неизвестно, как их отключать, в памяти не было. Однако медик перед расставанием на салфетке из столовой накидал простейшую схему отключения. Выяснилось, что в их группе был корабельный техник, знакомый с подобным кораблем, он был на постоянной связи и дал ответ. Действительно просто. Зачем отключать каждый сенсор, ползая по потолку или стенам, когда можно сделать проще: вскрыть коммутационный ящик и просто отключить все сенсоры разом, а лучше устроить аварию, оно как-то быстрее получится.

Пришлось поломать голову, так как судя по схеме, один из сенсоров держал этот коммутационный шкаф, замаскированный в стене возле каморки завскладом, под присмотром, но я придумал, как все провернуть. Помогая проводить инвентаризацию, я натаскал кофры и баулы, которые и закрыли тот от всевидящих искинов. Ну, а дальше я вскрыл его с помощью виброножа – а все свои вещи из ящика стола я забрал – и плеснул на клеммы предохранителей воды из бутылки. Ее я взял оттуда же – из каморки нашего интенданта. Чуть заискрило и слегка подымило сгоревшими предохранителями, но свидетели находились в другом ряду. Так что быстро добежал до них и, воспользовавшись заминкой – похоже, завскладом с кем-то общался по сети, вырубил его рукояткой ножа по затылку и стремглав бросился к калитке склада. Там уже у поворота коридора маялось от нетерпения четверо, похоже, потерявших надежду на благополучный исход захвата склада. Так что когда я появился, те аж расцвели.

– А, не обращайте внимания, они закинуться успели. Серьезно тупят, – махнул я рукой на группу своих коллег. Те продолжали стоять там же, где и раньше.

– А этот, второй, что с капсул соскочил? – заинтересовался медик. Он помогал загружать на платформу то, на что я указывал.

– Да вон он стоит, слюни пускает. Похоже, скинул капсулы в утилизатор, его и прихватили.

– Понятно.

Загрузка заняла меньше десяти минут. Брали мы все три малые грузовые платформы, что имелись на складе возле оборудования подзарядки их батарей. Я бегал и командовал, что брать из самого ценного, особенно офицерские пайки интересовали моих подельников, одну платформу загрузили только ими. Медик еще поработал над телом интенданта, чтобы тот не очнулся, пока мы загрузились на платформы. Я все ждал подвоха, мало ли тоже вырубят и тут оставят, но нет, мы все вместе полетели на одну из летных палуб. Причем было видно, что как-то получить доступ они смогли, переборки открывались при нашем приближении. Я уже давно потерялся в многочисленных коридорах, но народу было мало, по внутрикорабельному времени уже ночь, так нарики по углам лежали да гадили под себя, а праздношатающихся вообще не было. Летная палуба пуста, дежурная смена пьяная в хлам, наши их споили, мне это медик сообщил. Не замедляя хода, мы пролетели часть судов, стоявших в ряд, и, поднявшись по аппарели, оказались в трюме. Ладно хоть моего опыта хватило, чтобы понять, что за бот прихватили парни. Грузопассажирский. Это хорошо, у таких каюты внутри имелись, а значит, и санблок. Аппарель почти сразу начала подниматься, а мы, покинув платформы и закрепив их, побежали по лестнице в пассажирский модуль, где устроились в свободных креслах, застегнув ремни. Ну, вот и все, что мог, я сделал, дальше все зависит не от меня. Я все поставил на эту группу и надеюсь, она не подведет.