Спасти красноармейца Райнова. Книга седьмая. Пацифист.

– С чем пирожки, красавица?

Та от неожиданности захихикала, но вполне приветливо сообщила:

– С картошкой и жареным луком, с яйцом и зелёным луком, немного пермячей, и есть с рыбой и рисом.

– Отлично. Беру всё.

– Всё? – та даже растерялась.

– Бригаду нанял баню срубить, кормить надо.

Та засуетилась и начала паковать пирожки в газету, я же получал и убирал в армейский вещмешок, из имущества Шевченко, походный его. Расплатился. Не так и много. У второй тоже закупился. У неё к тому же были чебуреки, настоящие, ещё тёплые, пермячи, и плюс две крынки с мясным бульоном. Всё забрал, так что те свернулись, и направились домой. За следующей партией. Как раз ещё одна старушка подошла, у неё выкупил, и уже прошёл на территорию рынка. Все покупки понятно сразу отправлял в хранилище. Пока в аурное. Ну и на счёт того что на время войны нужно делать запасы. Это я несколько лукавил. Я вполне предполагал, что те трое убитых мной, всё же настоящие сотрудники и выполняли приказ. Могут быть последствия сделанного мной? Да, могут. Даже срок и зона. А на зоне что-то нужно иметь. Конечно такие последствия результата моих действий всё же мал, как я считаю, но всё же возможен. Поэтому и закупался, и чем больше наберу, тем лучше. Так что закончив с тремя старушками, направился в ряды. Приметив деда, тот из мешка вынимал куски солёного сала, свежайший, мягкий, с чесноком, рванул к нему. Первым успел. Аромат сбивал с ног, выкупил всё что есть. Видно, что кололи свинку недавно, сразу засолили, наисвежайшее. Также тот привёз мешок караваев, домашний хлеб, и флягу с молоком. Утренний надой. Молоко убрал в аурное хранилище, там можно самосливом, другие вещи не пострадают, а флягу вернул. Вынес в мешках покупки наружу, в неприметном месте прибрал, и дальше. Купил шесть вёдер оцинкованных и два эмалированных ведра с крышками. Отмыл на водопроводной колонке и стал покупать квашенную капусту, солёные огурцы и помидоры, грибы солёные. Солили в бочках, вот оттуда и перегружали черпаком, с рассолом.

Потом закупал сала солёного, копчёного, старался посвежее брать, хотя и старое попадалось. Хлеб брал, к старушкам снова на выход, за пирожками. Потом три мешка картошки. Перебирал, почти час потратил, и не зря, много гнилой. А картошку, жаренную, я люблю. Луку взял, капусты, много чеснока, аж мешок. Меня продавец солёных грибов учил, они тоже из бочек, описал как их правильно приготавливать к приёму. Промыть, дать в воде постоять с полчаса, залить подсолнечным маслом, кружочками лука и порезанным мелко чесноком, и дать настояться. Говорит, вкусно, не оторваться. Ещё северный способ, просто промыть грибы, полить сметаной, и сразу можно употреблять. Откуда мне было знать как грибы правильно приготавливать? Теперь знаю. Было два вида грибов, белые грузди, мелкие, с пятак, и агашки, чёрные. По два ведра взял, первую партию опустошил в хранилище и за второй сходил. Благо в медальоне стазис есть, я уточнял у Мика. Купил молочки. Шесть килограмм сливочного масла, домашнего изготовления, творога три кило, сметаны почти ведро набралось. Продали кровяных колбасок, шесть кругов. Крупы разной. Солёной рыбки. Консервы не брал, добуду трофеями у немцев. Я планировал добывать себе самолёты на брошенных аэродромах Западного военного округа, что немцы захватили, так что трофеи будут, брал именно домашнюю еду, варенья немало, специи восточные. Для плова тоже. И надо сказать, хоть за временем следил, но стало неприятной неожиданностью, когда увидел на часах, что уже пол одиннадцатого. Пешком точно не успею, машины светить не хочу, поймаю попутку. Поэтому я поспешил докупить нужное. Вряд ли у меня ещё будет такой шанс.

Приобрёл керогаз, жаровня хороша, но керогаз тут в сырую погоду получше будет. Три бидона по десять литров керосина. Спички и бытовую мелочёвку уже взял, будильник. Шкуру волчью как подстилку, и наткнулся на дефицит, туалетную бумагу. Взял три рулона, больше не было, и поспешил к выходу. Вскоре поймал «полуторку», и водила подбросил меня до нужного перекрёстка. Там дальше сам дошёл. Надо сказать, ожидало меня немало народу. Хотя на виду у чёрной «эмки», стояло всего лишь двое сотрудников, и шофёр внутри. Ещё два десятка скрывались в разных квартирах и подъездах, отслеживали как я иду. Сканер их показал. Время ровно одиннадцать было, когда я через арку прошёл во внутренний двор, сюда четыре подъезда выходило, закрытый двор, с одним выходом. Что ж, повоюем, у меня всё наготове, накопитель у личной защиты полный. Кстати, амулет зарядки со мной был, когда вчера утром покидал квартиру, забрал. Пока в парке ночевал, тот рядом работал. Надо будет, сделать запас. Это вроде можно, десантники заказывали у ювелиров нужную огранку.

– И как рыбалка, товарищ генерал? – спросил знакомый капитан госбезопасности.

Я потому и вышел спокойно, когда опознал его. Тот из охраны Сталина, проверял меня вчера, когда со своим письмом прибыл, и машину выделил до квартиры довезти, да ещё со знающим шофёром. Мне-то адрес неизвестен был. Хорошо управдом ждал, его известили, своим ключом дверь квартиры открыл. Рядом с капитаном, фамилию не знаю, он не представлялся, стоял молодой сержант госбезопасности, лейтенант в армейских званиях, ну и шофёр в кабине машины. Так что подходя, с улыбкой ответил, раскинув руки на всю ширину:

– Во, такого сома ловил.

– И как, поймали?

– Ушёл, – с огорчением сказал я.

– Вас ждут, товарищ генерал. Товарищ Сталин, велел доставить как можно быстрее.

– Хорошо. Сейчас переоденусь, и выезжаем.

На удивление без проблем я поднялся в квартиру. Запасной ключ нашёл в прихожей, на вешалке висел, им я и пользовался. Форма была в хранилище, скинул летнюю одежду, замочил в тазике, из-под крана быстро ополоснулся, протеревшись полотенцем, немного испачкался, и при полном параде, фуражка на голове, к машине, а дальше выехали со двора и похоже действительно к Кремлю везли. А вопроса о вчерашнем инциденте так и не было задано. Да и на лестничной площадке порядок. Никаких потёков крови, следы от пуль, что через тела прошли, замазали. Свежий раствор, ещё не высох. В квартире думаю побывали, но следов не нашёл. Да и я не оставлял ничего важного. Похоже действительно инцидент останется без последствий. Ещё не уверен. Будущее покажет. Впрочем, сотрудники Лубянки мне убийство своих всё равно рано или поздно припомнят. Злопамятные, почти как я. Буду сторожиться. Мне ответить тоже не сложно. А так доставили в Кремль. Пистолет сдал, даже обыскали, и тщательно. Вчера такого не было, значит в курсе про стрельбу. Ну и стал ожидать в приёмной. Тут с десяток было посетителей, кто-то нервно вытирал платком лицо, я же подошёл к окну, и любовался видом. На стену другого здания. Сканер показал в кабинете Сталина шло совещание, большинство гражданских, с тубусами для бумаги. Инженера и директора заводов? Вполне может быть. Скорее всего оборонка.

Полчаса ждал, пока те не стали выходить. За это время подошли маршал Шапошников, мы с ним стали общаться у окна, я на словах описывал как у меня дела. Ну повязку на голове, видно под фуражкой, и синяки на лице, что к слову и позволило мне остаться не узнанным на рынке, его заинтересовали. Про аварию тот ничего не знал, вот и описал. Про дивизию молчок. Не при чужих ушах. Также зашёл Берия, его сразу в кабинет пропустили, и ещё один тип, с знакомым лицом, пока не вспомнил его из газет. Молотов. Он к нам подошёл. Вот так и общались пока кабинет не был освобождён, и негромко переговариваясь, инженера, а я не ошибся, это они, направились к выходу. А нас пригласили в кабинет. Меня тоже. Ждать не пришлось. Оказалось, все присутствующие в кабинете, четверо, Сталина посчитал, с моей докладной запиской ознакомлены. Поэтому сразу пошли с вопросов, и начал их не Шапошников, а Молотов:

– Скажите, почему немцы переносили сроки? Считается, что они специально нас так дезинформировали.

– Основная дата нападения, была выбрана как семнадцатое мая, и немцы действительно готовились в этот день напасть на нас, чтобы как можно больше тёплого времени у них было для наступления. Причина отказа от этого времени, было снято несколько дивизий и брошены в Югославию, боролись с партизанами. Также недостаточное количество снарядов для ствольной артиллерии запасли. Поэтому было выбрано двадцать второе июня, выходной, когда все командиры отдыхают, в частях только дежурные. Первый удар самый сокрушающий и чего он стоит, немцы понимают, поэтому и готовятся к нему. Бегающие в панике бойцы, среди разрывов снарядов или авиабомб, просто не смогут ничем ответить вторжению, и первые километры им дадутся без труда. Дальше удары моторизованных частей в глубину наших территорий, для окружения подразделений в тех районах. При полном господстве воздухе, где на любую колонну снабжения тут же будет налёт, немцы будут двигаться уверенно и быстро. Минск наши сдадут, по моим прикидкам, примерно через неделю, даже драться за него не будут, просто уйдут. Немного отвлекусь и добавлю. Эта война, ожидается не такой что была в Империалистическую. Мой контакт, Андерс, мы с ним в Испании воевали, я против него, он против меня, но должок за ним остался, я ему жизнь спас, вот он и вернул. Разведкой у нас занимался под видом похоронной команды. Немцы сейчас пропагандируют чистоту расы, они истинные арийцы, остальные унтерменши. Вроде правильно сказал. То есть, все русские для них неполноценные люди, особенно представители Азии, и подлежат уничтожению, для этого был создан план «Ост». Начали формирование особых команд, «Зондеркоманды», Андерс их курирует, поэтому в курсе. Задача уничтожение населения на оккупированных территориях. В основном набирают из поляков, они такой работе всегда рады. Патроны тратить им не дадут, немцы прагматичные, будут загонять в амбары, обкладывать дровами и заживо сжигать. Это дешевле чем тратить патроны. И в будущем сюда приедут бюргеры из Германии и заселят эти земли, удобренные пеплом наших людей. Особенно Украину за её чернозём любят. Солдатам, что будут против нас воевать, для поднятия духа, обещаны земельные наделы на оккупированных землях. И чем лучше солдат воюет и больше храбрости проявляет, тем больше надел и в лучшем месте. По сути, против нас собираются устроить полноценный геноцид. И за спиной Германии вся Европа, все их промышленные мощности и добровольцы, что будут воевать в рядах дивизий СС. По причине того, что Советский Союз не подписал или не вступил, в женевскую конвекцию, немцы считают себя в праве поступать с пленными так как они пожелают. Нечеловеческие пытки, подопытными в лабораториях, откачка крови для раненых солдат Вермахта, расстрелы, испытания нового оружия или отравляющих веществ. Всё это ждёт тех, кто поднимет руки. Это страшная война, но победа будет за нами, в этом сомневаться не приходится. Я понимаю, в первые месяцы войны ряд крупных поражений наших армий, это будет, но победить нас, когда вся страна встанет против врага? Нет, мы возьмём Берлин, через три-четыре года после начала войны, но возьмём. И самое горькое для меня лично, те страны Европы, как только мы начнём побеждать, сразу переметнутся на нашу сторону, забыв, что на них тоже кровь нашего народа, и потребуют свою долю при контрибуции с Германии. На это скажу так, у победы много отцов, а поражение – сирота. Это всё что я хотел с казать.

– Как называется план нападения на Советский Союз? – спросил Шапошников.

– План «Барбаросса», вроде.

Надо сказать, вопросы посыпались со всех сторон, на которые я отвечал, даже на карте показывал, места основных ударов, на что-то затруднялся ответить, но общение шло явно регулятивно. Надеюсь я заставил задуматься руководство, хотя сомнение в лицах у некоторых всё ещё было. А на этом всё, меня отвезли на аэродром, и я на своём же самолёте, лётчик тут ожидал, в общежитии для командиров проживал, вылетел обратно. Время уже было, четыре часа дня. А я даже не обедал. Ничего, поел пирожков пока летел. Кстати, сильный гастрит был, как заряжу накопитель, уберу его, подлечу желудок. Я люблю вкусно покушать и не собираюсь ни в чём себе отказывать. Вот так с дозаправкой и вернулся. Даже ещё засветло меня доставили на квартиру. Ирины не было, ефрейтор, что меня встречал, сообщил, что сам её на поезд посадил, на Москву. Сегодня отбыла с детьми. Я же принял душ, воду нагрел ефрейтор, и тот отправился в казарму, утром вернётся, а я вскоре уснул. Ужином меня уже покормили. Кстати, насчёт тех троих в форме НКВД, так вопроса и не услышал. Где оружие, где машина? Тишина. Я же говорил, надо как Будённый, стрелять, а потом разбираться. У меня даже до разборов не дошло. Впрочем, новых приказов я не получил, готовлю дивизию к войне, ну и готовь дальше. Хоть не мешают. Завтра с утра доложится Птухину, ждать будет, собрать командиров полков после обеда, поставить задачи, ну и готовиться, изыскивать резервы. Чёрт, где же мне столько механиков набрать, чтобы на каждый самолёт были? Придётся что-то придумать. Не ждать же когда война начнётся и те по призыву прибудут в дивизию. Ничего, я что-нибудь придумаю.

С утра, позавтракав, сразу к командующему вылетал. А в Киев. Его тут в Тернополе не было. Кстати, штаб ВВС округа действительно перебирается сюда. К нам в Тернополь. Видимо удобное место расположения, но для меня не особо. Не люблю начальство под боком. Посетил генерала, описал что было у Сталина, с меня подписок не брали. В общем, информацию передал главе государства, и тем, кто такие вопросы решает, дальше будем смотреть сделают из этого выводы или нет. Ну и пока в штабе был, смог себе выпросить транспортники. Дали два «ПС-84» и три «К-5». Пока не передумали, быстро всё оформил, самолёты с лётчиками переводятся в мою связную эскадрилью управления дивизии. На самом деле все пять машин пойдут в службу АСС. Просто числится будут за эскадрильей. Даже успел вовремя вернутся. Сначала посыпались доклады, я слушал, и читал подаваемые приказы, на создание службы АСС, тоже было, назначить командиром капитана Андреева, это тоже есть. Читал и подписывал, всего несколько отправил на доработку, указав что поправить. Ну и сообщил о новых машинах, будут завтра, встретить, принять, ввести в штат новой службы. Да, я подтвердил, верха экспериментом нашим заинтересовались, будут следить, как пойдёт. А немало работы было проведено. Андреев уже сманил два десятка разведчиков, и двух лейтенантов, несколько сержантов, сейчас формировали штаты новой службы. Что примерно делать, тот представлял, да и я описал чего от него жду, пусть дальше сам работает. Как раз и командиры полков начали прибывать со своими комиссарами.

Их завели в зал для совещания, вообще в штабе стояла плотная работа, это было видно, бегали все как ужаленные, охрану поставил, и дальше сообщил:

– Нами была получена достоверная информация. Немцы нападут без объявления войны двадцать второго июня. Две недели осталось. Брать с вас подписки не буду, надеюсь станете молчать. Теперь никаких кар не будет за аварийность, возможную гибель лётчиков, нужно усилить обучение лётчиков. Разбиваются, так выясните почему, ошибка пилота, или самолёт неисправен, нужно довести информацию до подразделений, чтобы такое не повторялось. Я в курсе, что топлива мало, топливо будет. НЗ что есть на аэродромах можете тратить без оглядки. Поэтому требуются максимальные тренировки. Постоянные. На земле в теории, и отработка на практике в воздухе. Я даю на это добро. Сейчас в штабе дивизии расписывают график тренировок. Также за счёт ваших полков будут сформированы отдельные подразделения, что будут числится за вами, но управляться будут напрямую штабом дивизии. Сейчас принесут списки, и начнём работу по переформированию полков, чего ожидать, и чего добиваться.

– А что с механиками? Один на звено, – спросил один из командиров полков.

– Вопрос решаю. Постараюсь через военкоматы повестками набрать нужное количество. Знаю, что власти и полномочий таких у меня нет заставить работать военкоматы, но договоримся. Хотя бы так. После начала войны, специалистов будет даже больше необходимого.

– Это как? – заинтересовался комиссар истребительного полка.

– Пока секретная информация.

Дальше начали работать по полкам, те узнали, что за служба такая АСС, заинтересовались, потому как с ней им придётся взаимодействовать вплотную. Да и их парней та будет спасать и вывозить. В общем, даже до криков доходило, но к позднему вечеру закончили, и со стопками приказов те отбыли. Дам им два дня разобраться с делами и нагряну с проверками. Выясню как дела идут. Лётчики тоже нужны, но пока не к спеху. Да, как я буду использовать бомбардировочные части, сообщил. Много новичков, днём-то летают тяжело, а уж ночью, так что разработали практику тренировок именно для ночных полётов. Как вести не подготовленные экипажи. Идеи были, будем реализовывать. Ну и начал создавать центр управления, им будет командовать штат командиров во главе с моим замом, подполковником Ермак. Именно он будет управлять днём штурмовыми и истребительными соединениями, будет на связи с наземными силами, которым нас передадут, а я ночью вести разведку и бомбить неприятеля. Мне не разорваться, потому и распределял обязанности, а Ермак вполне толковый тактик и вроде дельно действовал. Через несколько дней проведём первые тактические учения и посмотрим, как он справится на своём месте. Все уже устали, расходились по местам пребывания, я тоже вымотался, но на крыльце спросил у начштаба, что там по Ирине? Оказалось, всё оформлено, отправили на штабной машине, билеты добыли из резерва. Без пересадок, повезло, прямой на Москву шёл. Тут начштаба спросил, какую часть зарплаты я желаю отдавать семье, он оформит, и та будет получать по месту жительства. Меня это заинтересовало, сам уже думал, как их содержать, генеральская зарплата солидная, как я выяснил. Велел оформить на девяносто процентов. На сто не стал, могут быть вопросы на что живу. На этом отдыхать.

С утра, продолжил заниматься делами. После утренней планёрки, подписал исправленные приказы, отчисления зарплаты жене, уже подготовили бумаги, проверил работу служб, и доехал до военкома, пообщались. Тот майор, встретил меня как надо, даже коньячку достал, неформальная обстановка, ну вот и описал ему что мне нужно. А точнее кто. Списки приготовлены, даже Андреев вписал некоторые позиции. Изучив этот список, военком покачал головой.

– Мне нужен приказ, товарищ генерал, а вы мне такой выдать не можете.

– Не могу, – легко согласился я. – Жду ваших предложений.

– Хм. Повестки я выслать им не могу, приказа нет, но дать адреса проживания нужных специалистов, и если ваши люди с ними поговорят, добровольно вернуться на службу, мы тут всё оформим, и выдадим направление прямо вам в дивизию. Как добровольцев. Только сразу скажу, у нас в области столько авиамехаников и техников точно не будет. А вам их почти две сотни нужно. У нас бы хотя бы пару десятков набрать. Оружейники вот. Другие военкоматы желательно посетить.

– Понял, сделаем. Когда адреса можно будет получить?

– Посажу несколько своих подчинённых в архиве, к вечеру можете присылать посыльного, первые адреса будут. Завтра остальное передадим.

– Отлично, – сказал я, вставая, и положил на столик коробочку. – Презент.

Внутри наручные часы, купил на рынке. Новые. За получение специалистов, цена мизерная, уже поверьте. Военком же удивился, даже начал отказываться, но я убедил, так что похоже списки у меня будут, и уже сегодня все. Так что пожали друг другу руки, и я направился к входу. Другие военкоматы посещать я не планировал, остальную недостачу механиков и нужных специалистов добуду из лагерей военнопленных. Просто и эти два десятка механиков, если согласятся, найду опытного переговорщика, что и мёртвого уговорит, уже серьёзно поднимут возможности дивизии в технической и ремонтной сфере. А так я с бойцами АСС, для этого и хочу хорошо их снарядить, слетаем в Белоруссию, через несколько дней с начала войны, и освободим несколько лагерей с военнопленными. Андрееву я уже описал такие задачи, к чему бойцов готовить, и он начал готовить и формировать второй взвод. Одного будет мало. Много специфичного вооружения нужно, бесшумное оружие. Вот тот и стал добывать. Кстати, Андреев уже носил голубые петлицы и эмблемы ВВС, всё оформлен, служит, как и положено. Всё это конечно проведено на соплях, в виде эксперимента, и я точно знал, что все мои действия отслеживаются. Главный особист это особо и не скрывал. Так что пошло дело. К вечеру я действительно получил полный список тех, кто проживал в области. Сам я только вернулся из-под Белой Церкви. Там моя воздушная разведка, что облетала район, нашла отличную площадку. Тяжелые самолёты, я про бомбардировщики с полной бомбовой загрузкой, вполне может принимать. Рядом опушка леса, где можно замаскировать самолёты, а чуть глубже в лес, и жилые землянки. Со мной летал один из заместителей Андреева, глянуть на предмет охраны будущего тылового аэродрома. База А, по документам теперь та так проходить будет. Транспортные самолёты мы уже получили, оформили, вот на одном «К-5» и слетали. А тут и списки пришли. Я сразу вызвал одного из командиров Политуправления, и озадачил его. Завтра с утра начнёт объезд будущих добровольцев. Ещё утром задачу поставил комиссару, найти переговорщика и тот без раздумий назвал старшего политрука Ларина.

В общем, ту площадку в десяти километрах от города мы застолбили. Туда сразу выехали часть тылов дивизии. Бойцам придётся много копать, землянки, капониры. Попробую туда направить строительный батальон, но это выходить на штаб округа. Палево. Может местных деревенских попросить? Нанять? Подумаю. Я уже назначил начальника Базы А, вот он пусть и договаривается. Пока же оформили бумаги, выделили топливо, и первые грузовики, где в кузовах закреплены были хвосты разных самолётов, у некоторых сняты крылья, там же в кузовах были, начали буксировать к Базе. Думаю, сегодня не успеют, почти четыреста километров по дорогам крутиться им. Завтра будут на месте, переночевав где в пути. Разработкой маршрута штаб занимался, подготовив и место для ночёвки. Да, База далековато, но зато до окружения Киева в сентябре, ею можно спокойно пользоваться, не перенося. Колонна вышла в полтора десятка машин, но только на семи буксировали самолёты, на остальных имущество. Это те, повреждённые, что не на лету, так туда отправляем. А вот «Пе-2», перелетят своим ходом. Да они мне на начальном периоде просто не нужны. Буду формировать экипажи и два опытных инструктора пусть там в тылу их обучают, машина сложная в управлении. Однако, людей в экипажи пока нет. С людьми проблема.

Под вечер, когда я вышел на крыльцо, тут несколько командиров курило, глядя в небо, сам глянул. Там шесть «мигов», что теперь в отдельной эскадрильи 87-го истребительного полка, отрабатывали воздушный бой, причём, работали парами. Как я понял, одна пара изображала противника, две других атаковали. Высота шесть километров где-то. М-да, сырая работа. Много предстоит сделать. Ну пусть учатся. Уже вон темнело, но те ещё отрабатывали заход. Командир эскадрильи, а я назначил на эту должность капитана Евсеева, тоже явно это видел и заставлял отрабатывать один и тот же заход, пока не начало получаться. А ведь в эскадрилью мы отбирали опытных пилотов, никаких сержантов, некоторые имели боевой опыт и награды. Ниже лейтенанта никого. В будущем за счёт этой эскадрильи я планировал развернуть полк асов. Сейчас те набирались опыта. И ничего что в эскадрильи всего шесть машин, больше «мигов» у меня не было, будут, добуду в Белоруссии и технику и людей. Там и разверну всё до штата. Тогда и «пешки» можно будет для ночных налётов в тыл противника задействовать. Планов много, вот и выполняю. Так что поглядев за учениями, странно что над городом вели, в стороне же специальная площадка для отработки разных манёвров и тактических схем. Скорее всего площадка занята, узнаю утром, вот те у города бой и вели, сместившись в азарте на город. Так что сел в машину и доехал до квартиры. Ну и вскоре, после душа, а уже жарко, спать.

Да, днём прибыло семь сержантов, молодые лётчики, только из училищ, первое назначение. Двое пилоты бомбардировщиков, и пятеро истребители. Ну тех, что бомбардировщики, отправил в полк на «СБ», свободные машины там были, у них опыта мало, и лучше пока там на знакомых аппаратах набираться его. С истребителями сложнее. Четырёх я направил в эскадрилью штурмовиков, а то сформировали две эскадрильи, а летать некому. А одного на «ишачок», в 92-й полк. По лётчикам всё. Был ещё молодой воентехник второго ранга, тоже только из училища, звание соответствует армейскому лейтенанту. Что важно, он отлично знал «миги», практика на заводе и аэродроме, где их выпускают и испытывают, была. Так что назначил старшим техником в эскадрилью «мигов», пусть принимает под командование технический состав подразделения. Вот теперь точно всё.

Так время и покатилось, пролетела неделя, даже не заметил, я крутился как белка в колесе, и надо сказать, даже сам замечал, что полки уже не та аморфная масса, что была раньше. Добровольцев мы набирали, как пополнение шло. Политуправление предложило кликнуть клич комсомольцам, и те потянулись к военкоматам. Учить их с нуля, создавать младших специалистов, но главное появлялись рабочие руки. Практики им сразу много было. Проблему с нехваткой радистов решили. Много девушек просилось к нам, и брали. Тот военком легко шёл на встречу. Связистки, укладчицы парашютов, официантки, прачки, даже несколько зенитчиц, и шло пополнение. Прибывали молодые лётчики, хотя мало, несколько лётчиков опытных, их перевели из Центральных округов. Всю неисправную технику, и ту эскадрилью «пешек», перегнали на Базу А. Тут тоже всё создавали с нуля. Охрану с трудом выбил, получили взвод стрелков, и одну пулемётную зенитную установку. Ничего, механиками пополнили, возвращали в строй часть самолётов, за счёт соседних, которые как доноры выступают. Начнутся бои, наши самолёты будут падать сбитые, садиться на вынужденную, вот и доноры, восстановим самолёты и будем перегонять по полкам и восполнять потери. Для чего База нужна, все уже в курсе и понимали её нужность.