Алчность. Жажда магии
- -
- 100%
- +
Я вновь повернулся к приглянувшейся гитаре. Она выглядела совершенно обычно. Самая простая акустическая гитара, которую вы найдете где угодно. Удобная форма, никаких лишних элементов. Самое главное – никаких чар. Потом зачарую собственными руками. Решил, что разберусь с ним уже дома.
– Я возьму эту, – указал я на гитару.
– Хорошо, – сдался старик. – Гитара модели Фея. Довольно старый модельный ряд. Простой дизайн, хорошее звучание и никаких лишних чар. Надежный, проверенный временем инструмент.
– Сколько с нас? – спросила мама.
– Пятьдесят галлеонов.
Не успел отец достать свой кошелек, как мама уже передала необходимую сумму продавцу.
– Это уже подарок от меня, – улыбнулась Диана.
Выйдя из магазина, мы передали гитару Шэду, чтобы тот переместил ее в мою комнату. Подобная участь постигла и все остальные вещи. Мне уже стало жалко нашего домовика, ведь нам ещё предстояло купить одежду и книги.
Конечно, можно было бы купить сундук и закинуть все вещи туда, чтобы дальнейшем уменьшить его и спокойно переместить самостоятельно. Но, как сказал Адам, дома есть хорошая сумка с расширенным пространством, которую делал дедушка лично для него, когда он поступал в Хогвартс.
Дальше наш путь лежал в сторону самого дорогого и элитного магазина одежды на Косом переулке – Твилфитт и Таттинг.
Зайдя в сам магазин, снова поймал на себе заинтересованные взгляды посетителей, а также работников магазина. Один из сотрудников направился в нашу сторону и обратился к отцу.
– Чем могу вам помочь, сэр? – любезно поинтересовался стройный мужчина средних лет. – У нас самые качественные вещи, изготовленные из очень редких и дорогих материалов. Как говорится, любой каприз за ваши деньги.
Сказал и усмехнулся своей удачной фразе.
– Необходим полный комплект одежды для сына: он едет в Хогвартс, – ответил отец, указывая на меня. – Перечислять не буду, думаю, вы и так знакомы со списком.
– Конечно-конечно, – кивая, ответил он и взмахом руки дал указания работникам. – Что-нибудь ещё?
– Думаю, несколько платьев для моей жены не будут лишними, – продолжил Адам, взглянув на радостную супругу. – Конечно же, качество всех изделий должно быть по высшему разряду, включая необходимые зачарования. Я проверю.
– Конечно, – ответил работник, мысленно уже подсчитывая прибыль.
– В таком случае, приступайте, а я подожду на этом милом диванчике.
***
Вышел я из бутика счастливым обладателем целого вороха одежды. В него вошли и наборы мантий на все случаи жизни, и парадные костюмы, множество пар обуви, и все это из самых редких материалов. Конечно, чары, наложенные посторонними, немного не внушали доверия, но отец успокоил, сказав, что все работает, как надо.
В другой раз стоит взять одеж ду, лишенную каких-либо чар, и самому заняться этим вопросом. Покопавшись в памяти, могу сказать, что прошлый «я» был весьма сведущ во всяких бытовых чарах и зачарованиях. Оно и не мудрено, бытие наемника обязывает.
Следующим пунктом назначения был книжный магазин, но к нему я проявил мало интереса. Этому есть простое объяснение: я не думаю, что там было что-то, чего я не смог бы найти в семейной библиотеке.
Оставалось посетить только магазин волшебных палочек. Магазин находился в маленьком обшарпанном здании. Над входом висела некогда позолоченная вывеска: «Семейство Олливандер – производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры». Витрина была пыльной и своим видом показывала, что владелец давно не следит за внешним видом своего магазина.
Стоило только войти внутрь – где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик. Помещение нельзя было назвать крошечным, но свободного места было невероятно мало. Этому способствовали большие завалы из коробочек, стеллажи, которые, казалось, были расставлены абсолютно бессистемно. В сравнении с остальными магазинами, которые старались выделиться внешним видом, лавка Олливандера подкупала атмосферой.
– Добрый день, – послышался тихий голос, который заставил меня вздрогнуть.
Не думал, что ко мне можно так тихо подкрасться. Передо мной стоял пожилой человек с бесцветными глазами. В магическом зрении его аура представляла мешанину цветов, что начало рябить в глазах.
– Добрый день, – в ответ поздоровался я.
– О, да, – старик задумчиво потёр подбородок. – Еще один Поттер в моем магазине.
– Здравствуйте, мистер Олливандер, – поздоровался с ним отец, обозначая свое присутствие.
– Ах, Адам, – воскликнул изготовитель палочек. – Лавр и сердечная жила дракона, двенадцать дюймов. Как поживает мое детище?
– Все отлично, мастер. Никаких нареканий. Ежедневный уход, и палочка всегда, как новая.
– Если бы я не напоминала тебе постоянно, ты бы уже давно забросил это дело, – вклинилась в разговор мама. – Здравствуйте, мистер Олливандер.
– О, прелестная Диана, – старик обрадовался ей, как родной. – Я помню вас ещё малюткой, которая зашла ко мне в лавку. Береза и волос молодого единорога, одиннадцать дюймов.
– Все верно, мастер, – кивнула она.
– В таком случае, этот молодой человек, – сказал изготовитель палочек, глянув на меня, – Должно быть ваш сын?
– Вы опять правы, мистер Олливандер, – ответил на вопрос отец. – Мы пришли купить нашему чаду волшебную палочку.
– В самом деле? – удивился старик. – Мне кажется, что мальчику не нужна волшебная палочка… ещё одна.
– Что? О чем вы? – удивились родители хором.
– Ох, похоже ты им не говорил, – смущенно сказал Олливандер. – Прошу прощения, молодой человек.
– Аварис, – представился я, – Меня зовут Аварис Александр Поттер.
– Приятно познакомиться, Аварис. Думаю, я в представлении не нуждаюсь.
– Верно, мистер Олливандер. Что касается причины нашего визита, то, пока родители находятся в шоковом состоянии, возьму на себя смелость попросить вас продать мне волшебную палочку. Вы не совсем правы, утверждая, что мне не нужна палочка…ещё одна. Мне необходима официальная палочка.
– Что же, наглости вам не занимать, молодой человек, – протянул задумчиво мужчина. – Как, собственно, и ума. На редкость смышленый юнец.
Олливандер замолчал, о чем-то размышляя, а я же, в свою очередь, уставился на него, ожидая ответа. Пока я ждал, родители оправились от потрясения.
– Аварис Александр Поттер! – грозно начала мама, заставив меня втянуть голову. – Я требую немедленных объяснений, что имел в виду мистер Олливандер!
– Я согласен с твоей матерью, сын, – сурово произнес отец.
– Эм… Матушка… Отец… понимаете, – начал я на ходу придумывать объяснения, но был прерван.
– О, я придумал! – воскликнул этот кажущийся сумасшедшим старец. – Я продам вам палочку.
На этих словах я обрадовался, хотя, на самом деле, необходимость официальной палочки я несколько преувеличил.
– Но у меня есть условие, – оборвал мою радость Олливандер.
– Какое? – уныло спросил я, понимая, что мне уже не отвертеться.
– Раз уж ваши родители хотят объяснений, да и я, честно сказать, хотел бы взглянуть на то, что вы скрываете в кольце. Мое условие таково: вы даёте изучить вашу основную волшебную палочку, а я продаю вам официальную.
Очень опасное и весьма неприличное предложение. Дело в том, что у волшебников не принято давать свою палочку в руки кому-либо, кроме членов семьи. Если такое и происходит, то только под клятву о ненанесении вреда. Однако, все меняет тот факт, что Олливандер – изготовитель палочек. Само вступление в данную сферу деятельности подразумевает принесение клятвы о ненанесении вреда палочкам клиентов и самим клиентам.
– Хорошо, – сказал я, доставая палочку. – Прошу, мастер.
Олливандер бережно принял в свои руки протянутую палочку. Родители очень внимательно следили за каждым его действием, периодически метая в меня молнии взглядом.
– Очень сильная и необычная палочка, – заговорил старик, продолжая осмотр. – Не побоюсь этого слова – темная. Однако в надёжных руках может совершить много достойных деяний. Древесина – ветвь фантомной ели. Интересный выбор, хотя я не работаю с магическими аналогами древесины, так как результат необходимо просчитывать досконально. Такой вариант не подходит для конвейерной работы. Древесина дополнена клыком… судя по всему ермунганда. Основой, как я понимаю, выступило его же сердце. Сочетание весьма необычное, и, пожалуй, должен сказать, что мне не по силам сделать такую.
Олливандер ещё немного покрутил ее в руках и передал мне.
– Великолепная работа, – похвалил мастер. – Думаю, я не ошибусь, если скажу, что ее сделал Карлус?
– Вы правы, мастер. Дедушка решил, что должен сам изготовить мне палочку.
– Старый друг всегда был тем ещё выдумщиком. Всегда мог удивить своим подходом и решением проблем. Что же, думаю, стоит приступить к выбору палочки, раз вы выполнили свою часть сделки.
Дальнейшие минут десять были посвящены подбору подходящей палочки. Не было никакого цирка, как в оригинальной истории, лишь подбор методом исключения. Все это время родители не сводили с меня глаз, будто обещая кары небесные за то, что я утаил от них наличие у меня палочки. Однако мне удалось спихнуть всю вину на дедушку Карлуса.
В итоге, я стал обладателем одиннадцатидюймовой палочки из кедра с сердцевиной из пера грифона. Как сказал мастер, палочка хороша в нападении и подавлении врага. Стоит сказать, что слушалась она, хоть и хуже основной, но была довольно хороша.
– Все куплено? – спросил Адам, на что я довольно кивнул. – В таком случае, пора домой.
***
Возвращаться решили тем же путем, что и пришли. По дороге я задал вопрос: «Почему нельзя просто аппарировать?». Позже я понял, что вопрос был несколько глуповат, но отступать было некуда.
Как пояснила мама: аппарировать можно, но лишь действительно сильные маги могут пробить границу миров, чтобы переместиться из одного в другой. Для остальных существовали каминная сеть или порт-ключи. Последние, обычно, были зачарованы таким образом, чтобы проколоть границу и протащить пользователя через эту дырочку.
По прибытии домой меня ожидал сюрприз, в прямом смысле этого слова. Стоило нам выйти из камина, как я чуть не оглох от хорового крика «сюрприз».
Осмотревшись, понял, что здесь была только близкая родня. Вот дедушка с бабушкой в обнимку. Рядом с ними дедушка Флимонт и бабуля Юфимия. Чуть в стороне стоял Джеймс в компании с Сириусом, который уже успел сбежать из дома, громко хлопнув дверью. Собственно, именно они и решили подойти ко мне.
– Ну что, мелкий, – начал Джеймс. – Неужели ты думал, мы забудем о твоём Дне рождения?
– Я на это надеялся, – с усмешкой ответил я, чем вызвал приступ лающего смеха у Сириуса.
– Ох, ну ты, конечно, скажешь, – выдал Блэк, отдышавшись.
– В этом году в Хогвартс, а, Ави? – подмигнул дядя. – Наведём шороху?
– А может быть иначе? – с иронией в голосе спросил я.
– Никак иначе! – хором ответили они и засмеялись.
– С Днём рождения, Аварис, – наконец-то поздравил меня Джеймс.
– Да, с днём рождения! – поддержал его Блэк.
И правда, с Днём рождения меня. Одиннадцать лет в этом мире, если задуматься, то это невероятно большой срок. И это только начало.
Глава 4. Снова в школу
***
Аварис.
Остаток лета прошел в постоянной суете. Благо, сбором вещей занимался Шэд, не подпуская никого из нас к этому делу. Было такое чувство, будто он собирает меня на войну.
Родители давали последние наставления, связанные с социальной интеграцией. Заставили вызубрить имена тех, кому можно доверять и кому не стоит. Были советы о том, как завести полезные знакомства, которые могли перерасти в союзнические отношения. К тому же, был выдан список семей, с которыми желательно было породниться, конечно, оставляя окончательный выбор мне. На вопрос, почему Джеймса не мучали так перед поступлением, получил ответ, что, в отличии от него, я Наследник. Таким образом, на меня возлагалось больше ответственности, ведь мои слова или действия будут приравнены к политике рода Поттеров.
В свою очередь, Джеймс тоже не отставал от семьи, и каждый свой визит садился мне на уши с агитацией поступления на Гриффиндор. Однако, все прекрасно понимали, на какой факультет я попаду. Пришлось заверить Джеймса, что даже если не поступлю на Гриффиндор, то не оставлю его одного, ведь мы в ответе за тех, кого приручили. Эти слова вызвали всеобщий смех и наигранную обиду со стороны младшего Поттера.
Помимо всего прочего, я заново привыкал к гитаре. Кожа на пальцах спустя пару мелодий начала болеть, но я упорно продолжал играть. Благо, что тело становилось все более крепким, да и мелкие медицинские чары никто не отменял. Правда, пришлось ради этого перелопатить библиотеку на предмет наличия этих самых чар.
Когда настало время отправляться, нас провожали всей семьей. Пожалуй, такого количества Поттеров вокзал еще не видел.
Матушка расчувствовалась, и никак не хотела отпускать меня, но все же была вынуждена выпустить меня из своих объятий. Подхватив сумку и еще раз со всеми попрощавшись, пообещал регулярно писать письма.
Пришлось пройти несколько вагонов, прежде чем удалось найти пустое купе. Закрываться я не стал, лишь наложил заглушающие чары, дабы мне не докучали посторонние звуки.
Я ехал в Хогвартс. Казалось бы, что стоит радоваться или быть в предвкушении предстоящих событий. Однако сейчас, находясь в купе Хогвартс-экспресса, я был предельно серьезен и хмур. Ведь, в очередной раз, меня посетило осознание реальности происходящего и того факта, что это далеко не добрая сказка.
Раньше я был в окружении любящей семьи, которая старалась оберегать меня от всех невзгод, но сейчас я остался практически один. Да, Хогвартс – это далеко не весь магический мир, но, все же, в этом месте строятся зачатки возможных союзов и выкладывается фундамент жизненного пути. Своеобразная ячейка социума.
Забавно, что в первую очередь я подумал о создании союзов, но никак не о заведении друзей. Все же, хоть и детское тело даёт о себе знать, взрослое сознание довольно сложно перекроить.
Тронувшийся поезд заставил вынырнуть из своих мыслей. Оказалось, к моменту отправления в купе я уже был не один.
Напротив меня сидела парочка детей. Мальчик и девочка.
Мальчик имел довольно крепкое телосложение, но был типичного роста для одиннадцати лет. Серьезное выражение лица, которое явно было скопировано со взрослых, резонировало с густой и растрёпанной шевелюрой русых волос. Он сидел прямо напротив меня и, по большей части, смотрел в окно.
Девочка же, в свою очередь, была миниатюрной и, судя по всему, довольно непоседливой. Аккуратно причесанные волосы темно-каштанового цвета обрамляли ещё по-детски пухлое личико. Она сидела и раскачивала ногами, по выражению лица можно было заметить внутреннюю борьбу. Судя по всему, она хотела начать разговор, но то ли боялась, то ли стеснялась это сделать.
– Прошу прощения, – решил я начать первым. – Не заметил, как вы вошли.
Своей фразой я привлек их внимание.
– Привет, – с улыбкой сказала девочка, а мальчик лишь кивнул в знак приветствия.
– Аварис Поттер, к вашим услугам, – представился я и вопросительно посмотрел на попутчиков.
– Руфус, – хмуро сказал мальчик. – Скримджер.
– Амелия Боунс, – с улыбкой выпалила непоседа.
На несколько минут воцарилось молчание, так как дети не знали, как завести разговор, а я размышлял о своих новых знакомых. Вот уж не думал, что вот так запросто встречу двух влиятельнейших, в будущем, волшебников.
Руфус уже в таком малом возрасте напоминал свою взрослую копию, что не скажешь об Амелии. Как эта егоза могла превратиться в вечно серьезную даму.
Долго молчание не могло продлиться долго, и идиллия была нарушена Амелией.
– А на каком факультете ты учишься, Аварис? – спросила она, забавно наклонив голову.
Такой вопрос заставил меня засмеяться. Я, конечно, понимаю, что выгляжу немного старше сверстников, но не думал, что настолько.
– Что смешного? – обиженно надула губы девочка.
– Ох, прости, – сказал я, отдышавшись. – Ты права, ничего смешного, но у меня появилась идея. Может, попробуешь угадать, на каком я факультете?
– Хорошо, – согласилась она после минуты размышлений. – Хаффлпафф?
– Не угадала, – мягко улыбнувшись, ответил я. – Ещё попытка?
Амелия крепко задумалась, не желая больше ошибаться. Однако ее мысли были прерваны тихим, но твердым голосом.
– Гриффиндор, – сказал Руфус. – Поттеры всегда попадают на львиный факультет.
– И опять мимо, – я уже откровенно веселился на их счёт. – Ещё попытка или сдаетесь?
– Райвенкло! – вместо ответа выпалила девчушка.
– Похоже, вы исчерпали все попытки, но так и не смогли отгадать. Как это печально.
– Что?! – удивлённо воскликнула Амелия. – Неужели Слизерин? Да не может такого быть.
Мне оставалось только веселиться с ее эмоциональности. Настолько непосредственное общение без политесов, присущих взрослым и детям, которые пытаются подражать родителям.
– Ты права, – поспешил я успокоить Амелию и с веселой улыбкой продолжил. – Я такой же первокурсник, как и вы.
Сказать, что мое заявление вызвало шок – ничего не сказать. Руфус потерял всю свою серьезность и вытаращил на меня глаза. Амелия не отставала от него в своей эмоциональности и просто сидела, уронив челюсть, а в глазах так и читалось абсолютное непонимание ситуации.
– Теперь ты просто обязан нам все рассказать, – сказала девочка, состроив серьезную мордашку и уперев руки в бока.
Похоже, первый контакт налажен, и, судя по всему, поездка перестала быть скучной.
Весь остаток пути прошел в разговорах, в которых мы рассказывали о своих увлечениях. Каждый поделился тем, на какой факультет хочет попасть. Общение проходило довольно живо, и даже Руфус практически отбросил свою напускную серьезность.
После объявления о скором прибытии нам не пришлось прерывать общения, так как все изначально были в школьных мантиях. Переодеваться в поезде имеют обыкновение дети маглов и те, кому приходится добираться до вокзала по магловскому миру.
К моменту прибытия погода видимо решила, что, для лучшего погружения в атмосферу, не помешает сильная гроза. Ветер усилился, едва не снося бедных первокурсников, дождь лил как из ведра. Молнии били практически без перерыва, гром также не замолкал, превратившись в один громкий гул.
Я думал, из-за погоды отменят ужасную традицию переправки первокурсников по озеру, но, похоже, мои надежды были тщетны. На воде ситуация становилась все хуже, и детям приходилось прилагать немало усилий, дабы удержаться в лодке. Благо, что обошлось без жертв, и мы смогли добраться относительно спокойно.
Хогвартс, по моей логике, должен был восхитить меня своим величием и красотой, но этого не случилось. На это были свои причины.
Это все-таки замок, хоть и довольно большой, а не дворец. Замок не должен восхищать красотой, он предназначен для обороны. Все в этом месте говорило об этом. Высокие стены с зубцами, бойницы вместо широких окон, грамотное расположение башен, чтобы часовые смогли заметить подход врага. Даже его расположение говорило об обороне. Высокий холм, защищенный с одной стороны озером, а с других – густым лесом. Да и сам замок был не таким уж и большим. Даже его магическая защита была предназначена только для отражения нападения.
Хотя я придираюсь, для неискушенных детей этого зрелища было достаточно, чтобы проникнуться торжественностью момента.
Добравшись до замка, не заморачиваясь, высушил себя и своих новых знакомых, чем заработал благодарные и заинтересованные взгляды. Конечно, можно было высушить всех детей, но я не видел в этом необходимости. Они для меня – посторонние и незнакомые люди, тем более, что ими наверняка должен заняться кто-нибудь из встречающих сотрудников школы.
Зайдя вместе с остальными первокурсниками в Большой зал, стал разглядывать потолок. Довольно интересная система иллюзий, что показывала погоду, царящую вне стен замка. Сам же зал ничего особенного из себя не представлял. Четыре больших стола, по количеству факультетов, гербы каждого из них висят над столами. В отдалении от общих столов стоял преподавательский стол.
Разглядывая Зал, заметил взгляды, которые все бросали на меня. Виной всему, конечно же, были Джеймс и Сириус. Судя по оценивающим и заинтересованным взглядам других «львов», эта парочка уже успела меня всячески разрекламировать.
Последующее далее распределение происходило вполне обыденно. Амелия попала к «барсукам», и, пожалуй, тут я согласен с выбором шляпы: этой болтушке там самое место. Руфус, к моему удивлению, попал на Гриффиндор, собственно, как и я сам.
Уже сидя за столом факультета и принимая поздравления от Джеймса и его друзей, я слушал речь директора и разглядывал учителей. Состав их был практически такой же, как и в книгах. Исключением являлись, пожалуй, только пара неизвестных мне преподавателей и, конечно же, Слизнорт, который на тот момент являлся преподавателем зельеварения и, по совместительству, деканом Слизерина.
Разглядывая преподавательский стол с помощью магического зрения, заметил, что тенденция в магическом развитии сохранялась, хоть и выглядела не столь критично. Все учителя по уровню сил соответствовали мастерам, хоть и не таким сильным, как дедушка Карлус или отец. Однако в остальном картина похожа с обычными обывателями, то есть гипертрофированный магический канал в руке и превалирование нейтрального эфира. Хотя использование нейтрального эфира не считалось чем-то ужасным, лишь у троих преподавателей я заметил стихийный окрас. Конечно, и развитие магических каналов оказалось не столь ужасное, как у большинства магов в этом мире. Заметно, что они прилагают усилия в развитии, и теперь, если отнять у этих магов палочку, они не будут беспомощны, но потеряют существенную долю своих возможностей.
Однако за преподавательским столом выделялась одна фигура – директор. Его аура была насыщена Огнем и Светом. Интересное сочетание стихий. Да и не было заметно перекоса в развитии каналов. К тому же, директор по силам превосходил весь преподавательский состав, то есть был равен магистрам. Слабым, но магистром.
Согласно данным их архива, маги, которые достигли этой планки силы, были весьма уважаемы. Магистры были основной магической силой государства, ведь архимаги были весьма своевольны, и им сложно было диктовать условия. К тому же, разрыв в силах между рангами был колоссальный. Таким образом, один такой маг, как Дамблдор, мог спокойно выйти победителем в сражении против десятка мастеров. Конечно, все это условно и зависит от личной силы магов и их подготовленности к сражению. Бывают уникумы, что по силам уже давно превзошли свое звание, но не были признаны теми же магистрами по причине недостаточного опыта или вклада в развитие магического искусства. Именно опыт позволяет выйти победителем из заведомо невыгодного положения.
Однако все это лирика. Факт в том, что Дамблдор действительно является достаточно сильным магом, но я абсолютно уверен, что в этом мире есть рыбы и покрупнее. Отсюда возникает вопрос. Что мешает директору развиваться дальше? Каждый может достичь вершины, разница лишь в количестве приложенных усилий.
Остаток вечера прошел без каких-либо неожиданностей. Стоило закончиться ужину, как старосты факультетов повели нас в гостиные.
– Первокурсники, – громко сказал русоволосый подросток с изможденным лицом и значком старосты факультета. – Разбейтесь на пары и следуйте за мной.
В итоге все равно получилась неорганизованная толпа детворы, но, так или иначе, началось наше небольшое путешествие до гриффиндорской гостиной. По пути успел понаблюдать за работой движущихся лестниц.
Добравшись до пункта назначения, пройдя через портрет Полной дамы, мы попали в гостиную, оформленную в красных и золотых тонах. Общее помещение было не очень большим, но было устроено таким образом, чтобы всем хватило места, как для учебы, так и для отдыха. Помещение было поделено на зоны. На переднем плане был камин, напротив него диван и несколько кресел, судя по всему, для спокойного отдыха. В некотором отдалении, в одном из углов, стояли столы с шахматными досками и прочими развлечениями. В противоположной от игровой зоны стороне стояли несколько стеллажей с книгами и парочка больших столов. В дальнем от входа конце находились две лестницы, которые, вероятно, вели в спальни.
– Поздравляю! – торжественно начал староста. – Мое имя Римус Люпин, староста факультета Гриффиндор, и я рад приветствовать вас в стенах нашей школы. На гербе нашего факультета изображен лев, являющийся одним из старейших геральдических символов и олицетворяющий силу, мужество, великодушие и отвагу. Цвета факультета: алый, являющийся символом любви и смелости, и золотой, что представляет богатство, силу и справедливость. Общая гостиная, в которой мы сейчас находимся, расположена в Гриффиндорской башне. Второй по высоте башне, после Астрономической. На нашем факультете училось множество великих волшебников, таких как Альбус Дамблдор, и я надеюсь, что в будущем вы также прославите наш факультет. Не буду более задерживать, девочек в спальни проводит вторая староста факультета – Лили Эванс. Остальные, следуйте за мной.