Ключ скрытый в строении мироздания. Трактат об огне и соли
- -
- 100%
- +
II. Ибо ничего, кроме Священного Тела Христова, не может рассматриваться более великим, ярким и очевидным по смыслу (когда Христос в Нас и с Нами до скончания века, пусть и прикровенным образом), когда Христос обуздывает и воспрещает внутреннюю гордыню (ferocia) Души и Тела: Бог наделил нас разумно столь значимым Лекарством, «чтобы мы были прославлены по примеру Его самого», ибо своим воплощением он возжелал всех нас увлечь ввысь за собой к тому же самому совершенству, и приказал, чтобы нас питали той же самой существовавшей извечно Манной Небесной.
III. И поскольку Един Господь, Един Посредник, Един Человеческий Род, Един Мир, и в нем есть лишь Единая Церковь, которая конец и предел, смысл и граница Дольних вещей, а равно и божественной Воли в них, «то крайне необходимо, чтобы все части этой Церкви, какими бы они не были, сделались бы едиными усилием Таинства, объединяющего вещи и их подчиняющего; также необходимо, чтобы Христос реально даровал своим последователям, в соответствии с обетованием, плод от виноградника своего Таинства, что не может иметь места в Жизни вечной после Страшного Суда». В Таинстве сем заключена блаженная и Спасительная Агапа, на которую раньше ежедневно собирались Мужи Апостольские, узрев которую, Сатана осознал будущее совершенство восстановленного Естества и побудил к тому, чтобы все ее участники являлись только ненасытными людьми, предающимися телесным удовольствиям, от коих прежде освободился Христос со своими учениками.
IV. Так произошло оттого, что Сатана замыслил великую Ненависть против самой совершенной Истины. Ибо Сатана очень стремится достичь своей цели, о чем не может свободно говорить без глубокой зависти к будущему возвышенному совершенству в общении всех святых. Потому он и посеял ложь среди многих иных истин настолько, насколько эти истины могли ее воспринять, и ошеломленный и потрясенный данным усилием мир не осмеливается даже роптать. Однако Христос, не прекращая быть бедным, одержал победу, несмотря на зависть иудейскую, которая не могла не страдать, видя его снисхождение, слитое с суровостью, как он всегда будет поступать по отношению к своим последователям.
V. Пришествие Христово, будучи полностью предопределенным, сформировало души по своему образу, объединив всех их вместе в животворящем Евхаристическом Собрании (synaxin), дав, по меньшей мере, после Первородного Греха Пример абсолютной терпимости, понадобившейся прежде Восстановления Души и Тела в Синаксии, что стало необходимым из-за существования греха, который сам по себе искупался в Евхаристии; вот почему в первоначальный период своего закона Евхаристией окончательно восстанавливались прежде тел только фактически грешившие Души, как и имело место до сего дня 1546 года, дабы затем пресвятое таинство Тела и Крови Господних применилось бы ко всякому человеческому телу, став доступным всякому совершенному или ущербному человеческому телу, которому оно раньше не сообщалось, и соединилось бы затем в дольних существах во славу Христа и Бога вплоть до Страшного Суда, ибо все должны собраться высоко в вечности при виде славы Господней и Христовой. Поскольку Отец хочет, чтобы его Сын, Иисус Христос, был бы не только познан в дольних существах и оплакан на месте своей казни всеми своими распинателями, но и обожаем и почитаем, когда бы вечная хвала во Христе, существующем в Нем самом, возносилась бы к Отцу в Небо.
Глава XIII. О необходимости Посредника
I. Абсолютная и устойчивая истина заключается в том, что Бог, являясь неизменным, не может быть подвержен или склонен ни к какому чувству, ни к милосердию, ни к ненависти. Но одинаково верно и то, что людям свойственна изменчивость, способная их направлять к ненависти или к милосердию. Ибо люди созданы по столь совершенной причине, что весь мир был сотворен для их собственного бытия; посему необходимо либо чтобы Бог, создавая их, заблуждался в своем намерении, что невозможно, либо чтобы ему представилось средство, благодаря которому он бы мог сделаться изменяемым. Итак, сам по себе Бог не может полагаться таковым, поскольку он стал бы конечным и восприимчивым к превратностям.
II. Отсюда абсолютно необходим Посредник, являющийся одновременно Богом и Человеком, и распределяющий Правосудие и Милосердие для нас. Ибо сколь для самого Господа Бога верховное Благо заключается в незыблемом и вечном законе добра и правосудия, столь и Слава самого Христа состоит в смягчении наших страданий и снисхождении к ним.
Колесо Фортуны
III. Для каждого ведомого по жизни Разумом очевидно следующее: либо цель творения была лишена всякого смысла и тогда все потеряно для человека, каждый день преступающего предписанный ему закон, что невозможно под властью всемогущего Бога, либо же Господь сумеет узнать все совершенные до сего дня грехи, сообразовавшись собой с нами, и будет помнить прежде только о тех из них, которые должен исправить. Но поскольку Бог не может поступать подобным порядком из-за неподвижной суровости Правосудия, то ему необходимо располагать творением, которое могло бы само по себе соединяться с ним, выполняя то, что он сам по себе не в состоянии исполнить ни в творении, ни в управлении отдельными вещами. И поскольку предвечный и всемогущий Бог создал мир и людей способными в одно и то же время пребывать во всех иных совершенствах, коими они бы и впредь обладали, не впав в грех, поправший милосердие в Низших, то нужно было или заблуждаться в своей цели, не взирая на свою волю, или позабыть все прежние изъяны и грехи, настойчиво их изгоняя и восстанавливая, таким образом, Человеческое Естество, пусть даже оно и могло еще согрешать против Духа Святого, как станут действовать нечестивые адепты четвертого и последнего Антихриста, к которым после всеобщего Восстановления не будет никакого снисхождения ни в нынешних, ни в грядущих столетиях.
IV. Поскольку видно, что требуется Уничтожение и Прощение всех грехов, проистекающих от немощи, обретенной в Первородном Грехе, то стало необходимым, чтобы конечный и бесконечный Посредник претерпел бы безмерное наказание во искупление нашего безмерного долга, и мы были бы не только освобождены от наказания, но еще и восстановлены в славе. Кроме того, еще понадобилось, чтобы «с одолевшей Мир суетностью истребились бы все причины затмений Интеллекта и все ложные Дисциплины, и Мир, предавшись в молитве и медитации одним священным вещам, всей душой усвоил бы могучую истину, дабы не только иссякли Недуги Души и их истоки, но и он достиг бы вечной жизни в теле каждого из живущих».
V. Когда стало необходимым, чтобы Прощение грехов обрело бы высшее совершенство, и грех был бы полностью искоренен, то потребовалось, чтобы порожденная грехом Смерть целиком истребилась бы, поскольку она не существовала прежде греха; чтобы смерть была бы уничтожена там, где ее не должно было быть, но не там, где ее не было. Ибо, сколь долго еще не продлится смерть, изничтоженная Христом силой собственной смерти, абсолютное прощение греха не будет достигнуто самим грешником, ведь всякий благой человек должен умереть перед Воскресением. «Поистине надо, чтобы каждый содействовал данному совершенному Отпущению грехов и все бы приняли священную Синаксию, чтобы тела всех благих людей пробудились бы и соединились бы с нами, и Безбожники, таким образом, не оправдались бы на этом Суде и грешники не вернулись бы в благодать Праведных».
Глава XIV. О способе воскресения
I. Поскольку необходимо, чтобы осуществилось совершенное Общение всех набожных людей не только в заслуженных благах, которые должны быть даны Богом, но и в приятии тела Христова; и если нужно, чтобы абсолютное Отпущение грехов и избавление от наказания за грех исполнились бы прежде, нежели реализуется Господня Воля на Небе и на Земле, то «Воскресение всех Благочестивых Людей, живших во спасение и в надежде на него, могло бы иметь место за несколько столетий до Страшного Суда, дабы они были способны общаться с живущими и с Искупителем, утешая тех, кто отягощен трудами настоящей жизни», и вдохновляя их небесным сиянием великого Воздаяния, которого они вскоре достигнут, как это произошло бы после восхищения из сей жизни с Прародителями, их сыном и их потомством, когда бы не случилось грехопадения.
II. «Одинаково понадобится, чтобы все те, кто переживут Страшный Суд, изменились бы определенным образом и, став Бессмертными, могли быть лишенными жизни только по своей собственной воле»; и воспрянут поначалу в Милосердии или во Христе Мертвые, исполнившие благо и пострадавшие за известную или неизвестную любовь во имя его, ибо все умервщленные во Христе восстают первыми. Это ближайшее Воскресение, в котором обретут Блаженство все принявшие в нем участие. Ведь первым и главным Воскресением было Воскресение Христово; начиная с 1546 года, может начаться Воскресение всех, кто суть Христы (помазанники), и, наконец, в Страшном Суде произойдет истребление нечестивых и Воскресение тех, кто был подвергнут смерти Армилоном, и одни пойдут во спасение, другие же – в вечное наказание.
III. Когда всякий сотворенный человек в сей жизни прикоснется к Телу и Чаше Господней, только тогда в начале этого новейшего Дня исполнится как Восстановление живых, так и Воскресение Блаженных. Ибо все Христово время, простирающееся в двух церковных периодах, называется не только новейшим Временем, но и новейшими Днями и даже последней Порой! Вот почему возлюбленный Христов Ученик говорит со всей откровенностью: дети мои, вот новая Пора; и эта Пора продлится уже 1500 лет. Следовательно, Воскресение свершится новым Днем, но в очень продолжительном временном промежутке. «Ведь нужно, чтобы тела тех, которые мертвы во Христе и которые должны соединиться с ним, восстали бы сначала вечером (in vespera) или к концу Субботы, или, по крайней мере, воспряли бы все те, кто были убиты последним Антихристом, являющимся воспретившим истину Антибогом, Αντιθεος, число коего 666, поскольку на следующее утро восьмого дня произойдет обрезание (совлечение) всякой плоти у всех тех, кто смогут преобразиться».
IV. Все сие исполнится, и тогда начнется Жизнь вечная в восьмой день после Субботы; эта обретшая вечность в течение Субботы Жизнь, не будет бессмертной до тех пор, пока не умрут вместе по примеру Христа, коему по силам было вовсе не умирать, Енох и Илия. Для чего понадобится увеличение заслуг Праведных. Затем враждебная смерть сокрушится и вместе с Мировым Зверем будет брошена в Огненное Озеро от начала Субботы, к послеполуденному бодрствованию которой мы уже подходим.
V. Итак, всем необходимо не только веровать, но и познавать Божественные Таинства, установленные по причине греха на протяжении двух периодов Церкви, дабы Вера, обратилась бы в созерцание, Пророчество в благоразумное Рукоположение, Писание в ясное Умозрение, и был бы, наконец, на всей Земле только один Понтифик, Император и Учитель, Верховный Руководитель, который находился бы по примеру Адама на том же самом приобретенном нам Христом месте; и был бы только один Язык, единый Дух, единый Культ, как и единый Бог, почитаемый в Иисусе; и вся земля, начиная от Сирии и Святой Земли, очищенная от безбожников, Фараона и его приспешников, Исава, Амалика, Моава, Аммона, Пелессета и Хананеев, одинаково предалась бы Богу и его Культу».
Глава XV. Смысл пребывания в вечности
I. Абсолютно верное воззрение заключается в том, что всякая вещь некоторым образом несет в себе подобие своей причины. Вот почему необходимо, чтобы Бог отразил в сотворенных вещах собственные признаки, чтобы вещи, обладающие определенной отметиной блаженства, достигали бы в своих качествах Его самого. Значит, Бог, исходя из наиболее совершенного и трансцендентального способа рассмотрения, является Сущностью, Единством, Истиной и Благом; и никакое творение не может быть лишенным такого же способа рассмотрения.
II. На самом деле нужно, чтобы всякая реальная вещь обладала сначала не только Сущностью, а еще и была единой, но не единой в смысле одной, а подлинной и адекватной Интеллекту, и не только единой и подлинной, а еще Доброй и представляющей определенное Благо. Ибо пределом этих четырех качеств является Благо. Они будут все пустыми без Благодати Добра. То же самое развитие можно увидеть и в естественных причинах. И хотя всякая вещь целиком должна была находиться в действенной, материальной, формирующей и конечной причинах, тем не менее, первые три причины реально стремятся к четвертой и последней из них.
III. Так и во всех вещах 1) материя и 2) форма з) содействуют в образовании их состава, и, следовательно, конечное свойство должно занимать 4) четверичное место. Обладание им будет обеспечивать большое доверие к смертным. Ведь если бы оно являлось полностью умозрительным, словесным и посредствующим (instrumentum), оно, тем не менее, должно было оставаться Реальным на своем четверичном месте, и этим качеством притягивать все предшествующие свойства к себе. Цена и стоимость любых вещей определяются наподобие этого, а также на основании ценности, которую несет в себе всякая драгоценная вещь, к примеру, золото, драгоценные камни и т. д.; кроме того, цена вещи зависит от умелости рук, ее изготовивших (manupretium), и сравнительного Превосходства каждой из вещей; и если даже неопределенные вещи были бы оценены в данной манере, а их предел и предназначение выявились бы намного лучше, все равно три данных установления стремились бы к прояснению и уточнению, то есть к цене, которую они реально составили (в четвертом свойстве – В. Т. – Г.)
IV. Природный год разделен на четыре периода: он начинается с Осени и стремится к Лету, своему четвертому сезону, в который созревают все плоды. Одинаково и Луна имеет четыре фазы в своем новом отражении Солнца; и все вещи располагают Сущностью, Жизнью и Смыслом, которые стремятся к Умозрению, где они должны снискать свое Бессмертие. Также и Отцы желают еще достаточно прожить, чтобы в благоразумном возрасте своей старости узреть своих Сыновей, перешедших из Детства и Юности в Зрелость (Robur). «Ибо высшая фаза заключена в Духе, который приходит в четвертый и последний день».
V. Так и по отношению к Богу, в котором Сила, Мудрость и Красота сформировали все вещи в Милосердии по причине Человека. Ибо Честное, Приятное и Полезное сходятся в окончательном Благе.
VI. Поскольку все эти вещи и большое число иных, сущих в Естестве, были подобным способом образованы Богом, то необходимо, чтобы проистекающие от Бога священные вещи были бы подчинены тому же самому условию существования и направлялись бы в Нем посредством четырех порядков, три из которых являлись бы наименее совершенными, достойными и действенными, нежели четвертый порядок.
VII. Итак, Христос-Посредник изначально располагает по примеру Бога четырьмя промыслами, от которых исходит сила четырех Периодов его Церкви. Первый промысел может восприниматься в предвечной Мудрости Отца; второй может олицетворять сотворенную прежде всех вещей в Христовой Душе Истину, единую в Божестве; третий видится в Сыне Божием, воплотившемся от Приснодевы Марии и обрекшим себя на страдания (passus); четвертый промысел подытоживает три предыдущие, когда сын Бога и Марии пребывает в Святом Таинстве Церкви, в котором он может сообщаться со своими творениями способом наиболее подходящим для себя и для них. «Таким образом, он сам Хлеб Жизни и Слово Божие, духовно питающее всех Людей и сохраняющее в них благодать. Он мог показать столь великий пример только под видами Хлеба и Вина, заключив себя реально в свои частицы, которые должны воплотиться с ним. Итак, те, кто, будучи даже нагими сами по себе, приемлют причастие с Верой, жаждой, горением, облачатся Христом, полностью изменившись в нем самом и внутренне соединившись с ним; и без сего вкушения (insitio, прививки) никто не в силах достичь совершенного спасения». Таково блаженство четвертого периода Церкви и Обедня, которая должна объединить всех людей. Вот почему следует выяснить в отдельных фрагментах Ветхого и Нового Заветов, сколь великим станет грядущее Совершенство и какой точки оно достигнет в четвертый период Церкви.
I. Фрагменты Нового Завета, устанавливающие период Старости Церкви
VIII. Будучи Предвечной и Избранной Истиной, Иисус Христос для сохранения Церковью наисовершенной основы своего Учения самые возвышенные истины облекал в Притчи: так он имел обыкновение молвить к народу, с которым Бог общался в духе Моисея; и все Священное Писание является только подобием или сплошной и сообразной с нашим Детством аллегорией божественных вещей, в которой Христос нам иносказательно представляет все глубочайшие стороны своего учения. Первой и главной из этих притч есть притча о сеятеле и семенах; в ней, согласно Святому Евангелию от Марка (Глава IV, стих 13), Христос обращается к своим ученикам: «И говорит им: не понимаете этой притчи? Как же вам уразуметь все притчи?» Следовательно, данная притча – ключ к разумению Писания, и ее нужно изложить и рассмотреть отдельно.
Интерпретация Тетраграмматона Гильома Постеля Элифасом Леви
IX. «слушайте: вот, вышел сеятель сеять; и, когда сеял, случилось, что иное упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то. Иное упало на каменистое место, где немного было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока; когда же взошло солнце, увяло и, как не имело корня, засохло. Иное упало в терние, и терние выросло, и заглушило семя, и оно не дало плода. И иное упало на добрую землю и дало плод, который взошел и вырос, и принесло иное тридцать, иное шестьдесят, и иное сто. И сказал им: кто имеет уши слышать, да слышит!» (От Марка Святое Благовествование, Глава IV, стих 3-9).
X. В этой притче Господь сеет семя Слова Божия в поле своей Церкви, которая приемлет Святые Вдохновения в разных условиях. Первое семя упало при Дороге дорог, то есть вблизи сознания или закона естества, пребывающего в сознании или на пути естества; но люди, пренебрегши Словом Божиим и посланными Святыми Вдохновениями, попрали их ногами, и пришедшие Демоны исхитили у духа воспоминание о божественных Предписаниях, и тогда люди были поглощены Потопом. Второе упало на каменистое место сердец Евреев, лишенных милосердия, которые, только восприяв семя, когда гремел еще глас их Бога, тут же стали поклоняться золотому тельцу, тогда как иные роптали против него; таким образом, семя это увяло, не имея корня, и застигнутые самим сеятелем в святом гневе грешники были лишены жизни. Ибо в Третьем месте Терние или Богатства заглушили Христианство как только оно взошло от семени, и из этого, мне представляется, должно извлечь пользу. И в Четвертом месте семя «дало плод… и принесло иное тридцать, иное шестьдесят, и иное сто…», поскольку минувшие Три Периода – Детство, Юность и Зрелость – оказались бесплодными в потенции, не будучи восполнены добрыми Христианами, Евреями и Мусульманами, соблюдающими Закон Авраама и желающими называться наследниками закона естества. Значит, эти три первых периода были отвергнуты, и вот почему Ученики, сопровождавшие Христа, шедшего на смерть, трижды клонились в сон, но не заснули в четвертый раз; вот почему Петр, самый возвышенный из апостолов, трижды отрекался от своего Господа во имя всех, но в четвертый раз, преображенный Восстановлением в нового Петра, который должен возродить всех людей, он укрепил и утвердил в вере своих братьев.
XI. И еще хотелось бы отметить угрозу, прореченную Отцом семейства, вырвать Смоковницу, которая оставалась бесплодной в течение трех лет, но его садовник получил отсрочку на четвертый год, дабы обработать стебель древа и удобрить почву под ней навозом, после чего, если смоковница не станет плодоносить, то будет окончательно уничтожена. Сему подобны и три меры муки Слова Божия, в которые Сарра, первейшая из всех женщин, положила закваску, чтобы затем ее закваска воспроизвела согласие во всем. Вот почему Отец семейства призывает трех гостей на свою Трапезу: но первый из них не может прийти из-за приобретенного имения – он олицетворяет Каина с естественным Законом; второй не в состоянии это сделать из-за своих пяти пар быков, указующих на Писанный Закон или Пятикнижие Моисеево, трудясь попусту для Господа в пяти направлениях. Третий, который оправдывается женитьбой, представляет собой развратное вожделение и симонию в Законе Благодати. Вот почему Отец семейства никого не допустил из них к своей Трапезе (она является еще не вечной трапезой, но трапезой, имеющей место теперь, что нужно разуметь), и тогда он повелел привести слепых, хромых, нищих, увечных, которых только можно разыскать по путям и дорогам, чтобы вкушать приготовленное; и сие должно ныне случиться во всем мире.
XII. Но аллегория пострадавшего и ограбленного на Иерихонской Дороге Человека намного яснее, исходя из смысла той же самой истины: Человек, спустившийся от града Иерусалима или от вечного Блаженства, и направлявшийся в полный превратностей Иерихон, пал от рук разбойников, то есть демонов, которые его ограбили, ранили и оставили лежать полумертвым при дороге. Жрец (Sacerdos) закона Естества, проходя, увидел раненого издалека и пренебрег им. Левит Моисеева Закона, поспешая затем в то же самое место, едва упомянул в ежедневных Обрядах и Жертвоприношениях о человеке, получившем рану, и одинаково устремился прочь. И только третий, будучи добрым Самаритянином, то есть Христом, родоначальником (parens) Естества, дарующим благодать, и исполнителем Закона, пролил на раненого масло и вино, перевязал его и, поместив на вьючное животное, представляющее собой Человечество, взял попечение о пострадавшем и умастил рану Вином Справедливости и Маслом Милосердия. Ибо две сестры – Справедливость и Милосердие – нежно объявшие во Христе друг друга, не могут находиться порознь. И Самаритянин оставался с Немощным целый день, который продолжался до сих пор. Затем он сопровождает Немощного в гостиницу, чтобы ухаживать за ним еще день, который продлится до 1546 года, спустя который, он дает содержателю гостиницы два динария от вещей высших и низших – от Власти и Разума – доверив целиком Немощного, то есть немощь Человеческого Естества, на попечение хозяина, дабы он позаботился о пострадавшем во имя Самаритянина, возливая на него Масло и Вино и снабжая всем, что требуется для его исцеления.
XIII. Это второй Петр, это Илия, который прийдет тогда для восстановления всех вещей. Это другой Моисей, подобный первому. Это Иоаким, восстановивший похищенные сосуды священных сокровищ. Это Христос, который явится тогда ни в первое, ни во второе, ни в третье, но в четвертое Воскресение (Veille), грядя над морем всех Народов и поддерживая себя единой силой. Это Четвертый Ангел Фиатиры, правящий над всеми народами стальным бичом, отчего Господь ему даст Утреннюю Звезду (Апокалипсис, Глава II, стих 27, 28). Именно он соединит в себе трех следующих Ангелов – пятого, шестого и седьмого – и станут они одним! Это учение обнаруживается у Святого Иоанна Богослова, четвертого Евангелиста, ибо без Притч, посредством Веры, Власти, руководствуясь Разумом, он четко донесет все вещи и обучит души всех людей парить в высоте по примеру орлов; и он будет казаться самым проклятым из всех Людей и проповедовать все, что необходимо Христу. Это он, который, в-четвертых, назван Нафана-Илом (Даром Господним), истинным Израильтянином, в коем нет лукавства. Повинуясь данному таинству, сам Христос являлся четвертым, не только, когда сопровождался своими тремя возлюбленными Учениками на крестные муки, но и когда преобразился. И вот почему, находясь четвертым вместе с Моисеем и Илией, он завершает, по образу четвертого семени, Три Несовершенных Периода Естества, Писания и Благодати, которые не смогут исполниться в потенции «до тех пор, пока не настанет четвертый Период, несущий их Трансформацию, когда Илия, товарищ Еноха, Моисей и Иисус воплотят Силу в Действие, когда первый закон Естества, второй закон Писания и третий Христов Закон Благодати принесут плоды дважды по тридцать, дважды по шестьдесят, дважды по сто раз, и столь великое различие исповеданий будет уничтожено в присутствии Единой Истины. Тогда, поистине, случится Конец Света, то есть гибель Вавилонской Блудницы, ныне завораживающей глаза всех Людей». И надлежит теперь, оттолкнувшись от предыдущих периодов, определить время, в которое должны исполниться все эти вещи.