Тени Хэмлиша

Глава 1. Начало

Лучи заходящего солнца проникли в стены кабинета, осветив внутреннее убранство Управления Порядком розово-золотистым сиянием, создавая мягкие тени на стенах. На улице была ранняя зима, но последние дни, на удивление, выдались достаточно теплыми. Ветер был свежим, морозным, и его хотелось вдыхать полной грудью.

Окна интересующего нас кабинета были открыты, воздух гулял внутри, заполняя пространство. Стены кабинета покрашены белой краской, мебели мало: стоящий в центре и заваленный бумагами стол, два деревянных стула и массивный, во всю стену, шкаф со стеклянными дверцами, возле которого был мессир Нурлак. Он стоял, прислонившись к стене, стиснув в кулаке записку от Информатора.

– Что за дьявол? – чуть слышно пробормотал он, проводя свободной рукой по своим редким, русого цвета, волосам. Нахмурившись, он смотрел прямо перед собой. Его голову занимали бессвязные мысли. Оттолкнувшись плечом от стены, он прошел к столу, сел на стул, раскрыл кулак и положил перед собой записку. Проведя кончиками пальцев по тексту, он прочитал его по слогам, чтобы убедить себя в том, что глаза его не обманывают.

«В западной части города, в районе бедняков, на улице Корожаева, 32. Во дворе дома замечены описанные вами украшения. Женщина лет 30-ти, высокая, худощавая, одетая в потертый серый свитер и черные широкие штаны, оставила их около колодца.Ваш верный слуга»

Оставив ее в покое, Нурлак откинулся на спинку кресла, тяжело вздохнул и поднял глаза к потолку. Рассматривая лепнину, он никак не мог отделаться от чувства надвигающейся опасности и ощущения, что все, что он делает, бесполезно.

– Ну и зачем Шроку было нужно, чтобы именно я взялся за это расследование? Ведь ясно, как божий день, этот торговец сам припрятал свои драгоценности и выставил все так, будто произошла кража, чтобы и с цацками своими остаться, и деньги от королевства получить! Еще эта чертова записка… Не удивлюсь, если он сам же ее и подкинул. Погрузившись в свои мысли, он не заметил, как в дверях кабинета показался его напарник Эрсарт.

– Ты, как всегда, свеж и в благоприятном расположении духа, мой друг, – усмехнувшись, саркастически произнес он, проходя вглубь комнаты и садясь на свободный стул. – Что, дело никак не дает покоя?

– Да нет… Понимаешь ли, сегодня утром мне принесли новую улику…

– О, а вот это уже интересно, и что там? – глаза Эрсарта загорелись энтузиазмом. Нурлаку даже в какой-то момент почудилось, что они сверкнули холодным светом, но он сослался на свою усталость и, чтобы не ходить вокруг да около, подвинул записку ближе к нему.

Быстро пробежавшись по ней глазами, он поднял голову, и в них отразилось то же самое недоумение, которое было у Нурлака пару минут назад.

– А ты уверен, что эти данные точны? – его слова сочились сомнением, которое он полностью разделял.

– Нет, конечно, ты что же, меня за дурака совсем держишь? Но шутка судьбы в том, что я не могу оставить это без внимания и не проверить, ты же сам это понимаешь.

– Понимаю… Но спрятать украшения во дворе законника, который расследует это дело? Это же полный сюр!

– У меня все больше складывается ощущение, что не только эта записка, но и все дело попахивает плохим спектаклем.

– А что Шрок говорит? Ты уже доложил ему о ней?

– Начальник наш посоветовал, как обычно, в своей манере, приложить ее к делу и, протокола ради, вечером, как буду дома, проверить место возле колодца. И даже разрешил ради такого отпустить пораньше.

– Вот это щедрость, – посмеиваясь, вклинился Эрсарт. – Ну что, воспользуешься ею или пойдешь проверять после работы?

– Честно? Будь моя воля, вообще бы не пошел, но долг обязывает.

– Тебя что-то еще смущает?

– Скорее тут правильнее сказать, что НЕ смущает.

– И все же?

– Да тупиковая ситуация: драгоценности пропали, но вдруг нашлись в моем дворе; торговец на днях тоже как сквозь землю провалился. Не покидает меня ощущение, что это снова проделки банды Контрабандистов, на след которых я не так давно вышел.

– И почему я о них не слышал?

– Вот этого не знаю, не обессудь. Я вообще на них случайно вышел, когда расследовал другое дело со шпаной, воровавшей еду в торговом квартале. Ты же знаешь, у нас не принято распространяться по поводу дел, которые мы ведем.

– Но при этом кражу драгоценностей мы обсуждаем. Странно, не находишь?

– Эрс, ну не мог я о них распространяться, пойми, и сейчас про них случайно ляпнул.

– Да понял я, понял, не трясись ты так. Все равно копать это не стану, своих дел полно.

– Над каким делом работаешь?

Нурлак схватился за возможность перевести тему, внутренне выдыхая, что сошел со скользкой дорожки, и это не укрылось от проницательного взгляда его напарника. Добродушно ухмыльнувшись и решив пока оставить тему Контрабанды, Эрс поведал о своем, тем более ни для кого оно не было секретом, ведь все они готовились к предстоящему Дню Проклятых.

– Сегодня сверял списки погибших за год и всех, кто как-то с ними связан. Составлял списки, опрашивал население, все ли готовы к завтрашней облаве призраков. Все ли окна и ставни заколочены, собираются ли они сидеть дома, как мыши, или хотят поиграть с судьбой. Рутина…

– Да уж, каждый год одно и то же… Сколько лет это уже длится?

– Десять будет, – спокойно проговорил Эрс, – годовщина, так сказать…

Нурлак напрягся.

– Думаешь, будет что-то жесткое?

Эрсарт только пожал плечами. Он и сам об этом думал на досуге, но никаких предвестников для этого не было, только предчувствие. А оно его редко обманывало.

– Кто знает… кто знает, – проговорил он, вставая со стула и потягиваясь. – Ладно, что уж тут думать, смотреть будем по обстоятельствам. А ты заходи потом, делись, к чему приведет тебя это твое «дело».

Законник окинул напарника проницательным взглядом, развернулся и вышел из кабинета, оставив внутри немного разряженного Нурлака. Эта незамысловатая беседа пошла ему на пользу, освежив голову. Он встал со своего места, подошел к раскрытому окну и вдохнул полной грудью.

– И не скажешь, что уже зима. Пожалуй, только по наступающим так скоро сумеркам… – размышляя вслух, проговорил он себе под нос. – Фонарик, что ли, с собой взять, когда пойду проверять этот чертов колодец? Или оставить все до завтра? Ах, да, завтра же День Проклятых. Что ж, эти сумерки теперь продлятся до следующих суток, а столько ждать нельзя… Ох уж это соблюдение протокола!

Мужчина помассировал переносицу и уставшие покрасневшие глаза, тяжело вздохнул и с чувством обреченности, взяв фонарь со стола, вышел из управления, направившись к себе домой.

Управление Порядком располагалось в самом центре города Хэмлиш, и чтобы добраться до места, ему нужно было пройти уже сидевший в печенках торговый переулок, район доков и зайти в глубь квартала бедняков. Проходя по вымощенным каменной плиткой дорожкам, мимо посаженных около дорог кустарников, освещенных уличными фонарями, которые зажигали каждый вечер фонарщики, настроение Нурлака спускалось все ниже и ниже. За почти тридцать лет жизни он никак не мог привыкнуть к контрастам этого города.

Заходя в переулок торговцев, в нос ударил запах травянистого чая, колбас, жареных куропаток и специй. Над каждым домом был натянут яркий непромокаемый палантин, защищавший от дождей. Законник краем глаза замечал, как жители ставят лестницы и заменяют их на серые оттенки, чтобы меньше привлекать внимания. Он поднял голову вверх, выследил взглядом луну, которую мало-помалу начинал закрывать черный диск.

– В этом году луна чернеет раньше, да, мессир? – обратился к нему один из жителей, выведя из оцепенения. Лавочник, он торговал душистыми специями, вспомнил его Нурлак, и приходил он пару недель назад, чтобы тот нашел очередных воришек.

– Похоже на то, – тихо проговорил Нурлак и продолжил свой путь. Отдаляясь от торгового переулка, фонарей стало все меньше, тени – все длиннее, но это не пугало, а успокаивало.

Услышав шум волн, в своем темпе накатывающиеся на берег, почувствовав на губах соль и уловив ударивший в нос запах морских потрохов, законник улыбнулся краем губ. Он всегда любил проходить район доков: слишком много хороших детских воспоминаний было связано с этим местом. Например, как отец в далеком прошлом учил его рыбачить, как он первый раз не удержал самодельную удочку, потому что на другую не было денег, и упал в воду. Мужчина почувствовал жжение в районе колен: с такой силой воскресли его воспоминания, и ускорил шаг.

Вскоре дорожки сменились гравием и колдобинами, все чаще на его пути стали появляться все более ветхие и разрушенные дома, с покосившимися воротами и ставнями. Уголки губ его опустились, он накинул на голову капюшон, запахнулся сильнее, опустил руки в карманы, чуть сгорбился и вышел прямо к дому.

– Да, старик, я пришел, как и всегда, – погладив отсыревшую калитку, с грустью и теплотой проговорил он. Его глаза немного привыкли к темноте, он спокойно ориентировался в пространстве и быстро взглядом нашел колодец. Твердым шагом он прошел вглубь двора, под ногами еле слышно поскрипывал вновь выпавший снег, и присел на корточки около колодца, проведя по нему рукой.

Нурлак вспомнил про фонарик, достал его, пару раз попробовал включить, несколько раз чертыхнулся, потряс его и, добыв долгожданный свет, повел им по каменной стенке, покрытой мхом. Опустившись практически до дна, его внимание привлек еле заметный блик. Он нахмурился, оторвал кусок мха, мешающий обзору, и присвистнул.

– Вот это да… Вот тебе и ради протокола. Тааак, и что тут у нас? Как интересно. Красный рубин – два штуки, комплект из жемчужного ожерелья и серег – одна штука, бриллиантовое колье, угу, что тут еще завалялось? О-ля-ля, а это откуда? Он достал зеленый сверкающий камень, выделяющийся своей неправильной формой из общей массы, поднес к лицу, чтобы рассмотреть выгравированные на нем символы, но, услышав хруст снега, молниеносно повернулся. Фонарик упал от быстрого движения, в глазах потемнело и последнее, что он услышал, было:

– «Ничего личного, законник. Ты всего лишь средство уплаты долга», – сказанное искаженным магией голосом.

Глава 2. Внезапное убийство

Чернота полностью закрыла лунный диск, окончательно погрузив город во тьму. Резко подул холодный, пронизывающий до костей ветер, и поднялся снегопад.

Эрсарт ниже опустил голову, чтобы разглядеть отчет, который он держал в руке. Сощурившись, он вглядывался в цифры, пытаясь их сопоставить с прошлогодними, но выходило, откровенно говоря, скверно. Глаза покраснели, взгляд совсем расфокусировался, а внутрь как будто насыпали горсть песка.

Со вздохом он отшвырнул от себя бумаги, облокотился на спинку кресла и обеими руками начал интенсивно, до боли, растирать шею, снимая напряжение.

Кабинет был погружен в полутьму, создавая причудливые тени. Свеча, которую он зажег пару часов назад, догорала, пачкая воском подсвечник. Он так увлекся, что забыл закрыть окно, и теперь внутри температура понизилась на несколько градусов, делая нахождение не совсем комфортным.

Законник встал, разминая поясницу и ноги, подошел к окну.

– Вот это да, днем снега практически не было, а сейчас поглядите, замело не меньше, чем по колено… – чуть слышно констатировал он для себя безэмоциональным тоном. – Интересно, сколько часов я так просидел?

Он выглянул в окно, нашел взглядом луну, хотя и не с первого раза, и нахмурился.

– Мда, скверно. Луна скрылась слишком рано. Вот что значит годовщина… Морана, видимо, решила в этом году продлить свое воскрешение, а что это значит? Что работы будет в разы больше… и трупов тоже.

Со стуком закрыв окно, он подошел к расположившемуся у глухой стены камину, разжег его, подкинул поленья, поворошил их внутри, смешивая с прогоревшим углем, и с размаху опустился в стоящее рядом кресло, вытягивая вперед ноги и издавая вздох облегчения.

– Сегодня уже поздно идти домой, тем более что рабочий день начнется раньше, чем я успею добраться до кровати, поэтому сегодня мы добавляем себе боли в спине и спим на работе. Ну что ж, тут хоть немного поспать удастся.

Но только он сомкнул глаза, как в его кабинет ввалился дежуривший в эту ночь мальчишка лет двадцати, бывший студент, только начавший свой путь среди Законников. Эрсарт повернул голову в его сторону и удостоил того презрительным взглядом, который, в свою очередь, ничуть не смутил парнишку.

– Ну и? – недружелюбно, сдерживая растущее внутри раздражение, спросил он.

– П-простите, мессир Эрсарт, но в Управлении только у вас горел свет, и я сразу помчался к вам, чтобы сообщить о первом происшествии.

«Ох уж эти новенькие, трясутся по каждому чиху».

Он повернул голову в сторону еще горевшей свечи, которую забыл потушить, закатил глаза, но, собравшись, повернулся к дежурному и, смирившись в конец, спросил, что же случилось.

– Так это… – стушевавшись, произнес мальчишка, опустив глаза в пол. – Мне перед своим уходом мессир Шрок поручил проверить дом мессира Нурлака после полуночи. Я, правда, немного запоздал, патрулируя район доков рядом, и попал к нему только во втором часу ночи, но когда подходил, заметил открытую калитку. Меня это насторожило, конечно, и чтобы проверить территорию, сами понимаете, какое время…

– Давай ближе к делу.

– Да, конечно. Так вот, чтобы проверить, я отправил освещенный маяк, что всегда беру с собой. Все было спокойно, но возле колодца был обнаружен подозрительный сугроб длиною в человеческий рост.

Еще не зная наверняка, Эрсарт напрягся и весь обернулся в слух.

– Подойдя и наклонившись, я заметил посиневшую руку. В первую секунду отскочил, испугавшись, но, взяв себя в руки и раскидав снег, я увидел мессира Нурлака.

– Ты хочешь сказать, что?

– Мессир Нурлак мертв, мессир Эрсарт. И я не знаю, что делать в таких случаях. Возвращаться ли на патруль, или, может, какие документы оформить нужно? Или, может, мессира Шрока вызвать? – В голосе дежурного проскакивала паника, с которой он явно пытался справиться, но весьма безуспешно.

Эрсарт порадовался, что в тот момент сидел в кресле, ибо его сердце на долгую секунду остановилось, и показалось, будто мир ушел из-под его ног. Но потом он подскочил, правда, ему сразу же пришлось остановиться из-за появившихся перед глазами мушек, от резкого скачка давления. Сжав переносицу, он дал себе минуту, глубоко вздохнул и выдохнул, в надежде, что за это время мозг решит начать подкидывать хоть какие-то мысли.

Чувствуя себя растерянным, потерявшимся от неожиданной новости, он открыл глаза и посмотрел прямым взглядом на паренька, принесшего дурные вести. Голос его был сиплым, когда он сказал:

– Оставайся тут и дождись Шрока, доложи ему при первой возможности, пока я перемещусь к Нурлаку и изучу место его убийства…

– Но, мессир, а разве вам можно? А как же наш кодекс? Вы же были с ним напарниками…

– К черту кодекс! – безапеляционно заявил законник, не в силах сдержать рвавшиеся наружу, съедающие его эмоции.

Внутри разгорался пожар: он нутром чувствовал жар, поднимавшийся от желудка, медленно распространявшийся в районе солнечного сплетения и достигший горла, перехватывая дыхание и забирая воздух. Но все же он смог взять их под мнимый контроль и уже более спокойно продолжил:

– Сейчас не время думать о кодексе, Кларк, в текущем положении он потерял свою значимость, во всяком случае, для меня.

Оставив за собой последнее слово, он взял с кресла черный, обитый мехом, плащ, накинул его на плечи и стремительно покинул собственный кабинет.

Он направился в переходный корпус. Не желая тратить время на то, чтобы добраться пешком, Эрсарт продолжил нарушать прописные правила, а именно: не расследовать убийство своего напарника и не пользоваться переходами без подписанного главой разрешения.

Стремительной походкой он прошел несколько лестничных пролетов, спустился в подвал и прошел по длинному тусклому коридору, прислушиваясь и слыша только эхо своих собственных шагов. Очутившись перед заветной дверью, он воровато осмотрелся и, не заметив признаков слежки, приложил ладонь к табличке-сканеру. Эрсарт ощутил еле заметный, щекочущий удар током. Это чистая энергия прошлась вдоль его организма, считывая личность. Табличка загорелась зеленым, на что законник едва слышно выдохнул и отпустил все это время сковывающее его напряжение.

«Значит, Шрок еще не в курсе и не успел отменить разрешение на использование транспортера, которое выдал пару дней назад».

Эта мысль обнадеживала и настраивала на успешный исход его задумки, но как только дверь отъехала в сторону, а дым осел, весь его пыл мигом утих, оставляя привкус разочарования на устах.

Внутри, рядом с транспортером, находился его начальник Шрок Торнтон собственной персоной. Его широко расставленные ноги, скрещенные руки и мерзкая ухмылка на точеном лице говорили о том, что он уже обо всем догадался, но тут взгляд Эрсарта сместил фокус на мельтешение за спиной главы. Там с ноги на ногу переминался недавно виденный в его кабинете молоденький мальчишка. Законник про себя чертыхнулся, прошелся тоскливым взглядом по неактивированному переходу и вернулся к начальнику.

– Спасибо, Кларк, ты можешь идти, – басистым голосом приказал Шрок стоящему за спиной парню.

Тот, в свою очередь, кинул виноватый взгляд на Эрсарта, слегка пожал плечами и так же суетливо выскочил за дверь, закрыв ее за собой. Убедившись, что они остались одни, глава управления убрал с лица презрительную маску всезнающего и устало потер лицо.

– Ну и? Что ты собирался делать?

Этот прямой вопрос несколько обескуражил законника, но он был не из тех, кто так легко сдается.

– Воспользоваться переходом и осмотреть место убийства, мессир! – отрапортовал он так, будто стоял на ежедневной планерке и отчитывался по своим рабочим статусам.

– Это я уже понял. Что ты собирался делать после того, как осмотришь место? Молчишь? Ну-ну. А может, ты собирался прийти ко мне и доложить о том, что среди ночи пришел новенький с подозрением на смерть твоего напарника? Или связаться, на крайний уж случай, со мной по нашему значку? Или, может, ты собирался взять пару наших ребят и отправиться на потенциально опасное место?

В помещении повисла неловкая пауза. Шрок смотрел на своего подчиненного и больше не видел того законника, который у него работал все эти десять лет, он снова видел потерявшегося, растерявшегося мальчишку, которым руководят его эмоции. Чувство горечи и разочарования возникли на его губах, которые он скривил, так и не дождавшись ответа.

– Так я и думал. – Он тяжело вздохнул и после недолгой тишины продолжил: – Значит так, сейчас мы идем ко мне в кабинет. А там уже решим, что делать со скверной ситуацией, в которую мы попали, и твоим поступком. Понял меня?

Не услышав ответа, он повторил свой вопрос более требовательно и, добившись внятного ответа, переместил их в свое «логово».

Внутри было очень светло – это было одной из его особенностей. Шрок ненавидел работать в темноте. Также в комнате можно было найти крепкий стол из красного дерева, два стула, максимально нейтральный ковер, пару шкафов, сейф и два рисунка на стене. Один небольшой – карта материка, и второй – карта Хэмлиша, со всеми его закоулками и районами.

Глава прошел вдоль кабинета, сел за стол и жестом указал Эрсарту на стул. Дождавшись, когда тот сядет, он отодвинул один из внутренних ящиков (к сожалению, Эрсу не было видно, что там внутри), покопался и достал портсигар. Открыв его, он взял себе одну папиросу, отрезал каттером конец, поджег, затянулся и с наслаждением прикрыл глаза. В груди Эрсарта в этот момент зародился маленький червь зависти к своему начальнику, но он промолчал и лишь наблюдал за его действиями.

Сделав пару затяжек и, видимо, успокоившись, Шрок открыл глаза, потушил папиросу и сконцентрировал взгляд на сидевшем напротив.

– Твои действия, Эрсарт? Я так и не услышал их в телепортационной.

Законник прочистил горло. Этих секунд ему хватило, чтобы бегло обдумать свой план. Но он не учел, что начальник за ним внимательно наблюдал и заметил его на секунду заметавшийся взгляд.

– Я собирался перенестись во двор Нурлака, осмотреть место преступления и поискать следы, пока их все не замело. Не смею надеяться, что у меня получилось бы напасть на след убийцы, но…

– Ты правильно заметил, сейчас идет метель, и скажу тебе, что она очень даже хорошо идет. Да так, что к рассвету его тело скроется под толщей снега. Но ты не взял во внимание тот факт, что на дворе глубокая ночь, и из-за недостаточной видимости ты можешь не то чтобы найти следы, а наоборот, их спутать.

– Да, тут я совершил ошибку, признаюсь. Когда я отправлялся в переходный зал, то не думал о том, что и сам оставлю множество следов, которые вновь выпавшим снегом могут приложить к делу. Но в остальном, согласись: какое бы время года и дня ни было, важно снять следы как можно раньше!

– Это факт, да, но… если бы ты перешел и я не успел бы тебя остановить… допустим, только допустим, ты даже нашел его тело со всеми доступными вводными. Если бы там оставался наш злодей, а ты безоружен? Что тогда? Два убийства по цене одного?

– Я никогда не буду безоружен, Шрок, и ты это прекрасно знаешь! – подавшись корпусом вперед, проговорил Эрсарт.

– Не смеши меня, ты летел как оголтелый, но даже не подумал о том, что впопыхах забыл свое кольцо на столе. Напомнить, для чего ты его носишь?

Он машинально ощупал указательный палец левой руки и, каково было его искреннее удивление, когда ничего там не обнаружил. Он пытался вспомнить, в какой момент вообще его снял, но так и не смог.

– Не стоит, я помню, зачем оно мне.

– Нет, я все же напомню тебе о том, что без кольца твои силы расфокусированы и неконтролируемы, что может привести к резкому выбросу силы, особенно под воздействием эмоций. А еще они, из-за того, что в расфокусе, могут выжечь тебя изнутри, и ты не только не помог бы нам, но и, как меньшее, уничтожил бы все улики, как большее – облегчил бы задачи тому, кто все это совершил.

– Виноват.

– Надеюсь, в твоем воспаленном мозгу начали выстраиваться логические цепочки и ты начал осознавать, к чему могли привести твои непродуманные действия. Молчание – знак согласия.

– И что делать? Сидеть сложа руки?!

– Тебе – да.

– Да ты издеваешься?! – подорвавшись с места, на эмоциях повысил голос Эрсарт.

– Не ори. По нашему кодексу, который, похоже, тебе надо бы повторить, ты отстраняешься от этого дела. Но, зная тебя и то, что ты не успокоишься: если я тебя не отпущу, то получу бомбу замедленного действия и параллельное тайное расследование. Так что ты будешь расследовать дело Нурлака, но только с одним из наших ребят. И, пожалуй, я поручу это Паруку.

Он встал со своего места, чуть потянулся, взял со стола жетон и, отдав пару приказаний, вызвал его к себе.

Глава 3. Якорь

Находясь в подвале среди серых, покрытых плесенью стен, пропахших тухлой рыбой, Страж смерти натянула рукав дырявого свитера на кисть и закрыла нос.Она выждала пару минут, делая медленные вдохи с долгой задержкой дыхания, дождалась, когда глаза перестанут слезиться, отодвинула руку и настороженно принюхалась. Тут же Леакар скривила нос, но больше не закрывала его, просто стараясь меньше дышать.

В помещении находилась пара рабочих-доков, разбирающих последний улов и подкладывающих в каждый короб контрабанду, которая в ближайшие дни отправится через океан к Эрасторцам. Странные они, правда, но им всегда были нужны эликсиры, которые готовила ее напарница, а также, и немаловажно, они играли по правилам, поэтому Леакар была спокойна.

Под тихие перешептывания трудяг по соседству Страж неслышной походкой прошла до стеллажа, находящегося в конце комнаты, приложила лоб к дереву и подала импульс вглубь, активируя вход в тайное помещение. Доки даже не подняли головы, и девушка иногда гадала: от страха ли или из-за уважения перед самой смертью? Но ответа она не ждала и, когда шкаф отъехал в сторону, открывая проход, она лишь усмехнулась и, насвистывая, прошла внутрь.

Там было темно, но это не помешало пройти, закрыть за собой дверь, дойти до стола и, только сев за него, щелкнуть пальцами. Тут же комнату наполнил яркий свет, от которого рябило в глазах; в следующее мгновение зрачки Леакар из кошачьих вытянутых приняли нормальную для человека форму круга. Она только начала наклоняться над накладными, чтобы проверить последние детали отправки посылки, как сквозь тело прошел словно электрический ток, парализуя тело, глаза покрыла сизая пелена, и сознание ее застлал калейдоскоп картинок.

Незнакомый ей человек стоит на коленях около колодца, рядом с ним другой – с натянутым на глаза капюшоном. Стоящий на коленях, будто почувствовав чужака, поворачивается к нему, но не видит. Другой ему что-то говорит, и из рук его вылетает голубое пламя, направляясь и поражая сердце незнакомца. Он падает, и девушка видит, как быстро отдаляется его душа и начинает биться, не в силах вернуться в свое тело.