Это тоже любовь

Глава 7

Голова гудела, как старый радиоприёмник, нащупывающий волну в тумане. Свет пробивался сквозь шторы слишком ярко. Миранда открыла глаза, моргнула и сразу зажмурилась. Плед почти весь лежал на полу, волосы были спутаны. На тумбочке – стакан воды, рядом – аспирин. Кто-то всё это принёс. Он? Но нет.

– Ну конечно же он ушёл, – пробормотала Миранда, ни капли не удивившись.

Она села, кряхтя, и сделала несколько глотков. Сначала пришло облегчение, потом – накатила волна. Воспоминания всплывали кусками: бассейн, смех, балкон, голос Камило, его руки, удержавшие её, когда она пошатнулась. Его спокойствие. Его глаза. Его отстранённость.

 Она опустила голову и закрыла лицо ладонями. Боже, что она вообще ему наговорила? В этот момент из кухни донёсся чей-то голос:

– Миранда, ты проснулась?

Это была Лаура. Миранда медленно встала, чувствуя под ногами прохладу паркета. Прошла в кухню босиком – и увидела знакомую утреннюю картину: открытая форточка, запах кофе, Ромео, смотревший футбол и ковыряющийся в хлопьях, и Лаура в её огромной футболке, стоящая у плиты.

– Доброе утро, солнце, – хмыкнула Дора, не оборачиваясь. – Тебя Камило привёз. Ты ничего не помнишь?

– Помню, к сожалению – Миранда опустилась за стол, машинально поправляя рукав.

Ромео поднял брови.

– Камило вообще-то красавчик. Он сначала сказал, что отвезёт тебя, потом ещё и зашёл с тобой. Убедился, что всё в порядке. И уехал.

– Ага, как только она уснула, – добавила Лаура. – Минут десять посидел на краю кровати, как в дешёвом кино. Даже укрыл тебя. И всё.

Миранда не ответила. Она смотрела в кружку, будто на её дне можно было найти ответы. Но их не было.

 Она всё ещё чувствовала в квартире его присутствие – как тёплый след, быстро исчезающий на простыне. Но он ушёл. Конечно ушёл.

– Все собираемся на пляж!, – сказала Дора, разливая кофе по термосам. – Погода идеальная. Особенно ты – Миранда. Ты выглядишь как человек, которому срочно нужно солнце.

– Или песок в лицо, – вставил Ромео, Убирая тарелку в раковину.

– Очень смешно, – пробурчала Миранда, всё ещё вспоминая вчерашнюю ночь.

– Я серьёзно, – Дора повернулась к ней. – Проветришь голову. И ты не одна с похмельем – у половины курса сейчас точно что-то болит. А у некоторых – совесть.

Миранда хмыкнула. Ей было всё ещё немного стыдно, но в компании друзей стыд превращался во что-то мягкое и терпимое.

 Спустя час они уже раскладывали полотенца на тёплом песке. Море шумело, чайки летали низко. Ветер колыхал волосы, мешал пить свежий кофе, а солнце выжигало из головы остатки прошлой ночи.

– Ну что, рассказывай, – первым начал Ромео, появившийся из-за спин с двумя бутылками воды. – Серьёзно. Все говорят, что Камило тебя буквально выносил с вечеринки. Это правда?

– Это правда, – спокойно ответила Дора вместо неё. – Он забрал её, потому что она была на грани. Как нормальный человек.

– Как не типично для Камило, – удивился Ромео. – Он же обычно… ну… отстранённый. Не то чтобы равнодушный, но ты понимаешь.

– Ага, – подтвердила Миранда. – Именно поэтому я и удивилась.

Она лежала на спине, глаза прикрыты. Голос был спокойным, но внутри – клубок. Она всё ещё переваривала ночь, его поведение, его фразы. Особенно: «Не говори таких слов».

– И что ты чувствуешь? – спросила Лаура, подперев голову ладонью.

– Что я перегнула. И что он держит дистанцию. Даже когда помогает. Это бесит. Он как будто всё делает правильно, но так, чтобы не впускать тебя ни на шаг ближе.

– Ну, – протянул Ромео, – может, это его способ защиты? Не все умеют близко подпускать. Особенно такие, как он.

– Камило – будто знает, как не дать себе привязаться, – добавила Дора. – Типа если ты один раз сделал исключение, то дальше уже понесётся. А ему этого не надо.

– Это ненормально, – возразила Миранда. – Он хороший. Он заботливый. Он даже сидел у моей кровати, пока я не уснула. И ушёл. Почему? Почему он боится простых чувств?

– Потому что они не простые, – серьёзно сказала Лаура . – Особенно для таких, как он. Ты, Миранда, говоришь о любви как о чём-то лёгком, безопасном. А он… он, может, только боль с этим словом связывает. И не понимает, как можно «просто любить» кого-то, как друга. Для него, может, или «всё», или «ничего».

– Он так и сказал. Что любить друга – странно.

– Вот и ответ, – кивнула Лаура. – Вы говорите на разных языках. Ты права. И он тоже прав, но со своей стороны. Просто другой.

Наступила пауза. Шумело море. Миранда чувствовала, как постепенно приходит то, чего ей вчера так не хватало – ясность.

– Но ты ведь его любишь? – тихо спросила Дора. – По-своему.

– Да, – ответила она. – И чем больше он отдаляется, тем ближе я хочу быть. Не в романтическом плане. Просто рядом. Чтобы он знал, что я не враг. Что я не предам. И что я не прошу от него ничего, кроме присутствия.

Тишина. Только шум ветра и крики чаек.

– Тогда оставайся собой, – сказала Дора. – Он или поймёт или нет. Но тогда ты хотя бы будешь знать, что сделала всё, что могла.

Миранда кивнула. Она прикрыла глаза.

 Солнце грело кожу, друзья были рядом, и на какой-то момент ей стало по-настоящему спокойно.

 Камило появился на пляже не сразу. Он шёл по песку, чуть прищурившись от яркого солнца, в свободной чёрной футболке и с бутылкой воды в руке. Его волосы были немного растрёпаны, впрочем как и всегда, а на лице – спокойствие. Как будто ничего особенного вчера не произошло. Лаура первой его заметила.

– Вот и он, – с усмешкой произнесла она, отпивая лимонад.

– Камило? – переспросила Миранда, резко подняв голову. Она до этого молчала, в основном слушала остальных.

Он кивнул всем, не торопясь сел рядом, чуть поодаль от общей кучи.

– Как вы тут? – спросил он спокойно, глядя на горизонт.

– Да норм, – отозвался Ромео. – Обсуждали, кто когда перестал контролировать количество выпитого.

– Ну да, весело было, – хмыкнула Дора. – Особенно когда ты поймал Миранду, как супергерой. Только тебе плаща не хватало.

Камило чуть усмехнулся, не глядя на Миранду.

– Всё нормально? – спросил он, всё-таки бросив короткий взгляд на неё.

 Она кивнула.

– Спасибо, – сказала она тихо, но твёрдо.

– Не за что, – так же просто ответил он. – Я же говорил: “хорошую знакомую” одну не брошу.

Ромео переглянулся с Лаурой, но ничего не сказал. А вот Дора хмыкнула:

– Звучит почти по-рыцарски. Ты бы видел, как он нёс тебя – как статую.

– Спасибо, Дора. – бросила Миранда сквозь зубы, но с улыбкой.

– Да ладно вам, – Камило вздохнул, потянулся, – все когда-нибудь перебирают. Вопрос только – кто рядом в этот момент.

– Так и скажи, что ты у нас просто заботливый, – не удержалась Лаура.

 Он посмотрел на неё с приподнятой бровью:

– Я просто сделал то, что посчитал нужным. Всё.

Миранда опустила взгляд. Было странное ощущение: будто всё нормально, будто никто ничего не помнит или делает вид, что не помнит. Но она-то помнила. Каждое слово. Особенно то, что сказала сама. И как он отреагировал.

– А ты что, после этого домой поехал? – спросил Ромео.

– А куда ещё? – пожал плечами Камило. – Всё равно не спал бы.

– Не спал? Почему? – осторожно спросила Дора.

 Он пожал плечами снова, на этот раз медленнее.

– Не смог, много мыслей было.

– Ладно, – произнесла наконец Миранда, чувствуя, как будто воздух сгустился, – я всё помню.

 Камило посмотрел на неё. Молча.

– Всё, – повторила она. – И мне немного стыдно. Но я ничего не отзываю из того, что сказала.

 Он задержал взгляд на ней чуть дольше обычного. Потом коротко кивнул.

– Я знаю.

Солнце стояло уже высоко, воздух начинал плавиться, песок под пледом был приятно тёплым. Разговор постепенно утихал, и Лаура, поднявшись, отряхнула ладони.

– Всё, мне надо лед принести, а то ваш лимонад уже как чай. Ромео, помоги.

– Почему сразу я? – возмутился он, но встал. – А, ну да. Потому что я спортсмен.

Они ушли в сторону парковки, смеясь и споря. Почти сразу после этого у Доры зазвонил телефон. Она посмотрела на экран и улыбнулась.

– Угадайте, кто. – Пауза. – Правильно. Мой ненаглядный мальчик. Я быстро.

Оставшись вдвоём, Камило и Миранда некоторое время просто молчали. Слышно было, как перекатываются волны, где-то кричала чайка, а дети смеялись вдалеке, пуская мыльные пузыри.

 Миранда обняла колени, уставившись перед собой.

– Ты всегда такой? – вдруг спросила она.

– Какой?

– Спокойный. Словно тебя ничего не касается.

Камило повёл плечами.

– Не всегда. Так проще.

– Я была глупой? – спросила она, не поворачивая головы.

– Нет. – Его голос был спокойным, но твёрдым. – Ты была пьяной. Это другое.

– Это не отменяет слов.

– Может, ты просто хотела их сказать – но никогда бы не решилась, пока не выпила.

– Может.

 Она всё же посмотрела на него.

– Я правда не понимаю почему, но меня тянет к тебе. Я не хочу отношений. Не хочу быть с тобой как пара. Но чем сильнее ты отталкиваешь, тем ближе я хочу быть.

– Это странно.

– Возможно. Но я не вру.

Он глубоко вдохнул, опустив взгляд на песок.

– Ты не первая, кто говорит, что её ко мне тянет.

– Думаешь, я как все?

– Думаю, ты честнее, чем большинство. Но ты всё равно ничего обо мне не знаешь.

– Позволь мне узнать.

– А зачем тебе это? – Он всё-таки посмотрел ей в глаза. – Зачем тебе дружба с человеком, который даже сам не понимает, как устроен?

– Потому что ты настоящий. Ты не пытаешься быть кем-то. Ты просто есть. И иногда рядом с тобой становится легче. Даже когда ты раздражаешь.

Он усмехнулся.

– Мне говорили, что я сложный.

– Ты не сложный. Ты просто не доверяешь. Ну и иногда бесишь.

Он ничего не ответил.

– Я не жду от тебя ответа. И не прошу тебя быть моим другом, если ты не хочешь. – мягко сказала Миранда.

– Но ты ведь всё равно будешь пытаться? – как-будто для уточнения спросил Камило.

– Я просто не умею по-другому.

Он отвёл взгляд. Пальцы медленно сжимались в песке.

– Ты написала то стихотворение?

 Она удивлённо повернулась к нему.

– Ты видел?

– У тебя на столе.

– И ты прочитал.

– Да. Это про меня? – тихо спросил он.

 Она кивнула.

– Я не знала, что ты его увидишь.

– А я не думал, что кто-то может так обо мне написать. – с почти что восхищением сказал Камило.

Он посмотрел снова на горизонт.

– Помнишь я говорил, что хожу к психологу, Миранда?

– Да.

– Я к нем хожу не потому что всё плохо, а потому что не понимаю, как быть нормальным. Как позволить себе чувствовать больше, чем я привык.

– Но ты ведь уже чувствуешь. Просто не признаёшь.

Он улыбнулся чуть печально.

– Возможно.

На пляж вернулись Лаура с Ромео, а за ними и Дора, жующая какую-то булочку.

Камило встал первым, отряхивая песок с шорт.

– Пойдём купаться? – бросил он, будто ничего не было.

Миранда медленно выдохнула. Потом тоже встала и отправилась вслед за ним. Она шла рядом, чувствуя, как солёный ветер сушит щеки, а песок приятно холодит ступни. Они дошли до кромки воды, где волны мягко разбивались о берег, оставляя тонкую пену. Камило чуть наклонился, зачерпнул ладонью воду, провёл по шее.

– Никогда не любил пляжи, – сказал он.

– Почему?

– Слишком много людей. Слишком много разговоров. А вода всё равно холодная.

– Но ты пришёл.

– Потому что ты здесь.

Она остановилась. Он смотрел вперёд, будто не сказал ничего особенного.

– Иногда ты говоришь такие вещи, как-будто это не имеет значения. А потом я хожу и думаю об этом часами. – с некоторым удивлением и возмущением заметила Миранда.

– Прости. Я не умею вести диалог без подколов.

Миранда подошла ближе, почти касаясь плеча.

– Когда ты сказал, что я честнее, чем другие… Это было приятно.

– Потому что правда.

– А если я когда-нибудь стану нечестной?

 Он чуть повернул голову.

– Тогда ты уже не будешь Мирандой.

Она улыбнулась – почти удивлённо. Потом вдруг пнула воду носком, и брызги попали ему на ноги. Он посмотрел на неё с притворным возмущением.

– Что это сейчас было?

– Это была я, которая слишком много думает и хочет отключиться хоть на пару секунд.

– Тогда давай.

 Он разогнался и нырнул в воду. Вода немного облила и Миранду.

– Ай-ай-ай. Всё ещё холодная.

Миранда засмеялась – впервые с утра по-настоящему.

– С ума сошёл?

– А ты попробуй.

Она бросилась за ним. Писк, брызги, мокрые волосы. И в какой-то момент – тишина. Они оба стояли в воде, смотрели друг на друга. И стало так легко – без слов, без ожиданий. Он первый вышел, отряхиваясь. Она пошла следом, отжимая волосы. Вскоре снова зазвучал смех, но теперь всё казалось чуть ярче. Миранда не была уверена, что поняла Камило – но она была уверена, что хочет продолжать пытаться.

 Солнце начинало садиться, окрашивая небо в тёплые оранжевые и розовые оттенки. На пляже всё ещё было полно людей, но настроение изменилось – смех стал тише, а разговоры – размереннее. Ребята устроились вокруг большого пляжного полотенца, между собой, создавая некую уединённую атмосферу, несмотря на то, что вокруг всё ещё было полно отдыхающих.

 Камило снова оказался рядом с Мирандой, и на этот раз их общение было другим. Они сидели немного дальше от остальных, наблюдая, как отражения солнца играют на воде, и наслаждались тишиной.

– Как ты там? – спросил он, повернув голову к ней.

– Нормально, – ответила Миранда, почти не обратив внимания на его поворот. Она смотрела вдаль, на волны, которые казались спокойными, как её мысли. – Это был хороший день.

– Да, – сказал он, вытирая руки о мокрые штаны. – Иногда полезно быть просто здесь, с людьми. Не думать о вещах.

Миранда кивнула, но потом, кажется, не выдержала.

– Камило, что ты думаешь о том, что я сказала тогда ночью? О том, что я люблю тебя как друга?

Он молча прищурился, взгляд стал более строгим.

– Ты правда хочешь это обсуждать?

Она медленно повернулась к нему, взгляд твёрдый, но не агрессивный.

– Да, я хочу. Потому что я не думаю, что ты понимаешь, как много это для меня значит. Я не хочу быть с тобой как с парнем, я тебе это объясняла не один раз. Мне важна эта дружба.

Камило смотрел на неё, пытаясь понять, что она имеет в виду. Он снова откинул голову назад, явно пытаясь избежать прямого ответа.

– Почему ты так хочешь этой дружбы? Почему тебе важно, чтобы я был рядом? Ты же понимаешь, что это сложно для меня?

Миранда задумалась. Она не могла объяснить, почему. Это было не просто про него, это было про всё – про то, что она искала в себе и в других людях.

– Я не знаю. Мне не всегда хватает просто одиночества. А когда ты рядом, я чувствую себя… я не знаю, может быть, чуть увереннее. Не как с другом, а как с кем-то, кому можно довериться. Ты не был бы рядом, если бы мне не было это важно.

Камило молчал, продолжая наблюдать за волнами. Он не мог дать ей точного ответа, потому что сам не понимал, почему они так часто сталкиваются. Иногда его собственные мысли запутывались, и он не знал, как продолжить этот разговор.

– Мне сложно, – сказал он тихо. – Я не привык быть кому-то настолько нужным. Особенно так, как тебе. Я привык, что люди могут приходить и уходить. Я не знаю, что с этим делать.

Миранда вздохнула, но постаралась не терять уверенность.

– Ты не один. Ты не должен быть один.

Он вдруг резко повернулся, взгляд устремился в её глаза.

– Но я уже привык к одиночеству. И тебе будет легче, если ты тоже привыкнешь.

Её сердце сжалось. И хотя он сказал это мягко, в этих словах было что-то угрожающее, что-то, что её пугало.