Когда часы пробьют вчера
- -
- 100%
- +
– Ноешь? – экономка Совиных ворвалась в мою спальню. – Раскаялась, значит? Ну-ка вставай, мерзавка! – время перевалило за полночь, и госпожа Лазо, очевидно, фурией вылетела из своей постели. – Вставай, сказала!
Я послушалась.
– Что случилось? – с одной стороны, мне не привыкать: свекровь давно перестала даже смотреть в мою сторону, не то что разговаривать. Все сношения со мной она давно осуществляет через свою домоправительницу Луческу Лазо. То, что она вот так, среди ночи, орёт в моей спальне – это что-то новенькое.
– Где ты их дела? – она бросилась к моей кровати, начала перетряхивать постель. – Куда спрятала?
– Да что? – я уже начала чувствовать, что дело серьёзное, но всё же попыталась улыбнуться.
– Ты ещё и лыбишься? Смеёшься, паршивка?! А ну я тебя сейчас!
Она схватила меня за волосы!
Вот только что этими руками она комкала простынь, а теперь больно держит – я только и смогла пригнуться.
Закричала от боли.
– Как ты мне надоела! Неблагодарное животное! Такая же, как и все с твоей помойки! Ну, с меня хватит! Пошли-ка к хозяйке, пусть она, наконец, вышвырнет тебя на улицу!
Физическая боль сковала, не давала ни думать, ни делать, я только и пыталась как-то изловчиться, всякое-чего, чтобы волосы тянуло не так сильно, пока она тащила меня в парадное крыло дворца тетрарха.
Я что-то шептала, просила отпустить, но хватка от каждого моего звука только становилась сильнее. Когда она постучала в дверь спальни свекрови, я уже подвывала.
– Луческа? – Мария сидела с овальным зеркалом в постели. Сразу же спрятала его под одеяло.
– Госпожа! Простите, госпожа, что я пришла к вам, но я больше не могу. У меня просто не хватает квалификации и профессионализма, но только ваше вмешательство сможет всё остановить.
– Да что произошло?
Экономка отшвырнула меня, я оказалась на коленях, на мягком ковре. Получив свободу, я хотела было броситься на неё. Плевать на возраст, плевать на субординацию, как она могла сделать мне так больно?
– Госпожа! Горничные сегодня, как всегда убирали дом. Эта, – Луческа Лазо ткнула в меня пальцем, – увязалась с прислугой. Как всегда, вы разрешили ей убираться, помню, но я и подумать не могла!
– Луческа! Скажешь ты, или нет?
Плечи домоправительницы чуть поникли.
– Сегодня убирали в кабинете хозяина, она с ними, а потом, когда я зашла, закрыть после уборки дверцы шкафов, увидела, что нет старинных часов!
У них были часы? Настоящие?
– Это не я! – я замотала головой. – Я никогда не видела у вас механических часов! – я нигде не видела механических часов, кроме папиных. Думала, что все уничтожены, казнены, как и отец.
Какая какофония началась!
Лазо кричала и тыкала в меня пальцем, Мария не повышала голос, но мне невозможно было вставить слово. Казалось, что невозможно. Потому что на какое-то время я вообще перестала себя контролировать: всё воспитание терхи полетело к чёрту под хвост, я орала, пыталась доказать.
– Что здесь происходит?
В дверном проёме стоял тетрарх Совин. Справа от него – Влад, в одних пижамных штанах. Димитра боязливо жалась к нему, одетая в маленькую шёлковую пижамку из шортиков и топа, крошечный, еле подвязанный халатик, съехал с плеча.
Я, в своей льняной рубашке до щиколоток, привезённой с Ворон, замолчала.
Просто, как отрезало.
Смотрела и слушала, как обстоятельно и по существу, Мария докладывает произошедшее тетрарху, как Луческа Лазо рассказывает, что отсмотрела запись камеры, на которой видела, как я вынесла из его кабинета часы.
Как это?
– Ох, надо же!
– Да это же, просто небезопасно – жить с ней в одном доме!
– А если завтра она решится на убийства, или увечья! – скрашивали историю такие искренние возгласы Димитры.
Тетрарх Совин выслушал, некоторое время помолчал. Думает себе сейчас всякое-чего…
– Я ничего не брала! Я никогда ничего чужого не брала! – мне только и оставалось, что шептать. Сил у голоса не осталось.
“Ибо, если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный”.
Нужно простить, их нужно простить, Сариша. Прости, это ведь так легко…
Можно ещё позвать Драгоша, он подтвердит, мы вместе ушли из кабинета, чтобы поиграть в футбол. Но тогда мальчишке придётся несладко.
– Талион велит возместить тебе украденное. Но даже останься ты в моём доме работать до конца своих дней – тебе за всю жизнь не отработать часы, которым почти двести лет. Я накажу тебя по-другому: госпожа Лазо, – экономка воспрянула, – заберите из её комнаты все её молитвословы и писания, да и про свечи не забудьте. Хватит воровке носить маску благочестия. И отлучить её от стола. Пусть ест в комнате. Чтоб глаза мои тебя не видели. И будь благодарна, что я не заявил на тебя. Да будет так, – старший Совин развернулся.
– И всё? – проговорила левая рука моего мужа. А нет, это не левая рука, это шлюха, на ней висевшая. – Но как же? Зайчик, а если она завтра заберётся в нашу спальню?
– Пошли отсюда, отец всё решил.
– Котёнок, я теперь не усну, я так испугалась…
Испугалась, не испугалась, но Влад её утащил.
– Ну, что стоишь? – мы со свекровью остались вдвоём. – Забыла, где выход?
– Отпустите меня, – я подняла на неё взгляд.
– Что?
– Позвольте мне уйти из вашего дома, вернуться домой, я никогда больше не потревожу никого из вас.
– Чтобы Его Величество выплеснул на нашу семью своё негодование за непослушание? Послушай, что я тебе скажу: пока ты нужна императору, не представляю зачем, ты будешь здесь, под моим присмотром, я буду следить за каждым твоим шагом, это мой долг терхи. И поверь, только одна выходка, и твоё сегодняшнее наказание покажется тебе пустяком!
Вошла в свою спальню, в ней уже не было ни моего Писания, ни молитвослова, ни церковных свечей – то немногое, всякое-чего, что я, всё же просила мне покупать. Зато на стуле висел мой платок.
Впервые в жизни я сегодня была на виду у чужого мужчины без платка. У двух чужих мужчин, и даже не заметила этого.
Внутри расползалась мягкая, до ожога ледяная пустота.
Никогда больше его не надену. Не покрою голову, не опущу взгляд, не стану проявлять уважения, когда не понимаю, где мне его взять.
Они говорят: отребье, воровка, мерзавка?
Знавала я одну мерзавку на Вороне. Так от неё вся округа выла.
Посмотрим, как умеют выть эти белоснежные стены.
Даже если мне ничего в этой жизни больше не светит, оставить это вот так я не могу. И, прости меня, Господи, но и забыть не смогу.
***
И день за днем все было также:
Неудобная, ненужная жена.
Полна тоски и горя
Вся жизнь на Сов моя.
Но я тоже ведь живая.
Я-человек, а не предмет.
А судьба не всё определяет
И я найду свободы свет…
Наталья Матюхина.
глава 8. Как в старые добрые
Невозможно сказать, сколько прошло времени. Реши себе, пролетающий мимо нас мазурик, сломаться и заглянуть в неприметную мастерскую, он бы удивился, мягко говоря: на земляном полу пластиковая мини-копия консорциума Совиных, мы, кучкой вокруг макета, и парень, в одноразовой маске и резиновых перчатках, без конца печатающий на своём мазбуке.
– 160 сейфовых ячеек. На каждой ключевой и кодовый замок… – Лео почесал подбородок, вглядываясь в недра макета. Будто вот сейчас, под силой его взгляда, вместо пластика перед нами предстанет настоящий консорциум с его хранилищем, и тогда мы узнаем все его тайны.
– Интересно, сколько камней туда влазит, – подал голос Монстр, занявший своей тушей два стула: один задницей, на второй закинул ноги. – А, как думаешь, Спиди?
Я только открыла рот, как раздалось от ноутбука Гения:
– Если взять средний размер алмаза, учесть, площадь хранилища, зона сейфов которого составляет 1/9 всего помещения, то выходит…
– Гений, слышал когда-нибудь словосочетание “риторический вопрос”? – кто-то должен был прекратить этот поток всякой ценной информации. Кто, если не я?
– Спиди, ты просто святая! Я бы этого не вынес, – Монстр сделал рука-лицо.
– Жалко, что нельзя повлиять на режим его включения в реальность.
Мы с Монстром синхронно глянули на Гения – так и есть. Он уже не с нами. Словно и не он минуту назад пытался нас просвятить.
– Если вы закончили, я бы всё-таки хотел, чтобы вы сосредоточились на деле, – Лео.
– Да, папочка, – я уставилась на макет так, словно он сам стал бриллиантовым.
– Да я уже затрахался, босс! Даже Гений не сможет подобрать личный код на каждую ячейку. Королю Ключей нужно увидеть их самому, чтобы дёрнуться, сделать отмычку. Что толку ломать голову? У меня уже башка болит! Войдём в подвал, возьму лом и переломаю их к чертям собачьим!
– Молись, чтобы мы всё-таки нашли более изящное решение, – Лео, как всегда, оставался спокоен. – Во время последней тренировки на ячейку у тебя ушло 9 секунд. Даже это суперскорость. А теперь смотри: 24 минуты нам нужно будет провести в хранилище, и это только на вскрытие. Схема: ты ломаешь, Гений контролирует перехваченную электронику, Король Ключей держит двери, Спиди на шухере, я выгребаю. Это слишком много. Мы не знаем, что, если кто-то из их боссов вздумает в эти 24 минуты войти в систему с домашнего мазтера? Или кто-то из Совиных вздумает заехать в свой офис? Мокруха нам не нужна. Мы воры, не…
– Это очень много, слишком. И это огромный риск, – я помотала головой.
– Хочешь дать заднюю?
– Задохнись! – я швырнула в Монстра отвёрткой. Ну как в Монстра. Швырнула в мимо Монстра.
– Спиди пойдёт туда и одна, громила, можешь мне поверить.
Я спокойно выдержала взгляд Лео. Не стала ничего отвечать. Зачем? Этот парень в костюмчике знает и сам всё всякое-чего. Лео не нужны беседы по душам, чтобы понять наши мотивы.
– Спиди пойдёт туда со всеми нами, просто я затрахался готовиться. 17 месяцев мы мусолим…
– И сейчас всё отработано почти идеально.
Лео хотел продолжить, но я перебила:
– Нет других вариантов, кроме взлома. Давай смотреть реально: даже Гений не подберёт комбинацию к каждой, их 160. Король Ключей не был в хранилище ни разу, а, если бы и был, ему нужно время изучить каждый замок.
– Я думаю о том же: идём, действуем по ситуации, берём столько, сколько сможем унести, насколько хватит времени. Как у тебя, продвинулось с комбинацией от двери?
Пришлось вдохнуть поглубже, чтобы ответить:
– Мне нужно ещё время.
Лео только кивнул:
– Мне пока тоже не удалось заснять, – он коснулся моего плеча: – эй, Спиди, не вешай нос. Мы сразу понимали, что затеяли, что легко не будет, но если всё получится…
Вековое величие Совиных грохнется в адское пекло. Как и консорциум, и их репутация. Всё будет погребено под голосом диктора: сегодня было ограблено алмазное хранилище Совы. Самое надёжное и сверх охраняемое место на планете. С этого дня клан Совиных не гарантирует безопасность и сохранность отданных им на хранение ценностей.
“Не останется здесь камня на камне; всё будет разрушено”.
– Нужно поторопиться, – сказала, возможно, самой себе.
– Эй, девочка. Ты это брось: спешить нам нельзя. Лучше перебдеть, чем недобдеть. Что бы ты ни делала, каким бы способом ты ни пыталась вызнать, не хочешь говорить – дело твоё. Но если ты себя выдашь, ты похоронишь нас всех.
– Поняла, – со скрипом признала вину.
– Лады, – Лео потёр руки, – итак, детишки, тренировка и по кроваткам, отдыхать.
– У меня всё готово, – прогундосил Гений. Его мы и ждали, он закончил снимать последние показания с камеры, которая была вмонтирована в ручку, её Лео носил в нагрудном кармане. Именно Лео играл в нашей пьесе роль диамантера – перекупщика и продавца алмазов. 17 месяцев назад он вошёл в консорциум Совы, чтобы снять офис и хранилище, представившись очередным мелким алмазным дилером со Стрижа. Почти каждый день он спускался с охраной алмазного центра в подвал, к своей ячейке, чтобы заснять очередную деталь. Сотрудники консорциума уже должны были привыкнуть к нашему знойному очаровашке.
И пошло!
Ключ из кармана Лео – мы открыли замаскированную за снятыми капотами дверь, а там… точная копия алмазного хранилища.
– Раз, два, три, – палец Лео на кнопке таймера, голос Гения через минуту: – вперёд! – Монстр и Лео двинулись к ячейкам: один вскрывал, другой выгребал муляжи.
Моя задача – стоять здесь, под отключённой камерой у входа в нижние этажи. Случись всякое-чего, я должна дать знак, чтобы ребята успели предпринять хоть что-то, а не загремели в тёплые объятия жандармов всей компанией.
– Стоп! – Гений. – 24 минуты, тот же результат.
– Хорошо, ещё есть время. Давайте, отдыхайте, ребятки. И не забудьте главное правило!
– Не тратить уймы денег в одном месте, в один день.
– Босс! – вспомнила! – Нам надо бы затихариться. Люди уже поговаривают, что грабят только дома с охранками Совиных. Если даже в фавелах об этом судачат, жандармы уже тоже могли догадаться?
– Где связь? До них, чтобы дошло…
– Замолкни, Монстр. Спиди?
– Соседи говорят. Мне кажется, нам нужно выждать…
– А я только собрался мазурика сменить, – Король Ключей аккуратно закрыл свой чемоданчик, демонстрируя готовность ретироваться. – Не судьба, видно.
– Спиди, ты знаешь что-то ещё?
– Нет, только жопой чую: нужно отсидеться. Слишком много шума мы наделали.
– Понял, принял. Давайте, ребятки, до следующего сбора. А то Монстру утром открывать свой сервис.
– Кстати, к тебе уже заезжали новые мазурики, в которых камеры стоят?…
Все уже разошлись, мы потрепались с Монстром, пока он не вытолкал за дверь и меня. А через два поворота дорогу мне преградил мазмобиль, спикировав прямо перед моим носом.
– Садись.
Я узнала мазурик Лео, но это ж не повод радостно туда прыгать, а вот приглашение – очень даже повод.
– Замёрзла, как собака, – поёжилась.
– Да, надо думать, – на сенсорной панели, Лео уже поддал тепла. – Куда тебя? Домой?
– Нет, – босс потёр бровь, пришлось отвечать: – миграционщики нагрянули, еле ноги унесла.
Он следил за трассой, набирая высоту:
– Сашка, опять предлагаю: давай я суну твои документы в какую-нибудь контору, станешь официально работать, будет капать налог, и нечего париться.
И тогда вопрос моего местонахождения сможет решиться по щелчку совинских пальцев. Пальцы, конечно, хороши, но мне нравится больше, когда они совершают всякие-другие движения.
– Не начинай.
– Поехали ко мне?
– Лео? – я только сейчас заметила, что его волосы примяты больше обычного, рубашка расстёгнута, галстука и вовсе нет.
– Жена уехала с детьми, отправил их в отпуск.
– Мы же договаривались, – и решила внести корректировки. Он уже взял в сторону центра, где живёт с семьёй: – возьми, пожалуйста, ближе к западу.
Он перестроился, и:
– Я всё помню и не собираюсь перетаскивать тебя на тёмную сторону. Просто посидим, поговорим, – потрахаемся, ага, – как в старые добрые.
– В старые добрые… – я могла бы рассказать ему всякое-чего, как он тогда спас меня, из какого дерьма вытащил, но информация – власть. – Нет, Лео. Прости, это было… тогда это было нужно нам обоим. Сейчас не нужно никому, – в салоне стало жарко, я сбавила печку, – ты просто заскучал, возьми ребят, ворвись в клуб. Или поставь мазурик и пройдись по улице пешком. Возможно, там сейчас загибается ещё одна девчонка, и вы можете оказаться нужны друг другу. Сегодня.
Слава Господу, уговаривать он не стал. Не факт, что я не уговорилась бы – слишком много он для меня тогда сделал, ещё чуть-чуть и я захотела бы вернуться туда – под его защиту, пусть и иллюзорную.
Когда я колотила в дверь Лупу, мазфон показывал два часа ночи.
– Господь Всемогущий! Что стряслось?
– Стрясся насос, – обогнула задохлика в тёплом спортивном костюме, выложила пакет на стол. – Этого точно хватит. Купи самый хороший, что мы сможем себе позволить. И… – теребя браслеты, я пытаюсь подобрать слова, – ты можешь отказаться, я пойму, но… я бы хотела, чтобы ты купил несколько хороших, современных мазфонов.
– На Ворон?
Я кивнула.
– Сариша… ты же знаешь, что это незаконно? – я снова кивнула. – Пусть у нас давно не было имперских ищеек, но если мы нарушим приказ об изоляции и наказании…
Я знала, что он откажется. Знала, что не имею права его просить об этом. С таким трудом Стефана смогла отправить молодого священника в приход Совы, так долго доказывала, писала императору, что выходцам с Ворона нельзя без Бога… если Лупу словят на контрабанде… если только заподозрят, что он переправляет запрещёнку домой – все бабушкины усилия пойдут прахом. Дура! Какая же я дура!
Я отвела взгляд, чтобы Лупу не успел заметить злые слёзы.
– Прости, я не должна была просить тебя об этом, – нижняя часть лица стала деревянной, трудно говорить. Да и как сказать, что я десять лет не слышала родных, а он – единственное звено.
– Ты всегда можешь позвонить им с моего мазфона.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.