Трое из Блумсбери, не считая кота и кренделя

с иллюстрациями автора

Сэр Эндрю – джентльмен с зонтом и в маске, закадычный друг сэра Роберта, сэра Гарри и Кота Томаса с Кренделем.

Сэр Роберт – джентльмен с моноклем, закадычный друг сэра Эндрю, сэра Гарри и Кота Томаса с Кренделем.

Сэр Гарри – джентльмен с сигарой в зубах и газетой подмышкой, закадычный друг сэра Эндрю, сэра Роберта и Кота Томаса с Кренделем.

Кот Томас – кот, закадычный друг сэра Эндрю, сэра Роберта, сэра Гарри и Кренделя. Крендель – крендель, закадычный друг Кота Томаса, молчаливый ворчун, которого сэр Эндрю, сэр Роберт и сэр Гарри терпят только ради закадычного друга Кота Томаса.

И другие.

Table talk

– Прекрасная погода сегодня, не правда ли? – сказал сэр Эндрю, присаживаясь за столик к своим закадычным друзьям сэру Гарри, сэру Роберту и Коту Томасу с Кренделем.

– Просто исключительно великолепная, – ответил сэр Роберт, рассматривая в монокль лужу дождевой воды, растекающуюся вокруг зонта сэра Эндрю.

– Давненько природа не баловала нас такой благодатью, – присоединился к беседе сэр Гарри, незаметно перекладывая свою любимую газету подальше от мокрого цилиндра сэра Эндрю.

– По дороге сюда я пытался припомнить, когда последний раз стоял такой же чудесный день, и не преуспел, – сообщил сэр Эндрю и громко чихнул.

– Моя тетушка Эмили рассказывала, что однажды в Брайтоне была свидетельницей невероятно отменной погоды, – сказал сэр Роберт, наблюдая в монокль, как лужа от зонта сэра Эндрю подбирается к его лаковым гамашам.

– Передавайте ей при случае нижайший поклон от всех нас, – сказал сэр Гарри, безуспешно пытаясь раскурить отсыревшую сигару.

– А по-моему, господа, погода – дрянь, а вы все – жалкие снобы и лицемеры, – решил наконец поддержать разговор Кот Томас.

Крендель ничего не сказал, только обвел сэра Эндрю, сэра Роберта и сэра Гарри возмущенным, а Кота Томаса – ласковым взглядом, и меланхолично покачиваясь, принялся смотреть в залитое дождем окно.

За столом воцарилось дружелюбное молчание.

Новая маска сэра Эндрю

Однажды сэр Эндрю спешил на встречу со своими закадычными друзьями сэром Робертом, сэром Гарри, Котом Томасом и Кренделем в кафе «Рога и бубенцы». Погода, как обычно, стояла чудесная – лило, словно из носа простуженного кокни, и, пытаясь преодолеть зеленую лужу возле овощной лавки, сэр Эндрю неверно рассчитал дальность прыжка, упал и ударил лицом в грязь.

Головокружительный прыжок сэра Эндрю

Любимая черная маска сэра Эндрю была решительно испорчена, а показаться на глаза своим закадычным друзьям без маски сэру Эндрю не позволяло воспитание и происхождение – все его предки вплоть до одиннадцатого колена носили черные маски, что бы там ни случилось. Поэтому, отряхнувшись и должным образом отругав лужу, сэр Эндрю отправился в галантерейный магазин за новой черной маской.

Продавец галантерейного магазина, почтительно нависая над прилавком, выслушал пожелания сэра Эндрю и с сожалением сообщил, что в настоящее время в наличии имеются только розовые маски с запахом лаванды. Припертый к стенке обстоятельствами, сэр Эндрю повязал на лицо новую маску и, благоухая лавандой, покинул магазин.

Не станем описывать, какими взглядами и выражениями провожали сэра Эндрю прохожие – главные испытания ждали его впереди.

Когда Сэр Эндрю добрался, наконец, до «Рогов и бубенцов» и со словами «Недурная погода, не правда ли?» присел за столик к своим закадычным друзьям, те уставились на него, словно члены Парламента на чистильщика обуви, забредшего по ошибке на заседание Палаты лордов.

– Позвольте, милейший, это место предназначено специально и исключительно для нашего закадычного друга сэра Эндрю, так что потрудитесь уйти, если вам дорога целостность вашего безвкусного сюртука и отвратительного мятого цилиндра! – сказал разгневанный сэр Роберт, роняя монокль в сахарницу.

– Это просто неслыханно – навязываться с пошлыми разговорами о погоде совершенно незнакомым людям! – сказал сэр Гарри, дымя сигарой прямо в лишившийся защиты глаз сэра Роберта.

– Вы только взгляните на его забрызганные грязью уши! – вскричал Кот Томас, покрепче прижимая к себе напуганного инцидентом Кренделя.

– Господа, да это же я, ваш закадычный друг сэр Эндрю! – с дрожью в голосе сказал сэр Эндрю и от расстройства раскрыл зонт.

– Как же, сэр Эндрю! – ядовито рассмеялся сэр Роберт, освобождая монокль от сахарных крошек. – Да будет вам известно, что мы назначили встречу ровно на пять часов, вы же явились в полшестого. А сэр Эндрю не имеет привычки опаздывать, значит, вы – это не он!

– Не припоминаю, чтобы от сэра Эндрю когда-нибудь разило лавандой, к тому же он не носит таких идиотских сюртуков! – развил тему сэр Гарри, отмахиваясь газетой от запаха лаванды.

– К тому же, в этой розовой маске вы похожи на эмо, а сэр Эндрю никогда не был похож на эмо, – резюмировал Кот Томас, умевший уловить самую суть проблемы.

Крендель, как обычно, ничего не сказал, лишь одарил обладателя розовой маски весьма неприязненным взглядом и, пользуясь всеобщим замешательством, стал читать передовицу из газеты сэра Гарри.

Чувствуя, что положение становится безвыходным, сэр Эндрю пошел на отчаянный шаг и извлек из внутреннего кармана сюртука пострадавшую при прыжке через лужу измятую и грязную черную маску. Надев ее вместо розовой, сэр Эндрю с надеждой взглянул на своих закадычных друзей.

– Ну вот, совсем другое дело! – воскликнул сэр Роберт, внимательно рассматривая в монокль сэра Эндрю. – Теперь я совершенно уверен, что это действительно наш закадычный друг сэр Эндрю!

– Разрази меня гром, дружище, да это и вправду вы! – воскликнул сэр Гарри, отнимая газету у Кренделя, и в этот момент за окном разразился гром.

– Где это вы так вывозились, сэр Эндрю? И с какой стати опоздали на целых полчаса? – спросил Кот Томас, поглаживая обиженного сэром Гарри Кренделя.

Узнанный сэр Эндрю вздохнул с облегчением, сложил зонт, и закадычные друзья принялись приятно коротать вечер.

О том, как сэр Эндрю, сэр Роберт и сэр Гарри блюли традиции и за это поплатились

Однажды прекрасным дождливым вечером закадычные друзья сэр Эндрю, сэр Роберт, сэр Гарри и Кот Томас с Кренделем встретились у входа в кафе «Рога и бубенцы», но внутрь войти не смогли – на двери заведения висела, глумливо ухмыляясь, табличка с надписью «Сандень».

– Какая неприятность, – сказал сэр Роберт, побуквенно изучив надпись через монокль.

– Не то слово, дружище, – сказал сэр Эндрю, гневно встряхнув зонт и налив полпинты воды за шиворот сэру Роберту.

– Куда же нам податься в такой чудесный вечер? – спросил сэр Гарри и в расстроенных чувствах отщипнул клочок от своей любимой газеты.

– Мы с Кренделем предлагаем всем как можно скорее податься в кафе «Бубенцы и рога», что на противоположной стороне улицы, – сказал Кот Томас, а Крендель громко высморкался в знак согласия.

– В «Бубенцы и рога»?! – воскликнул сэр Роберт. – Да ни за что на свете! Пусть даже сама Королева скажет мне: «Сэр Роберт, ради меня и моих малюток – пойдите в «Бубенцы и рога»», я буду тверд!

– Право же, милейший Томас, – подхватил сэр Гарри, – истинный джентльмен никогда не переступит порог конкурирующего заведения, даже если это будет единственное открытое заведение во всем королевстве!

– Истинный джентльмен никогда не нарушает традиции – такова традиция! – дополнил сэр Эндрю, который всегда был чрезвычайно щепетилен в вопросах традиции (вспомним случай с маской и прыжком через лужу).

– Традиция нашей компании – каждый вечер собираться в «Рогах и бубенцах», и мы не отступимся от нее ни при каких обстоятельствах! – торжественно возвестил сэр Роберт и тут же сделался вылитым адмиралом Нельсоном.

– Не отступимся! – хором воскликнули сэр Гарри и сэр Эндрю.

– Ну что ж, господа, – сказал Кот Томас, посовещавшись с Кренделем, – мы с моим здравомыслящим другом оставляем вас блюсти традиции в компании этой очаровательной таблички, а сами отправляемся пить конкурирующий чай с конкурирующими сливками!

Пять минут спустя Кот Томас и Крендель сидели за столиком у камина в «Бубенцах и рогах» и наблюдали в окно, как их закадычные друзья, стремительно набухая под дождем, из последних сил блюдут традиции у порога «Рогов и бубенцов».

Последствия этого вечера были яркими и незабываемыми:

сэр Роберт простудился и непрестанно чихал, всякий раз роняя наземь свой монокль; сэр Эндрю, проснувшись утром следующего дня, потянулся по обыкновению за черной маской и обнаружил, что она «села» и теперь была впору разве что кошке; сэра Гарри разбил радикулит, так что целых два дня он не мог самостоятельно раскурить сигару, а про чтение газеты и говорить нечего; Кот Томас проспал всю ночь безмятежным здоровым сном и ему приснился Крендель; Крендель проспал всю ночь безмятежным здоровым сном и ему приснился Кот Томас.

Книга – почтой

– Господа, меня чрезвычайно удручает тот факт, что мы с вами практически не живем культурной жизнью, – сказал сэр Эндрю и обвел осуждающим взглядом своих закадычных друзей сэра Роберта, сэра Гарри, Кота Томаса и Кренделя.

– Лучше бы вы, сэр Эндрю, удручались из-за того, что мы практически не живем половой жизнью, – сказал Кот Томас, однако массовой поддержки не получил: перспектива половой жизни очевидно напугала всех, включая Кренделя, который обычно все начинания Кота Томаса встречал с энтузиазмом.

– Отчасти вы правы, сэр Эндрю, – сказал сэр Роберт, пытаясь с помощью монокля придать своему лицу выражение осмысленной задумчивости. – Однако культурная жизнь требует времени, я же человек занятой – мне нужно постоянно следить за новинками оптической промышленности…

– Я, знаете ли, тоже не сижу, сложа руки, – обиженно подхватил сэр Гарри, стряхивая пепел со своей сигары в сложенный зонт сэра Эндрю. – Мне нужно постоянно следить за новинками табачной промышленности, а кроме того, как вам известно, я являюсь Почетным читателем третьей страницы воскресного приложения к газете Bloomsbury & World Express!

– А мне нужно постоянно следить за Кренделем, а ему – за мной, так что мы оба тоже чрезвычайно заняты, – поддержал товарищей Кот Томас.

– Мои дорогие друзья, будучи, так же, как и вы, исключительно занятым человеком – мне ведь нужно постоянно следить за новинками галантерейной промышленности, – я все продумал, – сказал сэр Эндрю, победоносно взирая на закадычных друзей из-под черной маски. – Существует надежное агентство Books & Books, распространяющее книги почтой.

При этих словах сэр Роберт, Сэр Гарри и Кот Томас с Кренделем кисло улыбнулись, мысленно посылая пожелания скорейшего разорения надежному агентству Books & Books. А сэр Эндрю с воодушевлением продолжил:

– Сегодня утром они прислали мне совершенно бесплатно пять экземпляров своего каталога – вот, взгляните. Любую книгу из этого каталога вам доставят почтой прямо домой в течение трех дней! К тому же, в текущем месяце они предоставляют скидки на издания, посвященные Елизаветинской эпохе – нужно не упустить этот шанс!

И друзья не упустили – через три дня сэр Роберт, сэр Гарри, Кот Томас, Крендель и зачинщик культурной революции сэр Эндрю явились в «Рога и бубенцы» с пакетами, доставленными в срок надежным агентством Books & Books.

– Ну что ж, господа, давайте окунемся в прекрасное! – призвал сэр Эндрю и, окунаясь первым, сорвал обертку. – Вот, полюбуйтесь! – и с этими словами он предъявил взору закадычных друзей иллюстрированный справочник «Зонты и маски Елизаветинской эпохи».

– Изысканный выбор, дружище! Мой, впрочем, не хуже, – и довольный сэр Роберт извлек из пакета иллюстрированный справочник «Очки и монокли Елизаветинской эпохи».

– Это выбор настоящего джентльмена! – воскликнул сэр Гарри. – А вот и мой трофей!

Им оказалась иллюстрированная энциклопедия «Сигары и газеты Елизаветинской эпохи».

– А мы с Кренделем в целях экономии заказали одну книгу на двоих, – заявил Кот Томас и торжественно выложил на стол иллюстрированную энциклопедию «Коты и Крендели Елизаветинской эпохи».

Вечер ознаменовался оживленной культурной дискуссией.

Про забытый монокль и про то, как тетушка Эмили обернулась герцогом Веллингтонским

Однажды вечером сэр Роберт отправился в кафе «Рога и бубенцы», позабыв дома свой монокль. Естественно, это повлекло за собой последствия.

Вместо того, чтобы сесть на автобус номер 22 «С», идущий прямо к порогу «Рогов и бубенцов», сэр Роберт сослепу погрузился в автобус номер 143 и через семнадцать с половиной минут вышел у фабрики по производству каминных решеток. Еще не оценив должным образом размеры катастрофы, сэр Роберт миновал два квартала, сунулся в магазин корсетных изделий, мастерскую по ремонту термосов, меняльную контору и полицейский участок, и только тогда приблизился к пониманию сути происходящего.

– О Господи, – воскликнул сэр Роберт, беспомощно растопырившись посреди незнакомой улицы, словно впавшая в маразм курица, – как же я выберусь отсюда без своего монокля?

Сэр Роберт, оказавшийся в беде по вине собственной забывчивости

Этот вопрос нашел отклик в душах двух сомнительного вида джентльменов, один из которых стоял, нежно приобняв фонарь и ритмично покачиваясь, а второй, лежа рядом на мостовой, закусывал растерзанным кочаном капусты.

– Фил, ты слышал, что сказал этот гондон в цилиндре? – спросил качающийся.

– Он сказал, Билли, что ему не выбраться отсюда без какого-то бинокля, – ответил закусывающий. – Сомневаюсь, что он выбрался бы отсюда, будь у него даже пять биноклей.

Услышав этот диалог, сэр Роберт решил пойти на крайние меры и взял такси до «Рогов и бубенцов». И вот, пережив несколько неприятных мгновений после попытки расплатиться с водителем квитанцией из прачечной, сэр Роберт предстал, наконец, перед своими закадычными друзьями сэром Эндрю, сэром Гарри, Котом Томасом и Кренделем.

– Добрый вечер, мой дорогой сэр Эндрю, – сказал сэр Роберт, обращаясь к сэру Гарри.

– А как ваши дела, сэр Гарри? – продолжил приветствие сэр Роберт, адресуясь к Коту Томасу.

– Рад видеть вас, мой дорогой Томас, а где же ваш закадычный друг Крендель? – воскликнул сэр Роберт, обращаясь к незнакомой даме в пенсне, сидящей за соседним столиком.

– По-моему, по пути сюда наш друг сэр Роберт пережил какое-то душевное потрясение, от которого временно повредилось зрение, – предположил сэр Эндрю, поправляя перекосившуюся от удивления маску.

– Возможно, потрясение было не столько душевного, сколько физического свойства, – развил тему сэр Гарри, треснув сложенной газетой Кренделя, который стащил у сэра Гарри сигару и пытался обрезать ее с помощью кофейной ложечки.

– А по-моему, сэр Роберт позабыл дома свой монокль, – блеснув, как обычно, верной догадкой, Кот Томас отнял у Кренделя измочаленную сигару и с поклоном вернул ее сэру Гарри.

– Не желаете ли послушать последние новости? – спросил сэр Гарри, чувствуя, что пора сменить тему, и развернул газету.

– Батюшки, да это же моя тетушка Эмили! – сдавленно пискнул сэр Роберт, тыча пальцем в газетный лист. – Что там о ней пишут, сэр Гарри?

– Помилуйте, сэр Роберт, это же фотография герцога Веллингтонского, открывающего благотворительный базар в Торки! – ошеломленно пролепетал сэр Гарри.

– Вы, сэр Роберт, коли явились при неполном боекомплекте, так сидели бы лучше молча, – сказал Кот Томас, поймав одобрительный взгляд Кренделя.

Сэр Роберт смущенно потупился и подлил свежего чая в сахарницу, обещая себе впредь сидеть молча, однако продержался недолго.

Заметив у барной стойки уборщицу, выжимающую над ведром половую тряпку, сэр Роберт вскочил, опрокинув стул, и завопил:

– Вы только полюбуйтесь! Эта старая ведьма пытается утопить нашего дорогого Кренделя!

При этих словах уборщица перевернула ведро с водой, а Крендель стал цвета сырого теста, так что пришлось дать ему нюхательной соли, от которой у него тут же началась икота.

– Без своего монокля я просто как без рук, – жалобно простонал сэр Роберт.

– Лучше бы вы и правда были без рук – хлопот было бы определенно меньше, – прошипел Кот Томас, обнимая Кренделя, и это был редкий случай, когда сэр Эндрю и сэр Гарри были абсолютно согласны с Котом Томасом.

В общем, суматошный выдался вечер, нервный…

Сердечные дела сэра Гарри

– Господа, последнее время я чувствую некоторую пустоту, образовавшуюся в моей жизни, – сказал сэр Гарри, выпустив облако дыма в форме кренделя, чтобы сделать приятное Кренделю. – И вот, дабы заполнить эту пустоту, я решил пылко и безрассудно влюбиться.

– О! – сказал сэр Эндрю и потуже затянул тесемки на черной маске.

– Кхе! – сказал сэр Роберт и переместил монокль с правого глаза на левый.

– Старый болван! – сказал Кот Томас и что-то зашептал на ухо Кренделю, после чего оба зашлись беззвучным хохотом, так что Крендель чуть было не сполз под стол.

– Однако, мой милый друг, – сказал сэр Эндрю, – из достоверных источников мне известно, что для пылкой и безрассудной любви джентльмену непременно нужна хотя бы одна особа женского пола…

Сэр Роберт и Кот Томас одновременно раскрыли рты, чтобы сделать существенное дополнение к высказыванию сэра Эндрю, однако сэр Гарри перебил их.

– Не беспокойтесь, друзья мои, кандидатура моей будущей возлюбленной уже известна – это живущая со мной по соседству вдова нотариуса. У нее прекрасные глаза цвета копченой селедки и милая сумочка для рукоделия. Третьего дня мы даже перекинулись с нею парой слов!

– Вот как! О чем же? – спросил сэр Эндрю, с наслаждением почесывая спину рукояткой зонта.

Сэр Гарри охотно поведал:

– Она поинтересовалась, не я ли обронил на парадной лестнице пакетик пластыря от мозолей, а я ответил, что нет, не я, но как мило, что она побеспокоилась.

– Грандиозно! – воскликнул Кот Томас, но никто из присутствующих иронии не уловил. Один только Крендель, не в силах более сдерживаться, рухнул под стол, и Коту пришлось лезть доставать его.

– Полюбуйтесь, сэр Гарри, до чего доводят ваши сумасбродства, – пробубнил Кот, усаживая на стул пыльного Кренделя.

– Но знает ли эта милая дама о том, что вы наметили пылко и безрассудно полюбить ее? – задал резонный вопрос сэр Эндрю.

– Как раз вчера вечером я написал ей письмо, – ответил сэр Гарри. – Но пока не отправил, поскольку неожиданно образовалась проблема.

Закадычные друзья сэра Гарри почтительно умолкли, а Крендель икнул, подняв при этом небольшое облачко пыли.

– Как вы все знаете, в конверт с любовным письмом принято вкладывать какой-либо очаровательный засушенный цветок, я же не нашел у себя ничего, кроме сбора лекарственных трав от желудочной колики, – сэр Гарри помрачнел лицом от грустных воспоминаний. – Затем я решил было заменить цветок на одну из своих лучших сигар, но от сигары конверт так разбух и перекосился, что не было никакой возможности написать адрес и наклеить марку.

Сэр Гарри сочиняет письмо своей будущей возлюбленной

– Вы могли бы сложить письмо и сигару в коробку из-под нафталиновых шариков и отправить все это заказной бандеролью, – поспешил на помощь закадычному другу сэр Роберт.

Сэр Эндрю и сэр Гарри с укоризной взглянули на сэра Роберта, а Кот Томас тревожно покосился на Кренделя, опасаясь, что тот снова рухнет под стол.

– Я подумал, что может быть вы, сэр Роберт, одолжите мне на время свой монокль, – продолжил сэр Гарри. – Монокль прекрасно поместится в конверт, и моя будущая возлюбленная подумает, что ее тайный поклонник – человек серьезный и образованный.

– Она подумает, что тайный поклонник считает ее подслеповатой, – брякнул Кот Томас, подливая себе в чай сливок.

– Тогда может быть вы, сэр Эндрю, расстанетесь на пару дней со своей маской? – не терял надежды сэр Гарри. – Маска отлично складывается в конверт, и моя будущая возлюбленная решит, что ее тайный поклонник – человек с артистической жилкой и богатым воображением.

Кот Томас хотел было сказать, что именно подумает будущая возлюбленная о своем тайном поклоннике, пославшем черную маску в придачу к любовному письму, но решил, что в приличном обществе о таком не говорится вслух. А тем временем сэр Эндрю, напуганный перспективой расставания с маской, выдвинул встречное предложение:

– А почему бы вам, сэр Гарри, не послать даме вырезку из вашей любимой газеты? Вырезка замечательно поместится в конверте. Вот хотя бы та небольшая заметка о пожаре на гуталиновой фабрике в Шропшире…

– Но при чем здесь пожар на гуталиновой фабрике? – изумился недогадливый сэр Гарри.

– Ну как же, – пояснил сэр Эндрю, забравшись указательным пальцем под маску и почесывая левый глаз, – тем самым вы намекнете на то, что ваши чувства горячи, как огонь.

– Тем самым вы намекнете на то, что вы полоумный пироман, сэр Гарри, – сказал Кот Томас и укутал Кренделя в салфетку, чтобы тому не надуло.

– Послушайте, дружище, – сказал сэр Роберт, – так ли необходима вам эта пылкая и безрассудная влюбленность? Может быть, пустоту в вашей жизни заполнит новый радиоприемник или патентованный двухколесный велосипед?

– Но как же быть с письмом – ведь оно уже написано? – опечалился сэр Гарри.

– А вы пошлите его в редакцию своей любимой газеты на конкурс любовных писем, – посоветовал сэр Эндрю.

Радиоприемник – проверенная замена пылкой и безрассудной влюбленности

– Гениально! – сказал сэр Роберт.

– Пожалуй, мне это по душе! – сказал сэр Гарри.

– Какие же вы все ослы, господа! – сказал Кот Томас, а Крендель одобрительно кивнул.

И тут же закадычные друзья постановили отметить благополучное разрешение проблемы партией в домино.

Про то, как сэра Эндрю, сэра Роберта, сэра Гарри и Кота Томаса с Кренделем одолела тяга к переменам

Однажды вечером, сидя за столиком «Рогов и бубенцов», закадычные друзья сэр Эндрю, сэр Роберт, сэр Гарри и Кот Томас с Кренделем впали в глубокое уныние.

– Наша жизнь, господа, бесцветна и однообразна, – сказал сэр Гарри, уныло пожевывая сигару и комкая опостылевшую газету.

– В нашей жизни не хватает остроты, – дополнил сэр Эндрю, уныло поглаживая свой зонт и поправляя покосившуюся от уныния маску.

– В нашей жизни не хватает волнительных событий, – сказал сэр Роберт, уныло протирая салфеткой свой монокль.

– А нас с Кренделем все устраивает, – сказал Кот Томас, уныло подмигивая нахмурившемуся Кренделю.

Повисла унылая пауза.

– Вот поглядите, господа, – возобновил беседу сэр Гарри, – каждый вечер мы приходим сюда и пьем чай со сливками. А может быть, нам попробовать что-то новое?

Сэр Эндрю, сэр Роберт, Кот Томас и Крендель ошеломленно уставились на сэра Гарри, напуганные смелостью предложения.

Смелые эксперименты кота Томаса

– Что-то новое? – пискнул сэр Роберт. – Что вы имеете в виду, мой дорогой друг? Вы же не имеете в виду… – и тут сэр Роберт запнулся, не решаясь озвучить страшную догадку.