Кровавая Мэри

Глава 41

– Страсть лишена объективности, она лишена правды. Поэтому помните: если мозг охвачен возбуждением, вы в опасности.

– Это как лететь с парашютом в пропасть и бояться, что он не раскроется.

Пока я шаг за шагом отходила спиной назад, Дантэ расплылся в хищной улыбке.

– Ты знаешь, как угодить демону. Мы обожаем погони за своей добычей, Марисоль, – обсидиановые глаза сверкали, а на лице появилось такое предвкушение, от которого моё сердце застучало с удвоенной силой, разгоняя кровь.

От того как он произнёс моё имя в этот раз, по телу прошла дрожь.

Он сделал шаг по направлению ко мне, словно давая команду. Развернувшись, изо всех сил побежала. Так, будто за мной гонится демон.

Когда до воды оставалось совсем чуть-чуть, каратель поймал меня, прижимая к себе спиной.

– Полагаю, я заслужил право на поцелуй от прекрасной девы, не так ли? – зашептал мне на ухо, обдавая горячим дыханием и мурашками.

– Так нечестно! – резко повернулась к нему. – Ты переместился.

– А кто говорил о честной игре, Мэри? – прижал к себе, обхватывая за талию. – Теперь я буду целовать тебя так долго и горячо, пока ты не захочешь большего!

Мои бёдра непроизвольно дёрнулись ему навстречу, ощущая его возбуждение. Он приподнял меня и впился горячим поцелуем в мою шею, вырывая у меня протяжный стон. Что такого в этом демоне? Почему я никак не реагировала на красавчика Шакса, а Данталиан, казалось бы, невинным поцелуем приводил все мои чувства в неистовство. Словно он в точности знал, как достучаться до необузданности в глубине моей души. Разбудить желание и захотеть его так, что кружилась голова. Один взгляд его глаз лишал меня разума.

Я не шутила, когда говорила, что в другой жизни мне пришлось бы ему покориться. Пусть не сразу, но это произошло бы. К чему лукавить? Мне импонировало даже его упрямство, которое доставило мне столько беспокойства. Сильный, красивый… властный. Один запах мирры с ландышем заставлял упиваться им.

Желание, которое он вызывал, стремительно захватывало власть, заставляя обхватить его ногами, чтобы полнее почувствовать возбуждение мужчины. Потираясь всем телом. Отчаянно радуясь, что на нас так мало одежды.

Нарастающее удовольствие от его поцелуев заставляло полностью терять контроль. Сама потянулась к его губам, погружаясь языком в его глубины. Заново изучая. Упиваясь своей властью над ним и наоборот, отдаваясь в его распоряжение. Без сожалений и размышлений.

Страсть разгоралась всё сильнее. Языки переплетались, дразня друг друга и играя.

Дантэ сжал мою попку, вжимая в себя и заставляя выгибаться от этого прикосновения.

– Ты сводишь меня с ума, Марисоль, – прорычал каратель и приподнял меня, чтобы обхватить своим ртом одну из грудей сквозь купальник.

Мои руки впились в его волосы то ли с намерением оторвать, то ли прижать крепче. А с губ срывались стоны, которые невозможно было сдержать. Данталиан неожиданно опустился на колени, укладывая меня на траву, окружающую лагуну. И сам тут же устроился между моих бёдер, потираясь своим членом о моё лоно. Нагретая земля милостиво приняла нас в свои объятия.

Нами владела отнюдь не нежность. Нет! Агрессия! Вожделение! Страсть, затмевающая всё остальное!

– Хочу тебя, – простонала. – Прошу тебя, Дантэ! Сейчас!

Мужчина с напряжением кивнул и всего несколько секунд, чтобы заполнить меня до отказа. Мои ногти впились в его спину, оставляя глубокие царапины. Данталиан же откинул голову назад и издал какой-то утробный рык удовольствия.

– Каждый раз всё слаще, Марисоль, – он пристально посмотрел в моё лицо, делая первый толчок. Он делал меня дикой. Бешеной. И ему это нравилось. – Я бы убил любого, чтобы ты осталась со мной.

На мгновение меня окутало тревогой. Словно внутри меня что-то менялось. И это пугало! Но стоило мужчине продолжить терзать моё тело, как всё остальное стало таким неважным!

– Глубже, – умоляла его полным сладострастия голосом.

Чему он с радостью последовал, вбиваясь в моё полностью покорное ему тело. Затем и вовсе сел, приподнимая мои ноги и продолжая входить в меня.

– Так нравится смотреть на тебя, Марисоль. Такая красивая, – прерывисто проговорил Дантэ.

От его слов меня выкинуло за грань, в то время как Данталиан вонзался всё сильнее и сильнее. Хорошо, что мы на земле! Иначе никакая бы кровать не выдержала его натиска.

– Дантэ! – пронзительно вскричала от наслаждения, ощущая, как пульсирует моё естество вокруг его члена.

– Марисоль… – простонал каратель, делая последние толчки и застывая, а затем падая мне на грудь и придавливая своим немалым весом.

Но сейчас бы не променяла это на что-то другое. Могла только наслаждаться этой тяжестью и поглаживать его вспотевшую, постепенно высыхающую спину.

Через некоторое время он приподнялся и с улыбкой посмотрел на меня.

– Наш день продолжается. Как на счёт искупаться тут?

– У тебя мания уничтожать мои вещи, – рассмеялась, осматривая то, что осталось от лоскутков, прикрывавших ранее моё тело. – На этот раз ты разорвал мой купальник. Я и не заметила.

– Он тебе не понадобится, Марисоль, – засмеялся мужчина, вставая и помогая встать мне.

– Как скажешь, – легко согласилась и медленно пошла в сторону воды.

Когда уже зашла по колено, то повернулась и протянула руку Данталиану, который застыл, рассматривая меня.

– Пойдёшь со мной?

– Это почти лучшее из того, что ты мне когда-либо говорила, Мэри, – улыбнулся он, делая шаг в мою сторону.

Глава 42

– Как романтично проводить время с мужчиной, который никогда не будет твоим.

– Я долго сидела на безромантичной диете и, кажется, пришло время наесться вдоволь.

Уже давно стемнело и мы с Дантэ сидели у костра, слушая шум волн. Данталиан укутал моё тело в плед, а сам обнял меня со спины, положив подбородок мне на плечо. Мои уверения в том, что я не замёрзла, были нагло проигнорированы. Хотя чему тут удивляться? С его диктаторскими замашками меня могли и в дом загнать.

Но на этот день мне грех жаловаться. Он прошёл великолепно. Пожалуй, один из лучших дней в моей жизни. Словно подростки, впервые вырвавшиеся из-под опеки, мы носились по острову, плескались в лагуне и как пояснил мне каратель – всё же океане. Исследовали пещеры, оказавшиеся целым лабиринтом, уходящим под землю. Не удивлюсь, если где-то там какой-нибудь пират когда-то спрятал свой клад, добытый не совсем праведным путём. Идеальное для такого место. Мы рыбачили и готовили вместе.

Рыбак, правда, из меня вышел весьма посредственный. Терпение не мой конёк. Взяв лодку, мы отправились подальше от берега, пока остров не скрылся из вида, оставаясь крохотной точкой вдали. Я думала, нам придётся сидеть с удочками, но Данталиан использовал сети. Улов вышел знатный, но почти всех мы отпустили. Зачем нам двоим столько рыбы? Тут нет морозилки, чтобы заморозить.

А отправиться во внешний мир – никому из нас и в голову не пришло. Мне так точно, но и Данталиан не выглядел как тот, кто думает о побеге. Особенно, когда этот плут с особым удовольствием скинул меня с лодки и нырнул следом.

Целоваться посередине океана, когда не видно и клочка берега оказалось невероятно захватывающе…

А вот после ужина напала леность от насыщенного дня. Двигаться особо не хотелось. Достаточно было смотреть на костёр и языки его пламени. На душе царило такое умиротворение, что хотелось петь и танцевать, а вот тело устало. Кто сказал, что отдыхать легко?

Наверное, мне стоило сказать Дантэ, что я благодарна ему за этот день. За то, что повстречался на моём пути. Но, по-моему, это и так очевидно и не требовало лишних слов. Всю свою признательность к нему выражала, как умела – в веселье, радости… прикосновениях. Мы знакомы с ним так недолго, но Данталиан откровенно меня удивлял… каждый день.

Я ожидала кого-то расчётливого, жадного до власти и положения, а увидела… Дантэ. Вкупе с авторитарным характером он домашний, игривый… и какой-то родной. Пусть был и остаётся собственником, но пообещал же отпустить? Сейчас, когда приближается моё время, вполне могу признать, что проведи мы вместе ещё неделю или две вполне могла бы влюбиться без памяти. Хоть пока этого не случилось, но не могу сказать, что каратель не постарался сделать для этого всё возможное. Если бы не останавливала сама себя, то…

Всё это не имело значения, потому что мой путь выбран. И сворачивать с него не собираюсь. Кому-то со стороны покажется это глупостью, но я уже прожила несколько жизней и теперь хочу отдохнуть. Хотя бы это я заслужила. Видит Бог, я старалась жить праведной жизнью, несмотря на проклятье. Вопреки проклятью. Да, у меня случались ошибки. Непоправимые ошибки, в результате которых гибли люди. И не только плохие. Именно поэтому с особой предрасположенностью относилась к тем, кого мучили угрызения совести, так как эта мука так близка и мне. Но, как и они, заслуживаю наказания. Исключений нет и быть не может. Да и для меня это скорее освобождение.

– О чём ты думаешь? – спросил Данталиан, вырывая меня из тяжких дум.

Развернулась в кольце его рук и улыбнулась ему, отбрасывая все мысли.

– О многом. Но прежде всего, хочу поблагодарить тебя, Дантэ. За этот день и за всё, что ты для меня сделал. Ты и представить не можешь, как высока моя благодарность, – взяла его руку и поднесла её к своей груди, прикрытой сарафаном. Размещая аккурат напротив собственного сердца. – Хочу, чтобы ты знал. Я думаю, ты очень хороший. Почти лучший из тех, кто попадался мне в жизни.

– Как же низка твоя планка, раз ты так думаешь, – горько рассмеялся мужчина.

– Ты не прав, Данталиан, – покачала головой. – Поверь, я знаю, о чём говорю. Тебе ли не знать, каково это. Жить с чудовищем внутри? Заглядывать внутрь других и видеть их суть? Постоянно знать обо всех и вся. Самые грязные подробности… Понимаешь же, что совершенно безвинных нет. Хотя некоторые со временем забывают и убеждают сами себя, что они само совершенство. Но их души, они помнят всё.

– Но меня ты не чувствуешь. Как и я тебя. Поэтому ты хорошего обо мне мнения. Может в этом всё дело?

– И в этом тоже, – не стала отрицать очевидное. – Но это дало мне возможность узнать тебя самостоятельно. Уверена, что за тобой немало грехов и убийств. Но мне выпало увидеть лишь того, кто предстал передо мной.

– Может, я притворяюсь, – хмыкнул демон.

– Думаю, так и есть, – тихо рассмеялся. – Как и все люди, когда им кто-то нравится. Они стараются стать лучше ради него. Становятся лучше. Но уверена, что в твоём случае это правда лишь отчасти. Ты сам когда-нибудь поймёшь мои слова.

– Уже понимаю, о чём ты, Марисоль. И знаешь, ты поступила бесчестно. Ворвалась в мою жизнь, перевернула её с ног на голову и… просто уходишь. Жестоко.

– Ты так говоришь, будто я обманывала тебя хоть в чём-то, Данталиан. Почти с самого начала ты знал обо всём.

– А легче ли от этого, Марисоль? Нет. Мне кажется, я начинаю что-то чувствовать…

– Да, – я снова рассмеялась и тут же стала серьёзной. – Ты не похож на безэмоционального, как рассказывал вчера. Мне кажется, что вы, демоны, обманываете сами себя. Или… не знаю. А на счёт эмоций? Так продолжай чувствовать! Поверь, в человеческой жизни нет ничего важнее, чем наши чувства. Будь то радость или горе.

Он посмотрел на меня с печалью и поджал губы, покачав головой. А я же взяла его лицо в свои руки и улыбнулась.

– Чувства самый великий дар, который есть у человека. Надеюсь, когда я уйду, ты встретишь кого-то такого же хорошего как ты сам. Вы создадите семью. Ты испытаешь это счастье, лучше которого нет ничего!

– Ты не понимаешь, о чём говоришь, Марисоль, – хмыкнул каратель.

– Если ты так думаешь? То это твоё право, – пожала плечами и медленно наклонилась, целуя его в губы.

На этот раз мы словно прощались. Не торопясь, изучали тела друг друга. Наслаждаясь каждым мигом. Без спешки. Без стремления только получить удовольствие. Сам процесс стал чистым удовольствием. С привкусом горечи и тоски, но таких сладких, что замирало сердце.

А уже после растянулась на мужчине, который нежно поглаживал мою спину, и улыбнулась сама себе, прежде чем заснуть. Я была счастлива! Как никогда.

Глава 43

– Когда кончается логика, начинаются ритуалы.

– Главное, чтобы они не завершились предательством.

Проснулась от того, что было жарко. Оказалось, Данталиан во сне прижал меня к себе, а сам горячий, как паровой котёл.

Открыла глаза и уставилась на карателя, который спал как ни в чём не бывало. На этот раз мы находились в его собственной спальне. По всей видимости он перенёс нас после того как я уснула. Заботливо с его стороны, но такая близость излишняя.

Попыталась выбраться из кольца его рук, но сделать это было не так-то просто. Стоило отвоевать хоть немного пространства и свободы, как меня не только возвращали на место, но и обнимали сильнее.

Вдруг Дантэ открыл глаза. И на мгновение утонула в обсидиановом взгляде, который со сна напоминал бесконечный омут со скрытыми там секретами мироздания. Но вот он моргнул, фокусируя зрение, и это ощущение испарилось, оставляя после себя неловкость.

– Ты можешь меня отпустить? – тихо попросила демона, сглатывая вязкую слюну. – Ты горячий, а я хочу в туалет и в душ.

Он медленно выполнил мою просьбу и отстранился, а я же, отпущенная на волю, вскочила и стремительно сбежала в ванную комнату, смущённая собственной реакцией на такое пробуждение. Если бы дело было только в вожделении – это пережила бы без труда, но меня обуяла… нежность к этому мужчине, такому славному и уютному, что поймала себя на мысли о том, как хочу прижаться к нему и не отпускать. Это вызывало смятение в душе и совершенно меня не устраивало.

К тому времени как успокоила разбушевавшиеся чувства и вышла из ванной, постель уже опустела. Тут моей одежды не было, поэтому вышла из его комнаты и пошла искать гостевую, в которую меня определили. Справедливо рассудила, что она где-то поблизости и не прогадала. Уже через пару минут входила туда. Мои вещи разобрали и поместили в шкафы. Наверное, та самая загадочная Кларисса. Тут в отличие от хозяйской спальни отдельного помещения под гардероб не было, но зато стояли комоды.

Впервые за долгое время застыла, понимая, что не могу выбрать, что надеть. Открывала ящики со своими собственными вещами и не могла определиться. Джинсы? Не хочу. Платье? Нет. До назначенного мне часа оставалась всего пара часов и… ничего. Казалось бы, это не имеет значения, но растерянность завладевала мной всё больше.

Прошла к кровати, и устало села. Проходило время, а ответ всё не приходил. В голову лезли всякие глупости. От чего-то захотелось стать… прекрасной. Не факт, что всё свершится сегодня. Мало ли сколько времени потребуется Данталиану, чтобы найти Самайна. Может всего час, а может и пара дней, но сейчас мной овладела нерешительность.

В итоге не выдержала этой странной пытки и подскочила к комоду, доставая первое, что попалось под руку. Это всё же оказалось платье. Белое платье, которое купила так давно, что и не помнила об этой покупке.

Решительно надела его и вышла из комнаты с высоко поднятой головой, не забыв захватить любимую косуху, придававшую мне сил.

– Привет, – улыбнулась Данталиану, которого застала на кухне за приготовлением завтрака.

– Ты что-то долго, – проговорил он, не оборачиваясь.

– Помочь? – предложила ему, не обратив внимания на его фразу.

Мне на это и сказать-то было нечего. Любую нерешительность Дантэ может обернуть в свою сторону и принять за сомнения. А это не так!

– Нет, я почти закончил. Присаживайся, – он налил кофе и поставил кружку передо мной, снова подходя к плите и доставая с полки тарелки.

Вцепилась в кофе, как утопающий в спасительный круг. Корень моего состояния ясен. Я нервничаю. И сейчас пыталась понять, в чём причина такого. Не в том, что передумала. Нет. Скорее опасаюсь, что всё сорвётся. Вдруг у меня не хватит сил, чтобы всё осуществить? Это потребует невероятное количество магии. Или нам помешают? А что если Дантэ меня всё же обманет?

Данталиан поставил перед нами тарелки и сел рядом. Завтрак прошёл в молчании. Демон не смотрел в мою сторону. Мы просто ели, хотя у меня каждый кусок с трудом лез в горло. Напоминало всё это последнюю трапезу для смертника. Недалеко от истины, не так ли?

Когда мы закончили, то одновременно подняли головы и взглянули друг на друга. Не знаю как моё лицо, но его было непроницаемо. Его сейчас невозможно прочитать и угадать, о чём он думает.

– Ты готова? Где будет проходить обряд?

– Во Франции. В том месте, где всё началось, – сухо ответила ему, с трудом справляясь с волнением. – Рядом с городом Лионом на побережье реки Роны когда-то находилась деревушка. Сейчас она стёрта с лица земли, но нам туда. Только захвати нож. Он мне понадобится, а свой я оставила дома в сумке.

Данталиан кивнул, встал и убрал тарелки в раковину. Затем протянул руку. И мы переместились, оказываясь там, где я сказала. Тут было прохладно, поэтому сразу надела кожанку и устремилась туда, куда звало меня сердце. Место, где я родилась и выросла.

Шли мы около сорока минут и, наконец, остановились у нужного места. Там, где когда-то стоял мой отчий дом, теперь расположилась полянка. Прекрасная поляна, причиняющая столько боли и наполняющая меня тоской.

– Ты в порядке? – спросил Данталиан, вставая рядом. – Ты побледнела.

– Всё хорошо, – я сглотнула. – Давай нож. Я пока всё приготовлю, но ты будь внимателен. Не думаю, что Долорес явится, зная, что тут можешь быть ты, но вдруг пошлёт сюда своих людей, чтобы помешать? Она не дура и может догадаться, что мы задумали.

– Не волнуйся на счёт неё. Пока ты будешь готовиться, я поставлю защитный контур. Даже если кто-то из людей придёт, он тут никого не увидит.

Кивнула и занялась делом. Сейчас очень важно ничего не напутать, но это вряд ли произойдёт. Слишком часто представляла и вспоминала ритуал призыва, который рисовала мачеха триста лет назад.

Я подняла сухую палку и прямо на земле начала создавать траншею, прилагая всю имеющуюся у меня силу. Когда всё было кончено, откинула её и посмотрела на часы на руке. Оставались считанные минуты, и на меня неожиданно снизошло спокойствие и умиротворение. Вот и всё.

– Тут неподалёку действительно шляются какие-то люди, но я успел вовремя. Нам не помешают. Ты готова? – спросил у меня Дантэ, приближаясь.

– Да, – бросила и встала в центр призыва, чтобы начать обряд.

Но в последний момент посмотрела на Данталиана, стараясь запомнить его лицо. Почему-то сейчас это казалось таким важным. Лицо с тем же острым взглядом, который привлёк меня с первого мгновения. Нос с небольшой горбинкой и губы, оказавшийся такими сладкими. Глубоко вздохнула и отвела глаза. Затем рывком порезала свою ладонь, капая кровью себе под ноги, и запела:

– Виртутем меам, эт сангвинем меум волунтатис! Дик михи номен даемон, кви вендидит анима меа. Кви маледихит михи!

Выкрикнув последние слова, задрожала от силы, которая полилась из меня и впитывалась в засветившийся ритуальный символ под моими ногами. Вспыхнув ярче, свет начал подниматься и выводить имя… Самайн.

Бросила взгляд на Дантэ, чтобы убедиться, что он успел прочитать. Данталиан не сводил глаз с надписи. Это успокоило меня. И только после того как убедилась, что всё не прошло зря, закончила обряд со словами:

– Его гратием!

И всё закончилось. У меня получилось! Боже, благодарю тебя! Но у меня получилось!

Широко улыбнулась и повернулась к карателю, хотя чувствовала, как всё это отняло немало сил. На тело накатила слабость. Но демона не было на месте. Растерянно огляделась и тут почувствовала, как к моему рту поднесли тряпку с каким-то сладковатым запахом и вкусом.

Непонимающе посмотрела за спину. Это оказался сам Данталиан. Дёрнулась, но он не дал освободиться, держа пропитанную хлороформом тряпицу у моего рта и носа, заставляя дышать только этим. Проходили минуты и моё сопротивление начало слабнуть, пока не потеряла сознание.

Глава 44

– Ты никогда не решишь проблему, если будешь думать так же, как тот, кто её создал.

– Это я уже понял. Но это не значит, что другой путь будет менее болезненным. Для всех.

Данталиан

Стиснув зубы, перенёс хрупкое тело Марисоль в собственную квартиру и уложил на кровать. Мне не хотелось поступать с ней так, но другого выхода не видел. Моя сила на неё не действует, а другого безболезненного способа, чтобы вывести её из строя не видел. А если бы не сделал этого – Мэри могла бы помешать, зная изобретательность девушки. Да и один её взгляд действовал на меня сокрушающе и вынуждал согласиться почти на всё. Она должна проспать несколько часов и этого времени мне хватит с лихвой.

Вот только для того, что я задумал, потребуется помощь. А обратиться могу только к одному существу. К Шаксу. Но кто бы мог подумать, что в этом деле окажется замешан Самайн? Мне никогда не нравился этот ублюдок, а оказалось, что у меня есть все права, чтобы уничтожить его. В любое другое время воспользовался бы этой возможностью, не задумываясь. Но не сейчас. Не тогда, когда в этом деле замешана Марисоль. Нет. Своё обещание, данное ей, я сдержу, но это не значит, что оставлю всё так. Благо она была довольно расплывчата в формулировке. Это дало мне поле для манёвра. И чтобы не принесло мне будущее, воспользуюсь любой данной мне возможностью.

На прощание наклонился и поцеловал Мэри в губы едва уловимым касанием, прежде чем переместиться в АдФинанс. Прямо в кабинет друга, который сидел за столом и, почувствовав моё появление, поднял голову.

– Дантэ? – удивился Шакс. – Вот уж не думал увидеть тебя в ближайшее время. Когда ты злишься на меня, ты можешь пропадать месяцами, не то чтобы избегая, а скорее игнорируя моё существование.

– Мне нужна помощь, Шакси, – тихо проговорил.

– Шакси? – ошеломлённо переспросил демон. – Ты не называл меня так лет четыреста. Что произошло?