Герой по имени Кигус

– Проклятье, – пробормотал Кигус, прикрывая глаза рукой в латной рукавице. Сверху светило солнце, а снизу его лучи отражали лужи. В глазах все рябило, так что дорогу нельзя было разглядеть. Оставалось только вздохнуть и двинуться наугад, рискуя завязнуть в грязи.

– Пошел, – герой прикрикнул на своего жеребца и ткнул его ногами. Тот медленно двинулся вперед, чавкая по грязевому месиву. Это был настоящий боевой конь. Здоровенный, черный, с могучими ногами и грозным взглядом. Кигус боялся, что, как и все подобные жеребцы, этот может быть весьма своенравным и легко выдать что-нибудь этакое. В таком случае он даже поводья не сможет нормально дернуть. Ведь герой держал их одной рукой, и всё потому, что в другой было знамя. О нём стоит рассказать отдельно.

Так как Кигуса официально посвятили в рыцари горной равнины, ему нужно было знамя. Копье легко нашлось в оружейной замка. А вот вешать на него было нечего, поскольку герба у героя не было. Да и изготавливать ему стяг никто бы не стал. Поэтому лорд Альтур просто отправил своих людей поискать что-нибудь в подвалах замка. Ведь там с давних времен хранилось множество всяческих вещей. То, что притащили слуги, выглядело весьма плачевно. Беглого взгляда хватило бы, чтобы понять – прежние рыцари тяготели к величию. Гарцующие грифоны, рычащие львы, драконы, испускающие пламя, медведи, стоящие в боевой стойке – чего там только не было. И всё это великолепие было безнадежно испорчено молью. Казалось, выхода нет. Но тут в одной из самых дальних закутков замковых подвалов нашлось уцелевшее полотнище. Вот только владелец его был весьма оригинальным человеком. Так что теперь над Кигусом гордо реяло знамя, где на красном фоне был серебряный не то карп, не то карась. Дух приключений даже пошутил, что теперь всё путешествие пройдет под знаком рыбы.

А еще поначалу знамя показалось герою легким. Однако руки его устали и стало ясно, что скоро он уронит его в грязь.

– Да что же это такое, – пробурчал Кигус, перехватывая знамя другой рукой, – разве для этой штуки не должно быть какого-нибудь крепления?

– Тебе стоило бы спросить это у лорда Альтура, – отозвался дух приключений, – правда, я сомневаюсь, что он бы тебе ответил. Слишком уж он спешил со сборами.

– Это точно, – возмутился герой, – он меня буквально из города выпнул. Всучил бумажку и езжай!

– Оно понятно, – задумчиво протянул невидимка, – путь-то не близкий. Вот и торопился.

– Кстати, где это письмо?

– Ты её в седельную сумку засунул.

– Ладно, – успокоился Кигус, – просто мне кажется, что без него никто не поверит, что я герой. Скажут еще – проходимец какой-то коня украл.

– Ой, да брось. Ты же в доспехах! Они, вон, даже начищены....

– Ага, вот только выглядят они на мне, будто я их тоже украл! Да еще и в одном месте болтаются, а в другом жмут!

Это было действительно так. Лорд Альтур приказал найти самые лучшие доспехи для героя. Иначе говоря – не мятые и не ржавые. Нашлись только жалкие остатки. Один сапог такой, другой такой, разного размера наплечники и прочее. Может быть, этот сборный наряд выглядел бы хорошо и оригинально, но только подгонять его никто не стал. Как было – так и надели, особо не церемонясь. Так что Кигусу было адски неудобно в этих латах. Но зато они блестели на солнце. Которое весьма неплохо нагревало весь этот металл, что еще больше злило героя.

– Я уже не говорю о том, что рыцари вообще не должны ездить в латах! – распалялся он, – они снимают их в дорогу, а перед боем надевают! Оставляют только кирасу и еще что-нибудь! Верно, ведь я говорю?

– А чего ты у меня спрашиваешь? Это ты у нас прожженный вояка!

– Мало я рыцарей видел. Куда нам простым солдатам до них. А из доспехов только стеганка и никаких тебе латных перчаток!

– Хм, ну вообще ты прав, – начал дух приключений, – рыцари действительно латы только в бой надевали. Ну, или когда в боевом лагере были. В ожидании нападения, так сказать. Вот только есть проблема. Если бы на тебя их сразу не напялили, ты бы потом их не смог надеть. Тебя и на коня-то всем замком усаживали!

– Вот именно! У этих славных рыцарей были всякие оруженосцы, повара и прочие слуги. И лошадей несколько. Даже телега с припасами!

– Ага. И всем им нужно чем-то платить. А у тебя даже дракона кормить нечем!

– Думаю, что все твои славные герои шли на подвиги не ради славы, – пробурчал Кигус, – а ради наживы! Убил чудовище – забрал его сокровища, награду получил – глядишь и проживешь еще месяц. Так что выбор у них был небольшой – либо от голода помирай, либо от чудищ.

– Вот закончишь с этим путешествием – будет тебе награда. Можешь уже подбирать себе оруженосца, – усмехнулся дух приключений, – ну а для начала можешь дать имя своему коню!

– Коню? Зачем? – не понял герой.

– У всякого славного скакуна должно быть имя. Ты вот даже своей кобыле не дал имени! Но тогда-то ты простолюдином был. А теперь рыцарь. Так что точно нужно имя придумывать!

– А вот не буду.

– Да что такое с тобой! У каждого героя был свой конь с именем. И меч с именем.

– Чего? Зачем давать имя мечу? Это всего лишь инструмент. Может мне еще дать имя топору, косе, ложке и тарелке? А потом еще и разговаривать с ними начать. Так недолго с ума сойти.

– Ну, ладно. Шут с ними, с мечом. Но конь-то живой! И кобыла, по крайней мере, была. Я бы назвал ее Снежинкой! Ведь она была белого цвета.

– Ладно, – сердито буркнул Кигус, – Пусть будет снежинка. Обрадую, если встречу её в следующий раз.

– Теперь твоя очередь. Как назовешь этого верного скакуна?

– Эх, надоел, – воскликнул герой. Стало ясно, что дух приключений не отстанет. Тогда он огляделся по сторонам в надежде что-нибудь придумать. И тут подняв голову, обратил внимание на знамя, а затем воскликнул, – ага. Придумал. Будет он Карасиком.

– Ты ведь шутишь? А ну давай что-нибудь нормальное! – возмутился дух приключений, – Буцефал, например!

– Нет, я все сказал. Будет Карасиком! – развеселившийся Кигус наклонился к уху коня и, перекрикивая возмущения своего спутника, воскликнул, – Слышал? Ты теперь Карасик!

Имя коню не понравилось. Совсем. От этого, ну или от неожиданности, он вскочил на дыбы. Герой, представлявший собой груду металла, сразу же вывалился из седла, едва не свернув себе шею. Жеребец же почувствовал облегчение и радостно помчался дальше по дороге.

– Видать не понравилось ему имя-то, – насмешливо заявил дух приключений, – эй, вставай уже!

– Карась-рыба…. Грязь, – пробурчал Кигус, глядя на удаляющегося вдаль коня. Герой, словно огромный жук, лежал на спине в грязи и даже не мог приподняться. Глядя на чистое синее небо, он пробормотал:

– Ах, как же хорошо.

– Что? Ты же в грязи лежишь! – озабочено заметил дух приключений.

– Просто я раньше как-то не замечал такого неба, – вдруг начал Кигус, – оно такое синее, безмятежное и бескрайнее. Был бы я птицей, я бы улетел туда…

– Ты что сильно головой ударился? – испугался за него невидимка.

– Да пошутил я, – фыркнул тот, – мне просто тут между латами вода затекла из грязи. Такая прохладная.

– Эх, а я уж испугался!

– Хоть немножко это железо охладил, – пробормотал герой, пытаясь приподняться, – шипения не было, когда я в воду упал?

– Вставай уже, а то увидит кто!

– Я пытаюсь, – заявил Кигус. Однако просто так у него не получилось встать. Пришлось осторожно перевалиться со спины на живот. От его падения даже остался след в грязи, сразу заполнившийся водой. Герой же осторожно поднялся на колени. Ноги его разъезжались по скользкой грязи, но он смог устоять. Грязная жижа стекала с него целыми ручьями.

– Как же я в нем воевать буду, если и подняться не могу?

– А что такого? Сошлись два рыцаря, машут мечами. А потом тот, кто упал – тот и проиграл! Его поднимают и в плен несут!

– Надо избавиться от этих лат, – заявил Кигус, стряхивая с себя комки грязи.

– Знаешь, а лорд Альтур это предусмотрел, – подметил дух приключений.

– В каком это смысле?

– Ну, я что-то не видел, чтобы у тебя еще что-то было кроме этих лат.

– То есть, – распаляясь, начал герой, оттирая грязь с лица, – я должен был ехать несколько дней верхом, не снимая лат, а потом предстать перед королем и сказать, что я рыцарь с Горной равнины?

– Видимо, да. Но я слышал, что некоторые рыцари давали обет не мыться, пока не совершат подвиг. Так что думаю, там к этому привычные все. Это я в местных книжках прочитал.

– Эх, вот видишь, как все устроено!

– Как? – не понял мысли собеседника дух приключений.

– Главное это выделиться. Например, что конь хороший и доспех блестит. А что до остального – это дело второе, – пустился философствовать Кигус. Он нагнулся и осторожно поднял копье с земли. К несчастью, само знамя упало в лужу и изрядно там испачкалось. Даже рыба из серебристой стала серой, а фон и вовсе коричневым.

– Смотри-ка, оно окрасилось в цвета нашей земли, – мрачно сыронизировал герой, – надо будет его постирать.

– Ага. Только это потом уже. А сейчас-то что делать будешь? – спросил его невидимка.

– Даже не знаю, – начал было тот, но тут же замолчал, уставившись вдаль, – смотри. Там что-то виднеется, – и, не дожидаясь ответа, зашагал вперед, навстречу неизвестности.

Неизвестностью оказалась увязшая в грязи телега. Тянул её полудохлый ослик, которого нещадно ругал коренастый мужик. Поскольку повозка была сильно загружена большими тюками, то и увязла она основательно.

– Здравствуй путник, – воскликнул Кигус, подходя поближе. Мужик оглянулся и изумился:

– И ты здравствуй, – он оглядел героя с ног до кончика копья, а затем пробежался взглядом еще на раз, но это ему не помогло, – а вы кто будете?

– Я сэр Кигус с Горной равнины.

– О, славный рыцарь. И что же с вами случилось, сэр? – еще больше удивившись, воскликнул незнакомец.

– Враги, – коротко бросил рыцарь, – ситуация серьезная. Поэтому мне нужна твоя одежда. Я заплачу, – заявил он, сняв с пояса мешок с монетами. Это, пожалуй, единственное, что у него осталось. Не считая знамени и чести. Хотя, после грязевой ванны, даже честь куда-то затерялась.

– Знаете, сэр, – замялся мужик, – я не то, чтобы против…. И не хочу вам перечить…. Но у меня в повозке куча тюков с одеждой для продажи, может, вы оттуда чего-нибудь выберете?

– Это будет даже лучше, – радостно отозвался герой. Однако мужик вновь замялся:

– Я даже не возьму с вас и монеты, сэр. Особенно, если вы поможете в беде честному человеку. Моя повозка застряла….

– Ни слова больше! – воскликнул Кигус и, увязая в грязи, полез на выручку телеги.

Вместе с мужичком и несчастным осликом им удалось вытянуть её на более-менее твердую землю. Путник не обманул и предоставил герою полный выбор из своего груза. Тот нашел себе одежду по размеру, пару сапог и мешок, чтобы тащить с собой осточертевшие латы. Напоследок, путник вдруг спросил:

– Сэр, позвольте вас спросить….

– Чего? – отозвался рыцарь, упихивая одежду в мешок.

– А это не ваш ли конь, недавно пронесся мимо меня? Такой здоровый и черный?

– Мой, – утвердительно кивнул Кигус, – но это часть плана. А теперь, прощай путник. Гляди, не увязни еще раз. Дороги у нас нынче плохие, – сказал он и зашагал прочь, роняя на землю засохшую грязь.

Теперь его целью было найти какое-нибудь озеро или речку. Так что шел он, оглядываясь по сторонам в надежде найти хоть что-нибудь отличное от лужи.

Словно назло ему на дороге было много путников. Встретились ему несколько крестьян, которые с изумлением остановились и продолжали таращиться на него, даже тогда, когда он прошагал мимо. Попадались еще торговцы, везущие товар, пастух со стадом коров. И наконец, встретилась стайка молодых девушек, несущих корзины с бельем. Завидев, героя, они пустились в смех.

– Дамы, не поможете ли славному рыцарю, – начал он, вызвав очередную волну смешков, – где здесь есть речка или озеро?

– Вам туда, – похихикивая, пробормотала одна из них, – там вдоль поля, к той рощице. Если вы пойдете по тропинке среди кустов, то выйдите прямо к песчаному пляжу.

В ответ Кигус поклонился и зашагал прочь. Конечно, всё это было жутко позорно, но делать было нечего. Дойдя до рощицы, он не пошел по тропинке. Наоборот, отправился ломиться через кусты, чтобы никого больше не встретить. Там у поникших к воде ив, он бросил мешок с вещами и стащил раздражавшие латы. Побросав их на землю, словно мусор и скинул остальную одежду. А затем, разогнав тину у берега, с наслаждением окунулся в воду. Как следует ополоснувшись, герой выбрался на берег и переоделся в чистое белье. Сразу стало легче.

Затем он не торопясь обстучал грязь со своих доспехов и с легкой ненавистью утрамбовал их в мешок. Затем снял знамя, чтобы постирать. А еще отцепил наконечник с копья.

– Ух, – выдохнул Кигус, едва закончив, – ну теперь совсем другое дело. Теперь я просто путник с мешком и длинной палкой. Сразу легче стало.

– Ага, – отозвался дух приключений, – еще надо добираться до короля – вот тогда и станет легче. А у тебя ни коня, ни письма. Даже не докажешь, что ты рыцарь!

– Поглядим, – заявил герой, – может, и догоню эту скотину, – и направился обратно к дороге.

– Как думаешь, что там случилось такое? – вдруг поинтересовался дух приключений, – зачем король решил собрать всех своих лордов?

– Не знаю. Думаю, он затеял очередную войну.

– А с кем? Я как-то видел карту. Тут особо не повоюешь. Разве что кто-то приплывет издалека!

– Может и издалека, – отмахнулся герой и со вздохом добавил, – всё равно будет война.

– А вдруг что-нибудь другое? Как раз для героя?

– Ну, – тут Кигус задумчиво почесал голову, – этот вариант мне еще меньше нравится. А вообще – вот доберусь и узнаем. Чего лишний раз голову ломать!

Вот только к тому времени, когда герой дошагает до столицы, все проблемы могли уже решиться сами по себе. Ведь куда ему до резвого жеребца. Время уже было далеко за полдень, а он прошел только малую часть пути. К тому же Кигус изрядно выдохся и проголодался. А все его припасы умчались вместе с проклятым конем. Еще и дорога вдруг опустела – ни единого путника.

Солнце по-прежнему пекло как ненормальное, да и воздух был такой же тяжелый и влажный. Мешок с латами на каждом шагу громыхал и бил по спине, всё время втыкаясь каким-то уголком. Наконец, герою это все надоело, и он остановился. Возле дороги торчал путевой столб с указателями. Кигус привалился к нему спиной и принялся ковыряться в мешке.

– Нужно было сразу всё сложить как надо, – бурчал он, – тогда и не мешалось бы ничего.

– Ага, – отозвался дух приключений, – всё равно торопиться тебе некуда. Вот дойдешь, а там уже и король другой совсем.

– Тебе-то смешно. Ни жары не чувствуешь, ни жажды. Эх, сейчас бы воды с колодца, чтоб холодненькая…. Всё. Буду сидеть отдыхать.

– Главное из лужи не пей. А то станешь козленочком! – засмеялся невидимка, – знаешь, как-то быстро ты устал. Ты же без лошади раньше жил – значит много ходил со всякими вещами.

– Я и не устал, – возразил герой, – нужно было бы – шагал бы дальше. А так в чем смысл? Тут ты прав. Пока дойду – ноги в кровь сотру. Тут другой подход нужен.

– Какой?

– Вон, видишь, – Кигус указал рукой на дорогу, – там едет кто-то. Сено везет. Попрошу его подвезти. Всё равно медленно будет, но хоть силы напрасно тратить не буду! – сказал он и поднялся на ноги, чтобы помахать вознице. Тот ехал медленно, не торопясь. Так что герою даже пришлось подождать, пока тот подъедет.

– Эй, мил человек, не подвезешь ли усталого путника? – воскликнул он.

– Тпру, – прикрикнул на лошаденку седой мужик. Он был хоть и старым, но довольно крепким. Сначала возница молча осмотрел самого Кигуса, затем огляделся по сторонам. Но вокруг были только луга, заросшие травой. Так что старик успокоился и, зачем-то засунув руку в сено, мрачно заметил:

– Ну, коли мирный нрав у путника, то подвезу.

– Мирный, мирный. Ты не переживай, – Кигус выудил из кошеля пару мелких монет, и протянул мужику, – я даже за доброту отблагодарю.

– Залезай, – коротко бросил тот, принимая деньги.

Когда герой забирался в телегу, он краем глаза заметил, что возница прячет обратно в сено здоровенный колун.

– С твоей внешностью – только в попутчики проситься, – ехидно прошептал дух приключений. Но Кигус лишь отмахнулся.

Так с этим сеном он добрался до ближайшей деревни. Там ему наконец-то удалось поужинать. Набив живот, герой не стал платить за комнату. Просто вышел в ближайшее поле и заночевал в стогу сена. Отдавать деньги, которых у него оставалось не так много, за всего-то какую-то теплую постель он не собирался. К тому же он был твердо уверен, что дождя не будет. Ведь у Горной равнины теперь был свой собственный повелитель погоды.

Наутро Кигус встал на выезде из деревни и принялся опрашивать всех проезжавших. Ему нужно было на восток, к самым горам. Поскольку он напустил на себя самый доброжелательный вид, да еще и со всеми здоровался, то вскоре ему удалось найти попутчика. Теперь его дорога лежала в деревню под названием Серая Падь. Она была у подножья склонов восточных отрогов великого хребта.

В пути Кигус даже поделился с духом приключений своими знаниями об этих местах. Только вот знания у него были скудные, да и то – большая часть слухи. Так что его спутник получил лишь обрывки информации.

Например, что возле этой деревни была та самая Серая Падь – долина меж крутых пиков Восточных отрогов. Местность там была наподобие знакомых Южных скал – серые гравийные осыпи, невзрачные скалы того же оттенка и редкая растительность. Зато это было самое низкое место на всей горной цепи. Но перебираться через него долгое время никто не хотел. И все торговые караваны ходили другими путями. Почему – Кигус не знал. Говорил, что опасно было, неудобно и вообще он не помнит. Зато ему запомнилось, что где-то на промежутке, между «было давно» и «совсем недавно», в Серой Пади произошел крупный обвал. После него перевал стал гораздо удобнее. Так что лорд Альтур быстро договорился с Королевством, чтобы присоединить к нему Горную равнину и заодно наладить удобный торговый путь. Про причины этого решения были разные слухи. Одни говорили, что лорд испугался, армий, которые теперь могли прийти из-за гор, другие, что он наоборот увидел в этом шанс нажиться – ведь теперь путь в Лерней пролегал через Горную равнину. В любом случае – итогом стало то, что через Серую Падь проложили большой и удобный мост. Через него-то и предстояло перейти Кигусу.

До Серой Пади герой добрался лишь к вечеру. Это было оживленное место. Сама деревушка была расположена прямо на горном склоне. Отчего выйдя на крыльцо одного дома можно было легко увидеть крышу другого. Даже огороды у них были этакими террасами. А еще здесь было множество коз, жители только их и держали. Так что куда не глянь – везде бродили блеющие животные по своим загонам с оградой из ступенчатого забора. Другим способом заработка в этих местах были постоялые дворы. Их здесь было несколько штук. Это было неудивительно, если учесть, сколько путников захотят отдохнуть после перехода через горы.

Кигус бродил по оживленным улицам и расспрашивал путешественников. Кого здесь только не было! Люди в самой разнообразной одежде, целые табуны лошадей и мулов, нагруженные тюками, простые носильщики, охранники и сами жители деревни – все сновали туда-сюда в каком-то диком хаосе. И все были какими-то жутко шумными. Галдели, кричали, смеялись и обсуждали всякие новости и слухи. На этом празднике жизни герой чувствовал себя посторонним и от этого сразу мрачнел.

А еще ему постоянно приходилось кого-то перебивать, чтобы найти себе попутчика. Вот какой-то толстяк лихо хвастает о том, сколько шкур он привез из Зимолесья, но вот сейчас он едет в Лерней. Вот несколько караванщиков пугают друг друга байками про Темнолесье – этакий жуткий лес далеко на западе, где живет народ, поклоняющийся зверям. Но они двигаются к Двуречью, кстати, как раз мимо того самого леса. А тут хмурый вояка, говорит, что сопровождает караван куда-то дальше Лернея, в такие дали, что сам забыл название. Или вот простоватый на вид парень – собирается в Город на Горной равнине…

Оббежав почти всю деревню, Кигус понял только одно – к его несчастью, все едут только в одну сторону. Он уже было собрался идти в одиночку, но тут к нему подошел смутно знакомый здоровяк.

– Эй, я тут краем уха слышал, что ты на Столичный простор собрался? – поглаживая свою лысину, поинтересовался тот.

– Ага. У меня туда срочное дело, – осторожно ответил герой. Ему показалось, что этот лысый хочет его о чём-то попросить. А брать на себя еще что-то ему не хотелось. Но, к счастью, он ошибся.

– У нас тут труппа. Артисты мы. Везем новую постановку в столицу. Присоединяйся к нам, мы народ веселый – доберешься с улыбкой на лице!

Тут Кигус понял, где видел этого мужика и от этого еще сильнее помрачнел. Он, было, уже хотел отказаться, но подумал, что идти одному слишком уж рискованно. Так что пришлось соглашаться.

Здоровяка звали Зосеф. И он оказался хорошим человеком. Так же как и его спутники. Казалось, они могут без остановки шутить и подтрунивать друг над другом. Даже героя умудрились заразить своим радостным настроением. А еще бескорыстно поделись едой и, что самое главное, одеждой. Ведь на перевале было холодно.

От деревни вверх в горы уходила широкая и извилистая дорога. Вместе с театральной труппой и повозками, Кигус поднялся вверх по этому серпантину. Чем выше он поднимался, тем круче становился подъем, Появились даже деревянные ограждения, созданные, чтобы защитить путь от обвалов.

Выйдя с самого утра, они поднимались наверх до полудня. Деревня осталась где-то далеко внизу, даже дышать стало тяжко. Здесь было и, правда, холодно. Местами даже виднелись кучи снега, там, где тень скрывала их от солнца. Сама дорога стала более ровной и наконец-то перестала петлять. Вокруг них поднимались вверх к серому небу отвесные пики гор.

И вскоре компания добралась до моста. Здесь дух приключений, понял, почему перевалом опасались пользоваться. Здесь дорога упиралась в большую извилистую расщелину, на дне которой виднелось небольшое озерцо. Правая сторона здесь была полностью отвесной, а слева была гравийная осыпь. Именно по ней, рискуя скатиться вниз прямо в озеро, вместе с кучей камней, можно было перебраться на другую сторону. Туда, где продолжалась более-менее удобная дорога. Само же ущелье уходило вправо, расширяясь и опускаясь все ниже к равнине.

Именно здесь через пропасть пролегал большой и широкий мост. Монументальные бревна-опоры его упирались в стены ущелья, а над головой поднимались деревянные арки, словно стягивая противоположные края этой бездны. Выглядело это сооружение довольно основательно. Если не считать настила – здесь строители пожалели досок или просто решили немного сэкономить – положили все в один ряд. Постепенно они ссохлись, и через щели стало видно блестящую водную поверхность далеко внизу. А еще доски слегка поскрипывали, когда на них наступаешь, и совсем немного шатались, будто бы привлекая к себе внимание.

– Не трусь, – заметив нерешимость Кигуса, заявил Зосеф, – тут все просто. Доски шатаются из-за того, что по ним часто ходят. А раз часто ходят, значит, и бояться нечего! – продолжал он, шагая по мосту, – вот клянусь тебе, если бы я нашел такой мост где-то в глуши, да еще был бы там первым человеком за сто лет…. – тут он изобразил жуткий испуг, – я бы сразу домой побежал. Но не через этот мост!

Здоровяк радостно засмеялся, а вот герой лишь слегка улыбнулся, при этом не отрывая взгляд от пропасти. К его счастью, они благополучно перебрались через мост. И вскоре уже спускались на Столичный простор.

Театральная труппа тут добралась до деревни Хорки, которая расположилась на берегу огромного озера с названием Зеркальное. Озеро было красивое. Поскольку погода стояла тихая – то на поверхность была идеально гладкой, отражая в себе мир, словно гигантское зеркало. Вода здесь была необыкновенно чистая. А, по словам жителей деревни, местная рыба была самой вкусной в мире. Именно поэтому в Хорки причалов и лодок было куда больше, чем самих домов.

К сожалению Кигуса, Зосеф объявил, что труппа будет давать представление в деревне и поэтому задержится на день-два. Ждать герой не стал и, попрощавшись, принялся искать новых попутчиков.

И на свою голову нашел. Ведь из деревни прямо с утра выезжали обозы с рыбой. Причем, специально для королевской кухни. Так что пришлось ему продолжать свой путь среди корзин с карпами и карасями. Ехали рыбаки быстро, ведь рыба должна быть свежей – тут уж медлить нельзя.

Кстати, болтали они почти без умолку. К своему удивлению, Кигус узнал, что ночью через деревню, словно безумный, пролетел черный конь без седока. Мужики сошлись на мысли, что это был злой дух. Однако сам герой легко догадался о том, кто же это был. Затем, ему вновь повезло – один из рыбаков пожаловался, что из-за прихоти короля, у них не выйдет заехать в столицу. Так что Кигус сразу же потребовал подробностей, и они его совсем не обрадовали. А вот дух приключений едва не завизжал от радости.