Детектив с Лысой Горы

Бочонок был осушен наполовину, прежде чем Григорян обрел способность делать паузы между актами глотания и нового всасывания.

– Рассказывай, Алекс, споить меня этим количеством пива тебе все равно не удастся.

Что правда, то правда, пьянеет Григорян только от запаха – от запаха машинного масла и горячего металла. По счастью, у меня не водится ни то, ни другое.

– Старик, мне нужна твоя научная консультация, плачу оставшимся пивом, идет?

Я ничем не рисковал – второй бочонок Григорян уже заметил и без него не уйдет:

– Идет! – Его здоровая нога одним точным движением отправила бочонок подальше от меня и поближе к себе. В том, что касается пива, Григорян не доверял никому.

– На самом деле, я хотел с тобой поболтать о Большой Стене.

Передо мной лежал образец целлюлозной продукции Григоряна – лист бумаги неопределенного цвета. На нем я и набросал картинку, которую мысленно рисовал себе уже четыре дня.

– Вот Стена, – я начертил линию, пересекающую весь лист, вот мы, а вот остальной мир. – Слова «МЫ» и «ОНИ» я начертил по сторонам от линии. – А теперь я тебе говорю, что минимум три человека оттуда попали к нам сюда, при этом Стена как стояла, так и стоит. Как, Григорян, скажи мне, как это может быть?

Кажется, я переусердствовал. Григорян решил, что я его подозреваю в диверсии. Попытавшись отодвинуться от меня и в то же время остаться рядом с пивом, он немного заикаясь залепетал:

– Ты-ты м-меня, почему спрашиваешь? Я в-в этом деле не участвовал… И вообще – я человек абсолютно непрактичный. А что-то я не припомню, чтобы ты интересовался теориями!

– Григорян, если ты мне не расскажешь хотя бы теорию, то до практики, я боюсь, дело просто не дойдет.

– Ну, теоретически всё просто. – Немного успокоившись, Григорян подвинул к себе лист бумаги. – Вариант первый: стена не так уж непроницаема и появился способ проникать за нее. Допустим, телепортация. Насколько я знаю, наши друзья с Лысой горы вполне могли бы проделать такой трюк, если не сейчас, то когда-нибудь. Вариант второй: те кто, как ты говоришь, проникли сюда, вовсе сюда не проникали, это просто обман. Ну, и, наконец, вариант третий: Стена действительно непроницаема. К нам действительно проникли с той стороны, но! Смотри – вот черта, которую ты нарисовал. Она же тебе не мешает рисовать и слева и справа от нее, ведь так?

– Так. Слава богу, еще не было рисунка, который мог бы мне чем-то помешать.

– А всё почему? – хороший вопрос, сейчас я на него возьму и отвечу… Нет, не буду, Григорян может обидеться.

– А потому, что нарисованная тобою черта существует лишь в двумерном пространстве листа, и ты абсолютно спокойно можешь оказаться по любую сторону от нее, воспользовавшись третьим измерениям.

– Григорян, предположим на секундочку, что я понял, о чем ты говоришь…Но при чем здесь наша Стена?

– А при том, что точно так же любой, кто обладает способностью перемещаться в четвертом измерении, может этой самой нашей Стены попросту не заметить…

«Вот так вот – Большую Стену – и не заметить!» – подумал я ошарашенно.

– …и оказаться здесь у нас с легкостью, впрочем, так же, как и в любом другом месте.

– Григорян, притормози, четвертое измерение – это как? Точнее, это что? С листиком бумаги все хорошо получается, а дальше я как-то теряю цепкость мысли.

– Ну, обычно считают, что четвертое измерение это время… Стена, к примеру, имеет свое протяжение не только в пространстве, но и во времени. И если в пространстве она непрерывна, то во времени ее когда-то не было и, хочется верить, рано или поздно не будет. Так что теоретически путешественник во времени Стену нашу запросто пересечет. А практически Стену преодолеть невозможно.

С Григоряном всегда так: вроде бы и ответил на твой вопрос, значит, и пиво не зря выпил, а толку никакого.

– Скажи-ка мне, а насколько возможно перемещение во времени?

– Теория допускает такую возможность. А практика… Когда я слушаю Григоряна, мне иногда кажется, что в детстве его отец, видя, что маленький Григорян нашкодил, пугал двумя чудищами – Практикой и Теорией. Судя по всему, детские страхи остались с ним на всю жизнь… Так, кажется, Григорян переходит к Практике.

– Когда-то мне довелось побывать в одних архивах… Там описывался случай перемещения во времени, но вряд ли тебя это заинтересует.

– Нет, ты уж расскажи, вдруг да заинтересует. Я, поверишь ли, в последнее время страшно любопытный!

– Так пиво кончилось!

А ведь некоторые считают Григоряна бескорыстным – взял и остановился на самом интересном месте. Хорошо, пиво нынче для меня не проблема. Алиса мне открыла кредитную линию на продукты и выпивку. Думает, меня так можно дополнительно мотивировать. Что ж, в данном случае это весьма кстати.

Когда новый бочонок был водружен на место старого, Григорян продолжил:

– Даже с точки зрения магии, путешествие во времени дело крайне сложное, но! Но – реально – в том случае, если происходит вначале в одном направлении, а затем в обратном.

– И какой промежуток между этими «туда» и «обратно»?

– Алекс, это же магия! Здесь не оперируют секундами и сантиметрами. Вдох, миг, удар сердца, вдохновение – у господ с Лысой горы всё субъективно, но закон сохранения энергии действует и у них! В архивах зафиксирован лишь один случай, когда произошел такой скачок, а точнее, два скачка… Наши волшебники и волшебницы появились не сегодня и не вчера. И до Большого Баха, и до рождества Христова всегда был кто-то, наделенный способностями. В архивах есть много чего на этот счет. Если им верить, в древности были монстры, которые проглотили бы нынешних, не поперхнувшись… И одной из них была Мокаша… Интересно то, что наша Хозяйка Лысой горы ведет свой род от нее. А ведь рода могло и не быть. Как гласит легенда, Мокаша была поймана и замурована в башне, где ей и суждено было умереть. Однако некий маг Олекса вызволил Мокашу, проникнув в ее башню с магическим плащом, в котором можно было переносится во времени. Оказавшись в те времена, когда башни не было, им достаточно было сделать несколько шагов, чтобы вернувшись в свое время Мокаша оказалась на свободе. Интересно, что про этого загадочного Олексу больше ничего не известно. Существуют хроники, которые вела Мокаша, там она описывает его как высокого мужчину со шрамом на правой скуле.

– Я только не понял, почему ты сказал о двух скачках.

– Олексе для того, чтобы доставить плащ, тоже нужно было совершить скачок, башня ведь была замурована! Вот и получается два скачка – Олекса туда-обратно и Мокаша точно так же.